Finnigun 4HH

      Драко грел ладонь о карманный стеклянный шар с маленьким пламенем внутри, пока ученики в классе готовили перья и пергаменты для лекции. Дети беззаботно перешептывались о своём и тихонько смеялись. Малфой упорядочивал тревожные воспоминания в сознании.              На доске в углу подвального помещения мел написал название лекции: «Дементоротерапия и её последствия». Каллиграфические буквы застыли, шуршание пергаментов стихло, и юные умы внимали Драко.              — Дементоры, — начал он, — потусторонние, бессмертные, слепые существа, питающиеся душами, воспоминаниями и эмоциями людей… Кто-нибудь знает, зачем дементору питаться, если он бессмертен?              Мальчишка с красноватой кожей тянул руку вверх.              — Они… Они едят, чтобы… Ээ, чтобы не заснуть!              — Верно. Дементоры питаются, чтобы не впасть в спячку. Но что плохого в спячке? Отсутствие еды. Чем дольше дементор не питается, тем слабее и меньше он становится. А рост и сила важны в иерархии стай. Соперничество, выживание и инстинкты хищников побуждают их быть крупнее и поглощать больше еды, чем сородичи, — Драко осмотрел лица детей в классе. Все слушали. — А есть ли причины, по которым дементор вынужден засыпать?              — Э, ээ… Ранения! — не удержался старательный ученик.              — Ваша фамилия, мистер?              — Эм… ээ, я Шерман, сэр! Ээ, профессор.              — Всё правильно, мистер Шерман. Дементоры засыпают, чтобы восстановить тело. При этом они испускают густой туман, который является ещё и способом защиты от других существ или волшебников. Прячутся, — кратко пояснил Драко и положил на стол стеклянный шар с огоньком. Пальцы достаточно согрелись, а прошлое не волновало разум. — Так как это всё связано с терапией?              Девочка за первой партой подняла руку как по линейке, и такая старательность напомнила о ней. Он кивнул, давая слово ученице.              — Дементоры Святого Мунго питаются специально выбранными и дублированными воспоминаниями пациентов, — Малфой только открыл рот, чтобы похвалить, но не успел. Девочка без запинки продолжила. — Скармливанию, дублированию или размножению подлежат только травмирующие человека воспоминания. Их статус определяет целитель во время терапии. Дементоры больницы существуют по одному, что минимизирует действие их инстинктов. Они получают обеспечение, место обитания и защиту от закона об устранении опасных магических существ.              Когда ученица закончила, Драко для надёжности ещё пару секунд помолчал и спросил:              — Хорошо. Но разве нельзя просто дублировать нити воспоминаний в омут памяти вместо скармливания дементорам? — Девочка серьёзно озадачилась. — Нельзя, — с милосердным тоном обозначил он. — Оригинальные воспоминания теряют эмоциональную силу, только если их поглотил дементор. А теперь… Поговорим, какие у этого последствия. Откройте учебник на странице двести двадцать три.              Дети зашуршали бумагой. Под сводом подвала в стене было круглое окно с витражами, которое наполовину засыпал белый снег. Драко снова взял в руки шар, чтобы набрать терпения для этой лекции. Вдруг…              — Профессор Малфой? — спросил мальчишка Шерман. — Аа… А вы, вы знакомы с мистером Финниганом?              — Да, — кивнул Драко, и сторонний вопрос должен был вроде помочь ему, но только не этот. — Знаком. Создатель волшебного огнестрельного оружия и пули против дементоров, — как можно более сухо ответил он.              — Аа… А вы знаете, что он… Он украл изобретение у профессора Бру… Бру! Бруттенхольма!              Малфой расслабился. Это был всего лишь детский вопрос. С тех дней дети его ненормально напрягали.              — Это только слухи, мистер Шерман, — с облегчением и ухмылкой ответил Драко.              — А вот… А вот и нет! — возбужденно не отступал мальчишка. — Мой папа говорит, что он украл чертежи и сделал свой волшебный револь… рев… Револьвер! Чтобы девчонок кадрить!              Класс захихикал. Драко жестом руки попросил их стихнуть.              — Если это действительно так, то почему некий профессор Бруттенхольм не заявит о себе публике? — ученик насупился из-за вопроса. — Всего лишь интригующие пересказы жёлтой прессы, мистер Шерман. Этот профессор не более, чем вымысел конкурентов, — Малфой подошёл к мальчику и положил согретую ладонь ему на плечо, чтобы утешить.              — А вот и нет! — Шерман не по-детски сильно дёрнул плечом и возмутился без заикания. — Где же тогда прототип мистера Финнигана?              Книжные полки окклюменции пошатнулись. Драко моментально сосредоточился на дыхании и отошёл к столу. Он набрал воздуха и спокойно, как подобает обычному профессору, ответил:              — Он засекречен.              Ответ учителя точно не устроил ученика. Тот очень театрально и демонстративно держал обиду. Малфой оставил мальчика в покое и открыл свои записи о последствиях терапии.              — Профессор Малфой, — робко начал мальчик за первой партой. — А вы видели, как стреляют в дементора?              По классу разнесся шёпот. Хорошо поддерживаемая всеми иллюзия, что он обычный новый профессор школы, дала трещину. Ученики смотрели на Драко, затаив дыхание.              — Видел, — предупреждая строгим тоном, ответил Малфой.              — А откуда они… берутся? Ээ… Дементоры?              — Из бездушных трупов, — ученики съёжились и притихли. — Страница двести двадцать три.              На мгновение Драко пожалел, что потерял дружелюбный контакт с классом. Но возвращение к тем дням войны, возвращение даже к маленьким деталям тех событий, будили в его сознании мрачные воспоминания, из которых дементор ещё не высосал цвет и чувства.