Остров памяти

−Эк нас занесло. – крякнул Гимли, разглядывая показавшийся по правому борту каменистый островок. Тира настороженно прищурилась. Попутный ветер, сопровождавший их от Серебристых Гаваней, сменился абсолютным штилем, и только не слишком сильное течение влекло корабль… Куда-то. Одинокий остров, словно короной, был увенчан руинами некогда большой крепости. Сохранившиеся башни, похожие на острые зубцы, будто угрожали безмятежно-голубым небесам. Стены тоже стояли прочно. Берега острова были обрывистыми, и только с южной стороны Пересмешница разглядела что-то вроде небольшой бухточки. В груди дернулась, натягиваясь, струна. Тира прислушалась, пытаясь уловить причину своего беспокойства. Опасности она не чувствовала, остров был совершенно пустынен. И все же от него веяло чем-то не совсем здешним. Очень древним. −Я знаю, что это за остров. – проговорил Леголас. – Тол Химлинг. Один из осколков Белерианда. −Белерианд. – шепотом повторила Тира имя древней земли. – Земля, которую поглотило Море. −Да. – кивнул Леголас. – Отец рассказывал, раньше это был холм Химринг. А крепость на нем – это твердыня Маэдроса Высокого, старшего сына Феанора. Тира прикрыла глаза, вспоминая старую-старую сказку про легендарного мастера благого края, величайшего из народа нолдор. −О, в народе кхазад сохранилась память о сынах Феанора. – проговорил Гимли. – Карантир Темный, Куруфин Искусник – у нас они стали сказками. Сказка приближалась по правому борту, а течение замедлилось. Тира открыла глаза. −Мне нужно попасть туда. – тихо, но твердо сказала она, сжав пальцы на резном дереве планшира. −Зачем? – Леголас потрясенно уставился на побледневшую жену. – Тира, там нет ничего, кроме камней и развалин. А нам еще надо найти путь в Валинор. −Короткая остановка погоды не сделает. – возразила Тира, кивая на клонившееся к западу солнце. – Не думаю, что к острову можно пристать. Поэтому лучше будет спустить шлюпку. Я скоро вернусь. −Я плыву с тобой. – упрямо сжал губы принц Лихолесья. Ведьма коротко кивнула и уверено двинулась к шлюпкам. Леголас передернул плечами, коротко переговорил на синдарине с капитаном корабля и двумя моряками Кирдана и взглянул на Гимли. −Ты поплывешь, мой друг? Гном отрицательно покачал головой. −Нет, Леголас. Эти камни не вызывают у меня желания карабкаться вверх-вниз. Лучше я подожду вас тут. Других желающих отправиться на остров не нашлось. Леголас легко спрыгнул в шлюпку, где на веслах уже сидела Тира. И так не отличающееся румянцем лицо жены оставалось болезненно бледным. Скулы еще сильнее заострились. Зато в синих глазах пылал знакомый огонь. Будто Тира вновь вернулась на Войну Кольца. Заскрипели уключины, и шлюпка бодро двинулась к высмотренной Тирой небольшой заводи. Ведьма покусала губу и проговорила: −Знаешь, meleth, мне не по себе от мысли, что под нами, на немыслимой глубине, земля. Где когда-то жили люди, и эльфы, и гномы. И шла великая война. Леголас потянулся к жене в Незримом, мягко окутывая своим теплом. Тем более, что на воде было нежарко. −Это было так давно, Тира. – отозвался он. – Даже для эльфов. Вдвоем им удалось аккуратно подвести шлюпку в бухточку, минуя острые скалы. Тира ловко накинула веревку на выступающий камень и осторожно выбралась на берег. Леголас тенью скользнул за ней. Поскольку остров был всего лишь скалой посреди моря, здесь никто не жил. Даже птиц, и тех не было. И все же к вершине холма вела едва заметная мощеная дорога, оставшаяся с Древних Дней. На камнях не росли деревья, только редкие травы и приземистые кустарники. Крепость высилась над головами темно-серой устрашающей громадой. И все же Тире не было страшно. Твердыня не таила в себе зла. Ведьма и эльф добрались до плоской вершины холма и остановились перед разрушенными воротами. Отсюда хорошо просматривался крепостной двор. Часть внутренних сооружений была разрушена то ли временем, то ли еще кем-то. Все, что было деревянного, давно сгнило и рассыпалось в прах. Только железо и камень устояли. Тира осмотрелась и осторожно двинулась вперед. Леголас перехватил ее за плечо. −Осторожнее. – проговорил он. – Надвратная башня не выглядит надежной. Тира задумчиво скользнула глазами по расчертившим стену глубоким трещинам и со вздохом сплела заклятье. Зеленый туман обвил ненадежную на вид конструкцию, и ведьма удивленно подняла брови: −Это только кажется. – сказала она. – Я не чувствую критических повреждений. Эта крепость простоит еще не одну сотню лет. Неужели нолдор были такими искусными строителями? −Самыми искусными из всех. – пожал плечами Леголас. Тира все-таки проскользнула в ворота и остановилась посреди двора. Здесь властвовала разруха. Вход в главный чертог был безнадежно завален огромными валунами. Часть башен обрушилась во двор. Оставшиеся больше напоминали скелет. Леголас, не рискуя далеко отходить от жены, прислушался и с удивлением поговорил: −Знаешь, если не прислушиваться, может показаться, что это похоже на Дол Гулдур. Но в Незримом здесь все удивительно светлое. Ни намека на тьму. −Да, тьма здесь не властна. – задумчиво проговорила Тира, подходя к крепостной стене и касаясь ладонью поросших мхом камней. Ведьма не удержалась от потрясенного вздоха. Ощущение было таким, словно она опустила руку в теплую воду. Сила чужой магии хлынула по венам, заставляя сердце биться быстрее, растеклась в груди мягким теплом. Тира улыбнулась. Магия не была оформлена в заклинание. Стены не зачаровывали специально. Верно те, кто строил крепость, вложили в свою работу всю душу. Поэтому твердыня и простояла столько тысяч лет. Тира с улыбкой повернулась к мужу и замерла, потрясенная. В центре двора кружили друг напротив друга две полупризрачные фигуры. Высокий воитель с длинной рыжей косой и значительно уступающая ему ростом женщина в кожаных доспехах и яркой повязке на лбу, удерживающей волосы. В руках призраки держали явно тренировочные мечи. Причем, воитель сжимал клинок в левой. −Тира? – обеспокоенно спросил Леголас. – Что с тобой? −Я вижу двоих. – тихо проговорила Тира. – Очень высокий эльф с рыжими волосами и эллет. Они тренируются на мечах. – ведьма нахмурилась, присматриваясь повнимательнее. – Нет, это не эллет. Человек. Женщина-человек. −Что еще ты видишь? – между бровей принца Эрин Ласгален залегла тревожная морщинка. Тира заворожено следила за плавными гибкими движениями эльфа. Его меч был значительно длиннее клинка женщины, ему было проще удерживать соперницу на расстоянии. И все же та умудрялась ловкими быстрыми уколами пробивать его оборону. Сражаться с леворуким противником ей явно было не впервой. −Странно. – прошептала Тира. – У эльфа латная перчатка, но только на правой руке. А меч он держит в левой. −Не думаю, что это перчатка. – сообразил Леголас. – Скорее всего, ты видишь самого Маэдроса. У него не было правой кисти. Тира сделала несколько шагов вперед, желая повнимательнее разглядеть лицо легендарного воителя древности. Сын Феанора был очень красив. Даже призрачное воспоминание о нем сохранило неудержимое пламя светлых глаз рожденного в Валиноре. Женщина выставила блок, пытаясь сдержать мощный удар, но не сумела и недовольно скривилась, когда ее клинок вылетел из ослабевшей руки. Маэдрос тут же опустил свой и отвесил уважительный поклон. Тонкие губы дрогнули, но Тира не услышала ни слова. Женщина подобрала меч, широко улыбнулась и тоже что-то сказала. Эльф запрокинул голову, открывая длинную шею с заметным широким рубцом, и расхохотался. Когда он успокоился, свет глаз будто стал еще ярче. Призраки медленно растаяли. Тира встряхнула головой. −Кажется, это все, что я должна была увидеть. Леголас мягко обнял жену за плечи. Уткнулся лицом в черноволосую макушку. −Интересно, почему именно ты и именно сейчас? Тира только пожала плечами.

***

Тира бездумно брела по узенькой, но утоптанной лесной тропинке, не слишком заботясь о направлении. Леголас два дня как уехал на охоту с отцом. Мама и папа тоже ушли куда-то. Тира отвлеченно размышляла, что Валинор-Валинором, но строить собственный дом все-таки придется. Где-нибудь неподалеку от Тириона. Хотя Леголас хотел поближе к лесам. Утро выдалось погожим. Солнце припекало, и ведьма порадовалась, что надела тунику полегче. Здесь многие девы ходили в мужских одеждах, и ни у кого это не вызывало недовольства. Вот оружия не носили, а Тира даже в Эреборе никогда не расставалась с боевым кинжалом. Всерьез сражаться на мечах ей не доводилось уже давно. Из-за деревьев раздался звонкий мелодичный смех, и на тропинку перед ведьмой выскочила растрепанная рыжая эллет не выше самой Тиры. Ойкнула, заметив ведьму, смущенно переступила с ноги на ногу и уставилась на Пересмешницу огромными сияющими светло-карими глазами. −Айа. – поздоровалась эллет. −Айя. – неуверенно выговорила Тира и продолжила на синдарине. – Извини, я не знаю вашего языка. −Ничего страшного. – эллет легко перешла на понятную Тире речь. – Ты же из-за Моря. Выучишься понемногу. Как тебя зовут? −Тира Огнезмея. – улыбнулась ведьма. – А тебя? −Лаурэфеа. – слегка склонила рыжую голову эллет. – Но ты называй меня Тинвэ. −Рада знакомству, Тинвэ. – проговорила Тира, внимательно разглядывая эллет. Первое изумление прошло, и теперь Тира поняла, что перед ней ребенок. Или, скорее, подросток. Черты лица юной эллет были, пожалуй, чуть крупноваты для эльфов. А когда в водопаде рыжих кудрей мелькнуло хоть и заостренное, но все равно маленькое ухо, ведьма обо всем догадалась. Полукровка. Их с Леголасом девочки тоже взяли понемногу от отца и матери. −Ты потерялась, Тира? – спросила Тинвэ, теребя браслет из деревянных бусин у себя на запястье. Ведьма слегка пожала плечами и улыбнулась. −А ты хочешь помочь мне найтись? Тинвэ просияла и схватила Пересмешницу за руку. −Конечно, идем со мной. Mamil будет рада. И atar тоже. Тира ничего не поняла, но негромко рассмеялась и позволила почти бегом протащить себя по тропинке, потом через заросли каких-то незнакомых деревьев и, наконец, оказалась на поляне перед двухэтажным деревянным домом. −Atarinya! – звонко закричала девочка. Ей ответил бархатистый мужской голос откуда-то со стороны приземистой постройки, из которой валил дым. Тира с удивлением опознала в ней кузницу. Девочка весело сказала еще что-то, и Тира с недоумением осознала, что понимает некоторые слова, хотя с синдарином они вроде бы ничего общего не имели. На зов юной эллет из кузни вышел, по-видимому, ее отец. Тира застыла столбом, во все глаза разглядывая очень высокого рыжеволосого эльфа. Сияющие серые глаза смотрели на нее весело и добродушно. Эльф на ходу вытирал руки ветошью, и вместо правой кисти у него был искусно сделанный механизм. −Здравствуй, дитя. – поздоровался на синдарине Маэдрос Высокий. – Позволь представиться. Мое имя Майтимо, отец этой непоседы. −Мир твоему дому, Майтимо. Я Тира Огнезмея. – все еще растерянно отозвалась Тира, по привычке протягивая правую руку для пожатия. Блеснуло обручальное кольцо на указательном пальце, сверкнули зеленые камни в ведьминском браслете. Темно-рыжие брови эльфа сошлись на переносице, но руку он пожал. Неживые пальцы действовали точь-в-точь как настоящие. −Так ты ведьма из рода Отважных. – негромко проговорил он. – И, как я вижу по кольцу, совсем взрослая. А Тинвэ-то приняла тебя за ровесницу. Тира усмехнулась. −Моя мама – человек. А отец – гном. Так что ростом я пошла в детей Ауле. Майтимо покачал головой, улыбаясь уголком рта. −Добро пожаловать. – произнес он. – Прошу, раздели с нами завтрак. Моя жена будет рада с тобой побеседовать. Тира хотела уже вежливо отказаться, но тут дверь дома распахнулась и на порог выскочила высокая женщина в алой тунике с закатанными рукавами. Обвела двор темными глазами и с удивлением остановила взгляд на Тире. Пересмешница еле сдержалась, чтобы не попятиться. На нее смотрела та самая воительница с Тол Химлинг. Заплетенные в две косы русые волосы лежали на груди. Сильные руки воина были украшены кожаными ремешками. Но как же… −Я видела вас. – проговорила Тира. – Когда мы плыли сюда, нас занесло на Тол Химлинг. Я видела там ваши тени. Майтимо – Маэдрос – быстро переглянулся с женой. Тинвэ переводила недоуменный взгляд с матери на отца. −Тол Химлинг. – медленно проговорил Маэдрос. – Да, я слышал, что наша крепость стала островом. Говоришь, она еще хранит память о нас? −Да. – кивнула Тира. – Но видела это только я. Мой муж ничего не увидел. Только в Незримом понял, что на крепости нет тени. −Как я понимаю, ты замужем за эльфом? – спросил Маэдрос. −Мой супруг – Леголас, сын Трандуила. Женщина с улыбкой покачала головой. −Надо же, как интересно все складывается. – проговорила она и тут же фыркнула. – А мы все делаем неправильно. Надо же хотя бы познакомиться. Мое имя Бельга из Химринга. – представилась женщина. – Это – мой супруг Нельяфинвэ Майтимо. В Средиземье его знали как Маэдроса, сына Феанора. Лаурэфеа – наша дочь. Она родилась уже здесь. Что же до тебя… Мы с тобой тоже родня. −Родня? – удивленно подняла брови Тира. Бельга кивнула и обняла подобравшуюся к ней сбоку дочь. −Рогнеда Отважная – мой потомок. Ты с ней еще не знакома? −И она здесь? – изумление Тиры было почти безграничным. Бельга негромко рассмеялась. −Здесь много кто есть, милая. Сидя в уютном теплом доме и во все глаза глядя на эльфа и вернувшуюся к жизни смертную, Тира неожиданно для себя поняла, почему некоторые слова квенья кажутся ей знакомыми. В ковно тоже встречались такие обороты. Выходит, ведьмы создали ковно из квенья? Раз столько веков тесно общались с эльфами. Голова шла кругом, и Тира схватилась за спасительную чашку с терпким ягодным настоем. Майтимо примостился в кресле, потянулся было к незаконченной деревянной поделке. Но тут ему на колени прыгнула Тинвэ. Точеное лицо эльфа озарилось мягким внутренним светом. Он отложил заготовку, обнял дочь и поцеловал ее в макушку. Тинвэ завозилась, удобнее устраиваясь в кольце отцовских рук. Что-то бодро зачирикала на квенья. Бельга села на скамью рядом с Тирой и негромко спросила: −У тебя есть дети? −Да. – улыбнулась Тира. – Две дочери и сын. Они остались в Средиземье. Бельга улыбнулась и вновь перевела взгляд на мужа и дочь. −А я умерла и вернулась к жизни, чтобы обрести мою Тинвэ. И тысячи лет ждала Майтимо. −Ты расскажешь мне? – прошептала Тира. – Все-все? −Расскажу. – кивнула Бельга. – И не только я. У тебя здесь много родичей, Тира. −Хорошо. – тонкие губы Пересмешницы сложились в счастливую улыбку. – Семья – это очень хорошо.