«История Одного Безумца»

Прошло несколько месяцев после смерти Мангуса. Но Псих так и не смог забыть встречу Бекки и мистера Дэвиса. Злость и недоверие постепенно сжирали его изнутри. И он не смог справиться с эмоциями и начал следить. Сначала он следил за Ребеккой. Но она лишь выполняла его приказы, она уничтожала всех его противников и даже не задумывалась о себе. Тогда, Психа словно облили холодной водой, и он проснулся от долгого сна.  Он понял, что дело в ней, что она не предаст. Что Бекки любит его. Псих вспомнил всё то, что она делала во имя этой любви, и схватился за голову. А что сделал он? Позволил любить? Он нечего не сделал, но девушка, которую он любил, готова была отдать свою жизнь за него. Ему нужно было подумать, и он отправился в самое неожиданное место для этого. В квартиру Бекки. С тех пор, как он привёз её домой из больницы, почти ничего не изменилось. Такая же унылая, но безумно уютная квартира. Сердце неприятно кольнуло. Ведь у него когда-то тоже был уютный дом, и чем это закончилось?! Эван тяжело вздохнул, только сейчас до него дошло всё то, что он натворил. Больше двух лет он обманывал себя и её. Ведь он больше не может любить. Не может. Как бы хорошо ему не было с этой наивной девушкой, в его сердце всегда была и будет его жена. Его Кассандра. Парень грустно улыбнулся. «Я так скучаю» – думал он – «Касси, я запутался и скучаю…» Но улыбка сменилась слезами. Это случилось так неожиданно, что Эван не сразу понял, что эмоции всё же взяли вверх. Предательские слёзы заливали его бледное лицо, и он, проклиная себя, плакал и мечтал об облегчении. Он хотел освобождения от всех бед, что свалились на него, от стыда и предательства, от давящей тяжести своих поступков и от тоски. Но это не случилось. И в этот момент слабости Эван был так противен себе. Он ненавидел себя за слабость и боль. Но теперь ему было очень больно, что он допустил всё, больно, что втянул во всё это Бекку. Эван вытер предательскую жидкость с лица, и тяжело вздохнув начал думать. Думать, что же ему теперь делать. Сдаться? Чтобы умереть как лабораторная мышь или нарваться на неприятности, чтобы какой-то отморозок лишил его жизни. А может… закончить то, что он начал десять лет назад? Одно Эван знал точно, пути назад уже не будет. И единственное, что хотелось бы, это попрощаться с Беккой. Ему хотелось бы отпустить её. Хотелось бы, чтобы она была счастлива. Чтобы у неё был любящий муж и дети, похожие на неё, которых бы она безумно любила. Нет, не безумно! Она должна быть нормальной. Должна быть счастливой. Но без него. Почему-то эти мысли сильно задевали Эвана. Он думал, что это именно из-за того, что он собственник, что он не хочет делиться своей… игрушкой. Но это было не так, однако, всё было уже решено. Эван встал с кровати Бекки и в последний раз осмотрелся, прежде чем уйти. Но его внимание привлекла толстая папка на столе. Где-то он уже видел её. Эван подошёл ближе. Из чёрной папки выглядывали листки с текстом. «Безумие…. Не контролирует себя… Расстройство личности…» Любопытство взяло вверх, и он раскрыл эту папку. Тут же, из папки упала какая-то фотография. Он наклонился поднять её и увидел, как с фотографии на него смотрела его Касси. Его вдруг окатило морозящим сквозняком и ознобно затрясло внутренней дрожью. Его Кассандра. Руками, которые продолжали дрожать, он всё же поднял фотографию с пола. Это точно была она. Синие как море глаза, золотистые волосы и улыбка. Такая родная улыбка. Он перевернул фотографию, а там мелким витиеватым подчерком было написано «Кассандра Фрост». Эван почувствовал вцепившиеся в горло удушье, ему не хватало воздуха, а сердце больно билось о рёбра. Чтобы успокоиться, он закрыл глаза и глубоко вдохнул. Но это не помогло. Поток быстрых воспоминаний заполнил его голову. Перед глазами всё ещё была фотография, которую он положил на стол дрожащими руками. Эван не смог справиться с эмоциями, он был просто не готов к такому и не придумал ничего лучше, чем закурить. Он достал пачку неприлично дорогих сигарет и вытащил оттуда одну. Раздался щелчок, и маленькое пламя простой пластмассовой зажигалки отразилось в зелёных глазах. Эван с наслаждением сделал пару затяжек и только тогда смог привести мысли в порядок. Он взял чёрную папку со стола. Пролистывая её, он обнаружил там своё досье, диагнозы, диски. Не было сомнений, это была его история болезни. Но зачем она Бекки? И главное, где она взяла её? Его история была засекречена и хранилась в полиции. Её засекретил именно мистер Дэвис. Именно сейчас Эван всё понял. Он с интересом просматривал папку. Но, чем больше он читал о себе, тем сильнее безумие разгоралось в его зелёных глазах. Безумная улыбка появилась на его бледном лице, внутри Психа уже бушевал безумный огонь. Он заполнил собой всё пространство. Ему вновь хотелось всё крушить и убивать. Ему хотелось проучить полицейского. Он вернул папку на место и быстро вышел из квартиры Бекки. Теперь Псих следил за мистером Дэвисом. Он мог, конечно, подключить к этому свою банду и вмиг лишить своего обидчика жизни, но не хотел. Сейчас он действовал один. Рыжий парик и старая неприметная машина. Две недели Псих следил за каждым передвижением полицейского. И вот, однажды вечером, он решил действовать. Мужчина вернулся домой и сел смотреть телевизор. Скучная политическая передача громко вещала на весь небольшой дом. Мужчины в костюмах и галстуках обсуждали серьёзные темы, в то время, когда полицейских разлегся на диване с банкой пива. Псих решил, что пора и словно вор, ворвался в его дом. Он был невидимой тенью, он был шелестом листьев, дуновением ветра. И мистер Дэвис не заметил его. Псих сел в кресло и ждал, пока его заметят, но полицейский не торопился отрываться от любимой передачи. И тогда Псих демонстративно кашлянул в кулак. Полицейский тут же вскочил с дивана и схватился за оружие. Он направил пистолет во тьму и испуганно прохрипел. – Кто здесь? – но ответа не последовало, и он повторил громче – Кто здесь? Псих закатил глаза и встал с кресла. – Мистер Дэвис – сладко шептал он – Какая встреча! Тем временем полицейский попятился назад и левой рукой нащупал включатель. Свет осветил небольшую комнату, и он увидел Психа. Бледное лицо, черно-синие круги под глазами и дьявольская улыбка. – Псих?! – испуганно и облегчённо сказал он – Что тебе тут нужно? – Мистер Дэвис, удивлён, что вы всё ещё помните меня – Псих сел обратно в кресло и закурил. Табачный дым окутал его и он, прищурившись, продолжил – Как ваша жизнь? – Ты… ты – глаза полицейского расширились от удивления, а лицо покраснело от злости, слова застыли в горле, мужчина растерялся и просто не знал, что ответить на такую наглость – В моём доме не курят – наконец-то сказал он Псих вскинул удивлённые брови вверх – Правда? Прошу прощения – театрально проговорил парень и выбросил на ковёр недокуренную сигарету. А потом придавил её дорогим ботинком. – Зачем ты тут? – не унимался полицейский – Честно? – спросил Псих с иронией, но его зелёные глаза оставались серьёзными – Я пришёл за вашей головой. Полицейский опустил пистолет и сел на диван. Он задумчиво посмотрел на Психа и заговорил безжизненным голосом – Я ждал этого. Целых три года. Взгляд Психа потемнел, а губы растянулись в жёсткой хищной улыбке. – Вы совершили ошибку, мистер Дэвис. Вы напомнили о себе, и несмотря на всю благодарность, которую я испытываю к вам, я пришёл вас убить. – Я знал, что это случится, но… – полицейский засмеялся. – Что смешного? – непонимающе прохрипел Псих – Я вспомнил наш разговор, после смерти Энди. Ты предупреждал меня, что будешь использовать в своих целях Ребекку, но я не слушал – злость и бессилие боролись на лице мужчины – Мной управляло чувство мести, я хотел, чтобы ты получил по заслугам, но не заметил, как кинул бедную мышку в террариум к змее. Псих усмехнулся. Он пытался сохранить спокойствие, но у него плохо получалось – Значит, я змея? – Ещё какая – улыбка тронула губы полицейского, но тут, же исчезла. Он поднял глаза полные страха и тихо сказал – Ты, наверное, торопишься покончить с этим… – Вовсе нет – Псих не мог сдержать улыбку. Она была колючая, ледяная. Его улыбка отражала всё зло, что в нём скрывалось – Вам страшно? – Нет – сказал мужчина и глотнул пиво из банки – Я знал, что ты придёшь. Но ты заставил ждать так долго. – Я не хотел вас убивать – проговорил механически Псих – Хотел – мужчина взял пульт и выключил телевизор, который до последнего рассказывал политические новости – Ты предупреждал меня об этом и не раз. – Я был зол, но поверьте мне, Мистер Дэвис, если бы я реально хотел убить вас, я бы давно это сделал. – Как сейчас? Псих кивнул, но ничего не ответил. Ему было противно и больно. Даже злость на весь мир и безумие не помогало избавиться от этого чувства. – За то время, пока я ждал тебя, я понял многое. А знаешь, о чём я до сих пор жалею? Псих недоверчиво прищурился, а потом радостно проговорил – О том, что изменили своей жене с её сестрой? Ведь именно из-за этого она увезла дочь подальше от вас? Полицейский хрипло засмеялся – О нет. Эта сука уже получила по заслугам – он снова глотнул из банки и, посмотрев на Психа, улыбнулся. – Я слышал об этом ужасном, несчастном случаи – язвительная улыбка так же тронула губы Психа, но глаза оставались ледяными – Авария вашей бывшей жены и её друга, была же несчастным случаем, правда, мистер Дэвис? Полицейский подавил ухмылку и тихо ответил – У тебя удивительный талант, знать о людях то, чего знать нельзя. – Кстати, мистер Дэвис, я не припоминаю, чтобы мы переходили на «ты», но с некоторых пор, вы тыкаете мне – он говорил с ледяной жесткостью и полицейский поспешил объясниться. – Всё дело в уважении – мужчина откинулся на спинку дивана – До смерти Энди я уважал тебя, жалел и уважал, а потом понял, что этого больше нет – нервная улыбка не покидала его лицо – Я перестал уважать тебя, но, тем не менее, я всегда относился к тебе… как к другу. Даже после того, что ты сделал с моим напарником… Псих недоверчиво поморщился и подошёл к окну. И хотя, казалось, что ему всё равно, но на самом деле это было не так. Не смотря, на всё что с ними произошло, Псих был благодарен полицейскому, что тот отнёсся к нему как к нормальному человеку, не смотря, на все зверства, что он сделал. К тому же, именно он спас его Бекки. Мистер Дэвис и сам не знал, насколько много сделал для Психа. И хотя в его зелёных глазах горел безумный огонь, он не мог в нём забыться. Не мог наслаждаться своим безумием. – Знаю, ты мне не веришь, но я реально жалею, что мы не смогли стать хотя бы хорошими знакомыми, Эван – полицейский назвал Психа по имени, но реакции не последовало – Могу я попросить тебя о последнем желании? Псих поднял напряжённый глаза на человека, которого собирался убить. – Рискните, мистер Дэвис – сказал он очень тихо – Помнишь, 7 лет назад я вернул тебе пулю в твоей крови? Было странно, что он вообще вспомнил о ней. Все эти годы Псих носил пулю с собой, как память о том дне. – Помню – шепотом ответил парень – Я хочу, чтобы ты убил меня именно этой пулей – сказал полицейский и подтолкнул Психу свой пистолет. – Но, зачем? – в замешательстве спросил Псих – Когда-то я вернул эту пулю тебе – мистер Дэвис закрыл глаза – А теперь прошу отдать её мне – Псих с изумлением смотрел на полицейского и не понимал, для чего ему это, но тот был не приклонен – Ты всё равно убьёшь меня, так выполни мою последнюю просьбу – молил он Псих некоторое время молчал. Казалось, что он никак не может решиться на то, о чём молил мужчина. Он взвешивал все за и против, а потом тяжело вздохнул и поднял пистолет. Ловкими движениями Псих вмиг опустошил обойму пистолета. Пули со звоном посыпались на пол. А бледные пальцы достали из кармана белый платок со следами крови. Мистер Дэвис тут же узнал его. Его сердце бешено застучало в ожидании приговора. А Псих достал пулю и вставил её в барабан. – Пришло время прощаться, мистер Дэвис – сказал он и наставил пистолет на полицейского, но он даже не шелохнулся – Спасибо вам за человечность и доброту. Я этого не забуду – лицо Психа оставалось спокойным, он до последнего сохранял хладнокровие, но его голос в конце фразы снизился до шепота. – Прощайте, мистер Псих – прохрипел полицейский, и пуля тут же проделала кровавую дыру в его сердце. Псих всегда стрелял метко и никогда не промахивался, так было, и в этот раз. Тело полицейского так и осталось сидеть на диване. Псих закрыл глаза и тяжело вздохнул. Ему было трудно сделать то, что он планировал, но безумие продолжало полыхать в его глазах. Ему ничего не оставалось, как подчиниться ему, раствориться в нём. Парень достал нож и без капли жалости отрезал голову покойнику. Взяв голову за волосы и подняв её перед собой, Псих проговорил – Вы такой грустный, Мистер Дэвис, улыбнитесь! Ну же! Я помогу вам! – взяв нож, он сделал надрезы в виде улыбки на лице покойника – Так-то лучше! А теперь нам пора идти к Бекки! Псих положил голову в пакет и отправился в клуб.