Тебе придётся с этим жить

- Борь, поедем завтра на Залив... Погода хорошая, редкость - Я представляю физиономию Барса, который хотел отоспаться за выходные, — усмехнулся Борис - Не выходные, а выходной, при чем от выходного там от силы пол дня, и вообще, наспится ещё, вон Петрович обещал командировку во Владивосток, лететь долго, время будет, — настаивала Багира - Ну тогда... — Бизон не договорил, прервал телефонный звонок, то есть беззвучная вибрация, — здорова, Барсук, мы тут... — Борис снова резко замолчал, вдруг стал серьезным и как будто немного нахмурился, — что случилось?... Ты дома? Да, конечно, сейчас буду... — сказал он, кладя трубку - Барс попросил зайти к нему... Что-то случилось, я давно не слышал, чтоб у него голос такой был... — тихо сказал Борис - Я тогда пока отвезу всё на базу, чтобы завтра этим не заниматься... Только сразу сообщи, если что, — садясь в машину и прощаясь с товарищем подытожила Багира Бизон быстрым шагом направился к парадной, где была квартира Снежного. Путь до боли привычный, сколько раз и каком только состоянии не ходили они друг к другу вдоль этих самых домов... Шестого, восьмого и десятого. Сам Тарасов жил в первом подъезде десятого, а Андрей как бы на другом конце — в последней парадной шестого. Но сейчас, в эту минуту мысли у Бориса были где-то очень глубоко. Он предполагал, но не мог точно понять, что могло так вдруг произойти. Они виделись полчаса назад, собирались встретиться на следующий день, разошлись по домам. Бизон набрал «254». Со знакомым всем пиликаньем дверь открылась. Перепрыгивая разом несколько ступенек Борис добрался до квартиры сослуживца. Дверь была приоткрыта. Бизон вошёл, захлопнув за собой дверь. Свет нигде в квартире не горел, только за счёт летнего вечернего оконного освещения комната, которая просматривалась из прихожей, не казалась темной. Очень тихо, как тень, Снежный подошёл слева, со стороны кухни. - Спасибо, что зашёл, — тихо, как будто выдавливая из себя слова, сказал он - Что? — пристально глядя на друга спросил Борис Андрей сделал глубокий вдох и жестом позвал Бизона в комнату. Оба сели на диван. - Лина... — односложно, тихо, глядя куда-то вдаль, в пустоту сказал Барс - Как?.. — вполне однозначно поняв, что имелось ввиду непоправимое, спросил Бизон Барс снова сделал тяжело вздохнул, как будто стараясь преодолеть что-то, не дававшее сил говорить, думать... Лина Снежная была дочерью родного брата Андрея, который умер ещё до рождения девочки. Мать после смерти мужа много пила, а когда ее дочери было шесть лет, она была лишена родительских прав. Официально опекунство над Линой тогда было передано родственнице со стороны покойного мужа матери, но фактически жила несколько месяцев она с Андреем. Когда он поступил на службу в «Тайфун», Лине было 9 лет. Она некоторое время пожила с двоюродной бабушкой, но та решила переехать жить в Голландию. Таким образом Барс снова остался единственным близким человеком для Лины, как и она для него. В 2006-ом году, с февраля по июль, Лина жила на базе отряда «Тайфун». Четверо бойцов нарушали все возможные формальные правила, но девочка росла, училась, а главное, что все были спокойны. Через полгода из Австрии вернулись родственники Андрея по маминой линии, Лину отправили к ним, так как несмотря на взаимную привязанность Тайфунов к ней, и ее к ним, определенные проблемы ее пребывание на режимном объекте всё же приносило. Лина росла, но самым близким человеком для нее всё же оставался ее родной дядя, Андрей Снежный. А для Барса племянница оставалась единственным родным и любящим человеком, искренне радовавшимся каждой их встрече. Месяц назад Лине исполнилось двадцать лет. - Она... Выпала из поезда, на гравий... Насмерть... — отчасти неразборчиво, как будто из прострации сказал Барс Бизон опрокинулся на спинку дивана, щурясь и ощущая какую-то неприятную дрожь, как будто что-то резко упало и придавило пол мира вокруг. - Это он... — очень коротко, но более уверенно сказал Барс - Кто? — нахмурившись, спросил Борис - Влад Колосов. Ее жених... То есть муж, у них три недели назад свадьба была... — полушепотом, сдерживая дрожь в голосе, пояснил Андрей - Что ты имеешь ввиду? - Это он ее толкнул... Он был там, с ней... Но она говорила всем, что едет одна... Значит она не знала, что он там, он просто хотел ее убить... — в порыве какой-то неведомой злости и отчаяния говорил Барс - С чего ты это решил? Погоди... Рано.. - Нет, я всегда... С самого начала он мне не понравился... У нее были очень ценные монеты, старинные... В них стоимость запредельная, и это относилось к тому, что после свадьбы считалось бы их общим имуществом... Он с самого начала... Да... Это так... — крепко сжимая кулаки, говорил Андрей - Андрюх, ты ведь не знаешь наверняка, давай без поспешных выводов... Похороны когда? — постарался чуть-чуть сменить направление разговора Бизон - Завтра, там, в Сосново... — снова вздыхая, ответил Барс Ненадолго повисла тишина. Такая тишина всегда сильно давит, но в сложившейся обстановке особенно тяжело было выносить угнетавшую тишь, нарушаемую только громким фырканьем автомобилей под окнами. Спустя несколько минут, Бизон всё же прервал молчание: - Я с тобой поеду... — сказал он, в мыслях представляя маленькую девочку, которую он в свободное время учил стрелять в тире, которую они с Батей катали на моторке по Неве и Фонтанке... — если ты не против, — добавил он через несколько секунд - Спасибо тебе... — почти шепотом ответил Барс, закрывая лицо руками и наклоняясь вперёд - Держись, брат... — отводя взгляд в сторону, очень тихо, но по-родному настойчиво сказал Бизон - Я вечером поехать думал, там у них комнат много, есть где переночевать... — перейдя к более реалистичному обсуждению вопроса сказал Барс - Ладно, давай, я за тобой заеду, в восемь... Надо Шального предупредить, что мы завтра на дневную не успеть можем... - Да... Спасибо... — не поднимая глаз, все так же тихо сказал Андрей Борис положил руку товарищу на плечо. Слова были ни к чему, в таких ситуациях уместнее было многозначительно, тихо молчать, стараясь выдержать нависшую в воздухе тяжесть. - Чёрт возьми, ей ведь... Она же молодая совсем... Была... — резко обернувшись и встретив взгляд детского личика с портрета на стене сказал Бизон - Двадцать лет. Ей месяц наз исполнилось двадцать лет, — не поворачиваясь говорил Барс, — я не смог тогда приехать, мы в командировке были... Потом хотел заехать, поздравить, но они всё время заняты были. На свадьбу тоже забежал мельком, на пару минут, поздравил, и обратно... Нормально поговорили последний раз, наверное, полгода назад... У меня на её вопросы ответ "служба", у неё на мои "учёба"... Вот и всё... — крайне печально глядя вслед скатившейся, тяжёлой и горькой слезе говорил Андрей А Бизон стоял, смотрел на фотографию. Он понимал, что должен идти, предупредить начальство, собраться в поездку, но оставлять друга в эти минуты ему так же казалось неправильным, нечестным... Тишину прервал внезапный звонок городского телефона. Андрей встал, подошёл к телефону, поднял трубку. Услышав голос звонившего, он многозначительно кивнул Борису, что это надолго и пока он спокойно может его оставить. Бизон тоже кивнул в ответ и направился к выходу. Ближе к восьми часам вечера Борис ждал Андрея у его парадной. Через несколько минут Барс вышел: выглядел он горазд бодрее, чем днём. Быстрым шагом он подошёл к автомобилю, закинул сумку на заднее сидение, открыл дверь и сел справа от водителя. - Привет, — сказал он, захлопнув дверь - Здорова, — ответил Бизон, взяв в руки навигатор, — вбей адрес, а то там ремонт трассы, объезжать придётся - Да ладно, я там все дорожки знаю, поехали так Действительно, добрались до пункта назначения всего за 3 часа и даже без приключений, что было редкостью. На месте мужчин встретила двоюродная сестра Снежного, Юля. Она проводила гостей в их комнату и предложила поужинать, но молодые люди отказались. Даже Борис предпочел поскорее лечь спать, ведь отпевание было запланировано уже на восемь часов утра, спать оставалось не так много, а для офицеров это был первый выходной за долгое время. Никто почти ни о чём не говорил — только бытовые моменты. Андрей в принципе был погружен в свои мысли, которые были ещё далеко от осознания произошедшего. По пути от ванной комнаты до гостевой он столкнулся с Владиславом Колосовым — женихом погибшей девушки. Они молча обменялись испепеляющими взглядами, при чём казалось, что оба в этот момент ненавидели друг друга. Как будто предположение Снежного имело место быть, а возможный виновник будто бы догадывался о подозрениях Барса. Так или иначе, этот взгляд только укрепил уверенность Андрея в том, что Влад причастен к гибели Лины, хотя объективных причин для таких доводов как будто бы и не было. В небольшой комнатке, куда на ночь определили Бизона и Барса, были два дивана. На обоих уже было постелено белье, на спинках висели шерстяные пледы на случай ночного холода. Спать легли почти сразу, на удивление без вечерних разговоров и долгих рассуждений. Хотя отчасти это было неудивительно, каждый был погружён в свои мысли, воспоминания, скорбь. Обычно происходит с точностью наоборот, но в этот раз Борис уснул первым и почти сразу. Ночь. Из распахнутого окна веяло ночной летней свежестью, прохладной, в сравнении с утренней. Было очень тихо, слышался только какой-то далёкий лай собак с соседней улицы, свойственный для таких поселений. Диван был довольно узким и в один момент Бизон проснулся от того, что чуть не скатился на пол. Пришлось открыть глаза, придвинуться ближе к спинке, при этом почувствовать приятную свежесть. Несколько секунд понадобилось внимательному по роду службы бойцу, чтобы обратить внимание на то, что когда они ложились, окно было закрыто. Он развернулся, посмотрел сначала на тёмное небо, которое было видно из-за отодвинутой шторы, а потом и на соседний диван. На нём было пусто. Борис быстро встал, подошёл к окну. Никого не было видно, но по прошествии секунд десяти послышались какие-то тихие, осторожные шаги. Бизон осторожно, как умел, максимально тихо спустился через окно на землю. Кругом всё ещё было темно. Вдоль дома были высажены кусты: в них Борис и заметил подозрительные шевеления. Он стал сопровождать "волну", которая двигалась вдоль стен дома по этим кустам, как вдруг что-то резко толкнуло его сбоку... В темноте было трудно предугадать нападение, но в дальнейшем боевая подготовка Бориса и его противника были совершенно несоизмеримы, так что Бизон быстро придавил его к земле, намекая на принуждение прекратить сопротивление. В конце концов мужчина расслабился, оставив попытки вырваться. - Пусти, - прошипел он - Ты кто такой? - спросил его Бизон, всё ещё контролируя его положение в пространстве - А тебе что? - усмехнулся тот, - я мирно прогуливался вдоль дома, ты ни чтого ни с сего меня преследовать стал - А, среди ночи мирно прогуливался в кустах, а потом мирно набросился ни с того ни с сего? - саркастически ухмыльнулся Борис - Это была исключительно самооборона, да и силы оказались не очень-то равные... Привыкнув наконец к темноте, Бизон узнал в этом человеке Влада Колосова, с которым они вечером успели пересечься. Он так же сразу обратил внимание на ссадины на его лице, ведь ещё вечером их точно не было, да и раны выглядели свежими. - Где ты так личико потрепал? - поинтересовался Бизон - Ну так ты меня вон как по земле возил, - ответил Влад - Не выдумывай, ты сейчас мордой земли не касался. Где Андрей? - задал прямой вопрос Борис - Какой Андрей? Не знаю такого, - с ухмылкой продолжил отпираться Колосов - Ты меня достал, придурок, - снова применяя удушающий приём, сказал Бизон - Всё равно своего Андрюшу ты уже не найдёшь, - с какой-то очень злой улыбкой и сверкающими от злорадства глазами сказал Влад - Что с ним? - надавливая ещё сильнее спросил Борис - Не волнуйся, ему уже ничего не страшно, - начиная задыхаться, прошипел Колосов - Повторяю вопрос, где он и что с ним? - применяя уже болевой приём, спрашивал Борис - Так я тебе и сказал... Он заслужил... Я долго ждал этого момента... - морщась от боли, говорил Влад, - однажды он забрал у меня близкого человека... И я отомстил, теперь мне уже тоже наплевать, что ты со мной сделаешь, - цинично смеясь, продолжал он Бизон немного ослабил давление, неожиданно открыв для себя совершенно новую сторону вопроса: выходит, что Барс был прав, и Влад действительно убил Лину, только не ради тех ценностей, которыми она владела, а, выходит, из мести... - А подробнее? - сухо и серьезно спросил Борис - Сам поищи, уверен, его ещё и наградили после этого, - вновь гневно насмехаясь, сказал Влад, - хотя надо ли рыться в прошлом... Главное что нет теперь на этой земле ни его, ни дурочки этой... А мне ведь даже напрягаться не пришлось, она сама в меня влюбилась, доверяла мне, вот и поплатилась В конце концов после ряда таких насмешек и ужасно циничных заявлений, Бизон сам не заметил, как в порыве разыгравшейся ненависти и зашкаливавшей обиды за секунду вытащил ножик и воткнул его недоброжелателю прямо в сердце. Даже осознав, что обратного пути уже нет, Борис не жалел о том, что сделал. Только теперь он, оттащив обмякшее тело к траншеи у забора, которая в том месте ещё не была заполнена водой, обратил внимание на мокрые запачканные снизу штанины Колосова и прилипшую на них ряску. Всё указывало на то, что он недавно был у канавы, и вряд-ли случайно оступился, обмочив ноги. В сознании всё ещё звучали слова убийцы: "Главное что нет теперь на этой земле ни его, ни дурочки этой..." Бизон старался отрешиться и не верить в возможность такого исхода, хотя с каждой секундой его всё сильнее угнетала та уверенность, с которой об этом говорил Колосов. Всё звучало очень убедительно, он не сомневался в том, о чём говорил... Бизон не мог даже представить себе, куда перевернётся мир, если он сейчас не успеет, не сможет найти друга... Живым или мёртвым... Нет, только живым, другой вариант казался далёким и всегда невозможным, самым ужасным и самым страшным. Борис продолжал движение вдоль канавы, пока не заметил явные следы недавнего человеческого присутствия. Как будто кто-то наступил на край и соскользнул по влажному склону берега траншеи. Борис последовал по этим следам, опускаясь пости по колену в илистую воду. - Барс... - затаив дыхание, прошептал он, нащупав в воде человеческое тело Ни теряя ни секунды он подхватил его подмышками, вытянул на берег и дрожащей от какого-то нахлынувшего ужаса или страха рукой стал пытаться нащупать пульс. Тяжело вздыхая, но в то же время выдыхая с огромным облегчением, Борис всё же почувствовал слабое сердцебиение. Дальше думать было не о чем - все действия отработаны до автоматизма, оказание первой помощи... В воде Андрей, видимо, провёл уже минут двадцать, так что хотя Борис и смог заставить его дышать и дышать немного ровнее, привести утопленника в чувства не получилось. Средств связи при себе не было, поэтому Бизон решил, что он быстрее сам дотащит Барса до больницы, которая находилась оттуда в двух улицах, чем дождётся скорою. - Ты только держись, брат, немного осталось... - то и дело бубнил Борис, по тёмным ночным улицам Сосново приближаясь к местной больнице До утра Бизон просидел на скамейке под дверью, за которую увезли Барса. Оттуда то и дело появлялись медсёстры, отказывавшиеся что-либо комментировать. Уже рассвело, когда двери снова распахнулись и оттуда наконец вышел врач, которому Бизон изначально обрисовал ситуацию. - Доктор, как он? - подскочив спросил Борис - Ой, Борис Андреевич, вы ещё здесь... Ничего определённого вам сейчас не скажу, сейчас всё зависит от того, как поведёт себя его организм... - пожимая плечами сказал врач, и, глядя на всё ещё требовавшие чего-то большего глаза Бизона, - дело в том, что в воде, которой он нахлебался, помимо естественной грязи и разной органики, были остатки бытовой химии, которую сливают в канавы из окрестных жилищ. Мы, конечно, ввели все необходимые препараты, вычистили всё, что могли, но теперь всё действительно зависит только от того, как среагирует его организм, - пояснил он Бизон кивнул несколько раз, стараясь отогнать тревожные мысли. - Ясно, ясно... Сообщайте, пожалуйста, если будут какие-то новости, - попросил он, ещё раз благодарно кивая - Не ждите здесь, это не дело нескольких часов, - сказал Валентин Михайлович Вершинин, главный врач сосновской больницы - Да... Мы здесь в гостях были... Я отойду, а потом снова зайду... - погрузившись куда-то глубоко в мысли, потерянно ответил Борис - Хорошо, хорошо, - ответил Вершинин, направляясь по делам Бизон ещё несколько минут стоял, глядя в пустоту и размышляя сразу о нескольких проблемах, о которых он почему-то не вспоминал до этого самого момента: во-первых труп Колосова всё ещё просто так лежал в канаве, и не исключено было, что его могли уже обнаружить; во-вторых он обещал Петровичу, что они вернутся к вечеру. Конечно, сам Бизон вполне мог вернуться, но оставлять товарища, ещё не зная, выживет ли он... Вопросов было больше, чем ответов, но выйдя на крыльцо, Борис понял, что ситуация явно ускорила своё развитие: У входа стоял полицейский автомобиль и двое вооружённых капитанов. Борис, не сопротивляясь, проследовал в машину - было очевидно, что полицию серьёзно напрягли произошедшим, такие убийства в тихом Сосново происходят далеко не каждый год. Во время первого допроса Бизон понял к тому же, что родственники Барса заявили в полицию не только об убийстве Колосова, но и о пропаже Снежного. - Значит вы не отрицаете, что убили Владислава Колосова ударом ножа? - спрашивал майор Шилов - Не отрицаю, Колосов набросился на меня из кустов, я защищался, - монотонно отвечал Бизон - Защищались, так что попали идеально в жизненно-важный орган? - уточнил майор - Послушайте, я уже говорил, что я имею соответствующую подготовку, а времени размышлять, куда там ему попасть не было, сработал на автомате - Известно ли вам что-либо о местонахождении Андрея Снежного? - продолжал Шилов - Стоп, стоп, стоп... Я ведь уже отмечал, что прежде чем наброситься на меня, Колосов совершил попытку утопить моего друга, Андрея Снежного, в канаве. После того, как я... убил Колосова, я стал искать Андрея, вытащил его из канавы, сделал, что мог и дотащил до больницы, где вы меня и приняли, - снова обрисовал картину Борис - Что-то не сходится, Борис Андреевич, вы утверждаете, что Колосов напал из-за кустов, но труп обнаружен в траншеи, то есть вы пытались его спрятать? - Нет, я заметил, что у него штаны в ряске, потому и потащил к канаве... У меня была цель - найти Андрея... - пояснял Борис - А как вы вообще оказались на улице? В этот момент Бизон задумался. Описывая и здесь примерную правду, он подставит Барса, а хороших вариантов более красивой истории ему в голову не приходило. Версия "пошёл погулять" не объясняла моментальной самообороны, но дальнейших поисков Барса, о которых он уже упоминал. - Я услышал шорох за открытым окном и решил проверить, в чём дело, - продолжал Борис - Рома, давай на выход, приехали опера из Питера, - позвал Шилова вошедший капитан - Понял, уведите его, - кивнув на Бизона, сказал майор В течение следующих трёх часов Бизон монотонно смотрел в стенку камеры временного содержания, ожидая дальнейшего развития событий. Смешно было даже представить, что ещё вчера они с Багирой планировали провести выходной на берегу Залива. Больше всего в происходящем его тревожило остуствие возможности узнать, как себя чувствует Барс. В любом случае оставалось только ждать. - На выход, - открыв решётчатую дверь, сказал сержант Он проводил Бориса до выхода, вернул некоторые изъятые вещи и сообщил, что он свободен. Бизон был мягко говоря удивлён таким поворотом событий, но, не успел особо подумать: телефон загудел, завибрировал. Вызов от Петровича - штука неоднозначная, потому что Борис ещё не знал, был ли командир в курсе происходившего, или звонит узнать, когда они вернутся - Здравия желаю, - сказал он - Поздравляю тебя, - сказал в ответ Виктор Петрович - Не понял - Каким образом вы пересеклись с Колосовым? - спросил Одинцов - То есть... Ну, он был женихом... То есть уже мужем... Вдовцом Лины, племянницы Барса - Вот же гад, - сказал Петрович, - Влад Колосов, он же Павел Мираев - двоюродный брат того самого Андрея Мираева, который в 2003 году взорвал пассажирский состав под Омском, может помнишь? Как мы сейчас выяснили, Снежный участвовал тогда в задержании, и при попытке бегства Мираева Барс его догнал, взял, связал, а свои его ликвидировали... Их так и не нашли, только сам Мираев знал, куда они могли скрыться - только уже никому не мог этого рассказать - А брат решил, что Барс виноват в том, что его братца пристрелили свои? - Что есть, то есть, - ответил Петрович, - так что поздравляю, ты ликвидировал террориста, который находился в розыске - Почему, если Барс так не любил этого Лининого жениха, он сразу не проверил его по базам... - не понимал Бизон - И на старуху бывает проруха, - сказал Петрович, - как он, кстати? - Откуда ж я знаю, минуту назад из камеры выпустили, - ответил Борис, уже быстрым шагом направляясь в сторону больницы - Доложи, как разузнаешь, жду новостей... - Добро - Только учти, пока у нас тихо, но чуть что, будь готов рвануть в город, - предупредил его Одинцов - Понял, спасибо, Петрович, до связи - сказал Борис, вешая трубку Дальше Борис уже бегом добрался до больницы, в несколько секунд заскочил на третий этаж и как раз в коридоре чуть не столкнулся с Валентином Михайловичем. Тот жестом подозвал Бизона к себе. - Вы с ним друзья ведь, так? - спросил он, напряжённо глядя на Бизона - Ну да, - пытаясь быстрее отдышаться ответил Борис, - что, доктор? - не понимал он, глядя на лицо Вершинина - В общем скажу прямо, я в чудеса не верю. Чудеса случаются, но в моей практике такой случай был всего один. Я не стану обнадёживать, потому что знаю, что боль от неоправданной надежды куда сильнее... Скорее всего ему осталось минут десять, не больше. Наши против, скажу прямо, все считали, что его ещё час назад надо было отключить от аппаратов и не тратить электроэнергию... Но знаете, мне в таких случаях обычно бывает совершенно наплевать на того, кто должен умереть - ему будет всё равно. Но я не могу смотреть на страдания их родных, друзей. Даже чаще именно друзей, настоящих, близких. А вы с Андреем мне чем-то напомнили таких людей... Бизон слушал этот монолог молча, как будто вися в воздухе, держась на тоненькой ниточке, которая уже отрывается... Сегодня он уже однажды пережил это состояние, там, на берегу канавы. Там были действия, там были эмоции, а здесь лишь тишина, коридор, дверь с табличкой "реанимация" и Вершинин, говоривший что-то очень страшное, то, во что так не хотелось верить. - Так вот, я это всё к чему. Наши против, но я всё равно постараюсь использовать последний, крайний метод. Вещество, которое я вколю ему запрещено, но оно быстро выводится из организма... Оно либо поможет, либо сразу же убьёт его... - Насколько я понимаю рискуя мы ничего не теряем, только появляется шанс? - уточнил Бизон Вершинин кивнул. - Можно к нему? - нервным шёпотом спросил Бизон - Вообще-то нет, но... Я всегда за то, что людям нужно дать эти несколько минут... Попрощаться... - Нет... - чуть слышно сказал Бизон, от этих слов ему хотелось уйти глубоко в землю и больше никогда не испытывать подобных чувств - Пойдём, - сказал Валентин Михалыч Бизон молча проследовал за ним. Он как будто не чувствовал ни ног, ни головы, ни воздуха, который вдыхал. Валентин Михайлович оставил его в палате реанимации, удалившись в какое-то помещение за стеклом. Пиканье приборов сильно давило на нервы. Вершинин был прав на счёт надежды, но Борис не мог не надеяться, он всё ещё верил, что Андрей обязательно выкарабкается, обязательно выживет. - Барс... - начал он, обращаясь к абсолютно бледному и неподвижному, но ещё живому товарищу, - Андрюх... Так не бывает, слышишь... - тихо, дрожащим голосом говорил Бизон, - ты должен жить... Ты обязан... Б-б-барс... Вдруг стабильное пиканье сменилось на быстрое, другое, страшное, частое, предвещавшее скорый конец. - Доктор! - крикнул Бизон, но Вершинин уже забежал в палату с каким-то очень миниатюрным шприцом с зелёной жидкостью... Бизон, щурясь, затаил дыхание, наблюдая за происходящим. Валентин Михайлович, сделав укол, молча отошёл в сторону, пристально глядя то на пациента, то на приборы. Он обязан был выставить Тарасова за дверь, но, собственно, что бы это изменило. Шли напряжённые секунды, писк не менялся. Спустя семнадцать секунд он на короткое время затих, а потом стал хаотичным, потом чуть ровнее, ну уже не таким частым. Вершинин поднял голову, всматриваясь в показатели, а потом торжественно повернулся к Бизону со словами: "Он будет жить". Борис как будто приземлился после долгого страшного полёта, отшатнулся к стене, и, запрокинув голову так, что она упиралась в твёрдую поверхность, ответил: - Спасибо вам, доктор... - А теперь на выход, - сказал Вершинин, указывая жестом направление движения - Понял, понял, - повинуясь, сказал Борис, - ещё раз огромное вам спасибо! - тихо сказал он, закрывая за собой тяжёлую дверь реанимационной палаты