Том и Бэмби

      Это произошло через некоторое время после того, как он получил сверхспособность. Тогда его еще даже не звали Флэшем, но он уже помогал жителям Централ-сити, а также вновь встретился с Томасом впервые за десять месяцев.              Мальчишка за прошедшее время поднаторел в своей ловкости – его не видели в полицейском участке по меньшей мере полгода, так как просто не могли поймать, он вечно ускользал прямо из рук, несмотря на то что на сто процентов был обычным человеком, не получившим никаких способностей в ночь взрыва ускорителя частиц.       Ловкий как мартышка, шустрый как белка, загребущий как енот. От милого щеночка только внешние данные остались – он был всё такой же щуплый, смазливый, и очаровательный в своей непосредственной наглости.              И во время очередной шалости, герой решил: если пацан такой шустрый и изворотливый, что его не может поймать полиция, то почему бы самому быстрому человеку на свете не вмешаться? От него-то точно не убежит. А уж заметить стильную в своей небрежности одежду, которая так и кричит о том, что её обладатель не то хулиган, не то хип-хоп танцор, не составило труда.              Лицо зеленоглазого непоседы, в долю секунды пойманного в узком переулке героем в красном костюме, стоило того, чтобы быть запечатленным на фото.              - Какого?.. – в полнейшем шоке от произошедшего выдыхает юный правонарушитель, с головы которого впервые на памяти Барри слетела бейсболка в красно-черную клетку, позволив непослушным длинноватым волосам рыжего цвета, едва достигавшими своими кончиками плеч, свободно упасть по бокам от лица, покрытого еле заметными веснушками.              Аллен использовал свою силу, чтобы скрыть лицо и изменить голос, потому что помнил о том, как Том сам говорил ему о своей хорошей памяти. И, наверное, уже тогда понимал, что принудительную депортацию в полицейский участок пацан так просто не простит герою. Зато капитан Сингх едва ли не танцевал от радости, увидев, что «малолетнего засранца» таки удалось поймать, пускай не полицейским, а герою-волонтеру, но Дэвида такие мелочи уже не интересовали.              Но когда он встретился с рыжим негодником в здании полиции в привычном образе криминалиста, то совершенно не ожидал получить в свой адрес искреннюю радостную улыбку и щенячий взгляд, которым смотрят на вернувшегося домой после долгого отсутствия хозяина.              - Слышал, в тебя ударила молния, и ты долгое время был в коме, - говорит Том, не мешая полицейским надевать наручники на свои руки. – Как самочувствие, Бэмби?              Барри собирался поругать мальца за то, что тот никак не угомонится и не возьмется за голову, но такое теплое приветствие его совершенно сбило с толку. Да и чего уж врать: подкупило.              - Я в порядке, - коротко улыбается Аллен, подходя ближе. – А ты всё еще хулиганишь?              - А ты теперь как Рэйден из Мортал Комбат? – ехидничает в ответ Том, вызывая короткий смешок у криминалиста. – Я рад видеть тебя живым и здоровым, Бэмби. На радостях даже обнял бы, но… сам понимаешь, - указывает он на скованные за спиной наручниками руки. Даже в такой ситуации веселится, словно ему ничего не угрожает… Самоуверенный дурачина.              - Аллен, присмотри, чтобы не сбежал, я документы оформлю, - просит его полицейский, который получив кивок в ответ, устремляет свой взгляд к компьютеру.              - Уже закончил школу? – спрашивает Барри. – Или выгнали за неуспеваемость по физике и химии?              - Пф, Бэмби, ты разбиваешь мне сердце столь плохим мнением, - качает он головой в жесте наигранного разочарования. – Я уже в университет поступить успел, через месяца три будет первая промежуточная сессия.              - Ого! И как только тебя зачислили со всеми твоими «заслугами» перед законом? – искренне удивляется Барри, до этой минуты сомневавшийся в том, что Тому вообще удалось закончить школу.              - Не понимаю, о чем ты. Моё имя чище слезы младенца, - пожимает плечами наглец, мастерски игнорируя завуалированную шпильку в свой адрес.              - Ненадолго, - отзывается полицейский, что оформлял электронную документацию. – Аллен, слышал о том, что мы наконец-то раздобыли его настоящие документы?              - Нет, - всё явнее веселится Барри, не сводя смешливого взгляда с недовольно цокнувшего пацана, наконец-то попавшегося в ловушку. – И как его зовут на самом деле?              - Хан Бинкс, родом из какой-то мелкой деревеньки Набу в штате Техас. Вот и допрыгался, ковбой.              Глаза криминалиста удивленно округляются, а нижняя челюсть медленно падает вниз, пока «Хан Бинкс» кусает губы, чтобы не заржать.              «Бэмби, ты правда любишь «Звездные войны»? Я тоже! Обожаю Хана Соло и Джа-Джа Бинкса. И не сочти за извращенца, но Эйла Секура – просто влажная мечта, даже беря в расчет то, что она тви’лекка-рутиана и мастер-джедай»              В полицейском департаменте Централ-сити только Барри Аллен знал о том, что периодически в этом здании оказывается еще один гик, который может дать фору даже ему. Больше ни с кем Том столько не откровенничал, хотя при этом они с молодым криминалистом умудрялись оставаться совершенно чужими людьми, не знающими друг о друге практически ничего.              В голове мелькает шальная мысль, что малец точно нашел бы общий язык с Циско.              - Не могли бы Вы подсказать время? – проявляет небывалый такт Том, обращаясь к полицейскому, пока операционная система Барри перезагружалась.              - Какая тебе разница? На сегодня все твои планы на вечер отменяются, - со злорадным смешком отзывается мужчина.              - Ну пожалуйста, ну скажите, - канючит пацан, состроив самое милое и жалобное выражение лица из своего арсенала.              - Тц. Без двадцати четыре, - сдается полицейский под напором чужого очарования.              - Черт! – восклицает Томас, начав судорожно дергаться и прыгать на месте, вводя в заблуждение Барри и полицейского, что наблюдали самый странный в мире эпилептический припадок – иными словами эти конвульсивные танцы мальчишки не назвать. – Бэмби, подержи! – в спешке выдыхает он просьбу, быстрым движением передавая в руки растерявшегося криминалиста наручники.              - Да, конечно, у тебя всё в порядке? – участливо отзывается Барри, послушно прижимая к груди наручники.              - Ага, просто опаздываю на подработку.              И только спустя минуту после того, как Том ломанулся в сторону выхода, демонстрируя чудеса паркура, до самого быстрого человека в мире доходит, что мозги у него работают определенно медленнее, чем ноги…              - А-а-алле-е-ен!!! – раздается на все здание полусумасшедший вопль Дэвида Сингха.              Барри быстрее сделал, чем подумал, когда использовал свою скорость, чтобы сбежать к себе в лабораторию и не попасться капитану на глаза.              Но на этом события, потрясающие воображение, для него не закончились…              В день, когда Централ-сити решила посетить Фелисити Смоук, Барри Аллен уже пару дней только и делал, что слышал от Айрис, что подрабатывала в Джиттерс официанткой, о каком-то юном красавчике, который с недавних пор работает в кафе на полставки в качестве бариста, и своей сахарной мордашкой в купе с образом недотроги завлекает половину населения города в кафе, значительно увеличив ежедневную выручку заведения. За что «сахарная мордашка» получил от владельца кафе ультиматум: либо он – единственный из всего персонала – надевает подобранную ему лично форму официанта и превращает Джиттерс в «семь минут в визуальном раю» для посетителей, либо будет переведен на четверть ставки по причине невыполнения приказов начальства.       «Сахарная мордашка» решил, что в состоянии потерпеть униформу, это точно лучше, чем заупрямиться и сократить свой доход вполовину. Черные джинсы и белые конверсы, темно-серый короткий фартук, белая рубашка с подкатанными рукавами, перехваченными над локтями тонкими ремешками, черная приталенная жилетка с вставками цвета капучино и аккуратно повязанный бантом галстук Боло, закрепленный декоративной застежкой с логотипом кафе – не самое страшное условие, которое ему могли бы выдвинуть. Но запрет на ношение бейсболки, зато настойчивый намек на то, чтобы он собрал свои красивые волосы в небрежный пучок на затылке, открывая всем обзор на тонкие кольца-серьги по три-четыре штуки в каждом ухе, его сильно удручали.       Зато посетители как были довольны! Кто-то даже визжал от восторга, говоря, что он будто парень из аниме.              Барри хотел найти поддержку в глазах Фелисити, которая должна была пресечь подобные глупости в разговоре, но понял всю жестокость мироздания, когда Смоук после рассказа Айрис тоже проявила живой интерес к «сахарной мордашке», на которую слетаются и мужчины, и женщины без разбора.              Как всё пришло к двойному свиданию под предлогом вечерней викторины в Джиттерс, он не знает.       Как он в итоге оказался сидящим напротив Айрис и Эдди Тоуна, дожидаясь появившейся с минуты на минуту Фелисити в невероятном черном платьице, тоже не знает.              Но чего он не просто не знает, а вообще не в состоянии понять, так это каким образом «сахарная мордашка» оказался Томом?!              Айрис не соврала: на мальчишку действительно едва ли не слюну пускали посетители, исподтишка фотографируя протиравшего стаканы парня, что действительно собрал рыжие волосы в маленький, стоявший торчком, хвостик на затылке, оставив большую часть своей густой шевелюры обрамлять смазливое личико.       В честь приезда Фелисити и её заинтересованности, мисс Уэст даже попросила парня на правах коллеги по кафе побыть сегодня их личным официантом, не поставив в известность о том, что его основная задача – дать мисс Смоук полюбоваться холеной мордашкой.              Благотворительностью Том не занимался, к Айрис Уэст теплых чувств не питал, но предложение отработать за него какую-нибудь смену принял моментально, поэтому сейчас нес к их столу на подносе четыре стаканчика с кофе и две тарелки с закусками.              - Ох, ты была права, он действительно чудо, - тихо и взбудоражено шепчет Фелисити, наклонившись над столом, пока Том еще не дошел до них, после чего тут же возвращается в исходное положение, делая вид, будто ничего не было. – Спасибо, - благодарит она, улыбаясь парню и не стесняясь бессовестно разглядывать его как под микроскопом, пока тот совершенно не скрывал своего безразличного настроя.              Но всё же один раз скользнул слегка заинтересованным взглядом по вырезам в платье Фелисити, вызывав у женщины смущенный румянец, которого она сама от себя не ожидала.              От былого безразличия не остается и следа, когда взгляд зеленых глаз натыкается на сконфуженного Барри.              - Надо же какие люди! – улыбка моментально появляется на устах Тома, заставляя девушек за столом таять от умиления. – Бэмби, никогда бы не подумал, что ты ходишь на двойные свидания.              - Бэмби? – едва сдерживая смех, переспрашивает Эдди, стреляя в Аллена насмешливым взглядом.              - Вы что, знакомы? – удивляется Айрис, непонимающе переводя взгляд с одного на другого, повторяя действия Фелисити один-в-один.              - Знакомы – громко сказано. И это не двойное свидание, - цокает Барри, обращаясь к Тому. Только очередных подколов со стороны этого хулигана ему не хватало.              - А что тогда? Клуб начинающих свингеров? – продолжает издеваться рыжий, заставив Фелисити поперхнуться собственным кофе от услышанного. – Учти, Бэмби, первым по рукам пустят именно тебя.              - Следи за своим языком, парень! - делает первое предупреждение Эдди, который не потерпит такой грязной речи в присутствии своей девушки, да еще от какого-то малолетнего проходимца.              - Совершеннолетие ужасно повлияло на твою речь, Том, - саркастично произносит Барри имя, что было напечатано на металлическом бейджике их сегодняшнего официанта. – Будь так добр, прими новый заказ: иди и вымой рот с мылом. – На что парень бессовестно смеется и высовывает кончик языка, показывая всё, что думает о заказе Аллена. И даже это умудряется сделать так, что Барри услышал за спиной чей-то мечтательный вздох. – И вообще, ты хоть понимаешь, что сказал? Не удивлюсь, если ты значения половины собственных слов не знаешь, малявка.              Том в ответ насмешливо вздергивает бровь, не испугавшись ни грозного тона Эдди, ни возмущения Барри, стремительно теряющего терпение.              - Я хотел сказать, что ты выглядишь как мечта насильника, поэтому неудивительно, что все, кто с тобой знаком, мечтает тебя «оттарабанить», Бэмби. Не верь таким вот свиданиям – свадьбой они для тебя не закончатся, - с гадостной ухмылкой бросает Том, оставляя обескураженную подобной грубой похабщиной четверку.              В особенности Барри.              - Какие… милые у вас отношения, - делает заключение Фелисити, возвращаясь к своему кофе.              - Я обычно никогда такого не делаю, - начинает Эдди. – Но, если хочешь, Барри, я подпорчу ему его «сахарную мордашку».              - Забудь, - качает головой спидстер. – Он неисправим.              - И всё равно хорошенький, - невзначай добавляет мисс Смоук, продолжая попивать кофе и делать вид, что она ничего не говорила.              Если быть объективным и непредвзятым, то Барри согласен с подругой. Том в этой униформе действительно хорошенький, и раз уж пацан сам поднял столь неоднозначную тему, то это скорее он со своим смазливым личиком является «мечтой насильника», а не Барри, прости господи за такое сравнение.              Аллен лишь убеждался в этом, иногда бросая взгляды на готовящего очередной кофе мальчишку.              Неизвестно, сколько бы еще он это делал, если бы в этот же день впервые не объявился Капитан Холод.              Тогда Флэш не смог спасти гражданского. Тогда в их команде впервые наступил разлад на почве недоверия, которое Барри принял близко к сердцу. Поддержка Фелисити, её слова и советы должны были вернуть ему боевой настрой, но почему-то этого не случилось.       И в тот день он сам не понимал, почему из всех мест на свете, пришел именно в Джиттерс, глядя через окно, как непоседливый рыжий пацан протирал кофемашину, собираясь в ближайшие десять минут закрывать кафе.              Беседа завязалась не сразу. Посетителей уже не было, поэтому Том мог с чистой совестью развернуть табличку на входной двери надписью «закрыто» наружу, и спокойно подождать, пока Барри соберется с мыслями.              - Если тебя так расстроили мои сегодняшние слова, то могу извиниться, Бэмби, - говорит он после недолгого молчания, воцарившегося между ними, когда они присели за один из столиков.              - Чтобы ты сделал… - негромко заговорил Барри, глядя на кружку с кофе, которую держал в руках с того момента, как её ему любезно подал рыжий бариста. – Точнее, как бы ты поступил, если бы узнал, что люди, которым ты безоговорочно верил, не доверяют тебе?              - Ух ты, - приподнимает брови Том. – Значит, сегодня реанимируем твое разбитое сердце? Я не дипломированный психолог, но попробую помочь. Как бы поступил?.. Наверное, не парился бы из-за такой мелочи. До тех пор, пока чувство не превратилось в действие – пока недоверие не превратилось в предательство, не вижу причин для грусти.              Барри вскидывает голову, растеряно смотря на Тома, не понимая, что он пытается сказать.              - Прости? – переспросил Барри, подумав, что ослышался.              - Ну не доверяет тебе кто-то, и что? Или во время знакомства вы подписывали нотариально заверенный договор, где обязуетесь доверять друг другу как самому себе?              - Нет, но обычно это само собой разумеющееся, когда люди начинают дружить, вместе работают над общим делом или сходятся как пара, - не соглашается Барри.              - Хорошо, что за ересь больше не сжигают заживо, а то ты сейчас вместо уличного фонаря полыхал бы, - с фантастическим спокойствием парирует парень. – Нельзя заставить кого-то верить тебе, если человек сам не хочет делать этого. Нельзя заставить полюбить себя, если другой человек не желает этого. Нельзя ждать от другого человека тех же действий, которые ты бы, например, сделал, не задавшись ни одним лишним вопросом. Люди разные, Бэмби, и поступают они тоже по-разному. Такие как ты встречаются редко.              - В каком смысле такие как я?              - Ты добрый, бескорыстный и ранимый, - спокойно отвечает Том, откидываясь на спинку мягкого стула, на котором сидел. – Реально напоминаешь олененка Бэмби. Не суди всех по себе. То, чего никогда в жизни не сделал бы ты, для другого может быть повседневной рутиной, и наоборот. А еще не лишай других права выбора. Доверять тебе или нет – пусть сами решают. Как и тебя никто не имеет права заставить довериться кому-то, если ты сам не захочешь этого сделать. Но если захотел – уж прости, приятель, но это сугубо твое личное дело, другие не должны нести ответственность за твой выбор. И всё, что я сейчас сказал, вовсе не значит, что нужно прекратить общение с людьми. Просто для доверия нужно время – кому-то больше, кому-то, как тебе, меньше.              - Я не совсем понимаю…              - Ну смотри: ты понятия не имеешь, чем я занимаюсь в свободное время, как и я не знаю твоей личной жизни. Доверием тут и не пахнет, но это же не мешает нам сейчас спокойно общаться, делиться мыслями и переживаниями? Так что мешает тебе точно также общаться со своими друзьями? Чувства, безусловно, важная часть человеческой жизни, как и слова, но судят по поступкам. Помнишь, вначале я сказал, что пока чувства не перешли в действия, в них нет ничего плохого? – На что Барри согласно кивает. – Знаешь почему?              - Почему? – шепотом спрашивает герой, не сводя взгляда, будто магией прикованного к парню напротив.              - Потому что чувства со временем могут измениться, поэтому я за то, чтобы судить по поступкам – это будет честно. Сегодня те люди, о которых ты говоришь, не доверяют тебе, а завтра – закрывают твою спину, спасая от пули. Или всаживают нож под ребра… Ладно, плохой пример, но я хотел сказать, что не стоит сильно переживать из-за размолвки с друзьями. Жизнь такая и есть: люди ссорятся, потом мирятся, потом снова ссорятся, и этот бесконечной круг повторяется… бесконечно. Фу, не люблю тавтологию, – фыркает Томас, смешно сморщив слегка курносый носик. – Не парься, Бэмби, вот увидишь, всё устаканится со временем. Такое периодически случается в жизни каждого, но это не страшно, хотя тебе может сейчас казаться, что всё – конец, катастрофа, апокалипсис, хорошо уже не будет никогда. Единственный совет, который могу дать в такой ситуации: запасись терпением и побереги себя.              Барри неслышно сглатывает. Кто бы мог подумать, что в такой, казалось бы, пустой голове бродят на редкость мудрые мысли?       Молодой герой поверить не мог, что нужные слова, способные помочь ему воспрять духом, он получит из уст юнца, который является первокурсником.              - Всё-таки выбрал журналистику? – неожиданно меняет тему своим тихим вопросом Барри, едва заметно улыбаясь уголком губ.              - Ага. Мне, кстати, обещают помочь получить стажировку в местной газете Picture News, если я закрою грядущую сессию на «отлично», - хвастается успехами негодник. – Денег не гарантируют, зато опыт работы будет капать, что в дальнейшем поможет при трудоустройстве. Действую на опережение, - говорит он, стуча указательным пальцем по своему виску, намекая на собственную гениальность.              В ответ изо рта Барри вырывается смешок, который ясно говорит обо всём, что криминалист думает насчет подобной гениальности. Хотя справедливости ради: мальчишка молодец, не сидит, сложа руки, а спокойно и уверенно строит своё будущее.              - Хочешь, подниму тебе немного настроение? – спрашивает Томас, на что Барри кивает, делая глоток горячего напитка. – Этот кофе за счет заведения, - кивает он на кружку в руках Аллена, на чье лицо наконец-то вернулась широкая улыбка.              Прежде чем покинуть Джиттерс и вернуться в S.T.A.R. Labs, чтобы заняться с друзьями поиском Леонарда Снарта, Барри искренне благодарит за беседу и позволяет себе зарыться пальцами в рыжие волосы, растрепав их под недовольное бурчание негодующего мальчишки и свой собственный смех.       

***

      Миссис Белл понимает, что эта история – и есть тот самый момент, когда мистер Аллен по-новому взглянул на Томаса. Их отношения и до этого были намного ближе, чем думает сам пациент, но в тот вечер, когда он доверился ему, поделился проблемой, и встретил такое теплое и непринужденное отношение в ответ – не как к самоотверженному герою, не как к порядочному гражданину или Барри Аллену, имеющему обязательства хотя бы перед родными и близкими, а просто как к человеку. Молодой криминалист скорее всего и сам не понял, что после данного разговора всегда неосознанно будет искать тепло и поддержку именно у этого человека.              - Мистер Аллен, Вам известно, как Томас относился к вашему супергеройскому альтер-эго? – спрашивает психотерапевт, наливая в чашку пациента еще одну порцию молочного улуна.              - Еще бы, - усмехается Барри. – Терпеть не мог после того случая, когда я закинул его в полицейский участок. Кстати, после того раза я его больше не смог поймать.              - Не совсем представляю, как это вообще возможно, но поверю Вам на слово.              - Массажное масло, - поясняет Барри. – После того раза Том всегда носил с собой пол-литра массажного масла в тонкой упаковке, которая легко рвалась. Он в буквальном смысле выскальзывал у меня из рук, да и бегать по разлитому маслу тоже не лучшая идея – это я понял после первого же «заноса» во время бега. Его фантазия временами меня поражала: однажды я из-за него на полной скорости упал в большой рыбацкий контейнер, наполненный скользкой рыбой, и не мог выбраться из него, пока меня не вытащили друзья. Этот наглец смеялся прямо мне в лицо, пока я барахтался среди рыбы.              Миссис Белл элегантным движением прикрывает ладонью рот, но по слегка подрагивающим плечам становится ясно, что она еле сдерживает смех.              - Какой мстительный, - с легкой улыбкой в шутку говорит женщина.              - Мстительный – не то слово! – охотно соглашается Барри. – Еще и хитрый как лис. Он всё-таки получил стажировку в Picture News, закрыв сессию на «отлично». Знаете как? Айрис познакомила Кейтлин с ним, когда они вместе были в Джиттерс во время его смены. Он использовал на ней всё своё очарование, и она помогла ему с предстоящим экзаменом по психологии, потом через неё подобрался к Циско, уговорив его сделать уникальное задание по информатике, за которое сможет автоматически получить «отлично» без сдачи экзамена, а когда об этом узнал я…              - Отругали его? – сделала предположение миссис Белл.              Но судя по тому, как сконфузился и недовольно цокнул её пациент, Тому удалось выйти победителем.              - Он опять перехитрил меня, из-за чего я был вынужден написать ему курсовую по информационной безопасности. Весь S.T.A.R. Labs работал на закрытие сессии этого негодника! – искренне возмущается Барри, чем делает ситуацию еще комичнее. – А он ведь долгое время даже не знал, кто мы на самом деле и чем занимаемся. Считал, что мы просто группа ученых, которые «закорешились». Поймите правильно, я спокойно отношусь к сленгу и всяким таким словечкам, но из его уст они меня почему-то раздражали.              - Вы бы предпочли, чтобы он выражался… взрослее?              - Да! – как само собой разумеющееся говорит Барри, не понимая, что тут вообще может вызывать вопросы. – Его речь была такой же как его рацион: нуждалась в реанимационной помощи. Не помню, говорил я или нет, но он обожает лапшу быстрого приготовления и сырные тако, причем пристрастие к первому явно лидирует. Сколько раз я его ловил с этой гадостью и заставлял есть нормальную еду, даже сам не помню. Как его родители вообще позволили ему жить отдельно?!              - Хотите рассказать подробнее?              Барри ненадолго задумывается, но потом, будто вспомнив что-то, улыбка медленно покидает его лицо, что тут же замечает психотерапевт.              - Может, в следующий раз, - глухо отзывается спидстер.              - Мистер Аллен, я вовсе Вас не принуждаю. Когда захотите – тогда и расскажите.              Он негромко благодарит за сеанс и поднимается с места, собираясь вернуться домой, пока в голове набатом стучат чужие слова…              «Тебе придется выйти за меня, Бэмби, чтобы указывать, как и чем питаться. А пока этого не произошло – положи на место мою лапшу! Выбросишь еще хоть одну пачку – купишь мне взамен годовой запас!»              Если бы это действительно помогло заставить его нормально питаться, возможно, это не такая уж и большая плата…       Мотнув головой, чтобы выбросить из неё глупые мысли, Барри прикрыл за собой дверь кабинета, из которого вышел.