NEIL & ANDREW

      ~A: Думаю, вопрос звучал так: "Я думаю написать что-нибудь о них, так вот, было ли связывание их обычным явлением?".         К счастью, это единственный вопрос за вечер, который я написала в блокноте, а не в Tumblr, потому что он получился таким длинным, что мне нужно было больше места для работы над ним.         Прежде чем я отвечу на этот вопрос (потому что я знаю, что он получится длинным — ну мы же говорим обо мне), я хочу начать с двух вещей:         1. Это мой взгляд на ситуацию, но он ничего не меняет. Каждый волен интерпретировать персонажей как ему нравится и делать с ними всё, что захочет!       2. У меня нет намерения оскорбить кого-либо тем, что здесь сказано. Людям нравится то, что им нравится, и им нужно то, что им нужно, и они экспериментируют с вещами, которые их интересуют, и так далее и тому подобное. Это здорово, нормально и фантастично! Но мужчины, о которых мы собираемся поговорить, совсем не здоровы, и отношение к ним, которое я пытаюсь объяснить в этом (бесконечном) бреду, — это их отношение.         Вот моя версия ответа в двух предложениях: Я никогда не считала это постоянным явлением в их отношениях. Я просто рассматривала это как окончательную эволюцию их доверия.         И эссе более длинный ответ, который, как вы знали, будет готов:       Я бы не сказала, что это частое явление, нет. Но поскольку мой ответ "нет", я хочу объяснить, почему это вообще появилось в другом вопросе и почему мой ответ такой, какой он есть.         Со временем Эндрю поймёт, что связывать руки Нила время от времени — это нормально, но я не вижу, чтобы он делал это с какой-то реальной частотой. Нил — первый человек в жизни Эндрю, которому разрешено прикасаться к нему, поэтому связывая его, Эндрю лишается того, чем он никогда раньше не мог обладать и наслаждаться. Чтобы пройти путь от того места, где они находятся в "Свите короля", до того, где они находятся после свадьбы Ники, требуется много работы и много лет.         Давайте посмотрим, смогу ли я придать этому смысл.         Роланд реализует свою шутку и дарит им пару мягких наручников. Он ждёт до конца лета, потому что первую половину лета Лисам приходится бороться с судом над Аароном и шестью новыми лицами на площадке. Но в августе он отдает Нилу коробку и говорит, чтобы Нил открыл её, когда останется один в Лисьей башне. Я прощаю его — он хочет как лучше, он просто так счастлив, что Эндрю наконец-то нашёл кого-то, кто будет с ним, и он не понаслышке знает, как Эндрю не любит, когда к нему прикасаются.         Так что да, отчасти это шутка, а отчасти — демонстрация поддержки в стиле "Давай, друг!". Он не знает ничего лучшего, и, к счастью для него, Нил и Эндрю слишком потрясены подарком, чтобы когда-нибудь сказать ему, что они на самом деле думают об этом. (Эндрю пытается выбросить наручники в закрытое окно их комнаты в общежитии. К счастью, они не настолько тяжёлые, чтобы разбить стекло. Мэтт заменяет окно, когда Нил просит его об этом, но так и не получает объяснений, что произошло).         Дело в том, что вы уже знаете: Эндрю — ненадежный клубок проблем, и им с Нилом ещё есть над чем поработать, когда "Свита короля" закончится. Но Эндрю доверяет Нилу остановиться, если он скажет "стоп", и он доверяет Нилу держать свои руки при себе, если Эндрю не устраивает, что Нил тянется к нему. Нил знает, понимает и уважает тот факт, что "да" сегодня — это не "да" завтра, когда речь идет об Эндрю — сегодня Эндрю может позволить Нилу положить руки на спину, а завтра он может оттолкнуть руки Нила, и Нил знает, что в конечном итоге это не имеет к нему никакого отношения. Речь идёт о зоне комфорта, которую слишком часто нарушали, и о том, что Эндрю узнает, что его устраивает, а что нет.         Эндрю говорит Нилу в конце "Свиты короля", что он знает, что Нил может уважать его границы, поэтому повернуться и связать Нилу руки —это как "Шучу, я тебе ни хрена не доверяю", насколько Эндрю это понимает. Это превращает "Я доверяю тебе" Нила в "Я доверяю тебе, Эндрю, но ничего страшного, если ты не доверяешь мне достаточно в ответ". Это превращает Эндрю в человека, который толкнул его на землю и не позволил ему сопротивляться. Эндрю не хочет — не может — стать таким человеком.         И если честно? На данном этапе жизни Нилу не намного легче думать о подобном. Пока не появился Эндрю, Нил всегда убегал, потому что знал, что с ним случится, если его поймают. Его поймали, дважды, и, как он всегда ожидал и боялся, его избили до такой степени, что он чуть не разбился. Последними, кто надел на него наручники, были Рико и Лола, и они сделали ему так больно, что на запястьях остались шрамы от того, как яростно он боролся за свободу. Может быть, петли вокруг его запястий не так впечатляют, как то, что Лола оставила на его костяшках, руках и лице, но эти линии там. Так что на самом деле ни один из них не в состоянии просто связать другого в ближайшее время.         Но Нил оставляет наручники, потому что у него неплохо получается выяснять, в чём проблемы Эндрю, и он знает, что в какой-то момент им придётся решать эту проблему, учитывая, как сердито отреагировал Эндрю. Он говорит Эндрю, что суд над Натаном рано или поздно состоится, и что он отвык от взлома замков, когда дело доходит до освобождения от наручников. Это самое тонкое оправдание в мире, но Эндрю разрешает ему оставить их, и Нил запирает их в своем сейфе, чтобы Эндрю их больше не видел. Они остаются там надолго, отодвигаются в сторону, когда Нилу нужно достать деньги из папки, и никогда не задерживаются.         Они снова появляются только на пятом году учёбы Кевина. Это последний сезон Кевина в Лисах, и именно здесь Нилу приходится столкнуться с тем, что он их теряет. Старшекурсники ушли, и теперь Мэтт и Кевин идут к выпускному, а это значит, что кузены отстанут от них всего на год. Поэтому Нил весь этот год находится в напряжении — не помогает и то, что он и его вице-капитан не особенно ладят друг с другом.   (Джек очень, очень хороший, и очень умный, но у Нила и Джека были серьёзные проблемы на протяжении всего второго курса Нила. В этом году всё стало лучше, но лучше — это всегда относительно, когда речь идёт об этих двоих. Конечно, Эндрю не помогает, называя его "Джоном" вместо Джека) (В Америке "Джек" — это законное прозвище для "Джона", так что Эндрю не ошибается, называя его по имени — он просто мудак, отказываясь уважать выбор Джека не называться Джоном. Детская злоба, имя тебе Эндрю)         Поздней осенью Лисы отправляются в "Райские сумерки", чтобы отпраздновать победу над USC. Для пояснения — в Соединенных Штатах есть два Университета Южной Калифорнии. В 90% случаев все имеют в виду тот, о котором вы читали в книгах — Университет Южной Калифорнии, где играют троянцы. В течение многих лет я настаивала на том, что USC — это самозванец, потому что существует также Университет Южной Каролины. В данном случае речь, безусловно, идет об университете Южной Каролины, главный кампус которого находится в Колумбии.         Лисы приходят в клуб, чтобы хорошо провести время, но на полпути они сталкиваются с игроками из команды Университета Южной Каролины. Это довольно бурное взаимодействие, потому что обе стороны (кроме Нила и Эндрю) были пьяны. Кевин говорит что-то очень грубое, Нил чувствует себя достаточно глупо, чтобы поддержать его, и спор в мгновение ока превращается в драку в баре.         Охрана разнимает драку, но кто-то уже вызвал полицию, поэтому на всех надели наручники, увезли и бросили в вытрезвитель, чтобы они остыли за ночь. Эндрю, будучи Эндрю, освобождается от наручников прежде, чем полиция успевает сделать это за него. Нил вспомнил о паре, которую он запер, и поклялся, что будет тренироваться, но не сделал этого. На следующей неделе он, наконец, достаёт их и начинает медленно, по одному застегивая запястье. Однако его раздражает, что второй наручник болтается без дела, поэтому он пристегивает себя наручниками к одной из кроватей. Позже Эндрю находит его за этим занятием.         Они спорят некоторое время, Эндрю указывает Нилу на ошибки, а затем терпит расстроенную тираду Нила по поводу дневной тренировки Экси. Нил продолжает работать, пока они разговаривают, и в конце концов думает, что сможет справиться с двумя запястьями. Это оказывается более сложной задачей, чем он ожидал, потому что его руки не хотят двигаться так, как он хочет, и после нескольких неудачных попыток Нил сдаётся и просто говорит, чтобы Эндрю не заметил и не прокомментировал, насколько он бесполезен. Эндрю замечает, но ждёт, пока придёт время есть, прежде чем сказать, что не выпустит Нила. Нил сам ввязался в эту историю, так что он может оставаться здесь и голодать, пока остальные ужинают.         Нилу удаётся освободиться, пока Эндрю отсутствует, но на ночь он бросает свои тренировки. На следующий день Нил приковывает себя наручниками к Эндрю, чтобы Эндрю не смог снова его бросить. Эндрю уверен, что это противоречит всей цели эксперимента, но он не освобождается.         После достаточной практики Нил все же справляется. И это имеет значение, даже если они ещё не до конца осознают его важность. Нил может освободиться, если он хочет быть свободным. Это не зелёный свет, но это важно.         Зелёный свет, если это можно так назвать, загорается, когда Стюарта Хэтфорда убивают, променяв на более молодого и амбициозного преемника. Нил не знал его, но Стюарт был членом семьи, единственным родственником, который у него остался в мире, братом его матери. Он узнаёт новость задолго до всех Лисов; один из головорезов Мориямы предупреждает его до того, как это происходит, потому что им нужно знать, не станет ли его реакция проблемой. Нил не согласен и не хочет этого, но он не в состоянии ничего с этим поделать, поскольку уже отдал свою жизнь Ичиро.         И Нил делает то, чего Эндрю просил его не делать — он начинает что-то делать, когда знает, что его голова не в порядке. По крайней мере, он достаточно умен, чтобы предупредить Эндрю заранее, когда он зажимает наручники в несговорчивых руках Эндрю и впечатывает свои слова в его губы. "Я не в том месте, чтобы знать, где проходит граница между нами, но ты нужен мне прямо сейчас".         Несколько лет назад Эндрю никогда бы не позволил Нилу так поступить, но то было тогда, а это сейчас, и Эндрю смиряется с мыслью, что "да" — это всегда "да", пока я не скажу "нет". Поэтому он берёт наручники, которые Нил даёт ему, и толкает Нила вниз. Его вопросы могут подождать до завтра; сейчас важен этот больной блеск в глазах Нила, который слишком похож на Натаниэля.         Пройдёт некоторое время, прежде чем они сделают это снова, и в следующий раз это не будет омрачено эмоциональным принуждением, но однажды у них всё будет хорошо. Однажды они зайдут так далеко, что Ники в шутку вручит Нилу подвязку, а Нил покажет её недовольному Эндрю в их гостиничном номере и спросит: "Разве я должен был бросать её ему обратно в день его собственной свадьбы?", а Нил притворится, что собирается надеть её на Эндрю, и Эндрю в ответ привяжет ею Нила к изголовью кровати. И никто из них не будет думать об этом слишком много, потому что они уже прошли тот этап, когда это могло стать проблемой.         Я не скажу, что это последний раз, когда они так поступают, но я никогда не хотела рассматривать это дальше. Мне интересны их этапы и то, как они добираются до каждого из них. Этой вехи не существовало, пока я не вырезала несколько довольно уродливых событий для окончательного переписывания. Я хотела узнать, изменит ли изъятие этих частей некоторые вещи, например, смогут ли они смириться с такими маленькими играми, поэтому я наметила путь к этой точке. Я узнала о них то, что хотела узнать, и я довольна, что оставила это.         Но вернитесь к номеру 1 в самом начале! Мой взгляд на вещи не обязательно должен быть вашим взглядом на вещи. Я хочу, чтобы вы получали удовольствие, что бы вы ни делали! Идите вперёд и пишите с моим благословением :)