Госпожа чёрных вод

Наказания — лекарство для излечения от мятежей; Накажи одного человека, и люди Поднебесной испугаются и не осмелятся своевольно совершать дурные дела. «Да мин люй цзе фу ли» (Свод Законов великой династии Мин)

В первые секунды после того, как Император отправил воинов для ареста Черного бедствия, Пэй Мин чувствовал злость. Впрочем, чувство это легко и привычно удалось придушить еще в зародыше. Что ж, боги войны для того и созданы, чтобы сражаться и побеждать демонов, угрожающих миру. И Ма Лин в очередной раз перешла грань допустимого, но видит Небо, он бы предпочел лично узнать, зачем она полезла к А-Сюаню. За годы, что они были знакомы, Ма Лин ничем не выдавала присущего демонам безумства. В последнюю их встречу она показалась Пэй Мину обычной женщиной. Он как сейчас помнил, как она печально смотрела ему в глаза с обреченной решимостью признавая родство своего сына и небожителя. Сам же Пэй Мин не знал, что ему стоит чувствовать — это был его единственный ребенок, еще ни одна из его подруг не могла зачать от него. Ни одна, кроме этой демоницы, которая отчего-то решила скрыть от него наследника, и вероятно прятала бы от него мальчишку до конца времен. Тогда на острове Пэй Мин, как и полагается достойному мужчине, предложил ей признать ребенка, а в ответ получил лишь усталый смешок: — Это дитя наследник Великого бедствия, — прошептала она, показывая края острых зубов, — наследник тех, кто может сотрясти небеса. А ты хочешь подарить ему судьбу ублюдка, рожденного главными потаскухами двух миров? Прости, но я этого не допущу. — Почему ты, — Пэй Мин запнулся, стараясь не огрызаться на нее в ответ, — такая? Тогда Ма Лин изменилась в лице, на несколько мгновений неприятно напомнив Сюань Цзи, готовую кидаться и плакать от боли и обиды, но вместо этого замерла и вздохнула, ни к месту заметив: — Если хочешь, можешь встречаться с А-Куаном. Я не стану мешать, — она прикрыла глаза, будто собираясь с духом, — если со мной что-то случится, у него должны остаться родные. На этом они и остановились. Тогда Пэй Мин не заметил в этом ничего странного, мир жесток и непредсказуем, а матери всегда были склонны к излишнему драматизму. Теперь же, вспоминая этот разговор он не мог отделаться от мерзкого чувства, что Черное бедствие просто связала его с собой, уже планируя похищение Повелителя Ветров. Создала для себя щит, прикрываясь ребенком от праведного гнева небес. Верить в это не хотелось. — Она достаточно разумна, и не тронет А-Сюаня, — в очередной раз повторил Пэй Мин, очень надеясь, что это окажется правдой. Ши Уду дернулся и замер, упрямо держа спину прямой, а лицо бесстрастным: — Эта тварь мне угрожала. Их места в зале собраний располагались совсем рядом, а непосвященные в тайны императорского собрания небожители неторопливо занимали свои места, из-за чего друзья могли спокойно перешептываться, ожидая следующего приказа Императора. Пэй Мин вздохнул. Возможно, шисюн был прав, все же демоны были опасными тварями, пожертвовавшие собственной душой в погоне за смертными страстями. Они с легкостью разрушали и попирали все, что не относилось к корню их безумия, с каждым прожитым годом все больше лишаясь человеческих черт. Ма Лин же была старым и сильным демоном. Когда вспыхнул столб белого света и посреди зала собраний возникли вооруженные небожители, собравшиеся заинтересованно подались вперед, стараясь разглядеть, что же происходит. Толпа качнулась вперед и так же резко отпрянула, будто обжегшись. Люди расступились, и Ши Цинсюань двинулся навстречу к своему брату, явно намереваясь что-то сказать, но вдруг обернулся и вздрогнул встретившись взглядом с Черным бедствием. Вид у него был жалкий: он опять сменил облик и теперь выглядел хрупкой феей в грубых одеждах с чужого плеча, при этом на девичьем личике Повелителя Ветров чернильным пятном темнел след от удара, правда стремительно бледнеющий, из-за вернувшихся небожителю сил. Ма Лин стояла, гордо расправив плечи, не мигая, глядя на своего бывшего пленника, и с хищным интересом следила за его передвижением. Генералы Тайхуа и Циин, ведущие ее под конвоем, к удивлению оказались невредимы, даже молодой бог литературы, которого Пэй Мин еще не успел запомнить, со своим генералом так же не выглядели прошедшими через бой с Бедствием. Что же, похоже, боя не было. Но это кажется мало кто заметил, все внимание небесных чиновников было приковано к пойманному демону. Впервые на памяти Пэй Мина Ма Лин выглядела настолько по-демонически безумной и распутной. Сейчас она больше всего походила на собственные портреты во дворце Лин Вэнь и меньше всего на знакомую ему женщину. Пэй Мин невольно взглянул между широко распахнутыми на груди одеждами и с усилием отвёл взгляд, встречаясь с женщиной взглядом. Тонкие губы демона искривились в самодовольной улыбке, придающей Ма Лин сходства с бешеной лисой. — Приветствую вас, Господа, — промурлыкала она, — могу я узнать причину столь грубого обращения? Небожители возмущённо зашумели: с одной стороны мало кто из присутствующих понимал, из-за чего боги войны решились на открытое противостояние с демонами, с другой любая причина была лишь оправданием для победы над монстром — Пришел срок понести наказания за все преступления, совершенные тобой, — прогрохотал над шепотками и пересудами голос Императора, заставляя всех собравшихся почтительно замолчать, — твоя наглость столь велика, что уже не заслуживает прощения. Чёрное бедствие поморщилась: — Я не делала ничего, что касалось бы небесных чиновников. Ма Лин и Император смотрели друг на друга и почти не шевелились. Лицо небесного владыки дернулось, давая понять, что он испытывает отвращение от встречи с великим бедствием. Кто-то из небожителей нервно засмеялся. — Ты убила Мин-сюна, — зло возмущенно выкрикнул Ши Цинсюань. Демон и Император уставились на него с выражением крайнего недоумения: — Я этого не делала, мальчик, — вскинулась Ма Лин и обхватила себя руками, будто спасаясь от холода, — я не убила ни одного из них. Ее черты исказились, неохотно вспучиваясь и пертекая в лицо бывшего бога земли. Ши Цинсюань удивленно распахнул глаза. Черное бедствие хохотнуло и вновь сменило форму, теперь принимая облик бывшего служителя дворца императора: — Все они лишь часть меня, — пояснила оторопевшим небожителям демон, — я вернула свое, вернула свою плоть и кровь… — Отвратительно, — прервал ее Император хмурясь. — Нет, что вы, было весьма питательно, — рассмеялась демон, сыто щурясь и облизывая теперь уже свои губы длинным темным языком. Оу. А Пэй Мин и не знал, что она так умеет. При всей своей противоестественности зрелище было… интригующим. Ши Цинсюань замер. Было ясно, что еще немного, и его вывернет от отвращения и гнева. Большинство небожителей редко сталкивались с демонами, и еще реже вынуждены были наблюдать за их повадками. Из-за чего на лицах собравшихся отвращение мешалось с ужасом. Для богов земли и литературы фраза «их сожрал демон» мало что значила в действительности. Теперь же перед их глазами был лучащийся от самодовольства демон, заявляющий, что пожирал небожителей. Что же, если она действительно их пожирала, все произошедшее можно было объяснить. Как и то, что Хуа Чэн потом приблизил ее к себе. Демон набирала силу и доказывала свою полезность будущему хозяину. Пэй Мин задумался, он никак не мог понять, зачем же эта женщина так стремилась попасть под чужое покровительство. — Этот грех должен быть отомщен, — в опустившейся тишине прозвучал голос Императора, — Так же как и жизни погибших по твоей вине смертных. — С каких пор Небеса волнуют смертные, — Ма Лин визгливо рассмеялась и Пэй Мин с удивлением понял, что она в шаге от того, что у человека посчитали бы искажением ци. Нет, он абсолютно не понимал, чего добивалась эта женщина. — Каждая жизнь под небесами ценна и необходима, — морщась ответил император, — кроме того, ты не раскаиваешься в своих грехах и более того усугубляешь их. От тебя чудом смогли спасти Повелителя Ветров Ши. Или это ты так же будешь отрицать? — Нет не буду, — губы ее были растянуты в странном подобии на улыбку, но теперь Пэй Мин теперь видел, что Ма Лин напряженно осматривала собравшихся. — Она хотела сожрать повелителя ветров, -визгливо раздалось из толпы. — Чудовище! — Ох, Его превосходительство чудом спасся. Черное бедствие оскалилось: — Действительно, — тихо заметила она, резко оборачиваясь к Ши Цинсюаню, от чего веревки в руках генералов натянулись, — Мальчишка, после того, что ты сделал, тебя стоило бы выпотрошить и оставить вялится на солнце. Все равно бы не помер. — Заткнись, — крикнул на нее Ши Уду и демон легко переключилась на него. — Ох, милый друг, — протянула она, — хоть мы и жили вместе, не стоит так повышать голос. Собравшиеся вздохнули и подались вперед, явно заинтересованный новой сплетней. Шисюн же казалось подавился воздухом, при этом стараясь сохранить лицо. — Довольно, — приказал Император, и по залу разлилась его удушливо горячая ци. Ма Лин покачала головой, но послушно замолчала, вновь глядя на императора. — Владыка Лин Вэнь, приступайте, — махнул он рукой и цзе-цзе устало вздохнула, приближаясь к связанному демону. В руках ее сверкнул ножнами один из драгоценных мечей из коллекции императора. Приблизившись вплотную богиня, протянула изломанный осколок меча. Лезвие вспыхнуло алым. Меч Хунцзин безошибочно указывал на демона. Цзе-цзе взглянула в отражение, проверяя действительно ли перед собравшимися находится демон черных вод и вздрогнула. — Проверка пройдена, — ровно констатировала она, убирая меч в ножны. Все это время Ма Лин продолжала неотрывно смотреть в отражение на клинке, и лишь скривилась когда он вернулся в ножны. Ее черты опять поплыли, с лица лоскутами сползала кожа, а шея неестественно изогнулась. Представляя собой уродливую и отталкивающую картину. Разглядеть лицо стало невозможно, даже отдельные черты с трудом удавалось разобрать. Покойница хрипло прошипела: — Если вы хотели увидеть мой настоящий облик, то могли просто попросить, — изо рта ее потекла струйка крови, — другого я все равно не помню. Лин Вэнь напряглась и обернулась к Императору, ожидая его приказа. — Нам потребуется время чтобы вынести приговор, — сухо заметил он, явно уставший от демонических выходок, — смените ей одежду, чтобы ничего из того, что было при ней не сохранилось, и оставьте под стражей.

***

Лин Вэнь ненавидела свою работу. Каждое ее пробуждение начиналось с мысли о том, что она хочет оказаться где угодно, но не на небесах, не в архивах, и не во дворце императора. И каждое утро она гнала от себя эту мысль, потому что кто, если не она, сможет управлять дворцом, кто, если не она, сможет составлять отчеты для Владыки. К тому же, не в ее положении сдаваться. К тому же ее обязанности не всегда были почетными. Вот и теперь, стоя напротив Госпожи Черных вод, она мечтала оказаться как можно дальше от этого места. Мужское тело привычно переполненное силой, добавляло уверенности, при этом так же привычно раздражая. Совершенный владыка Лань и генерал Вэй остались у дверей, в отдалении от центра комнаты, откуда за ними с вежливым интересом наблюдал демон. С Госпожи Черных вод сняли веревки и она с наигранным усердием растирала затекшие запястья. — Прошу вас раздеться, — ровно произнесла Лин Вэнь. Лин Вэнь ненавидела свою работу. Будь на то ее воля, она бы просто отдала демону сменную одежду или направила к ней служанок, но оставлять бедствие без пут и без охраны было слишком опасно. Поэтому им было поручено проследить за тем, чтобы демон не сбежала, и не пронесла с собой оружие. Демон покачала головой, но одним слаженным движением ослабила пояс и скинула тяжелые верхние одежды. Слой оказался единственным и господа деликатно отвели взгляд. — Что-то ещё? — мягко уточнила демон, делая шаг навстречу богине. — Прошу вас развернуться спиной, — обреченно произнесла Лин Вэнь и достала амулет распознающий зло, такая предосторожность была уже на грани, но Владыка требовал проведения полной проверки. Вопреки ее словам демон сделала шаг вперед, ласково касаясь груди над сердцем. — Вы так взволнованы, — рука скользнула ниже, — не хотите тоже раздеться? Генерал Вэй закашлялся, опуская руку с мечом. — Зачем, — скучающе уточнила Лин Вэнь, поднося амулет к обнаженной груди демона. — Чтобы предаться дикой и безудержной страсти, — подаваясь вперед проворковала девушка. Генерал Вэй за спиной уже не скрываясь хихикал, Лин Вэнь кашлянула: — Я женщина, — отметила она. — Разумеется, я прекрасно помню как вы подошли ко мне с тем стеклянным огрызком, — демон протянула вторую руку, но эту наглость Лин Вэнь уже не могла стерпеть, и раздраженно отбила подначку. Амулет выскользнул из пальцев и тихим хрустом раскололся на части. Лин Вэнь вздохнула. Больше продолжать этот фарс ей не хотелось, спрятать оружие на голом теле было негде, поэтому и проверять тело амулетами казалось бредом, может и хорошо, что он разбился. — Какая же вы холодная, госпожа, — обиженно протянула демон и облизнулась, — может хоть поцелуй мне подарите? Богиня недовольно нахмурилась и впихнула в руки демона грубые темные одежды. — Жестокая… Демон послушно оделась, покорно заглядывая Лин Вэнь в глаза. Она не стала спорить даже против наложения новых верёвок и печатей, лишь томно вздыхала, ловя ответный взгляд. — Зачем вы вообще это делаете, — спросила богиня вместо прощания. Демон усмехнулась и показала длинный темный язык: — Сегодня был на редкость дерьмовый день. И мне бы не помешало выпить, покурить, и отдохнуть в приятной компании. — Я распоряжусь, чтобы вам в камере оставили графин вина, — хохотнул генерал Вэй, под осуждающим взглядом супруга. Демон благодарно кивнула. — Я пришлю к вам старину Пэя, — ровно пообещала Лин Вэнь. Заставляя заговорщиков закашляться. Ушла она скрывая улыбку. Все же месть, пусть и такая мелкая, была недостойным, но будоражащим занятием.