«История Одного Безумца»

В клубе как всегда было много народа. Парни и девушки танцевали, разговаривали и пили. Разноцветные лампы освещали тьму этого города и позволяли забыть обо всём. Но забыть обо всём пыталась и Бекка. Сидевшая за барной стойкой. Она пила крепкий алкоголь и совсем не обращала внимания на происходящее. Псих зашёл в свой кабинет и начал подготовку к представлению. Он поместил голову полицейского на поднос и закрыл крышкой, а потом зажёг свечу рядом и выключил свет. Декорации были готовы, пора звать зрителей. Длинный палец в крови зажал кнопку вызова на телефоне – Позови Ребекку ко мне в кабинет, живо – громко сказал он хрипловатым голосом. Не прошло и пяти минут, как стук каблуков послышался на лестнице. Псих довольно высунулся из приоткрытой двери и протянул кровавую руку, приглашая зайти и Бекки не раздумывая, зашла за ним. В кабинете было темно, и лишь свет свечи озарял этот мрак. Но что-то заставляло Ребекку бояться. Бояться человека, ради которого она была готова умереть. Псих сел в своё кресло и тихо сказал – Я тут подумал, что нам нужно поговорить. Он впился в Ребекку дьявольским взглядом. Он чувствовал её страх. Чувствовал и наслаждался им. Его губы исказила страшная ухмылка, и он тут же задул свечу. Густой мрак окутал его кабинет, и липкий животный страх сковал Бекку. Девушка сглотнула и пересохшими губами прошептала – О чём? – О доверии Бекка! – почти кричал Псих. Его голос стал таким громким и пронзительным, что отдался эхом. А потом он швырнул бумаги девушке, она испуганно всматривалась в каждый лист, пока не поняла, что он знает всё. Псих всегда был на шаг впереди, и он знал о том, что она встречалась с мистером Дэвисом. И он знает, что Ребекка это знает. Он знает всё. Внутри всё похолодело, и девушка сжалась. – Ты стала замкнутой и больше не говоришь со мной по душам, Бекки – Псих состроил жалостливое лицо – Я скучаю по тебе – вырвалось у него, но он поспешил перевести тему – Но не об этом сейчас, правда, Бекки? Псих внимательно посмотрел на девушку, а она, заглянув в его глаза, оцепенела от ужаса. Только сейчас она увидела, какая чёрная душа кроется за ними. Во тьме его глаза горели зелёным пламенем. Они были холодные, колючие и обжигающие одновременно. – Но я нашел причину наших проблем! Псих демонстративно хлопнул в ладоши трижды, и свет вспыхнул в тёмном помещении. На столе девушка увидела поднос, из которого вытекала кровь. Внутри неё всё похолодело и вновь возникло нехорошее предчувствие. – Надеюсь, сейчас всё изменится Бекки – радостно сказал Псих и поднял крышку. На подносе Ребекка увидела голову мистера Дэвиса. В её глазах стояли слезы, а на губах застыл немой крик. Её руки похолодели, а колени подгибались, но не давали упасть на холодный пол. Девушка отчаянно сопротивлялась нахлынувшим эмоциям, но не смогла, из её глаз предательски потекли слёзы. И она, закрыв лицо руками, упала на колени. – Зачем – кричала она, не понимая, что вообще происходит. А Псих встал и подошел к ней ближе. – Я не потерплю недоверие Бекки. Ты моя, ты принадлежишь мне! Ты пошла за мной – голос стал жёсткий, скрипучий – Ты просила помочь, и я помог. Взамен я прошу лишь беспрекословного подчинения – он резко схватил её за кофту и поднял на ноги – Раздевайся – грубо прошептал он на ухо – Я хочу трахнуть тебя на глазах твоего недопапочки. В этот момент казалось, что Эвана больше нет, был лишь Псих. Безумие овладело его телом и разумом. Оно командовало и творило то, за что он убил бы любого. Любого, кто прикоснётся к его Бекки. – Да пошёл ты – закричала Бекка и врезала Психу по лицу. Он ошарашено схватился за щеку. Такого он точно не ожидал. Несмотря на то, что только что сделала девушка, Псих был счастлив, что не смог растоптать её. Не смог сломить, как это было с другими девушками. И она, прекрасно зная, что ничем хорошим это не закончится, могла врезать ему. Могла остановить его. До девушки дошло, что она только что натворила, и она поспешила сбежать. Пулей, вылетев из кабинета, она пронеслась мимо двух амбалов у двери. – Приведите её обратно! – закричал Псих амбалам – Живо! И его марионетки тут же исполнили приказ. Они притащили её обратно в кабинет и кинули на пол, как ненужную вещь. Псих пришёл в ярость. Как они смеют так обращаться с ЕГО вещью!? Но, безумие поглотило его. Зелёные глаза горели огнём, а губы искривились в злобной усмешке. – Ты знаешь, что тебе будет за это? – Псих расхаживал из стороны в сторону – Не смей пользоваться моей любовью к тебе! Не смей злоупотреблять моим доверием! – его злые, в бессилии сжигающие самого себя слова, срывались и падали острыми камнями – Если бы не я, где бы ты сейчас была, Бекки? По глазам вижу, что ты всё знаешь сама –он резко остановился и глазами полными безумия сверкнул на охранников. Они поняли всё, и гадкие улыбки появились на их широких лицах. Они были готовы выполнить любой приказ своего начальника, а он продолжил – Время получать наказание. Псих подошёл к своему столу и сел в кресло. Он закинул ноги на столешницу и демонстративно закурил сигарету. А потом вальяжно откинулся в кресле и кивнул охранникам. И они послушно выполнили приказ. Каждый из них нанес как минимум по десять ударов бедной девушки. Она лежала и пыталась прикрыть голову и живот. В тот момент в её голове было дежавю. Бекки хорошо помнила тот вечер, когда её пытались изнасиловать. Она помнила, как её избивали грубые мужские ботинки. Также было и сейчас. Только в тот вечер её спас Псих. А сейчас это делали его послушные амбалы, по его же приказу. От этого ей было ещё больнее, но она не могла плакать. Бледные пересохшие губы застыли в немом крике. На глазах были слёзы, которые так и не вырвались наружу. А грубые ботинки продолжали бить. Несмотря на то, что безумие проникло в каждую клеточку сознания Психа и овладело им, он не понимал, нравится ли ему происходящее. Но где-то глубоко внутри, ему было противно и больно, что именно он делает это с ней. Псих также помнил ту ночь, и помнил, как готов был растерзать каждого из тех амбалов, что причинили ей боль. И не только был готов, он растерзал каждого из них. А сейчас? Сейчас он делал то же самое. И для чего?! Гадкий ком подступал к горлу. Псих постепенно приходил в себя. Глаза начали приобретать осмысленное выражение, а с губ исчезла безумная улыбка. Зелёные глаза, ещё несколько минут полыхавшие безумным огнём, прояснились. Бледные пальцы быстро затушили сигарету. И посмотрев ещё раз на то, что творят его амбалы, Псих не смог сдержать крик – Довольно! Отвезите её домой, и помогите дойти до кровати. Крепкие мужчины взяли Ребекку под руки и потащили по холодному полу, но Псих рассвирепел. Он бы никому не позволил обращаться с ней так, как обращался с ней сам. – Она вам не вещь! – закричал он – Возьмите её на руки и отнесите. Тем временем, Ребекка немного пришла в себя, и из последних сил подняв голову, посмотрела на Психа взглядом полным ненависти. Сейчас она проклинала своего мучителя, она ненавидела его даже больше, чем мистера Хайта, что пытался изнасиловать её. Ведь, она доверяла Психу, она доверила ему свою жизнь, а он посмел так поступить с ней. Она ненавидела его так же сильно, как и любила. – Псих – прохрипела она из последних сил – Я тебя ненавижу. Будь ты проклят – сказала она и на её бледных губах появилась улыбка. Безумная улыбка, которая продержалась на её измученном лице всего пару секунд. А потом её бледное лицо приобрело серьёзный вид, и она плюнула кровью на идеально чистый пол. Псих понимал, что это плевок принадлежал ему. Он виновато посмотрел на неё и почти шёпотом произнёс – Я уже проклят Бекки. Я уже проклят. Когда послушные амбалы унесли Ребекку, Псих достал из ящика сигареты и вновь закурил. Его взгляд был прикован к идеально чистому полу, где всё ещё оставался след её крови. След того, что он сделал с ней. Псих ненавидел себя за это и ненавидел её. Ненавидел за то, что она позволила ему это сделать, за то, что она вообще появилась в его жизни. До её появления всё было понятно и просто. Он пытался заполнить пустоту внутри, заполнить кровью и болью других. А теперь? Теперь пустота отступала, и он начинал чувствовать. Начинал любить. Эта любовь не была похожа на то, что он испытывал раньше. Это не была любовь с первого взгляда, скорее расчёт, который перерос во что-то большее. В странную любовь с примесью садизма. Нет, ему не доставляло удовольствия мучить её, не доставляло удовольствия издеваться над ней. Но по-другому он просто не мог. За всё то время, что он провёл в одиночестве и безумии, он просто забыл, как это может быть по-другому. А ведь по-другому могло быть и сейчас. А могло ли? А хотел ли он этого? Хотел бы он жить нормальной жизнью рядом с Бекки? Хотел бы он жениться на ней? Завести с ней детей? Жить в маленьком уютном домике, и каждое утро радоваться рассвету? Псих зажмурился до боли и пытался прогнать внезапно накатившие мысли. Это казалось ему таким безумным. Но они всё чаще появлялись в его голове. А он и сам не знал, хочет ли он этого. Но знал, что Бекки хотела этого больше всего на свете. Она хотела бы быть нормальной, хотела бы нормальную жизнь. С ним. Псих зарыл глаза и затянулся очередной сигаретой.