Тринадцатый

Несколько дней подряд я хватался за телефон по поводу и без. Внутри сидело волнение к парню, о котором я толком ничего не знаю, а он не спешил выходить на связь или хотя бы ответить на одно из десятка оставленных смс. По-хорошему, парня этого стоило забыть как страшный сон. Одиночество, конечно, вещь страшная, но менее страшная, чем однажды оказаться мёртвым из-за того, что связался не с тем. К тому же, когда ты даже не понимаешь толком, с чем связался. Хотелось выговориться как никогда, но рассказывать об этом Фло и подвергать её опасности было ни к чему. Из-за мыслей о возможных проблемах, которые я наслал сам на себя, взяв в качестве симпатии какого-то криминального авторитета, развивается нешуточная паранойя, из-за которой сложно спать и в целом существовать. Поэтому на звонок в дверь очередным утром тело реагирует знакомым уже напряжением. Нормально ли дёргаться от каждой обыденной вещи? Скорее всего нет, но подумать об этом придётся позже. Тихо подойдя к двери, заглядываю в глазок и замираю. Тёмная макушка, смущенный взгляд, и запах хвои, словно фантомно всплывающий у носа.

***

— В последнее время все чаще думаю, словно мой адрес — общественное достояние. Чайник активно забулькал сзади, из-за чего пришлось встать, развернувшись к собеседнику спиной. Дейв выглядел смущенным, но это так очаровательно отражалось на его лице, что я невольно вспомнил, почему не мог забыть встречу с ним. Флоренс всегда утверждала, что такие парни были моей слабостью, а у Дейва помимо милого личика была ещё и отличная фигура, поэтому в совокупности просто не хотелось искать подвоха. — На самом деле, найти чей-то адрес, имея лишь имя и хорошие связи — очень просто, — очаровательная улыбка освещает лицо, когда две кружки чая опускаются на стол. Я, сконфуженный этим очарованием, неловко двигаю ближе к середине стойки печенье. — Можно узнать, чем я так заинтересовываю людей, что они обращаются к хорошим знакомым, чтобы узнать мой адрес? — Значит, ты хочешь сразу перейти к причине моего нахождения здесь. — Выходит, что так. Прости, если недостаточно гостеприимен. — Я понимаю. На тебя... Многое навалилось в последнее время, — Дейв протягивает ладонь, накрывая ею мою руку. Жест поддержки, от которого по телу пускается волна дрожи. Нет, нельзя поддаваться, сейчас совсем не время для подобного. — Я здесь из-за одного нашего нового знакомого. Думаю, ты понимаешь, о ком я говорю. К сожалению, я понимал. Обычным совпадением появление Дейва быть не могло, учитывая, как он смотрел на нашего загадочного нового знакомого в первую нашу встречу. Однако, как в это оказался втянут я — вопрос. — Я почти уверен, что он тебе не представился, — в карих глазах играет лёгкая улыбка, которая перетекает на губы, стоит немому вопросу отразиться в моих. — Его зовут Кристофер Джонс. И он замешан в крупном товарообороте наркотиков. Возникает ощущение, словно кто-то хорошенько приложил по голове чем-то тяжёлым. Я почти уверен в существовании мультяшных звёздочек над моей головой. — Я — агент ФБР, Мэттью. И я много времени потратил, чтобы доказать причастность Джонса именно к этой линии товара, а после выйти на его начальство и, как ты понимаешь, прикрыть всю лавочку, — голос становится серьёзнее, но глаза остаются тёплыми, видимо, замечая мою собственную растерянность. Я, черт возьми, всего лишь посетил свидание вслепую. — В нашу первую встречу я был в кафе из-за него. Следил за ним, а потом узнал, что он оставил послание тебе. Узнать, ответил ли ты на него, было куда сложнее, понадобилось время. Я молчал, глядя на чашку остывающего чая. Поверить в то, во что я ввязался без своей воли, оказалось сложнее желаемого. Я ходил на свидание с торговцем наркотиков? Зашивал его раны у себя в квартире, чтобы после он продолжил заниматься грязными делами? Но даже если все это правда, зачем ему пытаться меня предостеречь? Заставлять уехать? К тому же, он бежал от кого-то и что-то мне подсказывало, что ФБР ножами не пользуются. Вывод напрашивается сам собой. Всё совсем не так просто и сделать чёртов вывод оказывается недоступной роскошью. — Судя по камерам, пару дней назад он был в этом районе. Мне кажется, он был у тебя, Мэттью, — мягкая ладонь снова касается моей руки, на этот раз сжимая, словно Дейв пытается привлечь к себе внимание. — Скажи, если знаешь что-то о нем. Может, он что-то говорил, упоминал каких-то личностей? Или ты знаешь его местожительство? — Слушай, даже если бы я хотел помочь — я не могу этого сделать. Парнишка не слишком разговорчивый, — стараюсь натянуть усмешку, дабы не выдать настоящих сомнений, закрадывающихся все более внушительными партиями. — Мэтт, мне жаль, что тем вечером я... Был не слишком разговорчив с тобой. Я был на работе и... Ты сам понимаешь, — Дейв неловко отнимает руку, поправляет непослушные волосы и отводит взгляд, словно этот разговор невероятно смущал. — Ты понравился мне уже за те десять минут и ты сам казался... Увлеченным. Прерви меня, если я говорю что-то не так. Я очень хочу его прервать. Чертовски сильно, чтобы не усложнять ситуацию, в которую я и так влезал с каждым шагом все глубже. Я даже успел подумать, что прошлое одиночество было не таким уж и плохим в сравнении с тем, что происходит сейчас. — Я бы хотел сходить с тобой куда-нибудь, когда закончу бегать за Джонсом, — тихо произносит Дейв. Его щеки краснеют, взгляд не отрывается от поверхности стойки. Неужели этот душка действительно может работать агентом ФБР? — И я правда надеюсь на твою помощь, Мэтт. Пожалуйста, если узнаешь хоть что-то о нем, напиши мне или позвони. На стол ложится визитка с номером и именем. Агент Дейв Рассел. — И... Ты можешь писать мне когда захочешь. То есть... Не только о Джонсе. — Я понял тебя, — выдавив улыбку, ловлю чужой взгляд и киваю для убедительности. — Я обязательно напишу.