«История Одного Безумца»

После убийства Саманты Псих вместе с Ребеккой погрузился на самое дно. Он помог ей найти каждого, кто хоть как-то был причастен к её страданиям. И девушка своими руками убивала каждого. Без сожаления, без жалости, без пути назад. Из человека, мечтающего помогать всем и каждому, она превратилась в… в Психа. Бекки наслаждалась местью, наслаждалась и тем, что они с Психом были вдвоём против всех. А Псих обнаружил новые способности своего безумия. Оказалось, что рядом с этой девушкой оно могло не только угасать, но и разжигаться с такой силой, о которой раньше он даже не догадывался. Оно просто завладело парнем, не дав ему ни единого шанса на сопротивление, оно проникло в каждую клеточку и вытеснило всё до единой капли нормальности. Оно полностью поглотило Психа и тянуло свои лапы к Бекки. А та с радостью бросалась в объятья безумия, так же, как и Псих когда-то. И теперь никому из них не нужно было притворяться нормальным, не нужно было делать то, что от них ждали. Теперь они были свободны. Как Бони и Клайд. Они могли делать, что хотели. И Псих решил собрать собственную банду. Он нашёл самых безумных ребят, а кто-то и сам нашёл его. Но их всех объединяло одно: им нечего было терять, и они были готовы на всё. Даже самые безумные поступки для них были пустяком. Псих был счастлив и первым делом решил заполучить свой клуб. Это было легко, когда его банда пришла ночью к хозяину клуба. И он дописал всё, ну а после этого его никто больше не видел. И если раньше Псих был одиноким убийцей, прячущимся от всех, то теперь он стал королём преступного мира. Король восседал на втором этаже клуба, и весь город знал, кому он принадлежит, но от этого народа становилось лишь больше. А Бекки… она не стала послушной собачкой, что нравилось Психу. Она стала его союзником, его напарницей, его. Она больше не носила очки, распустила свои светлые волосы и наносила яркий макияж на бледное лицо. Её одежда была вызывающей, даже кричащей. А её поведение было уверенным. Теперь многие засматривались на красавицу Ребекку, но Псих, смеясь, убивал каждого. Ведь она принадлежала только ему. И если раньше он мучился от своих чувств, мучился, что ещё любит жену, то теперь он понял, что это была другая любовь. Любовь больше похожая на зависимость, любовь на грани безумия, больная любовь. Эта больная, искалеченная любовь не раз толкала их на странные и опасные вещи. Их секс был таким же, как и они сами: безумным, жёстким, лишённым любых границ и тормозов. В нём не было места нежности или осторожности. Только жадное желание, вспышки эмоций и попытка хоть на время заглушить всё то, что разрывало их изнутри. И Псих чувствовал всё сильнее: её злость, её боль, её безумие… всё это смешивалось с его собственным и превращалось во что-то единое, опасное и притягательное. Он получал не просто удовольствие, он насыщался. Она была его зависимостью, от которой уже невозможно отказаться. И чем сильнее он это ощущал, тем больше тянулся к Бекки. Но жизнь не давала им ни минуты покоя. Каждый вдох, каждая минута с ней казались драгоценными, потому что за углом уже поджидала новая буря. Новое безумие. Новое кровавое дело… Банда Психа во главе с Ребеккой убила тринадцать человек. Остался лишь один. Он сидел, привязанный к стулу, и плакал. – Не надо, пожалуйста – молил он. – Я правда не знал, я не знал… Не убивайте меня – продолжал плакать мужчина лет сорока. Слёзы крупными каплями катились вниз, но никого это не трогало. – Ты предал Психа, Саймон – сказала Ребекка тихо, но каждое слово резало по живому. Её холодные большие глаза неотрывно смотрели на него, голос был ровный и спокойный, а на губах играла безумная улыбка. Псих смотрел на неё и не мог оторвать глаз. Она была одета в очень короткую юбку, закрывающую лишь попу, длинные сапоги на высоких каблуках и кофту с глубоким вырезом. А в её руках была бита. – Это всё, что ты можешь нам рассказать, а, Саймон? – спокойно продолжала она, но уголок губ приподнялся, и в этом лёгком движении проскальзывала угроза, холодная и острая, как лезвие ножа. Псих перестал контролировать ситуацию. Сейчас он смотрел только на неё. Его вниманием завладели губы Бекки. Он вспомнил их вкус так ярко, словно целовал ещё раз. Прямо сейчас. Внутри разгорелось желание, горячее и резкое, заставляющее кровь стучать в висках. Псих сделал глубокий вдох, сжал кулаки и пытался сосредоточиться на деле, но каждый раз, когда взгляд его натыкался на её губы, желание усиливалось, не позволяя разуму взять верх. – Я больше ничего не знаю, клянусь – продолжал плакать парень. А Ребекка наклонилась к испуганному мужчине и, улыбаясь, прошептала ему на ухо: – Время умирать! И её бита вмиг полетела по челюсти Саймона. Раз, ещё раз. Псих смотрел на неё как заворожённый. Ему нравилось всё то, что он видел. Бекка поймала на себе страстный взгляд Психа и резко остановилась. Она улыбнулась и проговорила: – Мальчики, ваш выход. И громилы с дубинками окружили со всех сторон ещё живого мужчину. Из последних сил он пытался что-то прохрипеть, но громилы, как по команде, начали забивать несчастного до смерти. А Ребекка повернулась и, улыбаясь, подошла к Психу. – Он мёртв – констатировала она. Казалось, ей доставляет удовольствие всё это. – Я вижу – глаза Психа не отрывались от неё, дыхание стало прерывистым, а на губах заиграла непонятная, дерзкая улыбка. – Куда теперь? – спросила Ребекка, совершенно не понимая, что с Психом. Но вместо ответа Псих резко притянул её к себе, развернув лицом к трупам. Тело её оказалось плотно прижатым к его, и горячее дыхание касалось шеи. – Нам не нужно никуда идти – горячо шептал он ей на ухо. Руки Психа исследовали каждый изгиб её тела с отчаянной жадностью. Длинные пальцы сжимали грудь, скользили по бедрам, тянули её к себе. Бекки вздрогнула, а из груди сорвался тихий стон. Но вдруг все движения резко прекратились. Она почувствовала пустоту, и голубые глаза вмиг распахнулись. – Парни, ждите нас в машине – приказал Псих, и амбалы с битами, что уже добили несчастного, направились к выходу. – А мы закончим ещё одно дело – с какой-то ненормальной долей сарказма, сказал Псих. И когда громилы вышли, Псих резко развернул Ребекку к себе, и она вздрогнула от неожиданности. Его губы тут же обрушились на её, впиваясь с такой жадностью, что у неё перехватило дыхание. Каждый поцелуй был острым, как нож, каждый вдох скользил по её коже огнём. Мир вокруг растворялся, превращаясь в одно мутное, кровавое пятно, но им уже было всё равно на трупы и реки крови вокруг. Руки Психа неумолимо стягивали её чёрную кофту, открывая тело, которое он жадно изучал, а она, задыхаясь, пыталась выдавить слова, которые вырывались лишь в тихие, прерывистые шёпоты. Желание было настолько сильным, что казалось, они теряли себя, растворяясь друг в друге, в горячем, безумном вихре страсти и отчаянного влечения. – Мы серьёзно будем делать это тут? – остатки разума сопротивлялись тому, что сейчас происходило. – А что такого? – проговорил Псих, и его безумные глаза вспыхнули. – Тут кровь и горы трупов – сказала Бекка. Но когда Псих коснулся её шеи губами, все сомнения растворились. Ребекка вздрогнула, словно воздух вокруг неё исчез, и её дыхание стало прерывистым, почти застывшим. Псих наслаждался каждой секундой. Контролем, властью и ощущением полного доминирования. Он оторвался от шеи девушки и проговорил: – Мне всё равно, а тебе? – его губы скривились в улыбке, а глаза блеснули в полумраке. Бекки облизала пересохшие губы и прохрипела: – Мне тоже. Как только слова сорвались с её губ, так на пол помелели вещи. Казалось, Псих совсем не понимал, что творит. Страсть затуманила мозг, и они отдались друг другу. Псих повалил Бекки на пол, где лежала их одежда, которая уже пропиталась чужой кровью. Но в этот момент им было всё равно. Страсть поглотила их тела и разожгла огонь дикого танца. В этом танце разгорячённые тела были испачканы кровью их жертв. И убийцы предавались любовным утехам. Конечно, это было ненормально, но в момент безумия это казалось самым желанным для Психа. Сейчас он чувствовал Бекки не только физически, но духовно. Сейчас она была его. Постепенно его любовь переросла во что-то совершенно иное, что-то не поддающееся объяснению. Сейчас он был абсолютно счастлив, счастлив рядом с ней, но не заметил, как сделал несчастной саму Ребекку. На вторую годовщину знакомства Псих подарил Бекки самый странный подарок из всех – мистера Хайта. Казалось, что она была счастлива. Но так только казалось. Бекки устроила настоящее цирковое представление. Вся банда поддержала её, и вот, под куполом цирка сидел мистер Хайт, связанный и непонимающий, что происходит. Вокруг него стояла банда и Бекки. А Псих занял место в зрительном зале. – А ведь я слышал о тебе. Ты была хорошим психиатром, а потом стала безумной – мужчина явно пытался вывести Ребекку на эмоции, но было поздно. – Так ты слышал обо мне – девушка безумно улыбалась. – Радуйся, ты сделал меня такой! – Я? – он искренне удивился. Вообще не было похоже, что он боится. – А в новостях говорили, что это твой ненормальный дружок. Тут Бекки вскипела. Он добился её эмоций. Она схватила его за воротник рубашки. – Слушай, ты, кусок дерьма, я не… – закричала она, но Псих её перебил. – Не надо, Бекки – неспешной походкой на сцену вышел Псих. Он был спокойный, но внутри него горел безумный огонь. – Что ещё говорят в новостях о нас? – Псих подошёл ближе и взглядом прожигал будущего покойника. Бекка отпустила его, и он буквально упал на стул. Но мужчина лишь улыбался. – Говорят, что Ребекка сбежала с вами, и если кто-то увидит её, то должен сообщить в полицию лично мистеру Дэвису. Мистер Дэвис. Лицо Психа искажается странной зловещей ухмылкой, больше похожей на оскал. – «Я опять победил. Старый самонадеянный идиот» – подумал Псих. Он был счастлив, в отличие от Бекки. Она стояла и смотрела в одну точку, почти не дыша. – Бекки, у тебя ещё остались вопросы к этому ничтожеству? – спросил Псих, внимательно смотря на девушку. Он чувствовал, что что-то не так, но не мог понять, что именно. – Нет – прошептала она, даже не взглянув на свой подарок. – Пошли, Бекки, нам тут больше нечего делать – Псих взял девушку за руку и потащил к выходу. Как только они дошли до выхода, он махнул рукой. Тут же послышался грохот и крик. С ночным кошмаром бывшего психиатра было покончено. Молча они дошли до машины. И хотя в голове у обоих крутилось много мыслей, никто не посмел нарушить тишину. А тишина тем временем продолжала давить на мозг. Машина тронулась, и только тогда Псих решился нарушить это нелепое молчание. – Тебя расстроил мой подарок? – негромко спросил он. – А? – растерянно спросила Ребекка. – Подарок классный, спасибо – она подбирала слова, но её мысли были в другом месте. – Хочешь, я подарю тебе голову мистера Дэвиса? – спросил Псих, прекрасно зная её ответ. Не нужно было быть психиатром, чтобы точно понять, что творилось в её голове. – Нет! – прокричала она. – Он хорошо ко мне относился. – А чего ты хочешь, Бекки? – Что я хочу, ты не в силах мне дать – девушка отвернулась и уставилась в окно. Псих вздохнул и закрыл глаза. Настало время того, чего он так боялся. Время того, что Бекки захочет чего-то большего, чем просто быть с ним. Но он не смог бы дать ей это, даже если бы захотел. А он не хотел. У него уже была жена, и должна была родиться дочь. Травма была слишком глубокой и не могла затянуться. Если бы Псих решился создать семью с кем-то другим, это было бы предательством. А он не мог предать свою Кассандру. Поэтому он натянул улыбку и постарался перевести тему. – Весь город наш! – Бекки повернулась и внимательно смотрела на него. – И мы можем делать, что захотим! Девушка закусила губу от обиды. Он совсем не понимал её. – Я помню, как ты сказал мне на прощание, когда сбегал из лечебницы: «Ты серьёзно думаешь, что мы сможем пожениться, и у нас будут дети?!» Псих молчал. А потом выдавил из себя – Ты права. Этого я не в силах тебе дать. И Псих решил собрать собственную банду. Он нашёл самых безумных ребят, а кто-то и сам нашёл его. Но, их всех объединяло одно, им нечего было терять и они готовы были на всё. Даже самые безумные поступки для них были пустяком. Псих был счастлив и первым делом решил заполучить свой клуб. Это было легко, когда его банда пришла ночью к хозяину клуба. И он дописал всё, ну, а после этого его никто больше не видел. И если раньше Псих был одинокий убийца, прячущийся от всех, то теперь он стал королём преступного мира. Король восседал на втором этаже клуба, и весь город знал, кому он принадлежит, но от этого народа становилось лишь больше. А Бекки… она не стала послушной собачкой, что нравилось Психу. Она стала его союзником, его напарницей, его. Она больше не носила очки, распустила свои светлые волосы и наносила яркий макияж на бледное лицо. Её одежда была вызывающей, даже кричащей. А её поведение было уверенным. Теперь многие засматривались на красавицу Ребекку, но Псих смеясь убивал каждого. Ведь она принадлежала только ему. И если раньше он мучился от своих чувств, мучился, что ещё любит жену, то теперь, он понял, что это была другая любовь. Любовь больше похожая на зависимость, любовь на грани безумия, больная любовь. Эта больная любовь не раз приводила их к странным вещам. Но их секс, безумный, лишённый каких-то границ, был идеален. Псих вновь чувствовал удовлетворение, он чувствовал и от этого тянулся к Бекки ещё больше. Было очередное кровавое дело. Банда Психа во главе с Ребеккой убили тринадцать человек. Остался лишь один. Он сидел привязанный к стулу и плакал. –Не надо, пожалуйста – молил он – Я правда не знал, я не знал… Не убивайте меня – продолжал плакать мужчина лет 40. Слёзы крупными каплями катились вниз, но никого это не трогало. –Ты предал Психа, Саймон – напомнила Ребекка. Холодные большие глаза, спокойный голос и безумная улыбка. Псих смотрел на неё и не мог оторвать глаз. Она была одета в очень короткую юбку, закрывающую лишь попу, длинные сапоги на высоких каблуках, и кофту с глубоким вырезом. А в её руках была бита – Это всё, что ты можешь нам рассказать, а, Саймон? – девушка продолжала говорить спокойно, но уголок её губ приподнялся. Псих перестал контролировать ситуацию. Сейчас он смотрел только на неё. Его вниманием завладели губы Бекки. Он вспомнил их вкус так ярко, словно целовал ещё раз. Прямо сейчас. Псих сделал глубокий вдох и сжал кулаки. Он пытался сосредоточиться на деле. –Я больше ничего не знаю, клянусь – продолжал плакать парень А Ребекка наклонилась к испуганному мужчине и прошептала ему на ухо, улыбаясь – Время умирать! И её бита вмиг полетела по челюсти Саймона. Раз, ещё раз. Псих смотрел на неё как заворожённый. Ему нравилось всё то, что он видел. Бекка поймала на себе страстный взгляд Психа и резко остановилась. Она улыбнулась и проговорила – Мальчики, ваш выход. И громилы с дубинками окружили со всех сторон ещё живого мужчину. Из последних сил он пытался что-то прохрипеть, но громилы как по команде начали забивать несчастного до смерти. А Ребекка повернулась и, улыбаясь, подошла к Психу. – Он мёртв – констатировала она. Казалось, ей доставляет удовольствие всё это. –Я вижу – Глаза Психа не отрываясь, смотрели на девушку, он тяжело дышал, и непонятная улыбка появилась на его губах. –Куда теперь? – спросила Ребекка, совершенно не понимая, что с Психом. Но вместо ответа, Псих лишь притянул её к себе и развернул лицом к трупам. – Нам не нужно никуда идти – горячо шептал на ухо Псих. Его руки бессовестно изучали каждый изгиб её тела. Длинные пальцы сжимали её грудь, ласкали бедра. Девушка прикрыла глаза, и стон сорвался с её губ. Но вдруг все движения резко прекратились. Она почувствовала пустоту, и голубые глаза вмиг распахнулись. – Парни, ждите нас в машине – приказал Псих и амбалы с битами, что уже добили несчастного, направились к выходу – А мы закончим ещё одно дело – с какой-то не нормальной долей сарказма сказал Псих. И когда громилы вышли, Псих резко развернул к себе Ребекку, она ахнула от неожиданности. И тут же его губы впились в неё. Он целовал её так жадно, что ей даже не хватало воздуха. Мир вокруг поплыл, превращаясь в одно кровавое пятно. Но, им уже было всё равно на трупы вокруг и литры крови. Руки Психа стягивали её черную кофту, а она, задыхаясь, шептала. –Мы серьёзно будем делать это тут? – остатки разума сопротивлялись тому, что сейчас происходило –А что такого? – проговорил Псих и его безумные глаза вспыхнули –Тут кровь и горы трупов – сказала Бекка. Но, когда Псих поцеловал её в шею, все сомнения улетучились. Она вздрогнула, и казалось, что перестала дышать. Психу нравилось всё то, что сейчас происходит. Нравилось контролировать и доминировать. Он оторвался от шеи девушки и проговорил – Мне всё равно, а тебе? – его губы скривились в улыбке, а глаза блеснули в полумраке Бекки облизала пересохшие губы и прохрипела – Мне тоже Как только слова сорвались с её губ, так на пол полелели вещи. Казалось, Псих совсем не понимал что творит. Страсть затуманила мозг и они отдались друг другу. Псих повалил Бекку на пол, где лежала их одежда, которая уже пропиталась чужой кровью. Но в этот момент им было всё равно. Страсть поглотила их тела и разожгла огонь дикого танца. В этом танце разгоряченные тела были испачканы кровью их жертв. И убийцы предавались любовным утехам. Конечно, это было ненормально, но в момент безумия, это казалось самым желанным для Психа. Сейчас он чувствовал Бекки не только физически, но духовно. Сейчас она была его. Постепенно его любовь переросла во что-то совершенно иное, что-то, не поддающееся объяснению. Сейчас он был абсолютно счастлив, счастлив рядом с ней, но не заметил, как сделал несчастной саму Ребекку. На вторую годовщину знакомства, Псих подарил Бекки самый странный подарок из всех, мистера Хайта. Казалось, что она была счастлива. Но так только казалось. Бекки устроила настоящее цирковое представление. Вся банда поддержала её и вот, под куполом цирка сидел мистер Хайт связанный и непонимающий что происходит. Вокруг него стояла банда и Бекки. А вот Псих занял место в зрительном зале. – А ведь я слышал о тебе. Ты была хорошим психиатром, а потом стала безумной – мужчина явно пытался вывести Ребекку на эмоции, но было поздно. – Так ты слышал обо мне – девушка безумно улыбалась – Радуйся, ты сделал меня такой! – Я? – он искренне удивился. Вообще не было, похоже, что он боится – А в новостях говорили, что это твой ненормальный дружок. Тут Бекки вскипела. Он добился её эмоций. Она схватила его за воротник рубашки. – Слушай ты, кусок дерьма, я не… – закричала она, но Псих её перебил. – Не надо, Бекки – неспешной походкой на сцену вышел Псих. Он был спокойный, но внутри него горел безумный огонь – Что ещё говорят в новостях о нас? – Псих подошёл ближе и взглядом прожигал будущего покойника. Бекка отпустила его, и он буквально упал на стул. Но, мужчина лишь улыбался – Говорят, что Ребекка сбежала с вами и если кто-то увидит её, то должен сообщить в полицию лично мистеру Дэвису. Мистер Дэвис. Лицо Психа искажается странной зловещей ухмылкой, больше похожей на оскал. – «Я опять победил. Старый самонадеянный идиот» – подумал Псих Он был счастлив, в отличие от Бекки. Она стояла и смотрела в одну точку, почти не дыша. – Бекки, у тебя ещё остались вопросы к этому ничтожеству? – спросил Псих внимательно смотря на девушку. Он чувствовал, что что-то не так, но не мог понять что именно. – Нет – прошептала она, даже не взглянув на свой подарок. – Пошли Бекки, нам тут больше нечего делать – Псих взял девушку за руку и потащил к выходу. Как только они дошли до выхода, он махнул рукой. Тут же послышался грохот и крик. С ночным кошмаром бывшего психиатра было покончено. Молча, они дошли до машины. И хотя в голове у обоих крутилось много мыслей, никто не посмел нарушить тишину. А тишина тем временем продолжала давить на мозг. Машина тронулась, и только тогда Псих решился нарушить это нелепое молчание. – Тебя расстроил мой подарок? – негромко спросил он – А? – растерянно спросила Ребекка – Подарок классный, спасибо – она подбирала слова, но её мысли были в другом месте. – Хочешь, я подарю тебе голову мистера Дэвиса? – спросил Псих, прекрасно зная её ответ. Не нужно было быть психиатром, чтобы точно понять, что творилось в её голове. – Нет! – прокричала она – Он хорошо ко мне относился. – А чего ты хочешь, Бекки? – Что я хочу, ты не в силах мне дать – девушка отвернулась и уставилась в окно. Псих вздохнул и закрыл глаза. Настало время того, чего он так боялся. Время того, что Бекки захочет чего-то большего, чем просто быть с ним. Но он смог бы дать ей это, даже если бы захотел. А он не хотел. У него уже была жена и должна была родиться дочь. Травма была слишком глубокой и не могла затянуться. Если бы Псих решился создать семью с кем-то другим, это было бы предательством. А он не мог предать свою Кассандру. Поэтому, он натянул улыбку и постарался перевести тему. – Весь город наш! – Бекки повернулась и внимательно смотрела на него – И мы можем делать что захотим! Девушка закусила губу от обиды. Он совсем не понимает её – Я помню, как ты сказал мне на прощание, когда сбегал из лечебницы, Ты серьёзно думаешь, что мы сможем пожениться, и у нас будут дети?! Псих молчал. А потом выдавил из себя – Ты права. Этого я не в силах тебе дать.