Том и Бэмби

      - Мистер Аллен? – доносится до него голос психотерапевта как сквозь вату. – Мистер Аллен, Вы меня слышите? Мистер Аллен!              Барри моргает, возвращаясь из собственных грез.              Знакомый кабинет со светло-зелеными стенами, бежевая мебель, стол и шкафы из светлого дерева – своеобразный райский уголок, в котором он регулярно прячется последние три месяца от бешеного темпа городской жизни.       И конечно же женщина среднего возраста в большом кресле из экокожи белого цвета, сидящая за столом. Миссис Белл, кажется?.. А какая собственно разница? Тот факт, что кресло из экокожи, намного больше привлекает его внимание, хотя он не понимает, почему. Наверное, всё из-за небольшой статьи на данную тему, которую ему пару дней назад прислала в сообщении Фелисити Смоук, когда в очередной раз спрашивала в порядке ли он, всё ли с ним хорошо.       Барри не понимал, что с ним может быть не так, если у него всего две точки в городе, где он появляется: квартира, в которой он живет, и этот кабинет. Но забота со стороны близкой подруги всё равно приятно грела сердце, потому он всегда с удовольствием отвечал на её милые сообщения, посвященные повседневным темам, которые его совершенно не напрягали.       Хотя его не очень радует то, что Фелисити вдруг стала заказывать ему на дом доставку продуктов, всяких бытовых мелочей вроде стирального порошка или зубной пасты. Он даже пытался противиться первое время, но мисс Смоук была такая настойчивая и в то же время забавная в своих сообщениях, где она рассказывала ему о желании протестировать новое приложение доставки, которое она недавно установила на телефон, что он не стал противиться, согласившись быть подопытным.       Во-первых, Фелисити не переспорить. Во-вторых, эта странная забава подруги давала ему лишнюю возможность не выходить самому на улицу за покупками, так что он благодарен, о чем не забывает писать в ответных сообщениях.       Ведь было бы странно, не отвечай он, учитывая, что в его телефоне записан один единственный номер, который принадлежал мисс Смоук.       Вот только он вроде бы и до появления нового хобби Фелисити не выходил на улицу… Разве что походы к психотерапевту. Хотя зачем он начал ходить? Помнится смутно, но кажется, это было его собственное решение, а Фелисити порекомендовала ему знакомого специалиста.       Только с чего вдруг ему понадобилась психотерапия? У него же хорошая жизнь, и нет никаких проблем, на которые он мог бы пожаловаться психотерапевту.              - Мистер Аллен!              - Простите, Вы что-то сказали? – растеряно улыбается смущенный мужчина. Пускай очень молодо выглядящий, похожий больше на студента-старшекурсника, но уже давно взрослый мужчина. – Я, кажется, опять задумался.              - Ничего страшного, порой человеку необходимо помолчать, чтобы обдумать то, что он собирается сказать, - понимающе произносит психотерапевт. – Готовы начать наш сеанс?              - Конечно! – с неподдельной готовностью отзывается Барри. – Готов говорить открыто и честно, - кладет он ладонь на свою грудь в области сердца, давая шутливую присягу.              - Меня радует Ваш неиссякаемый энтузиазм, - ответно улыбается психотерапевт, однако в глазах женщины плещется целый океан затаенной жалости и сострадания, но её пациент не замечает этого, как не замечает и того, что его жизнь уже давно развалилась словно карточный домик, а он сидит посреди руин и улыбается, будто это поможет не замечать разрухи вокруг. – Итак, начнём с нашего стандартного вопроса: Вы самый быстрый человек на свете, супергерой Флэш – на сегодняшний день ничего не изменилось?              - Нет-нет, всё, как прежде, - с прежней улыбкой отвечает Барри, не понимая, зачем каждый день спрашивать очевидное, но ему совершенно несложно отвечать на эти вопросы. Всё-таки доктору виднее.              - Хорошо, - делает себе пометку в блокноте женщина. – В прошлый раз мы остановились на том, что Вы рассказывали о своей работе криминалиста. Хотите вернуться к этой теме?              - Пожалуй, не откажусь. У меня есть еще несколько забавных историй, которыми я хочу поделиться.              - В них фигурирует Томас?              - Да, а как Вы узнали? – неподдельно удивляется Барри, но подобная способность к предугадыванию почему-то веселит молодого человека.              Психотерапевт молчит. Улыбается пациенту, но молчит. Не имеет права указывать ему на то, что все его истории так или иначе связаны с человеком, на котором он зациклился.              В прошлый раз это ничем хорошим не закончилось.              Фелисити с самого начала ввела её в курс дел, и сразу предупредила, что случай непростой, но миссис Белл была квалифицированным специалистом, потому её не смутили некоторые подробности жизни будущего пациента.       Герой или не герой – какая разница, если к ней они приходят с теми же проблемами, что и обычные люди?              - Врачебное чутьё, – мягко произносит миссис Белл, наливая в аккуратную глиняную чашечку, выполненную в японском стиле, молочный улун, который она всегда заваривала к его приходу, и передавая напиток пациенту. – Готовы начать рассказ?              - С огромным удовольствием, - отзывается Барри, делая глоток горячего чая. – М-м, благодарю, Ваш чай, как всегда, на высоте.              Миссис Белл улыбается в ответ, но делает в своем блокноте еще одну заметку: Фелисити и другие близкие люди её пациента утверждали, что он любит кофе, а не чай. Всегда отдавал предпочтение именно ему.       Молочный улун – любимый напиток другого человека.              - Я Вас слушаю, мистер Аллен.              - Знаете, я вспомнил один случай… Еще до того, как получил свои силы.       

***

      Очередной рабочий день молодого криминалиста Департамента полиции Централ-Сити Барри Аллена не отличался особой новизной.       Утренняя рутина дома, стаканчик кофе, несколько конфузов по пути на работу, на которую он конечно же опоздал, из-за чего пришлось смотреть в оба, чтобы не наткнуться на шефа, обыденное приветствие коллег, встречавшихся в здании полиции, и конечно же…              - Утречка, Бэмби, как твое ничего? – раздался задорный голос подростка, которого с руками, скованными за спиной наручниками, двое полицейских в очередной раз вели в камеру.              Барри обреченно вздыхает, драматично прикрывая глаза.              - Поговори мне тут еще, - раздается строгий голос Джо, подошедшего к приемному сыну. – Томас, твою энергию, да в мирное русло… - укоризненно качает он головой, наблюдая за тем, как проблемный подросток демонстративно закатывает глаза, направляясь в камеру как к себе домой.              Отчасти так и есть: за неугомонным школьником уже давно зарезервирована одна и та же камера, постепенно приобретающая в их участке негласный статус именной – настолько часто он туда попадает за мелкое хулиганство.       Вроде взрослый уже человек, ни сегодня-завтра из школы выпустится, и все равно регулярно совершает глупости, время от времени ненадолго залетая в полицейский участок.              Время от времени – потому что его не всегда удается поймать, больно шустрый и ловкий, да и город со всеми лазейками в узких улочках знает лучше любого гида Централ-сити.              Ненадолго – потому что уже успел выучить строение полицейского участка также, как городских улочек, благодаря чему сбегает из камеры с мастерством опытного взломщика, за что к сроку заключения за мелкое хулиганство прибавляется срок за нарушение режима.              В общем и целом, за разрисовывание граффити памятников культуры города, нацарапанное на дорогом авто какого-то богача «слепая свинья», обвинение в краже научного труда по физике авторства известного ученого из городской библиотеки, а также семикратного нарушения режима заключения, неугомонный пакостник на сегодняшний день задолжал полиции тридцать семь дней в камере, а городу – пятьсот восемьдесят один день исправительных работ.              - Как его зовут на самом деле? – спрашивает Барри, когда малолетний правонарушитель под конвоем двух полицейских заворачивает за угол, напоследок показывая Джо Уэсту высунутый язык. – Он вправду школьник?              Вопрос был скорее риторическим, потому что Аллен не сомневается, что худощавый пацан с бессовестными зелеными глазами, что ниже самого криминалиста на полторы головы, одевшийся в хип-хоп стиле, с дурацкой бейсболкой в черно-красную клетку, под которую были спрятаны рыжие – ну видно же! – волосы, не школьником быть не может.              - Без понятия, - пожимает плечами Джо. – Я его дела никогда не вел, да и не настолько мне интересно, чтобы я полез рытьcя в его досье. Только по кличке, которую ты ему дал, и знаю, а про школу мимоходом услышал от наших ребят. Никогда не было желания посмотреть его данные. И тебе не советую, - строго добавил полицейский. – Он хоть и мелкий, но из той породы, что с легкостью впутывает других в передряги, в которые попадает сам.              - Джо, я уже давно не мальчишка, чтобы поддаться влиянию плохой компании, - улыбается Барри, делая глоток черного кофе из бумажного стаканчика.              - Знаю, но то, что ты взрослый, не значит, что я больше не могу давать тебе отцовские советы, - отвечает мистер Уэст, после чего уже собирается уходить, но, вспомнив, что хотел спросить еще кое-что, останавливается. – Напомни-ка, как вышло, что вы стали мультипликационными персонажами, Бэмби?              На что Барри закатывает глаза под смеющимся взглядом приемного отца.              - Однажды я сказал, что он напоминает кота Тома из мультика «Том и Джерри», который постоянно получал за свои проделки и практически никогда не уходил безнаказанным. Видимо, его это сильно задело, раз он сходу окрестил меня Бэмби, наплевав на наличие у меня имени.              - Ты недоговариваешь, Барри, - едва сдерживая улыбку, полную скрытого веселья, добавляет Джо, вызывая недовольное цоканье со стороны приемного сына.              - Тебе уже рассказали в подробностях тот случай, да? – осознает Аллен.              - Конечно, - не отрицает очевидного полицейский. – Уверен, в этом здании нет ни одного сотрудника, который не слышал о том, что наглый школьник с наручниками на руках наступил на ногу криминалисту, ударил его головой в подбородок и направился в камеру со словами «не плачь, Бэмби, вырасти большим и сильным». Он еще твой кофе в тот день отобрал, пока ты корчился на полу, да?              - Я был бы очень благодарен, если бы ты сделал вид, что не знаешь этой унизительной истории, - отвечает Барри, направляясь к своему рабочему месту под негромкий смех Джо.              Рабочий день не отличался чем-то особенным, как всегда бумажная волокита съедала большую часть дня. Поэтому возможность почитать научный журнал, в котором опубликована статья, посвященная работе Харрисона Уэллса в области квантовой физики и грядущему запуску ускорителя частиц, была для Барри отдушиной.              Увы, спокойно дочитать статью ему не дали – один из детективов попросил принести результаты экспертизы, которую проводил Барри, по делу преступника, совершившего вооруженное нападение два дня тому назад.       Скрутив в трубу свой журнал, парень сунул его в карман брюк, после чего взял в руки необходимые документы и направился к детективу.              Обратный путь к своему рабочему месту был длиннее, так как пролегал через кофемашину, находившуюся в противоположной стороне здания полиции. Аллену хотелось выпить горячего напитка, и он не переломается, если разок-другой обогнет камеры с заключенными.              - Такой крюк ради чашки кофе? – с тихим смешком спрашивает полицейский, что охранял сегодня камеры, следя, чтобы заключенные не буянили. Благо, заключенные сегодня были представлены одним человеком, а значит никаких беспорядков не предвиделось.              - Что поделать? Я люблю его, - улыбается в ответ Барри, салютуя стаканчиком коллеге.              На обратном пути проходя мимо камер, он невольно останавливается напротив той, что была занята малолетним хулиганом.       С виду пацану комфортнее некуда: улегся на скамью, прикрыл глаза, вальяжно закинул руки за голову, и беспечно покачивает в воздухе ногой, которую свесил вниз.              И вроде хочется пожурить его за плохое поведение, почитать нотации в стиле Джо, объяснить, что пора уже стать ответственным, задуматься о своем будущем и сосредоточиться на нем, или хотя бы просто иметь совесть, а не страдать ерундой, но каким-то непостижимым образом мальчишка вызывал у Барри искреннее веселье своей непосредственностью, перекрывавшее все остальные желания.              Пацан напоминал маленького неразумного щеночка, который резвится на кровати, запутывается в одеяле, а потом скулит, зовя хозяина на помощь. На редкость миловидная внешность лишь прибавляла очки в пользу данного сравнения. Барри сравнил бы его с японской породой собак сиба-ину, которые заставляют людей по всему миру пищать от восторга. Наверное, нет на свете того, кому бы они не нравились.       Вот этот школьник точно такой же.              Наверняка у мальца от девчонок отбоя нет…              - Какими судьбами, Бэмби? – не открывая глаз, задорно спрашивает рыжий школьник.              - Всё хотел спросить кое о чем, - начинает Барри, подходя к двери камеры ближе. – Том, зачем ты украл из библиотеки тот научный труд по физике? Если все остальные твои правонарушения плюс-минус похожи друг на друга, то этот случай явно не в твоем стиле. Хотел продать?              - Ага, конечно, - насмешливо фыркает он в ответ, открывая глаза и принимая сидячее положение. – У меня предстояла пересдача контрольной по физике, а я, мягко говоря, прирожденный гуманитарий. Но у меня хорошая память. Хотел подготовиться, подумал, что если выучу книгу, то стану светилом физики и всё пройдет как по маслу.              - А зачем украл оригинал из библиотеки? Этот труд давно есть в интернете.              - Аура ученого, оставленная на книге, должна была принести больше удачи.              - Ты сейчас это серьезно? – с нескрываемой иронией спрашивает Аллен, едва сдерживая смех. Но заметив взгляд пацана, в котором не было ни намека на шутку, позволяет себе пару смешков. – И как? Сработало?              - Не, провалил пересдачу, потому и вернул этот мусор полиции, - как ни в чем не бывало пожимает плечами малец.              - Так ты действительно школьник… - картинно охает Барри, хотя улыбка на его лице сбивала градус драматизма.              - Я в выпускном классе, - не соглашается со масштабами катастрофы Том. – Чуть больше полугода и буду студентом.              - Уже определился, чем будешь заниматься? – прислонившись плечом к решетке, спрашивает Барри, невольно увлекаясь легкой беседой.              - Думаю о журналистике. Буду писать всякие статьи, рецензии и тому подобное. У меня хорошо подвешен язык, я коммуникабелен, могу пролезть в любую клоаку и добыть сенсацию, а могу расписать историю ежегодного сбора урожая в Аризоне так, что все будут считать, будто фермеры спасли планету от коллапса, вызванного угрозой всемирного голода.              Аллен успевает вовремя убрать от губ стакан с кофе, потому что сделай он глоток – сейчас давился бы кашлем. А так он просто от души смеется в голос.              - Выпуски новостей не хочешь вести?              - Чтобы на меня глазела через экраны куча людей? Я слишком хорошенький, и прекрасно знаю, о чем они будут думать, делая вид, что слушают новости в моём исполнении. Эй, а можно мне тоже кофе? – кивает он на стакан в руке криминалиста.              - Это полицейский участок, а не кафе, - напоминает Барри. Спокойствие мальчишки достойно восхищения – он действительно чувствует себя здесь как дома.              - А ты криминалист, а не официант. Так можно кофе или нет? Если найдется чай «молочный улун» – я буду паинькой ближайшие двадцать четыре часа.              Аллен не знал, чего хочет больше: потерять челюсть где-то в области пола или рассмеяться с этой детской непосредственности. Но вне зависимости от того, к чему пришли его умозаключения, тело решило разбавить вечернюю скуку, потому рука протянула сквозь железную решетку свой стаканчик с кофе, предлагая заключенном угоститься.              Мальчишку долго ждать не пришлось – резво соскочив с лавки, он тут же подбежал к решетке, словно песик, которого приманили хрустящими подушечками, являющимися лакомством.              - Надеюсь, ты не плевал туда? – настороженно спрашивает он, тем не менее уверенно потянувшись к стакану, чтобы сделать глоток, совершенно не брезгуя тем, что напиток перекочевал к нему из чужих рук.              - Даже в голову не приходило, пока ты не сказал, - честно сознается Барри. – В этот раз надолго заехал в камеру?              - Трое суток, - смешно хлюпая напитком, отзывается он, поправляя слегка сбившуюся набок бейсболку. – Домашки накопится за это время… - кривится он, вызывая у Барри очередную порцию веселья.              Криминалист достает из кармана по-прежнему скрученный в рулон журнал, протягивает руку через прутья решетки и чисто в воспитательных целях хлопает им хулигана по голове.              - Держи, - дает Барри ему своё орудие. – Может хоть что-то в голове отложится.              Мальчишка с нескрываемым скепсисом косится на обложку научного журнала.              - Да блин, ты серьезно? Тебе действительно нравится эта скукотища?              - Ты про ускоритель частиц или физику в целом? – смеется Аллен с выражения лица Тома.              - Точно, ты же криминалист, - щелкнув пальцами, вспоминает пацан. – Всякая научная лабуда по твоей части. Гуманитарию в моем лице не понять.              - Но гуманитарий должен уметь читать, так что открывай и наслаждайся, у тебя целых трое суток в запасе, - откровенно издевается над школьником Барри, собираясь уходить. Что-то он задержался, увлекшись разговором…              - Ага, так я и буду сидеть здесь все трое суток, - вновь фыркает хулиган.              - Эту камеру недавно снова ремонтировали. Инженер старался специально для тебя. И кстати теперь здесь две дополнительные камеры наблюдения – также специально для тебя. Ты не сбежишь даже при всей своей изворотливости, Томас. Так что увидимся через три дня, заодно заберу журнал. Не скучай, - уже на ходу салютует он.              - Эй, Бэмби, погоди! – встрепенувшись, внезапно окликает его мальчишка. – Подожди-подожди, не уходи! Иди сюда, - подзывает он его, просунув руку через решетку и подзывая к себе. И когда Аллен вернулся, заговорческим шепотом затараторил: - Как насчет пари? Если к завтрашнему утру меня здесь уже не будет, то ты сделаешь за меня домашку по физике и химии, идёт? Ты же криминалист, тебе такое – раз плюнуть.              Барри резко отстраняется, испуганно оглядываясь – не слышал ли их кто?              - Какое еще пари? – рассержено шепчет Аллен, вновь приблизившись к решетке. – Ты и без того получил трое суток, а я – сотрудник полицейского департамента, если ты забыл. Сиди тихо и не высовывайся, пока не выпустят.              - Бэмби, не согласишься – я свалю, кинув твой журнал посреди камеры как улику, указывающую на моего подельника, и ты моментально станешь бывшим сотрудником полицейского департамента, – выставляет беспроигрышный ультиматум мальчишка, не скрывая пакостной ухмылки на лице. – Вряд ли в участке ещё кто-то кроме тебя читает такую… высокоинтеллектуальную литературу.              Всё-таки челюсть Барри Аллина встретилась сегодня с полом.              Такой запредельной наглости и натуральной подставы криминалист не ожидал. И сколько бы он ни пытался отобрать свой журнал, который по собственной глупости и наивности отдал этому несносному мальчишке, единственное, чего он добился – привлек внимание охранника, который по доброте душевной закрывал глаза на беседу криминалиста с мелким хулиганом, но уже не мог игнорировать попытки коллеги пробраться сквозь решетку к заключенному.              - Бэмби, я не претендую на «отлично», но «удовлетворительно» мне тоже не нужно, - смеется бессовестный негодяй вслед Аллену, которого полицейский настойчиво повел прочь от камер заключения.              На следующий день явившись на работу, Барри Аллен не изменил себе – вновь опоздал. Капитану Сингху наверняка будет наплевать на то, что в Джиттерс, куда его подчиненный зашел утром за кофе, он застрял в очереди, поэтому Аллен мысленно уже репетировал речь, полную раскаянья. Однако не потребовалось – в этот раз с него был смещен фокус внимания начальства по той причине, что в департаменте происходило что-то поинтереснее.              В полном непонимании криминалист смотрел на разозленных коллег, носящихся туда-сюда и без конца причитающих что-то про то, как им всё это надоело.              - Какая муха их укусила? – раздается голос подошедшего Джо, который также как и приемный сын смотрел на суматоху.              - Явились, наконец! – налетает на них яростный ураган в лице капитана Сингха. – Угадайте, кто снова нарушил режим и сбежал из камеры? Подсказываю: будь это мой ребенок – я бы отдал его в интернат.              Джо и Барри долго не думают – ответ очевиден. Потому выдают общим хором…              - Томас.              - Томас.              - Верно! – притворно радуется догадливости своих подчиненных Дэвид Сингх, у которого глаза были налиты кровью от бешенства. – И разу уж ты, Аллен, последний с кем вчера разговаривал этот малолетний преступник – а камеры это очень четко зафиксировали – то к тебе закономерный вопрос: как он это сделал?              - Эй, постой, Сингх, - притормозил его Джо. – Ты же не думаешь, что это Барри его выпустил?              - Конечно, не думаю, - не успокаивался Дэвид. – Аллен слишком медлительный, да и вряд ли рискнул бы испортить новенькие камеры, которые должны были зафиксировать побег малолетки. Из чего выходит закономерный вывод: твой любимый Барри не допрашивается сейчас как соучастник только по той причине, что я не сомневаюсь в его совести! – плюется то ли ядом, то ли похвалой капитан, на что Барри лишь сильнее сжимается за спиной Джо, мечтая исчезнуть. Не только из-за Сингха, но и из-за того, что почти все сотрудники с живым интересом наблюдают сейчас за этой сценой. – Я просто… кхм… хочу узнать, - стараясь держать себя в руках, давит из себя нервную улыбку капитан, искренне считая, что она сможет обмануть хоть кого-то. – Как. Этот. Крысеныш. Постоянно. Сбегает?! Аллен, он тебе говорил что-нибудь? Намекал? Может, прятал что-то в карманах?              - Н-нет, сэр, ничего такого, - отвечает Барри. Том ему действительно ничего не говорил, если не считать уверенную констатацию самого факта побега. Только кофе и взял… которым мог замкнуть электричество, если ему удалось добраться до висящей в углу потолка камеры наблюдения, разобрать её корпус, и вылить напиток на оголенные провода, устроив замыкание по каналу, питающему все остальные камеры видеонаблюдения.              Да ну бред! Как бы он добрался до камеры, если лавочка приколочена к полу, а сам рыжий хулиган – коротышка? Метр шестьдесят пять – не больше, а высота потолков в камерах два с половиной метра.       Хотя если он как мартышка может лазить по всему городу, пробираясь куда угодно, то в чем проблема залезть ногами на железный унитаз, подтянуться на прутьях решетки, которыми перекрыто меленькое квадратное окошко чуть ниже потолка, и добраться до…              Аллен неслышно сглотнул.              - Сингх, оставь Барри в покое, - вновь вмешивается Джо, призывая всех к благоразумию. – Сбежал этот пацан и что? Пробейте его по базе, отправь парочку ребят, и они привезут его к сегодняшнему обеду в участок. Тем более у нас должна была сохраниться информация из его документов, что только ускорит поиски.              На что капитан Дэвид Сингх обреченно вздыхает, закатив глаза.              - Все время забываю, что ты не ведешь его дела, - выдыхает капитан. – В документах он числится как Томас Кэт, гражданин США, который родился в Лапландии первого января тысяча девятьсот семьдесят четвертого года. А теперь вопрос: какова вероятность, что его удостоверение личности настоящее? Или, по-вашему, он похож на сорокаоднолетнего мужика, которого зовут Томас, мать его, Кэт, и родился он в Лапландии в деревне Санты?!              Полузадушенный смех срывается с уст Джо и Барри, но заметив взгляд своего начальника, оба тут же притихли, состроив самое серьезное выражение лица.              - Уйдите с глаз моих, - устало выдыхает Сингх, не рассчитывая получить от этих двоих понимание.              Барри не ждет повторной путевки и тут же ретируется к себе в лабораторию, где его на столе встречает знакомый научный журнал с приклеенным поверх обложки желтым стикером.              «С тебя домашка, Бэмби ;) Позже подкину задачи».       

***

      Миссис Белл искренне смеется, слушая рассказ своего пациента. Действительно забавная история, даже она не смогла сдержать веселья, несмотря на свой профессионализм.              - Он действительно подкинул мне своё домашнее задание, я даже не заметил, когда и где это произошло, – с улыбкой продолжает Барри. – Сделал его, хотя не соглашался на своё участие с том глупом споре. Даже сам не знаю, зачем пошел на поводу… Но я совершенно не жалею. Тем более это задачи из школьной программы, а мне в отличие от него всегда лучше давались естественные науки, нежели гуманитарные.              - И как он забрал у Вас свою домашнюю работу? Неужто снова попал в полицейский участок ради этого?              - Признаюсь, я тоже думал о таком варианте, но нет, - тихо смеется Барри. – Мы пересеклись в S.T.A.R. Labs на презентации ускорителя частиц. В тот день какой-то парень попытался украсть у моей подруги сумку с ноутбуком, на котором была её диссертация, и я погнался за ним, но закончилось всё… не так героически, как мне хотелось бы. Я получил пару крепких ударов, сбивших меня с ног, а тот грабитель получил два выстрела грецким орехом в твёрдой скорлупе из рогатки – один прямо в лоб, другой… эм… пониже – туда, куда ни один парень не захотел бы получить удар, особенно грецким орехом. Сначала было подумал, что всё обошлось, но на деле я из одной опасности нарвался на другую.              - У Вас был повод так считать?              - Да, мне тоже угрожали выстрелом из рогатки со словами «домашка или жизнь?». На моё счастье, у меня получилось откупиться.              Миссис Белл улыбается, глядя на искренней смех своего пациента, полный радости, что вызывают светлые воспоминания. Но, к сожалению, прятаться от правды не лучшее решение.              - Мистер Аллен, как бы Вы охарактеризовали чувства, которые испытывали к Тому? – задает она наводящий вопрос. – По Вашему субъективному мнению. Как бы Вы их описали?              - Ответственность, - моментально находится с ответом Барри. – Мы были никем друг для друга, нас не связывала ни кровь, ни даже дружба как таковая, но я всегда чувствовал, что должен позаботиться о нем, защитить от опасности, помочь, направить…              - У Вас есть предположение, откуда взялось это сильное чувство?              - Полагаю, немалую роль сыграл возраст – у нас почти десять лет разницы. Не знаю… У мужчин бывает материнский инстинкт? – задает неожиданный вопрос парень.              - Его было бы правильнее назвать отцовским, - вежливо поправляет миссис Белл.              - Верно, - щелкает пальцами Аллен, выражая свое стопроцентное согласие со словами психотерапевта.              - То есть Вы воспринимали его как младшего…              - Он и был младшим, - перебивает доктора Аллен. – Ему едва исполнилось двадцать, когда я стал Флэшем. Практически ребенок. До сих пор не понимаю, как я позволил ему ввязаться во всё это…              - Вряд ли такой человек нуждался в разрешении, - говорит миссис Белл, на что Барри согласно кивает. – Какие еще чувства Вы испытывали к нему?              Барри задумывается. Что он испытывал к Тому? Сложно сказать, но Барри точно знает, что всё, что он испытывал несомненно являлось чистым, светлым, бескорыстным. И очень сильным. Очень…              - Мистер Аллен? – зовет его миссис Белл, сразу заметив, как изменилось настроение пациента. Вся радость и беззаботность мигом слетели с лица молодого мужчины, а в глазах вновь разлился океан боли и сжирающей до костей вины. – Давайте на сегодня закончим. Думаю…              - Доверие, - безжизненным, пробирающим словно морозный холод голосом произносит Барри Аллен, впившись взглядом куда-то впереди себя, но не видя ничего кроме воспоминаний, что проносились перед глазами. – Безграничное доверие. Я никому так не доверял, как ему. У меня нет рационального объяснения почему. Я просто безоговорочно верил ему, как и он мне. Не потому, что мы были должны, хотели сами, договорились или пообещали – нет. Это произошло само собой, настолько естественно и легко, что мы даже не заметили.              - Вы знали о том, что этот человек не тот, за кого себя выдает?              - Конечно, знал, - честно признается Барри. – Он и не скрывал этого, просто не афишировал. И хоть поначалу я считал себя обманутым, но позже понял, что действительно сам никогда не спрашивал, потому и он не поднимал эту тему.              - Что Вы почувствовали, когда узнали его настоящее имя и кем он является?              - Отчасти… облегчение, - продолжая смотреть в никуда, отзывается Барри. – И в то же время я был напуган, растерян, не знал, как должен поступить, и в какой-то момент допускал мысль, чтобы вовсе прекратить общение. Каким же кретином я был…              - Это подорвало Ваше доверие к нему?              - Нет. Возможно… Скорее всего мне было просто обидно, что я узнал правду из-за стечения обстоятельств, а не лично от него. Знаю, это глупо, но тогда мне эгоистично хотелось, чтобы он хоть немного сожалел о том, что сам не признался во всем, потому игнорировал его несколько дней.              - А Вы сейчас сожалеете о том своём решении?              - Сожалею? – едва слышно выдыхает Барри, и руки его начинают подрагивать, как и тело, которое пробрала мелкая дрожь из-за оживших в памяти событий. – Я… я…              Миссис Белл неслышно чертыхается, поняв, что оплошала.              - Мистер Аллен, Вы как-то обмолвились, что Томас устроился на подработку в кафе, которое вы с друзьями часто посещали, - пытается увести его мысли в более радостное время, когда молодой герой еще не был сломлен. – Не хотите рассказать эту историю подробнее?              Барри переключается моментально, словно по щелчку. Герой охотно начинает рассказ, и чем больше упоминает рыжего непоседу с зелеными глазами, тем быстрее на его лицо возвращается счастливая беззаботная улыбка, которая не меркла даже когда их сеанс подошел к концу, и он за пару секунд яркой вспышкой вернулся в пустую квартиру, в которой проживает последние три месяца, даже не задумавшись о том, насколько законно находиться в чужом доме на постоянной основе в отсутствии хозяина.