Кровоток

             – Роза, – выдохнул он. Его грудь тяжело вздымалась от напряжения. – В спальню. Живо.              Открыв рот, Роза уставилась на Доктора, точнее, на то изможденное, всклокоченное нечто, которое от него осталось. Ее взгляд скользнул ниже, и… О. Как же она сразу не заметила столь масштабное и по виду весьма стихийное бедствие?              – Доктор? Ты в по…              – Роза, – простонал он. – Судя по всему, если мы не потрахаемся в ближайшие девять минут и сорок шесть секунд, я умру. – Он зажмурился, стиснул зубы и прерывисто вздохнул. – Не шучу. Д-должен спросить… не против ли ты. – Еще один тяжелый вздох. – Блять.              Роза изучила Доктора, распахнув глаза от удивления.              – Чтоб меня, ты знаешь, как соблазнить девушку, – с легкой улыбкой сказала она, и налитые кровью глаза Доктора сделались еще шире. В его взгляде плескалось только отчаяние, и она ахнула. – О… Ты и не думал шутить, верно?              Он яростно помотал головой.              – Тогда чего мы ждем, черт побе…              Секунда – и он добрался до нее и подхватил на руки. Роза вскрикнула, одновременно шокированная и изумленная до глубины души, но он уже несся по направлению к коридору, держа ее на манер жениха, переносящего невесту через порог, и еще успевая бормотать слова сожаления.              – Прости, Роза, я очень извиняюсь за это все, твою же мать, ты прекрасна, ты чудесна, я все исправлю, честное слово, ты заслуживаешь целой Вселенной, и еще одной дополнительной в параллельном мире, и для меня все вообще, нисколько не«просто секс», и я клянусь, я не примитивное чудовище…              Тем временем ТАРДИС уже переместила дверь в его спальню из глубины корабля поближе к рубке управления, так что Доктор вбежал в нее примерно на середине своего бессвязного монолога и немедленно бросил Розу на край кровати. Она как раз подумала, что пора приступать – но тут он скрылся в ванной, оставив озадаченную спутницу пялиться на дверной проем.              Секунду спустя она услышала, как он агрессивно полоскает рот. Должно быть, гигиена ему прямо сейчас важнее, чем потрахаться ради выживания? В любом случае, это продолжалось секунд пятнадцать, не меньше, а потом она по звукам поняла, что он раздевается, и последовала его примеру: стянула через голову худи и потянулась к застежке лифчика.              Судя по звукам, он закончил с полосканием и раздеванием, и Роза, заторопившись, просто бросила лифчик на пол. Дотянуться до молнии на шортах она уже не успела – Доктор появился в дверях ванной комнаты, полностью обнаженный, тяжело дыша и демонстрируя такую эрекцию, от которой едва не лопалась чувствительная кожа соответствующего органа. В его глазах отражались отчаяние и боль.              – Семь минут и тридцать четыре секунды, – выдохнул он. – О, Роза…              – Иди сюда, – улыбаясь, настойчиво позвала она, приглашающе запрокидывая голову. – Все в порядке, Доктор.              Он торопливо приблизился к кровати и остановился напротив Розы. Даже сейчас, страдающий, он был очарователен. Все его стройное мускулистое тело было напряжено, по груди струился пот, кожа покраснела. Узкая дорожка волос тянулась вниз, к тому месту, где кое-что стояло во всей красе, красное и пульсирующее для нее.              Судя по всему, Доктор был абсолютно подавлен серьезностью происходящего с ним, что бы это ни было. Он встретился взглядом со своей (несколько бесстыже заинтригованной) возлюбленной и засунул пальцы за пояс ее шорт с обеих сторон. Ей осталось только заворожено наблюдать, как он срывает их вместе с трусиками и швыряет куда-то позади себя, а потом хватает ее за бедра и притягивает к краю кровати.              По идее, это не должно так возбуждать, ну правда, подумала Роза. Разве нормально, что такое зрелище кажется ей самым сексуальным в жизни – Доктор, с жадностью дикого зверя взирающий на нее, срывая на ней одежду и собираясь трахнуть ее ради спасения своей жизни. Нет, она определенно ни о чем подобном не фантазировала, примерно пятьдесят семь раз представляя себе его возвращение. Конечно, нет!              Брови Доктора сошлись на переносице. Он продолжал смотреть на нее, и миллиард эмоций за одну секунду пронесся в его взоре. Он поднял руку и положил ладонь ей на щеку, прижался лбом к ее лбу и медленно, глубоко вздохнул. Его глаза закрылись. Его вторая рука легла ей на колено. Он медленно провел ладонью вверх по ее бедру, дрожащими пальцами скользнул между ног, добрался до кудряшек и прижал ладонь к лону.              Роза выдохнула его имя и подалась вперед, к его руке, отчего у Таймлорда вырвался низкий, рокочущий звук, больше всего похожий на рык. Она и сама знала, насколько промокла, она истекала влагой с той самой секунды, когда услышала из его уст слово «спальня». И все это время влага скапливалась там в предвкушении!              Теперь, разумеется, этот факт перестал быть тайной и для Доктора. Тяжело дыша, он провел тыльной стороной запястья по ее влажным складкам, не упустив из виду и клитор, и Роза, не сдержавшись, тихо всхлипнула.              – Шесть минут и сорок две секунды, – прошептал он, медленно открыл глаза и увлажнил член влагой, скопившейся на пальцах. Его зрачки расширились настолько, что радужку было едва видно, отчего глаза потемнели и стали почти черными. Он изучал ее с вожделением.              – Я собираюсь взять тебя. – Он глубоко, прерывисто вздохнул и поднял брови. – Ты не против?              Она с трудом сглотнула и кивнула, чувствуя, как сердце начинает быстрее колотиться в груди. Он слегка притянул Розу к себе, так что теперь ее попа почти свисала с края кровати.              – Прошу тебя, – сказала она, пытаясь изобразить томную соблазнительницу, но получилось что-то больше похожее на жалобную мольбу девочки-подростка. Черт побери.              Тем временем Доктор, не собираясь больше терять время, взял себя за основание члена, нашел верное положение и одним мощным толчком вошел в нее.              Он вскрикнул, а Роза, выругавшись, обхватила его ногами за плечи, зная, что в скором времени ей очень понадобится такого рода опора.              Не медля ни секунды, он схватил ее за бедра, притянул к себе и принялся с безжалостной решимостью врываться в нее.              Оглушительные, бессвязные, животные звуки вырывались из горла Розы и разносились по комнате, как привязчивая мелодия, пока Доктор продолжал таранить ее собой. Железный прут нырял в тугую, жаркую, влажную глубину. Он весь был горячее обычного, но та часть, которую он погружал в нее – особенно. Наверное, дело было в том, что с ним случилось. И чувствовать, как он движется внутри нее, было восхитительно.              Впрочем, как бы ни хотелось ей отдаться ощущению, что он делает всё это, опьяненный желанием, Роза все же осознавала: в данный момент им движет желание выжить. Она понятия не имела, как такое вообще могло произойти, но со всей очевидностью читалав его глазах, что всё очень серьезно, а время истекает. Так что она решила сделать все возможное, чтобы посодействовать, а понервничать по этому поводу можно и потом.              – О, Доктор, – выдохнула она. Не отрывая от нее глаз, Доктор особенно глубоко проник в нее, и она постаралась уверенно встретить его движение. – Хочу, чтоб ты чувствовал меня. Всю меня… Ты т-так хорош… Блять, Доктор… Вот так, да, – стонала она, и каждое ее слово, обволакивающее и ласкающее язык, выражало ее искреннее, абсолютно не приукрашенное удовольствие. При звуке ее голоса глаза Доктора слегла расширились, а уголок губ приподнялся в легкой улыбке. Он накрыл рукой ее грудь и принялся дразнить, потягивая и пощипывая пальцами набухшую плоть, а потом еще крепче вцепился ей в бедро и вошел в нее еще жестче.              – А-ах! – Голова у Розы запрокинулась, несмотря на все ее усилия, но она тут же вновь приподнялась и встретила его голодный взгляд, впилась ногтями ему в спину, будто пытаясь призвать на помощь какую-то магическую силу, придающую храбрости. – Всё это для тебя, – промурлыкала она низким, полным страсти тоном, сама удивляясь, что оказывается, способна на такое, и стараясь, чтобы голос не сорвался, пока его бедра с громкими, ритмичными шлепками встречались с ее. С обожанием наблюдая за ней, Доктор опустил взгляд на ее губы и издал почти болезненный стон, ожидая продолжения, а когда оно последовало, вновь посмотрел ей в глаза.              – Л-люблю ощущать тебя внутри, вот так. У тебя такой большой и… Ох, блять, вот так, да. – Последние слова она почти простонала, ее глаза сами собой закрылись, а рот распахнулся. Ей хотелось, чтобы он кончил первым, даже если на этот раз она за ним не последует, но он оставался Доктором, несмотря на любые обстоятельства, и он трахал ее с чертовым мастерством, которым на сто процентов обладал. Роза обнаружила, что стремительно приближается к финалу, несмотря на все старания сосредоточиться на его удовольствии.              Очень быстро, однако, она поняла, что оттягивать свою кульминацию не стоит. Он ведь сам говорил, что ощущать и наблюдать ее оргазм обожает едва ли не больше всего прочего во Вселенной. Вспомнив об этом, она всерьез разозлилась на себя за попытку оттянуть финал.              Отпустив ее бедро, Доктор положил одну руку ей на голову и притянул к себе для поцелуя. Его влажные, обжигающие губы встретились с ее, и оба застонали. Он приоткрыл рот пошире и заставил ее сделать то же самое, чтобы проникнуть внутрь и ощутить ее вкус. Потом, вновь издав тихий, низкий стон, он переместил вторую руку с бедра на поясницу Розы. Продолжая на каждом движении с силой прижимать ее к себе, он прервал поцелуй и снова встретился с ней взглядом – но только на мгновение. Тут же опять наклонив голову, он приник губами к ее уху.              – Осталась минута и шестьдесят секунд [так в оригинале – прим. перев], и ты кончишь для меня, Роза Тайлер, – прорычал он. От неприкрытой страсти в его голосе дрожь пробежала по ее позвоночнику, и она отчетливо осознала: не стоит и пытаться что-либо сдержать. Она и не собиралась. С каждым глубоким толчком она ощущала, как он наполняет ее и попадает прямо в нужную точку, каждым движением он ласкал ее изнутри, задевал клитор и опрокидывал ее в пропасть, желала она этого или нет.              … Но она, о да, она желала этого.              – Давай, Роза, – пробормотал Доктор, отстраняясь, чтобы снова встретить ее взгляд. – Дай мне посмотреть на тебя, солнце мое. – Его рука проскользнула между их телами, большой палец нашел ее клитор и принялся обводить вокруг него круги. – Хочу, чтобы ты кончила для меня, пока я внутри, – промурлыкал он, растягивая слова. На его губах продолжала играть легкая улыбка.              Что ж, Иисус и ебическая сила, спорить с этим было бесполезно. За несколько драгоценных секунд до того, как время истекло (хотя она не очень-то за этим следила), небеса разверзлись внутри нее, и она пришла к ослепительному финалу, почти выкрикнув его имя и содрогаясь вокруг него. Доктор кончил вместе с ней, так мощно, что не сдержал крика, и они вместе погрузились в блаженство в объятиях друг друга.              После этого все как-то смешалось, и в конце концов они оказались на кровати, по-прежнему обнимая друг друга. Роза лежала на спине, Доктор – на боку лицом к ней. Рукой он обвил ее за талию, а щекой прижался к ее щеке.              Теперь, когда они более или менее успешно изгнали из него загадочного секс-демона, температура тела Доктора начала стремительно снижаться. К тому же, он сильно вспотел, и Роза всерьез забеспокоилась, не станет ли ему холодно. Похоже, что он уже заснул, и скорее всего, так оно и было, учитывая, в каком изможденном состоянии он пребывал еще до этих безумных потрахушек.              Она попыталась аккуратно освободиться из его рук, чтобы накрыть их обоих одеялом, но Доктор тут же пошевелился и притянул ее поближе.              – Нет, – пробормотал он. – Не уходи.              Роза с улыбкой погладила его по руке.              – Я и не собиралась, дурачок, – тихо сказала она, не упустив возможности поддразнить его. – Просто хотела нас укрыть.              В знак согласия Доктор издал тихий звук, отозвавшийся в его груди приятной вибрацией.              – Ты замерзла?              – Немного, – ответила Роза. Она все еще улыбалась. Он был в порядке, и это очень радовало. Все случилось так быстро, что она даже не успела как следует испугаться и осознать, что с ним будет, если они не успеют.              – М-м-м. Привстань-ка на секундочку, – тихо скомандовал Доктор, хотя его голос определенно звучал очень сонно. Роза послушно перекатилась на край кровати и встала. Он слегка подвинулся, нырнул под одеяло и приглашающе приподнял его. По его движениям чувствовалось, насколько он устал, а его глаза практически закрывались. Роза скользнула к нему в тепло и позволила себе расслабиться.              Несмотря на слабость, Доктор быстро притянул ее к себе и поцеловал в лоб. Теперь они оба лежали на боку лицом друг к другу.              – Лучше?              – М-м-м. – Роза уткнулась носом ему в грудь.              – Ты в порядке? – Он чуть отодвинулся и заглянул ей в глаза, брови сдвинулись, выдавая тревогу. – Я не сделал тебе больно?              По лицу Розы расползлась довольная улыбка, которую она даже не попыталась скрыть.              – Нисколечко. – Тут до нее дошло, что, раз уж он не спит, у нее есть шанс получить ответы на парочку вопросов. – А ты-то как, в порядке?              Он кивнул и помрачнел.              – Выжат, как лимон, но со мной все нормально. – Он снова поцеловал ее в лоб. – Думаю, я выяснил, что они делали с гормонами. – Он фыркнул. – Долгая история. Давай поговорим об этом позже, если ты не против. Моему организму нужно немного восстановиться.              Роза кивнула и вновь спрятала лицо на его теплой груди, вдыхая его чудесный запах.              – Конечно.              – А Зелл, она как..? – Судя по голосу, Доктор опять забеспокоился.              – О, на седьмом небе, разумеется. Но давай и об этом позже, ладно? Отдыхай.              Доктор помолчал, нежно поглаживая ее по руке.              – Роза?              – М-м-м?              Он снова замолчал, продолжая рисовать на ее плече что-то на галлифрейском циркулярном, и молчал так долго, что Роза уже собиралась заговорить сама, но тут он притянул ее к себе, наклонил голову и нежно коснулся губами ее губ.              Поразительно, но каждый, каждый раз, когда он делал это, у нее что-то обрывалось в груди. Его губы всегда были такими мягкими, будто бархатными, нежными даже в порыве страсти, и он абсолютно точно знал, как свести ее с ума своими умениями. Он целовал ее будто в последний раз, и она ощущала это до самой глубины души, всем сердцем, которое начинало отчаянно колотиться в ребра, пока он прижимал ее к себе.              Он был пришельцем, о чем она так часто забывала. Ей доводилось целоваться со многими парнями, не только теми двумя, с кем она встречалась, но никто из них и в подметки не годился Доктору. Ну, то есть, это относилось не только к поцелуям… но к ним особенно, и вообще ко всему, что связано с романтикой. О мужчине, который так целуется, так трогает, обнимает, так любит… О таком мечтает любая женщина. Только он не был мужчиной, ну, то есть не вполне. Он каким-то особым, возбуждающим образом улавливал ее желания, читал ее, будто книгу, изучал ее тело и делал это так уважительно, так внимательно, будто это была его главная жизненная миссия. Как будто он хотел полностью увериться, что принадлежит ей – вместе со всем, что из этого следовало.              Целуя и медленно втягивая ее в танец языков, он осторожно перевернул Розу на спину. Это было приятно, но внезапно ее посетил приступ ответственности. Она прервала поцелуй, открыла глаза и обнаружила, что его глаза снова стали карими, как им и положено, и эти прекрасные глаза взирают на нее с легкой растерянностью.              – Доктор?              – Да?              – Я думала, что ты… э-э-э… собираешься поспать. – Она подняла бровь.              Доктор пожал одним плечом.              – О, а я уже. В смысле, поспал. У меня это быстро. Мне тут кое-что пришло в голову. Кое-что очень, очень важное. – Он улыбнулся. – Вдруг сообразил, что сегодня еще не заглядывал тебе между ног. Ты заметила?              Роза распахнула глаза и слегка покраснела.              – О, – прощебетала она. – А это как, нормально? Разве ты не… – Она замолчала, поскольку легкая улыбка на его лице превратилась в широкую усмешку.              – О да. – Он наклонился, чтобы снова поцеловать ее. – Не переживай. Просто… Ляжешь поудобнее?              Роза кивнула, будто в трансе, вновь ощущая на себе воздействие его магии, и, привстав, подвинулась чуть выше к изголовью кровати. Доктор с довольной улыбкой наблюдал, как она устраивается полулежа на одной из его плюшевых подушек и снова поднимает на него глаза.              – Ты уверен? – застенчиво спросила она. Он медленно кивнул.              – Да, – прошептал он и осторожно развел ей ноги, а потом опустился на нее.              Розе оставалось только сдаться на его милость. Наклонив голову, Доктор захватил губами напряженный сосок ее левой груди. Одновременно он нежно поигрывал другим соском, пропуская его между пальцами. Она застонала, откликаясь на его бережное служение, и задышала чаще. Он заводил ее, и она немедленно вспыхнула возбуждением, будто в костер плеснули жидкость для розжига.              Он быстро приподнялся, коротко поцеловал ее и одним плавным движением исчез под одеялом.              Практически немедленно он оказался там, где они оба больше всего хотели, и Роза ощутила между ног его горячее дыхание. Он целовал внутреннюю сторону ее бедра, медленно продвигаясь к лону и время от времени скользя языком по мягкой коже. Затем его дыхание коснулось ее промежности, задержалось там – и он легким касанием провел губами по ее складкам снизу вверх. Добравшись до вершины, он остановился и запечатлел жаркий поцелуй прямо там, чуть повыше клитора.              Он провел под одеялом совсем немного времени, но напряжение уже начало зашкаливать. Роза чувствовала, что каждый ее мускул непроизвольно сокращается, а ее тело в отчаянии желает большего, но догадывалась, что сегодня вечером он не будет торопиться.              Он продолжал нежно целовать ее, каждый раз добавляя чуть больше давления, но по-прежнему избегая того места, где она больше всего хотела его ощутить. Заставляя нервные окончания на ее складках трепетать от напряжения и жаждать прикосновений его языка, он изящно разжигал ее страсть. Время от времени он дразнил ее своим горячим дыханием, которое согревало ее лоно и шевелило завитки между ног.              Это была настоящая пытка, и в конце концов Роза начала сходить с ума от желания, но, когда она попыталась качнуть бедрами вперед, к его лицу, он успел раньше, готовый к этому движению. С тихим смешком он прижал ее бедра к кровати и продолжил целовать ее там – медленно… Так медленно… Мягкими, долгими, теплыми поцелуями он с нажимом ласкал ее плоть, и миллиметры между его ртом и ее пульсирующим бутоном казались ей милями.              Не видя другого выхода, она глубоко вздохнула и разрешила себе закрыть глаза. Ее чувствительность возросла настолько, что она, вероятно, могла бы кончить всего лишь от такого рода стимуляции, тем более что и с этим видом прикосновений он справлялся мастерски, но она знала, что слишком долго он и сам не продержится. Удивительно, что он так долго тянет и не пробует ее на вкус. Но с учетом того, сколько влаги она уже произвела, ждать осталось недолго: скоро он вознаградит за терпение и ее, и себя.              В точности как она и предполагала, стоило ей закрыть глаза, и секунд через пять Доктор после очередного поцелуя провел языком между ее складок, отчего Роза выгнулась дугой, как будто он успешно завершил свое служение. От ее реакции он издал тихий звук удовольствия, снова прижался губами к ее промежности и легко провел языком между складок. На этот раз он слегка задел и клитор, и Роза задрожала под ним.              – Блять, – выдохнула она, впиваясь зубами в нижнюю губу. Ей ужасно хотелось прижать бедра к его лицу. Ужасно хотелось умолять. Она была напряжена, словно канат, натянутый над пропастью, а Доктор слишком хорошо улавливал малейший отклик ее тела, чтобы этого не замечать. Он вновь запечатлел поцелуй на ее складках, немного углубившись в них, и застонал, наконец добравшись языком до клитора. Роза хрипло вскрикнула, но он быстро отступил на прежние позиции.              Она была готова стукнуть его пяткой и почти подняла для этого ногу.              – Докто-ор, – проскулила она, не в силах больше сдерживаться. В конце-то концов… Если разобраться, Таймлорд действительно нуждался в отдыхе. Он через многое прошел и ему нужно было восстановиться. Так что нечего столько времени дразнить ее!              Да, это единственная причина, по которой ему надо ускориться. Никаких других резонов не существовало.              – М-м-м, – промычал он между ее ног и, снова коснувшись губами ее складок, полностью занырнул в них языком. – Хочу, чтобы ты расслабилась, – промурлыкал он. – Ты ведь постараешься и расслабишься для меня?              Он подарил ей еще один нежный поцелуй, и принялся рисовать руками круги на ее бедрах.              Теперь, когда он так сказал, она и сама осознала, насколько напряжена. Казалось, что еще секунда, и она рассыплется на миллион кусочков. Она почти дрожала от напряжения.              – Дыши, любовь моя. – Голос у Доктора был низкий и гипнотический, и на каждом слове его губы касались ее кожи. – Все в порядке.              Роза постаралась выполнить его просьбу: глубоко вдохнула через нос, медленно выдохнула через рот и ощутила, что ее мышцы хоть немного расслабились.              – Вот так, – прошептал Доктор, покрывая легкими поцелуями ее складки, пока она старалась взять себя в руки. Распластавшись на кровати, она сосредоточилась на вдохах и выдохах, ощущая, как превращается в желе.              – М-м-м. Уже лучше, правда? – раздалось из-под одеяла нежное бормотание, и Роза совершенно искренне кивнула, хотя он и не мог этого видеть.              – Да, – прошептала она.              Доктор опять издал одобрительное мычание.              – Просто чувствуй, – тихо сказал он и снова поцеловал, а потом со стоном провел языком по ее складкам.              Роза сдавленно ахнула, задрожала и захныкала, чувствуя, как он исцеляет причиненные им самим страдания, медленно проводя по ее чувствительной коже теплым, мягким языком.              Он ласкал ее осторожными, плавными движениями, будто утешая в горе; не торопясь, массировал ее влажные шелковистые складочки, на этот раз позволяя ей свободно двигать бедрами. Обхватив губами клитор, он начал нежно посасывать его, и Роза, выругавшись, снова напряглась. Доктор почувствовал это и, убрав руку с ее бедра, начал успокаивающе поглаживать ее по боку, легкими прикосновениями пальцев к ребрам напоминая о необходимости дышать.              Она вспомнила его слова; как будто услышала их в своей голове. Глубоко вдыхая через нос, она ощущает его на своей коже: влажными, теплыми, жаждущими губами он обхватывает и слегка втягивает ее клитор. Медленно выдыхает – он посасывает ее набухший бугорок, не забывая аккуратно двигать языком. Еще один глубокий вдох – и она чувствует, как пульсирует ее плоть у него во рту. Выдох – и ее глаза закатываются от чистого блаженства. Он внимательно и чутко трудится над ней, и она слышит тихие причмокивания и мычание, от которого по ее телу распространяется вибрация.              Она снова напрягается и тут же делает еще один глубокий, размеренный вдох. В следующий раз, когда он притягивает ее к себе, его нежный язычок облизывает ей клитор, и ей кажется, что она без всяких сомнений распадется на атомы прямо здесь и сейчас.              Ее оргазм достаточно силен, чтобы у нее пресеклось дыхание, несмотря на все предыдущие попытки управлять вдохами и выдохами. Ногами она зажимает его голову, а он держит ее за руку буквально и фигурально, продолжая ублажать ее ртом и одновременно сплетая их пальцы, издавая тихие стоны прямо в ее складки, пока она дрожит и задыхается, ошеломленная своим освобождением.              Когда волны удовольствия затихают, она остается лежать, тяжело дыша, а Доктор заползает выше, пока не оказывается с ней лицом к лицу. Она открывает глаза и он с милейшей, ленивейшей из улыбок встречает ее взгляд. Он явно до крайности доволен собой, и не без оснований, у него есть полное право быть самодовольным, поскольку Роза до сих пор не полностью спустилась с небес на землю. Она улыбается в ответ, и его усмешка смягчается.              – Итак, – тихо сказал Доктор, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в шею. – К сожалению, мне действительно нужно прислушаться к потребностям своего тела, которое отчаянно желает отдохнуть. – Он поднял голову и снова встретил ее взгляд. – Буду очень рад, если ты останешься. – Улыбка.                          Роза вернула ему улыбку. Наконец-то она чувствовала, что полностью пришла в себя.              – Думаю, я сначала схожу и проверю, как там Зелл. Ладно?              Доктор кивнул:              – Конечно. – Он наклонился и нежно поцеловал ее, затем отстранился. Он выглядел счастливым и совершенно вымотанным. – Обо всем поговорим позже.              – Однозначно. – Роза обняла его и притянула ближе, позволяя себе вволю насладиться моментом. Его сердце билось прямо рядом с ее грудью, его нежное дыхание обдувало ей шею.              Через несколько минут, одевшись и заглянув в уборную, она отправилась обратно в медиа-комнату проведать Зелл.              Как только она вошла в комнату, женщины обменялись взглядами через всю комнату и широко улыбнулись друг другу, но улыбка Зелл быстро увяла.              – Доктор, он в…?              – О да, в полном. С ним все нормально… просто отлично. Просто он… сейчас спит.              Зелл вздохнула с облегчением и кивнула. Похоже, она не собиралась обсуждать методы, которыми Роза привела Доктора в порядок, и Розу это очень порадовало.              – Прекрасно. Слава богу. – Зелл вновь расцвела улыбкой. – Не могу поверить, что он во все это вляпался. Не похоже, чтобы он привык иметь дело с неприятностями такого сорта. Я имею в виду толпу разгневанных проституток, – со смехом сказала она.              – Нет, определенно нет, – согласилась Роза, садясь на диван, так чтобы видеть лицо Зелл. – Итак… – Она широко улыбнулась. – С Джессой тоже все в порядке?              Повернувшись лицом к Розе, Зелл, вытянула ноги на диване между ними. Она сияла.              – С тех пор, как я вспомнила всё, я каждую минуту пребывала в ужасе. Не думала, что мы сможем найти ее так быстро, а если и найдем, я точно не рассчитывала, что она совершенно не пострадает. – Она медленно покачала головой, глядя в сторону. – Не могу поверить, что они сдержали свое слово.              Роза внимательно слушала, по привычке покусывая нижнюю губу, но после слов Зелл выпрямилась, сложила руки на груди и изумленно выгнула бровь.              – Ясно. Что ж… каков наш следующий шаг? Что мы знаем теперь, о чем не знали прежде?              Зелл потянулась к журнальному столику и взяла тарелку с нарезанными ананасами. Выразительно приподняв брови, она наколола кусочек на вилку.              – О, тебе это понравится.              С момента, как Джесса вновь обрела способность говорить, они обсудили много всего, и бо́льшая часть этой информации была ровно настолько отвратительна, насколько ожидаешь, имея дело с жертвами незаконной торговли секс-услугами. Юла, женщина, которая с особенным энтузиазмом допрашивала Доктора (и сейчас об этом очень, очень жалела), тоже поучаствовала в дискуссии, при необходимости заполняя пробелы.              У девочек из «Экзотики», почти не имевших контактов с внешним миром, сохранилось весьма своеобразное о нем представление. Плюс, здесь как нигде расцветали женские сплетни. В редких случаях девушки общались с женщинами постарше, и еще реже у тех хватало смелости рассказать хоть что-то о себе.              Афродайя всегда подавала себя как секс-курорт, замаскированный под город. Здесь работали сотни, если не тысячи женщин. Кто именно управляет городом, оставалось тайной, но, когда операция «Дастария Семь» развернулась на полную, женщины помоложе из борделя Зелл начали получать предложения поработать в столице – месте, о существовании которого до сих пор не подозревали. Из этой информации, даже если бы они не обнаружили Джессу в «Экзотике», уже можно было бы с уверенностью сделать вывод, что между «легальным» и «подпольным» миром на этой планете явно есть связь.              Они понятия не имели, что их привезли на планету, где, по мнению остальной Вселенной, соблюдается закон и порядок; для них имело значение лишь то, что здесь было лучше. Намного лучше, чем там, где проходило до этого их рабство. Лучше были условия жизни, еда, «получше» были и клиенты, здесь было намного безопаснее и иногда девушки даже покидали бордель, чтобы развлечь клиента в отеле или доме отдыха.              Роза поинтересовалась, заставляют ли несовершеннолетних девочек тоже продавать себя, и Зелл помрачнела. Та молодая девушка вышла на панель впервые, но именно так начинала почти каждая из них – дрожа от ужаса. Девушки из того уголка Вселенной, откуда забрали Зелл, похищенные со своих родных планет, поначалу обычно ничего не понимали и были очень напуганы, но для девушки из столицы такое поведение было не очень характерно.              Когда город только появился, женщины со всей галактики добровольно съезжались сюда, чтобы жить и работать в самом чудесном «сексуальном раю» во Вселенной. Всех желающих принимали с распростертыми объятиями, а процесс постепенной и незаметной промывки мозгов начинался позже.              Насколько восстановили историю планеты женщины из борделя, сложив воедино разрозненные части, поначалу это был своего рода вклад в будущее. Девушкам предлагали все, что они могли пожелать, в обмен на предложение поработать куртизанками. Петре нужна была репутация; выстроенная схема, база для «честного» и «законного» развлекательного бизнеса.              Но конечной целью, разумеется, было нечто другое: создать полностью самодостаточный секс-рай, который окупится миллион раз. Если бы все пошло по плану, в скором будущем женщин больше не пришлось бы приглашать или похищать, потому что они в буквальном смысле выращивали бы себе смену… в виде детей. Детей, которые впитали бы этот образ жизни с молоком матери, которых растили бы специально для того, чтобы они пошли по их стопам.              Сидя на диване, Зелл с Розой гадали о том, зачем преступники все же собирали гормоны, и пришли к выводу, что это, скорее всего, была попытка отыскать средство, которое сможет «замаскировать» ужасную реальность блаженным неведением. Если использовать гормоны в сочетании с системной промывкой мозгов и действовать методом проб и ошибок, это очень даже запросто может сработать. Видит Бог, за два года путешествий с Доктором Роза навидалась всяких методов контроля над разумом и не слишком удивилась.              Зелл столкнулась с тем, как система поддерживает себя, когда забеременела. Ей сказали, что она будет вынашивать беременность до срока, на котором уже можно определить пол, а потом либо продолжит ее, либо прервет.              На рынке незаконных секс-услуг, где фактически жила Зелл, подобное не случалось каждый день. Раз в два месяца ей и другим девушкам кололи контрацептивы. Если кто-то в ее борделе и беременел, это не обсуждалось. Либо случайных беременностей никогда не случалось, либо все же случались, но заканчивались абортами, потому что плод оказывался мужского пола. Зелл просто повезло, что у нее была девочка.              Ее заставили сохранить ребенка. В то время, почти двадцать лет назад, они не предлагали секс-рабыням никаких уколов или таблеток, чтобы подсластить неприятную реальность. Если судить по тому, как Доктор провел вечер, в конечном итоге они разработали по крайней мере одно средство, влияющее на разум – даже на разум Таймлорда. Но это заняло столько времени, что ее дочь почти успела «созреть».              Зелл никогда не узнала бы про авиду или другие гормональные препараты, если бы внезапно не вернулась на планету, потому что там, где она прежде жила и работала, ничего такого не применялось. Очевидно, разработки были предназначены только для легальной части Петры.              Дастария Семь была последним фрагментом этой головоломки, на ней замыкался этот цикл само-поддержки секс-индустрии. Наркотические препараты и добавки разрабатывались втайне, для чего и требовался план по добыванию гормонов. Положиться в этом смысле на имеющихся женщин было слишком рискованно… Хотя, скорее всего, доктор Роялс и ее сообщники собирали гормоны и раньше, еще до Дастарии Семь, иначе им не захотелось бы зайти так далеко и захватить целую планету. Эту часть головоломки еще никто не разгадал, хотя догадаться было несложно.              Зная Доктора, он бы придумал десяток теорий еще до завтрака.              Совершенно потрясенная и, возможно, слегка подавленная всем этим, Роза решила, что это время, как, впрочем, и любое другое, можно назначить ночью. Она изрядно вымоталась еще до того, как пришла проведать подругу, а с учетом всех этих разговоров об ужасах планеты, где они явно собирались сегодня задержаться, следующим логичным шагом было немного отдохнуть.              Она пожелала Зелл спокойной ночи, обняла ее, обещала, что утро вечера мудренее, и направилась по коридору к комнате Доктора (которая, к счастью, обнаружилась несколько ближе, чем обычно). На время отсутствия Розы ТАРДИС убрала освещение, но вновь вернула, правда, частично, чтобы девушка не заблудилась по дороге к кровати.              Доктор спал в той же позе, в какой она оставила его: лежа на спине, одна рука под головой, другая покоится где-то под одеялом. Это зрелище вызвало у нее улыбку; он всегда кружил ей голову одним своим присутствием рядом, что же говорить о перспективе разделить с ним постель. Это было так прекрасно, что почти невыносимо.              Вспомнив, что под одеялом он полностью раздет, Роза решила последовать его примеру и тихо сняла с себя все, аккуратно уложила каждый предмет одежды в стопку рядом с кроватью и осторожно скользнула к нему под одеяло.              Таймлорд немедленно отреагировал на ее присутствие – схватил за руку, притянул к себе и крепко обнял. Она счастливо вздохнула и уткнулась носом ему в грудь, слушая, как где-то над ее головой бьются в чудесном инопланетном ритме два его сердца.              – Роза, – невнятно пробормотал он сквозь сон и крепче обнял ее. – На тебе ничего нет…              Роза тихо рассмеялась.              – Как и на тебе, – чуть слышно, но все равно игриво прошептала она.              – М-м-м… – Он приподнял голову, будто пытаясь убедиться в этом своими глазами, хотя в данном случае это было бесполезно из-за одеяла. – Похоже на то. – Он слегка ослабил хватку и, скользнув ладонью вниз по предплечью Розы, добрался до ее пальцев и крепко сжал. – Можно заняться с тобой любовью? На этот раз как положено.              Боже.              Он неутомим.              – А мне и в прошлый раз понравилось, – с улыбкой сказала Роза, не забыв продемонстрировать язычок. – Даже очень, на самом деле. Не понравилось только одно – знать, что ты можешь… ну… умереть. – Она с трудом сглотнула и ее настрой на легкий сонный флирт испарился, сменившись уколом страха при мысли о том, что могло произойти. Доктор вновь стиснул ее руку, медленно поднес ее к губам и нежно поцеловал костяшки.              – Мог бы и раньше кончить, – пробормотал он. – Физиология Таймлорда, ну, знаешь, превосходит человеческую… – Но я не хотел. Без тебя. – Он снова поцеловал ее в тыльную сторону ладони. – Наверное, в этом я эгоист.              Роза резко выдохнула и ухмыльнулась.              – Да, настоящий эгоист, перед смертью желающий довести меня до оргазма, – пробормотала она. Игривые интонации вновь вернулись к ней.              Доктор усмехнулся.              Они помолчали секунду-другую, просто тихо дыша в унисон и нежно поглаживая пальцами кисти друг друга.              – Роза?              – М-м-м?              Он откашлялся.              – Так можно заняться с тобой любовью?              Роза прыснула со смеху.              – Конечно, можно, негодяй ты этакий. – Она подняла голову как раз в тот момент, когда он наклонился к ней, и они встретились на полпути для теплого и желанного поцелуя.              Несколько секунд их рты двигались в одном ритме, медленно и как будто задумчиво, ничуть не утратив, однако, ни приязни, ни эмоций, которые им так нравилось разделять друг с другом.              Не дав ему шанса пошевелиться, Роза первой взобралась на него и уселась верхом. Оба ахнули, когда ее горячее сосредоточие страсти соприкоснулось с его напряженной длиной. Она уже истекала влагой, а он достаточно затвердел, и его плоть пульсировала под ней.              – Так нормально? – еле слышно прошептала она, качнувшись вперед и ласково скользнув по его стволу. Ее пробрала дрожь, он застонал, его руки легли ей на ягодицы.              – О да, – шепотом выдохнул он. – Роза…              Мягко улыбаясь, она начала двигаться вперед-назад, прерывисто вздыхая, когда его горячая твердая плоть касалась ее там. Он тяжело дышал, прижимая ее к себе и побуждая продолжать, с его губ срывались тихие, сладкие сексуальные звуки. Это было божественно, но обещало еще больше.              – О-о, – простонал Доктор, поглаживая ее по ногам. – Как это прекрасно… – Его руки скользнули выше, большие пальцы с двух сторон добрались до ее лобка и принялись ласкать, дразня чувствительную кожу. – Хочу в тебя… Почувствуй, что ты делаешь со мной…              Сдвинув брови от интенсивности желания, которое вновь разгоралось в ней, Роза кивнула и приподнялась – совсем немного, просто чтобы ему хватило места. Протянув руку, она взяла его в ладонь, пару раз провела вверх-вниз и направила в себя. Медленно, дюйм за дюймом она опустилась, обхватывая его, пока не приняла в себя целиком, и все это время они тихо стонали в унисон.              – Да, – выдохнул Доктор. – Роза… Ты потрясающая. Такая горячая… Насквозь мокрая… Блять. – Он убрал руки с ее ягодиц и положил на бедра.              Роза накрыла его руки своими, ее рот приоткрылся, и она начала двигаться, пока еще медленно, и тут же, зажмурившись, выдохнула его имя. Ее мышцы сжались вокруг него, и он шевельнулся внутри нее в ответ.              Задохнувшись, Доктор плавно толкнулся навстречу ее следующему движению, глубоко проникая в ее жар. Роза коротко ахнула. Этот секс совсем не напоминал предыдущий раз, он был нежный, сладкий, медленный. Чувства переполняли их.              – Я люблю тебя, – прошептал он. – Так сильно. Ох, твою же мать, Роза… Ты… – Он со стоном зажмурился.              – Я-а-а… т-тоже тебя люблю, Доктор, – тихо выдохнула Роза с ноткой отчаяния, и он сильнее прижал ее к себе. Она коротко вскрикнула и тут же всхлипнула. – Боже…              Глаза Доктора медленно открылись, с благоговением и страстью созерцая ее.              – Ты прекрасна, – пробормотал он, двигаясь внутри нее чуть резче, но еще позволяя ей сохранять контроль. – Моя Роза.              Они двигались в темноте в своем медленном, опьяняющем ритме, никуда не спеша, их вздохи и стоны сливались с тихим гудением ТАРДИС. Роза чувствовала, как внутри нее вновь быстро нарастает напряжение, ее прерывистое дыхание ускорилось, и Доктор, улыбаясь, крепче сжал пальцы не ее бедрах. Она чуть ускорила ритм, сильно вжимаясь в него на каждом встречном движении, издавая тихие стоны вперемешку с его именем. Он отвечал тем же, подстраиваясь под заданный ею ритм и помогая поддерживать его, старательно усиливая их общее удовольствие.              – Я чувствую, как ты близко, – прошептал он. – Просто расслабься, любовь моя. Я держу тебя.              Роза крепче обхватила его собой и несколько раз вскрикнула, приходя к финалу. Не в силах больше соблюдать какой-либо ритм, она дрожала, почти не владея собой и позволяя Доктору мягко насаживать ее на себя, пока она купалась в волнах наслаждения. Покачиваясь вверх-вниз, он завороженно наблюдал ее оргазм, а потом присоединился к ней. Не отводя от нее взгляда, он вскрикнул и содрогнулся, выплескиваясь в нее.              Только после этого Роза позволила себе упасть на него, и он обвил руками ее талию. Крепко прижимая к себе ее обнаженное потное тело, он поглаживал ее по спине, пока оба пытались отдышаться.              Так они лежали, пока он не выскользнул из нее, а затем осторожно перекатил на бок и обнял.              Еще несколько минут тихие признания в любви перемежались нежными поцелуями. А потом Роза наконец-то погрузилась в сон.