Sorry, you gay?

Парень, переехавший в квартиру по соседству, был геем на девяносто девять и девять десятых процента. Не высокий, вряд ли он был хотя бы на пару сантиметров выше самой Микасы, с худым, но жилистым телом, модной стрижкой и серьгой в брови – ну прямо мечта маркетинговой кампании гейской порно индустрии. Каждый раз он выходил из дома, словно в квартире у него команда стилистов, черт бы побрал эти черные водолазки, делающие его еще сексуальнее. Да куда уж еще сексуальней, чуть ли не рыча думала Микаса, агрессивно проворачивая ключ в замочной скважине двери. Не подумайте, девушка не относилась к геям плохо. Наоборот, она визжала, когда в очередной яойной манге герои обретали счастье и наконец(!) делили вместе ложе. Загвоздка была в другом. Всю жизнь Аккерман наступала на одни и те же члены. Тьфу, грабли, простите. Ну разве она виновата, что все мужчины, которых она действительно хотела, оказывались абсолютно не стрейт, а такими же любителями членов, как и она сама. Причем ладно бы она натыкалась время от времени на бисексуалов. Так нет, пассивы – как провал всей жизни и мечта девочки с ватпада. А началось все еще в младшей школе. Тогда ей нравился самый тихий и очень милый блондинчик Армин. Этот божий одуванчик с прекрасными манерами, казалось, материализовался прямо из той сказки про рыцаря, спасающего принцессу из лап дракона. И Микаса решила воплотить сюжет в реальность, попросив у Армина помощи, якобы заступиться за нее перед старшеклассником Эрвином, который ужасно бесил маленькую Аккерман своими идеальными внешними данными и всецелым игнором ее персоны (для Армина, само собой, версия была придумана более благородная). В день Х Микаса осознала одну важную вещь – милые мальчики кажутся милыми не только девочкам, но и мальчикам. Слабо лепечущий что-то Армин и смотрящий на него с потрясающе теплой улыбкой Эрвин – это был удар ниже пояса. Ну, в случае с Микасой, скорее, удар в спину, допустим. Так вот, в вечер того же дня Аккерман поклялась себе, что никогда больше не влюбится в милое существо, а будет дарить свою любовь исключительно горячим и грубым мачо. Эта тема аналогично не прокатила. В средней школе Микаса нашла идеального кандидата. Эрен Йегер – любитель драк, опасности и риска, а главное – ярый гомофоб. Аккерман тогда правда еще сомневалась в выборе между ним и его вечным соперником и спарринг-партнером – Жаном Кирштайном. Время признаться Микаса выбрала наилучшее – после баскетбольного матча, который команда Эрена с триумфом выиграла на межшкольном чемпионате, она планировала пробраться в раздевалку к Йегеру, вручить коробку шоколада и, желательно, себя. Как оказалось, вручить себя стремился сам Йегер, и не ей, а Жану Кирштайну, который из спарринг-партнера в неизвестный Микасе срок переквалифицировался в партнера с определяемым словом «секс». В тот день Аккерман сделала второе важное открытие в жизни – ярые противники геев – это потенциальные геи, которые просто еще не прошли этап принятия собственной ориентации. В старшей школе Микаса решила следовать зову сердца, а не плану мозга. Поэтому она часто проводила время с разными компаниями, старалась много смеяться и поддерживать имидж популярной девушки старшеклассницы. Сердце йокнуло, когда к ней на одной вписке подошел обычно молчаливый высокий парень в очках и предложил выпить. Аккерман не помнила его имя, это был самый молчаливый парень с параллели, только фамилию – Зоэ, но это не мешало ей строить планы переспать с ним этой же ночью в пустующей спальной комнате напротив. План исполнился наполовину. Когда Микаса расстегнула ремень и просунула руку под модные серые трусы Calvin Klein, ничего не предвещало той дичи, что произошла в следующие десять минут. Сначала Аккерман не обратила внимания на странный звук и какую-то металлическую цепочку, непонятно откуда взявшуюся в нижнем белье парня, и просто начала плавно водить по небольшому члену (здесь Микаса сама себе кивнула, мол, для первого раза сойдет). Но когда ее рука случайно задела эту цепочку, а партнер неожиданно громко простонал и затрясся – тут уже Аккерман напряглась. Вместе с цепочкой, как позже выяснилось, дернулась и анальная пробка, глубоко засунутая Зоэ в задницу. Теоретически, можно было и это проигнорировать, но спокойно отреагировать на просьбу выебать резиновым членом стоявшего перед ней парня по самые гланды, да, Микаса запомнила постановку вопроса слово в слово, она не смогла. Но все же просьбу исполнила. Скрепя сердцем, матерясь и жмурясь, чтобы не заплакать от обиды, но исполнила. Никто же не отменял простого интереса и желания проверить вычитанные в фанфиках данные на практике. В общем, у Микасы с парнями не заладилось. Или до или после секса выяснялось, что Аккерман для них не то, чтобы и очень интересна. Это пошатнуло веру девушки как в свою привлекательность, так и в то, что когда-нибудь ей суждено получить оргазм от горячего парня, которого она действительно бы желала всем телом и немного душой. Вы наверняка спросите, а что насчет девушек. А ничего, с обреченным выдохом вам ответит Микаса. Да, пробовала. Да, кончила. Да, сама доставила девчонке удовольствие. Но сильного влечения и дикой страсти в себе, как и обещанных «звезд перед глазами» не почувствовала. Поэтому Аккерман и уехала подальше от дома на другой конец страны, где поступила в универ и осталась после его окончания работать. Во-первых, было как-то стыдно видеть всех ее неудавшихся сексуальных партнеров, ну а во-вторых, существовал мизерный шанс, что ее маленький городишко был просто проклят, на что она в тайне надеялась.   Ключ наконец проворачивается, и Микаса от злости резко распахивает входную дверь, за что тут же и платится. Ручка двери ударяет по кисти, и связка ключей выпадает из рук. Металлический «звоньк» раздается где-то на полу в метре от девушки, и нервы натягиваются уже в тоненькую лесочку, которая еще немного и лопнет. Аккерман шумно выдыхает и разворачивается. Подходит к предполагаемому месту расположения ключей и наклоняется. Вечернее солнце из окна лестничного пролета немного слепит глаза, и Микаса вслепую какое-то время возит рукой по полу. — Вам помочь? Микаса дергается, но виду не подает и продолжает шарить рукой в поиске ключей по полу, стоя спиной к непонятно откуда и когда взявшемуся за спиной соседу задницей. Бинго! Пальцы сжимают заветную связку и Микаса медленно, чтобы не потерять достоинство, поднимается и поворачивается к парню. Отросшая челка мешает в полной мере насладиться красотой соседа, поэтому Аккерман немного встряхивает головой, чтобы противные пряди, желательно, уложились в косую челку набок. Микаса открывает рот, и тут же его закрывает. Сосед, судя по всему, вышел из квартиры на шум, потому что на ногах у него были мягкие серые джоггеры, а сверху тело украшала черная безразмерная футболка. Руки парня были лениво засунуты в карманы, а волосы блестели от влаги. Видимо, он недавно вышел из душа. Лицо казалось застывшей маской – не скучающей, но и не заинтересованной. Ну точно гей, подумала Микаса, ненадолго залипнув на показавшейся из выреза футболки ключице. Захотелось топнуть ногой и срочно оказаться дома, чтобы от души проораться в подушку. Но Микаса, как ей самой казалось, была хорошим актером, поэтому. — Спасибо, не стоит. Прозвучало не очень доброжелательно, но сойдет. Хотя, наверное, все же стоит улыбнуться. Это ведь их первый разговор. — Меня зовут Микаса, я живу в соседней квартире. Приятно познакомиться. В глазах парня на секунду промелькнуло что-то, похожее на интерес, Микаса не успела рассмотреть, потому что очень старалась открыто не пялиться на жилистые руки соседа. — Приятно. Я – Леви. Ты гей? – хочется прокричать Микасе в ответ, но она знает, что вопросы лучше задавать только тогда, когда ты точно хочешь услышать ответ, поэтому Аккерман просто отрывисто кивает ему и подходит к распахнутой двери собственной квартиры. — Ну, еще увидимся. Микаса заходит в квартиру и хлопает дверью, а вместе с этим хочется хлопнуть себя. Вблизи этот Леви оказался даже лучше, чем Аккерман себе представляла. Объективно – он горячий красавчик. Субъективно, но с большой долей вероятности – гей. Микаса прислонила ладони к лицу и со стоном села на пол. Ладно, день был дерьмовый. Поэтому вечером Микаса решает расслабиться настолько, насколько это возможно. Она приняла горячую ванную, воспользовавшись самыми любимыми гелями и масками для лица. После чего обернулась в огромный банный халат и направилась на кухню. Солнце уже почти село, поэтому Аккерман опустила шторки у занавесок и включила приглушенную подсветку по периметру помещения. Достала бутылку недавно купленного на черный день вина, хотя называть черным днем каждый третий день в своей жизни, вероятно, попахивало депрессией, но Микасе было все равно. Аккерман включила колонку и запустила плейлист под названием «расслабьсяятебяумоляю», который сама составляла вот уже на протяжении нескольких лет. Из колонки заиграл приятный уху соул, и Микаса с удовольствием налила себе вина в единственный винный бокал на кухне. Глоток красного вина, приятная музыка и несколько глубоких вдохов и выдохов – нервы успокоились, а голова стала приятно пустой, лишние навязчивые мысли улетучились. Девушка с бокалом прошла в спальню и открыла дверцы шкафа с одеждой. Глаза прошлись по ряду вешалок с различными нарядами и остановились на мужской рубашке белого цвета. Микаса не помнила, когда и как именно этот предмет гардероба оказался у нее в шкафу, но захотелось одеть свое тело именно в эту рубашку. Почувствовать себя сексуальней, что ли. Аккерман сняла халат и накинула на горячее тело хлопковую ткань. Микаса подошла к большому зеркалу и внимательно себя рассмотрела. Темные волосы по шею, длинные худые ноги, бледная кожа. Микасе действительно в этот момент казалось, что она красивая. А еще, хотелось танцевать. Подняв забытый бокал вина с журнального столика, Аккерман медленно закружилась по комнате под приятный голос американской певицы. Настроение понемногу улучшалось, бутылка вина опустела больше, чем на половину, Микаса приземлилась посреди подушек на мягкое кресло. Для полного расслабления оставалось только одно, и Аккерман в предвкушении потянулась к нижнему ящику комода. Планы по самоудовлетворению нарушил звонок в дверь. Микаса подошла к двери и, даже не взглянув в глазок, распахнула ее. На пороге стоял сосед – Леви, да? Его взгляд изменился с нейтрального на немного сбитый с толку, а потом тонкая бровь поднялась в немом полувопросе, в глазах мелькнуло что-то темное. Микаса ничуть не смущаясь того, что стоит перед парнем в одних трусах и рубашке, застегнутой только на одну среднюю пуговицу, скучающе уставилась на соседа и оперлась предплечьем на косяк двери. После выпитого вина было все-равно и не страшно. — У тебя не найдется, — взгляд Леви медленно прошелся по ногам девушки снизу вверх, — чая? Девушка усмехнулась. Ну конечно, ему нужен был просто чай. Снова захотелось смеяться и плакать, но алкоголь работал на Микасу, поэтому истерики не случилось. Но все же стоило сразу себя остановить от бесполезной мимолетной влюбленности. Здесь не было и шанса. Микаса молча кивнула в сторону квартиры и медленно направилась на кухню. За чаем, кхе кхе. Слух уловил звук закрывшейся двери.   Аккерман зашла на кухню и открыла верхнюю дверцу шкафчика. Когда она потянулась за коробкой чая, кончики пальцев закололо. Воздух стал плотнее, а обоняние уловило приятный запах парфюма. К спине девушке прижалось теплое тело. Мягкая ткань чужих брюк приятно скользнула по задней поверхности бедер. Микаса почувствовала, как мужская рука легла на ногу и медленно повела вверх, постепенно забираясь под хлопковую рубашку. Чужой нос втянул воздух у шеи и мягко провел по изгибу от плеча до чувствительного места за ушком. Сердце Микасы забилось быстрее, а внизу живота приятно потяжелело. Стало резко горячо. Аккерман опустила руку от шкафчика и оперлась двумя руками на столешницу. Сзади послышался шумных выдох, а после хриплый низкий голос, от которого у Микасы подкосились ноги, спросил: — Может расслабимся? Микаса хотела кричать, но получилось только жалобно всхлипнуть от дикого возбуждения и кивнуть парню, который все еще прижимался всем телом к ее. Одна рука Леви легла на ее бок и сжала. Шею девушки поцеловали медленно и мокро. Язык размашисто прочертил полукруг по шее, после чего губы обхватили нежную кожу и втянули ее в себя, создавая на бледном полотне красные отметины. Микаса сильнее сжала край столешницы в руках и откинула голову назад на плечо Леви. Тот продолжил целовать шею, иногда немного отстраняясь от кожи и легонько дуя на нее. Микасе становилось слишком хорошо. Вторая рука парня пробралась под рубашку, остановилась внизу живота и резко притянула Микасу ближе к горячему мужскому телу. Зрение девушки немного расфокусировалось, в ягодицы упирался возбужденный член, и от этого захотелось визжать. Ее хотел парень, которого хотела она. Даже если это сон, Микаса не хочет просыпаться, пока не досмотрит до титров эту эротику. Рука с живота девушки пропала, за спиной послышалось влажное причмокивание. Боковым зрением она видела, как парень облизывает собственный указательный палец. После чего его рука вернулась под рубашку Аккерман, и в следующий момент Микаса уже несдержанно застонала, потому что влажный палец коснулся соска, и несколько раз очертил вокруг него круг. Грудь сжали и несколько раз провели по возбужденным бусинам ладонями. Показалось нечестным, что в состоянии дикого возбуждения находилась только она. А может, и не она одна, подумала Аккерман, когда протянула руку назад и обхватила твердый и горячий пульсирующий член. Сзади тихо рыкнули, и резко стало холодно. Руки отпустили горящее от желания тело и исчезли. Микаса хотела обернуться, но не успела. Леви оказался на коленях у раздвинутых ног Микасы, его руки крепко придавили девушку к столешнице, а язык прошелся в опасной близости от ткани трусиков. Раздался очень громкий стон. Аккерман начинала улетать. Внизу стало горячо. Леви обхватил пальцами ткань белья с двух сторон и стянул до стоп. А в следующий момент прошелся языком между влажными складками. Микаса зажала ладонью рот, чтобы не закричать, но ее за локоть дернули обратно. — У тебя красивый голос. Хочу слышать. Девушка всхлипнула, но послушно оставила руки внизу. Леви продолжил вылизывать ее, то языком собирая влагу, то мелкими поцелуями проходясь по половым губам и переходя на нежную кожу внутренней стороны бедра. Микаса поняла, что плавится. Во рту стало мокро и очень хотелось целоваться. А еще хотелось чего-то большего. Парень между ее ног делал с ней что-то неприличное и очень-очень приятное. Аккерман почувствовала, как на клитор опустился мокрый палец. Он несколько раз плавно провел по кругу, а затем мягко надавил. Одновременно с этим язык Леви толкнулся внутрь. Леви продолжал трахать ее своим языком, и Микаса неосознанно начала двигать тазом навстречу этим движениям, задержав дыхание. Еще немного, думала Аккерман. К языку присоединились еще два пальца, которыми Леви вошел в нее одновременно с мазком языка по половым губам. Он методично двигал языком и пальцами, усиливая ощущения вдвое. Глаза слезились, а дышать стало очень тяжело. Микаса поняла, что долго в таком темпе не протянет. С очередным особенно глубоким толчком мышцы вокруг пальцев сжались, и Аккерман на какое-то время погрузило в полную темноту и ощущение полного удовольствия. Впервые она кончила первая, и впервые – так быстро. Микаса отдышалась и развернулась к парню. Леви сидел на коленях на полу и ухмылялся. Он облизнул свои влажные из-за Микасы губы и довольно оскалился. Аккерман настолько поразила его красота в этот момент, что как только Леви поднялся на ноги, Микаса дернула его за футболку на себя и впилась в сладко-солоноватые губы голодным поцелуем. Ей сразу же жарко ответили. Микаса прошлась языком по чужим губам, собирая с них собственный вкус, а после шире приоткрыла рот, когда почувствовала напор чужого языка. Они целовались, словно вели борьбу за ведущую роль. Микаса обняла Леви за шею и залезла пальцами в его волосы, слегка оттягивая их назад. Леви же обхватил ее талию и резко притянул к себе, так, что Микаса почувствовала чужое возбуждение, упирающееся ей в живот, и простонала от вновь возникшего напряжения внизу живота. Они оторвались друг от друга и тяжело дышали, ощущая дыхание и не выпуская из подобия объятий друг друга. Потемневшие глаза с восторгом и вожделением смотрели в другие, абсолютно такие же с расширенными зрачками. — Ты такая красивая. — Идеален. Они произнесли это одновременно и замерли. Парень напротив улыбнулся, а у Микасы в очередной раз сжалось сердце. Девушка провела ладонью по щеке Леви, а потом взяла его за руку и повела за собой в спальню. Когда они зашли в комнату, Микаса подтолкнула Леви на кровать, а сама встала напротив. Парень сел, уперевшись на руки сзади и разведя ноги в стороны. Он закусил губу и с вызовом смотрел на девушку. Черт, слишком сексуально, подумала Микаса и расстегнула рубашку, которая держалась на честном слове и маленькой пуговице на ее теле. Ткань соскользнула на пол. Трусы, видимо, остались на кухне, Аккерман тогда было не до них. Леви взглядом обласкал фигуру девушки, объятую мягким светом, и стянул с себя футболку. Микаса шумно сглотнула. Фигура Леви была… потрясающей. Четкие кубики пресса, крепкая грудь и эти, господь всемогущий, ахеренные руки заставили ее подойти ближе и с восторгом коснуться такого желанного тела. В местах, которых она касалась, появлялись мурашки, и это позабавило девушку. Захотелось поиграться, поэтому Микаса приблизилась к груди парня, лизнула сосок и подула на него. Влажная кожа снова покрылась мурашками. Кадык поднялся и опустился, и Аккерман следом потянулась к шее и поцеловала место под кадыком. Леви действительно был красив. А еще он ее хотел. И эта комбинация возбуждала Микасу еще больше. Аккерман провела ладонями от его плеч до тазовых косточек. Потом опустилась перед соседом на колени между ног и принялась стягивать с него штаны. Леви приподнялся, чтобы помочь и облегчить ей задачу. Вместе с брюками, что уж мелочиться, Микаса стянула сразу и трусы, оставив парня перед собой в идеальной голой форме. Взгляд опустился на член. Первое, на что обратила внимание Микаса – член был обрезан. Он был крупный, гладкий и очень твердый. Такие она видела только в порно. Девушка обхватила рукой плоть у самого основания и немного сжала. Леви сквозь зубы выдохнул. Микаса с интересом наблюдала за реакцией. Резко захотелось сделать ему так приятно, чтобы услышать настоящий несдержанный стон. Не тратя время на раздумья, Аккерман наклонилась и обхватила губами головку. Слизнула капельку смазки и немного втянула в себя щеки. Грудной стон раздался сверху. Микаса почувствовала от этого голоса вибрацию во рту. Аккерман несколько раз обвела языком вокруг головки, а затем насадилась сразу максимально глубоко, расслабив глотку. Парень громко простонал и в этот раз вместе с ним простонала сама Микаса. Доставлять удовольствие было приятно чуть ли не больше, чем получать. Микаса начала ритмично насаживаться на пульсирующий член ртом, помогая себе дрочить парню одной рукой. Второй она мягко сжала яички и немного помассировала их. Леви издал протяжный стон. Девушка продолжала двигать головой, время от времени проводя языком по венам на члене, и всасывая щеки в себя. В один момент Микасе до дрожи захотелось увидеть в глазах любовника еще большее желание. Поэтому она взяла член за щеку и прекратила движения, дождавшись затуманенного взгляда Леви, направленного на нее. Несколько раз она сымитировала толчки себе в щеку, а затем одной рукой погладила член снаружи сквозь кожу. Парень промычал что-то нечленораздельное и зажмурил глаза. Член запульсировал еще сильнее. Леви резко отстранил Микасу от себя. — Презервативы? Аккерман подошла к нижнему ящику комода, из которого всего час назад собиралась достать сатисфайер, но в итоге достала оттуда только еще не распечатанную серебряную коробочку и бросила ее в руки Леви, который сразу поймал ее. Воздух в комнате казался раскалённым. Микаса смотрела, как парень перед ней раскатывает по своему члену презерватив и понимала, что если ее сейчас кто-нибудь разбудит, она размажет этого человека по стенке. Леви поманил девушку к себе. Аккерман подошла к парню и перекинула ноги через его колени, оседлав и уперевшись руками в крепкие плечи. Леви направил член в Микасу и медленно опустил девушку вниз. С каждым заполняющим ее миллиметром, Микаса чувствовала все большее возбуждение внизу живота. А с первым толчком сдержать стоны стало невозможным. Микаса мягко толкнула Леви руками в грудь, чтобы он лег на спину, и начала медленно двигаться сама. Она поднималась так, чтобы член почти полностью выходил из нее, а затем резко садилась. Чтобы сразу и глубоко. Руки Леви легли на ее грудь и сжали. Движения Микасы стали резче. А потом в какой-то момент Леви с рыком схватил Аккерман за бока, прижал к себе, сжал ягодицы и стал двигаться сам. У Микасы полились слезы из глаз, потому что было слишком хорошо. Глубокие ритмичные толчки самого Аккермана, и то, как он собственной силой насаживал девушку на свой член – все это было слишком. Микаса думала, что лучше не бывает. Оказалось, что бывает. Леви обнял Микасу одной рукой, и не выходя перевернул ее на спину. Сам он сел, ее ноги поднял наверх и опустил себе на плечи. Парень улыбнулся и подмигнул (?) девушке. А потом он просто стал трахать Микасу. И другого слова девушка подобрать про себя не смогла. Было быстро, жарко и невозможно. Парень активно вбивался в девушку, помогая себе руками насаживать ее на себя. Толчки стали размашистыми, более частыми, а в какой-то момент они стали такими глубокими, что Микаса уже совсем слетела с катушек и орала на всю многоэтажку, потому что это все было слишком. В один момент Леви замедлился, и провел руками по ногам Микасы. Толчки стали глубокими и медленными. Девушка видела, как парень, смотря внимательным взглядом на нее, медленно поцеловал ее голень, и ее вынесло. Так Микаса не кончала никогда и ни с кем. Все тело свело судорогой. По телу прошлась горячая волна и Аккерман выгнула спину, стараясь хоть как-то от этой волны спастись. Когда она открыла глаза, то увидела все те же серые глаза, смотрящие на нее с таким восхищением и обожанием, что Микаса дрогнула. А потом дрогнула еще раз, но уже от очередного толчка, которые возобновил Леви. Он медленно выходил из ее тела и входил крупными размашистыми движениями. Парень опустил ноги Микасы, подтянул ее к себе, быстро поцеловал и перевернул на живот, поставив ее на четвереньки. Микаса послушно прогнулась в пояснице и в очередной раз замерла. Леви вошел и сделал несколько плавных толчков. Микасу от смены угла проникновения вновь прострелило приятной волной. После чего Леви совсем перестал себя сдерживать. С рыком он стал вбиваться в девушку, комната наполнилась звуками смачных шлепков. Аккерман, судя по всему, завтра не сможет разговаривать, потому что орала она во всю глотку. И кто же знал, что вообще бывает так хорошо. Микаса сама не могла поверить в собственную реакцию тела, но через еще несколько толчков она снова кончила, упираясь вспотевшим лбом в ладони. Леви сделал еще несколько толчков и кончил следом с низким приглушенным стоном. Они приходили в себя и пытались отдышаться еще полчаса, не говоря друг другу ни слова. Объективно, думает Микаса – это был лучший секс в ее жизни. Субъективно, и это не факт – сексуальный маньяк, лежащий рядом – натурал. Аккерман весело фыркнула и приподнялась на локте. Леви молча смотрел на нее в ответ. Девушка сказала: — Так, значит, чай. Я очень хорошо его завариваю! Леви с облегчением выдохнул, и уголки его губ приподнялись в легкой улыбке. — Тогда, думаю, мне стоит почаще приходить на чаепития. Микаса засмеялась и потянулась за очередным и очень вкусным поцелуем.