Глава 5. Прошлое
16 мая 2022 г., 19:11
Лейли открыла глаза только тогда, когда почувствовала на лице щекотку. Что-то прохладное и упругое коснулась её кожи от скулы к подбородку и обратно. Лейли промурлыкала от удовольствия и повернулась на бок, столкнувшись нос к носу с Намджуном. И её захлестнула волна нежности. Лейли сильнее прижалась к нему, упираясь кулачками в его грудь и жмуря глаза. Намджун оторвал ладонь от её лица и запустил руку в волосы Лейли, погладив чувствительную кожу.
— Как я рад, что с тобой все хорошо, — шепнул он и даже поцеловал в макушку. — Вот уж кому было вчера до чёртиков страшно, так это мне… Пак Лейли, больше так не делай.
Лейли так и осталась лежать, не двигаясь. Она просто хотела, чтобы Намджун продолжал её ласкать, успокаивая. Так она могла о многом забыть: о том, что находится не в своём мире и что она не совсем человек. Но она обязательно вернётся в мир людей и встретит Джуна, чтобы признаться ему в своих чувствах.
Мама Лейли — Пак Сынхо — познакомилась со своим будущим мужем в санатории. Санаторий был окружён соснами и пихтами, кругом разливался терпкий смолистый аромат, а по стволам деревьев скатывались капли смолы, застывая, словно пахучий мед на стенках банки. Лейли очень любила этот аромат. Он очищал лёгкие, позволяя задышать полной грудью. В комнате Лейли хранилась целая коллекция эфирных масел, и большинство из ели и пихты. Папа Лейли был обыкновенным банкиром, ему настолько осточертела работа, что он решил на недельку махнуть в санаторий, подальше от города. Его знакомство с Пак Сынхо вышло забавным и сказочным. Мама, прямо как Золушка, потеряла на лестнице босоножку, а папа Лейли взбирался по лестнице, читая на ходу книгу, и споткнулся не о ступеньку, а о туфельку. Когда поднял взгляд, увидел хорошенькие ножки Пак Сынхо. Он любезно поднял босоножку и надел её на ногу Сынхо. С того дня они были неразлучны до того, как отец Лейли не заболел туберкулёзом. Болезнь обрушилась на него внезапно, и он скоропостижно скончался, оставив после себя гору книг с кучей закладок и пометок на страницах. Мама хотела выбросить все эти книжки, чтобы ничего не напоминало ей об отце и не заставляло из раза в раз горько рыдать, но Лейли сберегла книги и даже прочитала все от корки до корки. Удалось ей это с большим трудом: она пересиливала себя, но ей казалось, что так она что-нибудь узнает об отце и сможет набраться сил, чтобы пережить его смерть. Отец велел ей быть сильной. Однажды он сказал:
— Не бойся смерти. Не бойся того мира. Бойся встретить там его.
Лейли даже не стала спрашивать, кого «его»? Она решила сама разгадать значение этих слов, но ни в одной книге не нашла подсказку.
В их городе часто шёл дождь: звенел в желобах, хрустел по крыше; ручейки змеились меж камней в саду. Лейли сидела с карандашом в зубах до позднего вечера, пробегала глазами по всем пометкам, по всем закладкам.
Через пару недель на ярмарке тюльпанов Сынхо встретила Роберта. Лейли он сразу не понравился. Узкая талия, рот, полный золотых коронок, дорогие часы на руке, и дьявольский взгляд, которым он одаривал маму, когда она искренне выражала ему свою любовь. Лейли не могла вытерпеть, когда в доме находился он. Она опрокидывала тарелки с едой, и, как умалишенная, бежала в свою комнату, запирая её на ключ. Рядом с Робертом она была сама не своя. Лейли могла схватить со стола нож и занести его над своим запястьем — так она чуть не поранила себе руку. В другой раз она гуляла в парке у дома. Роберт сидел на скамейке, разглядывая что-то под ногами. Но увидев Лейли застыл на месте. Из-за его плеча с оглушающим визгом вылетела летучая мышь и запуталась в волосах Лейли. Лейли со слезами на глазах, драла свои волосы, чтобы убрать крылатое чудище. После этого случая она стала заикаться. Когда же рядом с домом обнаружили труп её сестры с выколотыми глазами и кровоподтеками по всему телу, она совсем потеряла рассудок.
— Тебе пришлось пережить многое, но теперь все позади…
— Не все, — горечь шипела в сердце Лейли, не давая спокойно говорить. — Он пришёл. Роберт. Он не даст нам так просто выбраться отсюда.