Тебе придётся с этим жить

Барс пришёл в себя только на третий день после случившегося. Бизон к тому времени уже был в городе, но после звонка в первый свободный момент снова рванул в Сосново. За эти дни он успел ещё подробнее изучить детали операции, в которой погиб Андрей Мираев, а так же подробности о том, кто есть Павел Мираев и чем он так примечателен, что за его ликвидацию ему дали три дня отдыха, которые он, в общем-то, и собирался провести в Сосново, так как Вершинин сказал ему, что Барса надо будет активно выгуливать, чтобы он быстрее пришёл в себя. Всё это время Бизона волновал только один вопрос: а стоит ли сообщать Барсу ту правду, которую он знает теперь. Он ведь наверняка спросит, будет интересоваться… Но надо ли ему знать эту правду, чтобы потом у него был только лишний повод винить себя в гибели Лины? Всё понятно, работа у них такая, никто от подобных выпадов не застрахован, но одно дело в теории, а совсем уже другое — испытывать это на себе. Так или иначе Борис крайне злился на выпавшую ему участь — делать такой выбор. Он не хотел брать на себя ответственность за последующее состояние друга, но при этом не был готов обманывать его в случае прямых вопросов. С этими мыслями Борис прожил два дня в городе и с ними же доехал вновь до Сосново. Он уже по привычной лестнице поднялся теперь только на второй этаж больницы, Барса уже перевели в обычную палату, где его уже можно было без трудностей навещать. — Ну здорова, Барсук, — постучавшись, а потом резко распахнув дверь сказал Бизон Барс привстал, и, широко улыбаясь, ответил: — Здоров, какие люди… Ты как здесь оказался? Бизон усмехнулся, потому что вопрос в тех обстоятельствах звучал действительно смешно — Угадай, — ответил он, продолжая добродушно смеяться, — как ты тут? — До этого момента было грустно и одиноко, — отчеканил Андрей, усаживаясь на койке — Ничего, ближайшие три дня ты от меня не отделаешься, — пожимая товарищу руку, сказал Борис — Да ладно, что ты такое натворил, что тебя сослали в глубь области на целые три дня? — поинтересовался Барс Бизон сначала посмеялся, а потом резко сделался куда серьёзнее, вдруг столкнувшись с тем самым моментом, который он так тщательно продумывал, но так и не определился с тем, как вернее действовать и как резоннее поступить. В конце концов он понял, что им обоим нужно когда-то это пережить, так как всё тайное становится явным, и чем раньше оно им станет, тем меньше недопониманий между ними будет. — Да так… — сказал Борис, отводя взгляд в сторону — Борь, — вдруг как-то отрешённо обратился к нему Барс — У? — Мне Михалыч, ну, врач местный, сказал, что ты вытащил меня из канавы и притащил сюда… — нахмурившись сказал Барс — Ну предположим, — кивнул Бизон — Как? Ты ведь спал, я проверял… — продолжил расспросы Андрей — Интересно как ты это проверял, — усмехнулся Борис, — ну да ладно — Нет, серьёзно, как ты узнал? — Я проснулся от того, что с дивана чуть не упал. Смотрю, окно открыто, тебя нет, — пояснил Бизон — А подонок этот уже за границу свалил наверное… — пробубнил себе под нос Барс — Не свалил — Правда? И где он сейчас? — заинтересовался Андрей — Глубоко под землёй, — так же монотонно отвечал Борис Барс вопросительно посмотрел на Бизона, присевшего на комод. В этом взгляде читалось такое любопытство и при том проницательность, что вариантов действий просто не оставалось. — Ну что, я вылез из окна, в кустах что-то шевелилось, я за ним шёл, а оно на меня набросилось. Мы поговорили… Плохо поговорили, не договорились — Ты хочешь сказать, что ты его убил? — пристально глядя на Бизона, спросил Барс Борис кивнул. Андрей вдруг сделал громкий выдох и посмотрел на него с такой неподдельной благодарностью, что ему на секунду показалось, что всё в тот день было не зря. — Ты был прав, Лину он действительно из поезда столкнул, только… Барс резко помрачнел. Он всё ещё не мог простить себе хотя бы то, что из-за своих же самоуверенных действий даже не успел попрощаться с любимой племянницей. Бизон немного помолчал, потом продолжил: — Только там не всё совсем так просто… Настоящая фамилия Колосова — Мираев. Тебе что-нибудь говорит эта фамилия? Барс сосредоточился, сощурился, потом ответил: — Знакомая фамилия… Только не помню… Погоди… Барс замолчал, но вид при этом у него был то ли ужасно напуганный, то ли потерянный — Борь… Он часом не Павел Мираев? — шёпотом спросил Барс Бизон кивнул. Барс резко развернулся, встал и подошёл к стене, наклонив голову. — Что? — не понимал Бизон Барс повернулся, опираясь о стену. — Я идиот… — зажмурившись и закатывая голову назад, сказал он, — ДА КАК Я МОГ ЕГО НЕ УЗНАТЬ, — вдруг очень громко крикнул он, ударив рукой по стене по всей силы — Тише, тише, садись, нельзя тебе ещё, — подхватив резко терявшего силы товарища, Бизон усадил его обратно на койку Барс долгое время, минут десять сидел, глядя куда-то вперёд, но в то же время в далёкую бездну, пустоту. — Я сам убил её… — прошептал он — Не говори ерунды, Андрюх… Это цинично, ужасно цинично, но никто из нас от этого не застрахован, к сожалению… — попытался поддержать его Бизон Барс покачал головой. — Нет… — Барс тяжело вздохнул, — в общем… Был Андрей Мираев, он погиб, когда брали их банду… Он тогда убил моего напарника, на тот момент единственного человека, которому я мог хотя бы доверять… Тот Мираев, который Андрей, он все эти теракты готовил с напарницей, Анной Морфиной… Я случайно пересёкся с ней год назад в отпуске… Она выступала в каком-то баре, её объявили как «Мираева»… Я узнал её и сообщил местным… На выходе из бара она попросила дать ей уйти, пригрозив, что в противном случае её брат жестоко отомстит… — Андрей, сколько мы всегда слышим таких угроз, на каждом втором задании… — Я отказал ей, она схватила осколок горла бутылки и перерезала себе горло… Я тогда вернулся, разузнал всё про их семейку, узнал, что действительно, у них был ещё один брат, её родной — Павел Мираев… Но его фотографий не бало, только описание… НО ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ОН ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НА НЕЁ ПОХОЖ, — снова подскочив упрекал себя Барс — Барс, сядь, — попросил Бизон, — что есть, то есть… Уже ничего не изменить… Слава богу, ты сам жив остался… — снова чуть дрожавшим голосом добавил он — Да уж лучше и правда было остаться там, в этой чёртовой канаве, чем теперь жить вот с этим… — как-то вдруг очень холодно и отрешённо сказал Андрей Бизона аж передёрнуло от ткаих слов. У него перед глазами снова пронёсся весь сценарий того дня, два момента, заставивших его почувствовать себя максимально беспомощным и потерянным в вихре обстоятельств, не зависевших от него самого… На берегу канавы и палате реанимации. Он где-то в глубине души понимал, что сейчас чувствует Андрей, но чтоб случайно не наговорить лишнего, резко поднялся и шагнул к двери из палаты — Прости, я зайду… Позже… — сказал он, стараясь не сорваться и пустить пулю в висок Борис, видимо, сам не замечал, насколько его психика была расшатана за эти дни и как легко его ранили банальные слова отчаяния. В сложившейся ситуации никто не был виноват и никто не был прав. Барс только на следующее утро задумался о том, почему Борис так резко оставил его. Прокручивая сценарий прошедшего дня, он вспоминал слова Бизона, потом рассказы Вершинина о том, в каком состоянии Борис последний раз влетел на третий этаж… Он помнил и то, что Тарасов говорил ему в реанимации: «.ты должен жить.» Дело близилось к вечеру, надежда на то, что Бизон всё зайдёт сегодня, стремительно угасала. Андрей всё острее чувствовал, что перегнул, обидел товарища, но ведь у него не было даже телефона. — Валентин Михайлович, дайте, пожалуйста, позвонить… — попросил он — Кому? — уточнил Вершинин — Просто позвонить… — Так всё-таки кому? — послышалось из-за двери — Бизон! — обрадовался Барс, — уже никому, — сказал он Вершинину — Я так и подумал, — усмехнулся врач, — давайте, далеко не уходите, силы беречь, воздухом дышать, нервы тоже беречь, обоих касается, — сказал он, уходя — Давай, одевайся, мы идём гулять, — пояснил слова Вершинина Бизон — Погоди, Борь, сядь на минуту… — попросил Барс, — в общем извини, я лишнего ляпнул вчера… — Всё в порядке, — сказал Бизон, стараясь сделать это максимально убедительно, — я не знаю, откуда такая реакция… Знаешь, Андрюх, мне правда давно не было так страшно, как в тот день Барс вздохнул и положил голову на плечо друга. Они поняли друг друга правильно, и это — самое главное. Они долго гуляли, разговаривая на совершенно разные, далёкие темы, шутили и чувствовали себя как никогда по-родному свободно. Проходя мимо дома Снежных невольно вновь коснулись больной темы, хотя, с каждой минутой и это уже начинало казаться «делом прошлым», единственным ужасным последствием которого осталась аккуратненькая свежая могилка на краю кладбища… — Барс, — тихо обратился Бизон к другу, молча смотревшего на бумажную фотографию, временно оставленную под крестом, вставленным в песок, — теперь уже как ни крути, тебе придётся с этим жить… Андрей только молча кивнул, в очередной раз тяжело вздыхая. Как бы ни было тяжело, Борис был прав — им всем теперь придётся с этим жить.