Неправильно

Мне всегда казалось, что нет ничего прекраснее определенности.

Когда точно знаешь, в какой университет поступишь, с кем и где будешь жить, и даже сколько у вас родится детей.

Двое: мальчик и девочка.

И я жила с этим замечательным знанием долгие семнадцать лет: радовалась жизни, чётко и грамотно выполняла просьбы (а иногда и требования) матери; встречалась с хорошим парнем и даже не думала, что может быть как-то иначе.

Пока однажды не встретила его…

      — Сара, ну чего ты копаешься? — Бобби недовольно морщит нос и показательно смотрит на круглые наручные часы. — Ты сказала, что уложишься в десять минут.       — Ещё пять минуточек!       — Женщины, — шатен закатывает глаза, но спорить дальше не решается.       Садится на край кровати, достает из сумки учебник по биологии и утыкается носом между страниц, пока я довожу до совершенства и без того идеальный макияж.       — Медвежонок, ну не дуйся, — ласково тяну, наблюдая за своим увлеченным чтением парнем. — Ты же понимаешь, что это очень важное мероприятие. Я должна выглядеть на все сто!       — Ты и без тонны косметики прекрасно выглядишь, Сара, — отвечает парень, поднимая на меня взгляд темно-карих глаз. Кокетливо подмигиваю через отражение в зеркале и возвращаюсь к макияжу. — Тем более ты и так знакома с моей мамой. К чему этот маскарад?       — Это называется мэйк-ап.       — Да хоть маникюр, все равно не понимаю.       — А ты и не должен, — закручивая крышку помады, отвечаю я и поворачиваюсь к своему кавалеру лицом. — Ну как тебе?       — Чудно, — Бобби мгновенно вскакивает с места. Осторожно запихивает учебник обратно в портфель и смотрит на часы. — Почти уложилась.       — Какой же ты зануда, — цокаю языком. Поправляю складки юбки, доходящей до середины голени, и ослепительно улыбаюсь. — Пойдём уже, а то опоздаем. Ты же меня потом до конца жизни будешь попрекать.       — И буду, — морщится Бобби, а я только улыбаюсь. Встречаться с невыносимым педантом очень сложно, но я справляюсь.       Уже через пару минут мы стоим на крыльце его дома и ждем, когда нам откроют. Я считаю это невероятно глупым: ждать, что тебе разрешат войти в собственный дом, но Бобби остается непреклонен. Правила приличия обязывают, видите ли. Да и кто я такая, собственно, чтобы спорить.       За годы нашей дружбы, как-то незаметно перетекшей в подобие романтических отношений, я привыкла к закидонам своего теперь уже парня. Он пунктуальный до чертиков, обязательный, исполнительный, невероятно умный, а ещё ужасный зануда. Но ведь помимо этого Бобби еще и довольно чуткий молодой человек. Я бы ни за что в жизни не назвала его бесчувственным роботом, ведь только я знаю, каким заботливым и внимательным он может быть.       Однако мне всегда чего-то не хватало в наших отношениях. Страсти, огонька, способных разжечь во мне пламя. Несомненно, Бобби знает, как ухаживать за девушками. Никогда не забывает про цветы, трепетно держит меня за руку, встречает и провожает на учебу. Но за те два года, что мы вместе, как пара, его поползновения заканчиваются, даже ни разу не достигнув «третьей базы». Нежный поцелуй, милая смс-ка перед сном — всё. Ни о каком сексе нет и речи. Вы что! Только после свадьбы, которая запланирована после окончания первого курса в университете. Поступаю я, конечно, туда же, куда и он. После свадьбы — покупка дома. Ещё через год — ребёнок. Потом второй. А дальше тихая семейная идиллия. Не жизнь, а сказка, правда?       С одной стороны меня все вполне устраивает, ведь никто не заставляет же насильно состоять в этих отношениях. Но с другой, вся эта идеальная жизнь, расписанная по часам, не для меня. В свои семнадцать я все ещё девственница. Всего пару раз пробовала алкоголь, но никогда не убегала из дома, не дружила с крутыми девчонками и близко не подходила к парням из банды Чёрных драконов, которых боится весь город.       Просто плыву по течению, прекрасно зная, что ждёт меня сегодня, завтра и всегда.       Пока вместо миссис Тёрнер нам вдруг не открывает какой-то совершенно незнакомый парень…       — Бобс! — восклицает шатен, внешне отдалённо напоминающий моего бойфренда. — А мы тебя уже заждались! Познакомишь? — кивок в мою сторону.       Парень немного прикусывает губу и смотрит на меня, медленно скользя взглядом сначала по моим ногам, потом выше — по талии и груди. Останавливается на глазах, и я чувствую, как кружится голова, отчего вцепляюсь в руку стоящего рядом Бобби с еще большей силой.       Он будто раздевает меня глазами.       Нелепо приоткрываю рот и пялюсь на незнакомца в ответ, потому что впервые вижу такого красивого мужчину так близко от себя.       На вид ему лет двадцать пять, может, больше. Хорошо сложен, высок и невероятно шикарен. Зелёные глаза сияют какой-то хитринкой, а из-за того, что он немного щурится, в уголках собираются мелкие морщинки. Пухлые губы складываются в самодовольную ухмылку, когда Бобби дергает меня за руку, привлекая внимание. Резко закрываю рот и густо краснею. Как неприлично, Сара!       — Майкл, это Сара — моя девушка. Сара, мой старший брат Майкл.       — Сара, значит, — Аполлон делает крошечный шаг вперёд. Склоняется и, приподняв мою дрожащую руку чуть выше, оставляет на тыльной стороне ладони лёгкий поцелуй. — Рад встрече. Если честно, думал, что тебя не существует.       — Очень остроумно, — фыркает Бобби. — Может, мы уже зайдём в дом?       — Конечно, — Майкл задорно улыбается. Подмигивает, а я еще сильнее краснею. Щеки обдает таким жаром, словно мне в лицо бросили раскаленного песка. — Проходите, чего как не родные.       Смерив меня долгим взглядом, шатен отступает вглубь дома. Я нервно сглатываю, не понимая причины такой реакции на его жесты, слова и подмигивания. Что со мной? У меня же есть парень. Чуткий, замечательный Май… Бобби — Бобби! — Тёрнер! А его старший брат меня совсем не интересует. Да!       — Сара, солнышко, — вовремя подошедшая Амалия спасает положение, с порога принявшись меня обнимать.       Женщина ещё давно запретила мне обращаться к ней по фамилии, сразу же приучая к более теплому «мама» или хотя бы «Амалия». Ведь, по её словам, «не пристало будущей невестке выкать матери будущего мужа». Но у меня есть своя мама, пусть и немного непутевая, поэтому с первым вариантом я не согласилась, а вот по имени стала называть практически сразу.       — Дочка, какая ты у меня красавица, — всплескивает руками женщина, на что Бобби привычно закатывает глаза. — Проходите скорее! Майкл, кыш с порога! Встал, весь путь загородил!       Я улыбаюсь, краем глаза покосившись на Тёрнера-старшего. С его комплекцией и наглым выражением лица забавно наблюдать, как он тушуется из-за грозного рыка матери и покорно покидает прихожую. Что не говори, а любой, даже самый сильный и смелый мужчина всегда робеет перед лицом женщины, подарившей ему жизнь. Потому что мама — это святое.       — Спасибо, Амалия, — отведя взгляд от широкой спины Майкла, мямлю я и, наконец, отвечаю на объятия. — Я тоже рада вас видеть.

***

      — С днем рождения! — поднимаю бокал, чокаясь с женщиной, и мягко улыбаюсь. — Очень жаль, что мистер Тёрнер не смог приехать на ваш юбилей.       — Ой, ну что ты, милая, — отпив немного шампанского, Амалия бросает быстрый взгляд на Майкла и снова поворачивается ко мне. — На самом деле, мальчики, Сара, у меня есть для вас новости.       Мы с Бобби непонимающе переглядываемся.       — Джорджу предложили остаться в Чикаго еще на три месяца, и я решила поехать к нему. Собственно, поэтому Майки и вернулся домой, — замечаю, как Тёрнер корчит мордашку на ласковое обращение матери, но молчит. Весь его вид говорит о том, что парень в курсе планов женщины. Он даже бровью не ведет, когда она продолжает. — Вам осталось учиться каких-то полтора месяца, потом экзамены. Чтобы я была спокойна, Майкл поживет здесь немного. Ради такого дела он даже взял отпуск. Да, дорогой?       — Конечно, мам, — ухмыляется зеленоглазый.       — Но я не ребенок, — возмущается Бобби, резко поднимаясь с места. — Зачем мне нянька?! Ты прекрасно знаешь, что кроме учебы нас с Сарой ничего не интересует. А этот… этот… Майкл будет только мешать!       — Роберт, — Амалия грозно смотрит на сына. Прикрывает глаза, а потом снова возвращает улыбку на лицо. — Родной, я знаю, что ты умный мальчик, и вы с Сарочкой усиленно готовитесь к сдаче экзаменов, но вы оба еще несовершеннолетние. Я не могу оставить вас одних. Майкл уже взрослый, к тому же работает помощником преподавателя в университете! — я аж поперхнулась.       Вот этот вот Аполлон и учитель? Господи, да половина универа наверняка сходит по нему с ума! Я хоть и с Бобби, но не слепая.       — Между прочим он любезно согласился помочь вам с подготовкой. Университетский уровень это вам не школа. И это не обсуждается, — обрубает миссис Тёрнер, видя, как младший сын начинает краснеть от злости.       Я осторожно сжимаю его руку и качаю головой. Не стоит портить матери праздник.