Изучение
5 июня 2022 г., 18:56
Ау, где Саша учится подкатывать, чтобы потом завоевать сердце Ани.
Это была идея Жени, Саша с уверенностью может все провалы списать на свою подругу, а не из-за выбора слов. Потому что она хороша во флирте, настолько, что ей дают номера всего от пары предложений. Не то, чтобы ей они были нужны, все мысли всегда заняты Аней, но флиртовать получается превосходно. А потом Женя говорит, что надо испробовать банальные подкаты со смущённой улыбкой — стопроцентный способ заполучить чьё-то сердце. Саша не сильно верит в эту затею, но записывает все варианты, поданные Женей на блюдечке. Конечно, Саша не использует ни один из подкатов своей подруги, потому что они слишком простые, поэтому она составляет свои. Больше смешные, чем флиртующие, но всё же. И, когда выпадает возможность, Саша пробует их на всех, кто поблизости, но не на Ане — она заслуживает чего-то более креативного и хорошего.
Первой, как ни странно, была виновница всей этой затеи. К Жене подкатывать надо осторожно, главное, чтобы Алины не было поблизости — получить по лицу не хотелось. Поэтому, она подъезжает к своей подруге с ухмылкой в перерыве тренировки. Женя, облокотившись о бортик, пишет что-то в телефоне, Саша, обворожительно улыбаясь, кладёт свою ладонь на чужое запястье, привлекая внимание. Алины в здании нет, значит путь свободен. Женя смотрит с вопросом в глазах, но, заметив странное поведение, пытается сделать шаг назад, но Саша опережает её, загнав в угол и не давая шанса на побег.
— Ты меня пугаешь, — произносит Женя.
— Знаешь, чем отличается небо от тебя? — спрашивает Саша, жутко ухмыляясь, хотя в планах была привлекательная улыбка.
— Нет?
— К небу нельзя прикоснуться.
Саша аккуратно касается лица Жени, подушечкой пальцев проводя по щеке, игнорируя удивлённое лицо, а затем подходит ещё ближе и целует в нос. Резко отъехав, Саша смеётся во весь голос, привлекая внимание отдыхающих фигуристок. Женя с красным лицом и в смущении не двигается, пытаясь осознать, что же, черт возьми, только что произошло.
Подкат неплох, но Женя всё равно бьёт её в плечо, когда догоняет.
А Саша не замечает тяжёлого взгляда Ани, стоящей в тени.
———
Следующая цель — Алёна. С Женей была разминка для продвижения к боссу, к Ане. Алёна же сильный противник, с ней тягаться в флирте сложно. Кто ещё кого вгонит в краску, поэтому Саша подготавливается куда лучше, перебирая подкаты, которые подойдут. Хорошая возможность выходит, когда они вчетвером — Саша, Алёна, Аня и Камила — гуляют по парку. Подгадывать момент не было необходимостью, судьба сама предоставляет ей случай. Пока Аня и Камила спешат к аттракциону, занимая очередь, Саша тянет Алёну к себе, думая, как бы начать разговор.
— Что такое? — спрашивает Алёна, замедляя шаг.
— Просто хотела сказать, что мне нравится твоя футболка, — произносит Саша, улыбаясь, — к тому же нет смысла всем нам там стоять: много народу, потные люди — сама понимаешь.
Аргумент хорошо срабатывает, Алёна машет подругам, мол, мы тут постоим пока, и поворачивается к Саше, начиная рассказ, где она смогла урвать эту футболку. Он становится длинным, Саша кивает и пытается подгадать момент, когда можно будет воспользоваться подкатом.
— Там была такая красивая неоновая вывеска, — продолжает Алёна, смещаясь с темы.
— Не настолько красивая, как ты, — прерывает Саша, ухмыляясь.
— Что это с тобой? — спрашивает Алёна, хмурясь.
— Что? Я не могу сделать комплимент своей подруге?
Лучшая защита — это нападение.
— Можешь, конечно, просто я думала, а, неважно… так на чём я остановилась?
Всё, конечно, идёт не по плану, выбранный подкат теряется из виду, когда Саша отвлекается на продвигающую вперёд очередь и крик Камилы, привлекающий внимание.
— Слушай, — говорит быстро Саша, пока ещё есть время, — твои родители случайно не фашисты?
— Ты на солнышке перегрелась? — спрашивает обеспокоено Алёна.
Проигнорировав слова, Саша полностью уделяет всё внимание Алёне, вызывающе ухмыляясь, и продолжает:
— Потому что ты выглядишь захватывающе.
И, да, Алёна прикладывает ладонь ко лбу своей подруге, проверяя температуру. Саша закатывает глаза. Это совсем не та реакция, которую она ожидала.
— Идёмте уже, — произносит Аня, возникая из неоткуда.
Саше бы подумать о разочарованном голосе девушки, но она лишь размышляет, есть ли у неё вообще шансы на успех.
——
Затем следуют переменные удачи с разными знакомыми, которые попадаются на пути. Саша подкатывает ко всем живым организмам, даже пытается подъехать к Этери Георгиевне, но её жёсткий взгляд сразу тушит запал. Поэтому она оттачивает свои навыки на работнике продуктового, который помогает ей найти нужный отдел, на пожилой даме, которой она придерживает дверь в подъезд, на фанатке, которая почти падает в обморок от улыбки Саши — больше с поклонниками она не флиртует. Разные реакции не дают ей понять, правильно ли она действует. Вот женщина на почте, например, ищет пятнадцать минут посылку, хотя Саша уверена, что видит своё имя на соседнем столе. Другой парень осыпает её комплиментами, да так, что Саша краснеет и убирается подальше. Но у неё полно друзей, поэтому отчаиваться рано. Женя, хоть и смотрит на неё подозрительно, не убегает, когда Саша подходит ближе. У Алёны же новая привычка касаться ладонью её лба в любой ситуации, даже когда она молчит. Это она стерпеть может, но ничего не помогает приблизиться к тому самому — идеальному — подкату, от которого Аня точно не сможет устоять. Наверное, Саше просто надо перебирать все, которые имеются в запасе, пока жёлтая лампочка не загорится над головой. Проблема в том, что она боится выставить себя дурой перед Аней. Впрочем, это не мешает ей глупо шутить и не понимать биологию.
— Биология! — хлопая себя по лбу, громко произносит Саша на всю раздевалку, отчего Камила подпрыгивает.
— Я же сказала, что с ней не всё в порядке, — говорит Алёна, застёгивая сумку.
Саша не слушает, быстро складывая свои вещи, и говорит:
— Аня уже ушла?
— Минут пять назад.
Саша бежит по Хрустальному, пытаясь догнать девушку и молясь, чтобы она ещё не уехала. Удача в этот раз на её стороне, Саша почти врезается в Аню, которая стоит на улице, дожидаясь такси.
— Биология! — говорит Саша, задыхаясь. — Ты нужна мне. В смысле мне нужна твоя помощь.
Пока Саша пытается справиться с правильной формулировкой своей просьбы, Аня приподнимает бровь, засовывая руки в карман лёгкой куртки.
— Мне нужна твоя помощь в биологии, — наконец произносит Саша, выпрямляясь. — Изучение тел, то есть пестики и тычинки. Ну ты поняла.
В этом и проблема, разговаривать со всеми так просто, но, когда дело доходит до Ани, Саша теряется, вынося наружу глупости. Поэтому она тренируется на людях с подкатами, чтобы смочь связать всё воедино с девушкой, из-за которой сердце биться сильнее начинает. Но, как показывает практика в данный момент, это не помогает. Аня продолжает смотреть вопросительно, но, поняв, что Саша больше ничего не хочет добавить, спрашивает:
— Изучение тел?
— Да? — Саша неловко переступает с ноги на ногу, моля, чтобы такси быстрее приехало. — То есть не твоё, ну, твоё тоже можно, если ты не против, типо, я имею в виду… биологию?.. Я полный ноль в ней, а мне надо… э… изучить её?
Закапывать себя Саша умеет точно, смущение в ней пылает огнём четвёртой степени, а Аня с ухмылкой не помогает.
— Хорошо, — говорит Аня, — я помогу тебе в, ммм, изучении тел.
И, смеясь, она уходит к подъехавшему такси.
— Я напишу тебе! — кричит Саша, когда Аня почти скрывается за пассажирской дверью. — Вот же дерьмо.
—
Саша репетирует перед зеркалом. Выставлять себя идиоткой перед Аней входит в привычку, от которой надо избавиться. Но Аня всегда так мило улыбается, смеётся над шутками, даже если они неудачные, и Саша просто… влипла. Полностью. Наступила на лужу из любви к Ане и, не ожидая подвоха, утонула в ней. И Саше нужна вся её сила, чтобы справиться со связыванием слов в предложения, которые в конечном итоге будут иметь смысл. Аня соглашается встретиться с ней через два дня после той неловкой сцены с просьбой о помощи. Саша знает, что её «изучение тел» было полным провалом, от которого ей хотелось сбежать и не показываться людям ещё несколько лет. Но она пишет Ане, спрашивая, когда та свободна, и договаривается на пятницу. Саша очищает квартиру от людей, придумывая сотни причин, почему родителям нужно куда-то выбраться и насладиться друг другом. Всё получается безупречно, квартира пуста и чиста, Саша раскладывает учебники по биологии, которые купила в магазине не глядя, а затем подходит к зеркалу.
— Говорить через рот, всё же просто, да? — говорит она. — Ага, просто, когда рядом нет Ани.
Следующие полчаса она разрабатывает план, когда и как надо произносить те или иные подкаты. В конце концов она откидывается на кровать, понимая, что ничего не выйдет — это Аня, от которой слова путаются. Из-за неё ладошки потеют, а взгляд отвести нет возможности. Из-за неё дышать сложно становится, а сердце выпрыгивает из груди. Аня вытворяет столько вещей в организме Саши, ничего не подозревая. Но, если не сейчас, то когда?
Саша садится и смотрит на своё отражение:
— Ты справишься.
Когда Аня приходит, вся уверенность куда-то улетучивается. Саша неловко мнётся, позволяя Ане вести, и что-то говорит о погоде. Да, на улице тепло, а у Саши в голове мыши повесились от безысходности.
— Итак, чтобы ты хотела узнать? — спрашивает Аня, садясь на кровать.
— Ты всегда такая красивая или это какая-то магия?
Саша мысленно хлопает себя по плечу за хорошее начало, Аня удивлённо приподнимает бровь.
— Я про биологию.
— А. Да, точно. Эм…
Пока Саша пытается придумать, что сказать, не выглядя по-идиотски, Аня рассматривает учебники.
— Ты серьёзно решила взяться за анатомию, — изумлённо говорит Аня, увлечённо листая одну из книжек.
— Да, конечно! — Саша порывается с места, подходя ближе. — Это же интересно: знать, из чего ты состоишь.
— Я всё равно не понимаю, зачем я тебе нужна. У тебя столько учебников, а тут ещё и прекрасные картинки.
— Как пример, — говорит Саша и замолкает. Надо что-то срочно придумать, пока Аня не ушла. — Я не сильно понимаю, где что находится. То есть, например, селезёнка, она же, — Саша кладёт руку на живот, понятия не имея, где она находится. Надо было сказать про сердце, дерьмо, — где-то здесь?
Аню, кажется, всё это забавляет, но она принимает условия игры, ничего не говоря против.
— Вот здесь, — говорит Аня, касаясь нужного места на теле Саши.
Окей, всё-таки надо было сказать про сердце, думает Саша. Даже сквозь футболку Трусова ощущает тёплую ладонь на себе. Это ощущение новое, они никогда ещё раньше не стояли друг перед другом так: без людей, с касанием не рук или плеч в дружеском пожатии. Сейчас Саша чувствует себя открытой коробочкой в большой пустой комнате, в которую все желающие могут заглянуть. Но тут только Аня, которая несильно пальцами давит на кожу, указывая место селезёнки.
— То есть, — сглатывает Саша, пытаясь не показывать своего тяжёлого дыхания, — у тебя она…
Аня берёт её за руку, просовывает под свою футболку и кладёт на своё горячее тело чужую ладонь. Все подкаты, выстроенные планы вываливаются на пол вместе с ненужными учебниками, которые точно никак ей не помогут, когда Аня держит её за руку и ведёт по своему телу. Саша смотрит на своё запястье и не может поверить, что это правда происходит. Может, к черту подкаты, надо начать изучать анатомию.
— Рядом почки, — говорит Аня тихо, не отрывая взгляд от Саши.
Их глаза встречаются, Саша не уверена, что это вообще законно — быть такой прекрасной. Аня ведёт ладонь Саши по своему телу вверх, огибая груди и останавливаясь у сердца, которое громко бьётся в руку.
— Сердце, но, думаю, это ты знаешь.
Саша знает лишь то, что ей жарко. И то, что она не умеет думать, прежде чем говорить:
— Половые органы тоже покажешь?
И это ужасно, Саша не удивится, если Аня влепит ей пощёчину или уйдёт, хлопнув дверью, а затем никогда больше не заговорит с ней. Из всех вариантов Саша выбирает этот: внутренний парень в ней гордится. Но Аня не уходит, не двигается с места, она сильнее сжимает чужую руку и смотрит в глаза.
— А ты можешь испортить момент, да? — спрашивает она.
Прочитать эмоции на чужом лице не получается, Саша жалеет, что не знает психологию, потому что Аня — загадка, которую раздать за пару минут не выйдет. Тут и вечность, кажется, не поможет, Саша и в голосе не улавливает перемен: такой же тихий и уверенный. Лишь сердце подаёт подсказки, ещё сильнее отбивая ритм, либо ей всё это кажется. Потому что это похоже на сон. Не может быть, что Аня удерживает чужую руку, приложив её ладонь на сердце, будто говоря: вот, смотри, что ты делаешь со мной. И Аня смотрит на неё открыто, разрушив все стены, что были выстроены из улыбки и доброго словечка. А её глаза чёрные, и они так много говорят, но Саша ничего не понимает.
Саша вообще больше ничего не понимает.
— Я хочу позвать тебя на свидание на кладбище, — Аня хмурится, пока у Саши язык работает сам по себе, выплёвывая слова, — чтобы мы за десять минут прошли букетно-конфетный период и сразу поехали ко мне.
— Ты невыносима, — говорит Аня в ответ.
А затем происходит несколько вещей, которые мозг Саши не успевает уловить. Первое: её ладонь вырывают от горячего тела, и это как забрать у младенца соску — Саша готова рыдать от холода. Второе: рука Ани цепляется за её шею, и это не похоже на удушье, хотя ничего удивительного не было бы. Она успевает почувствовать ногти, что впиваются в какой-то там шейный отдел, о котором она не знает, но приятная боль отдаёт мурашками по спине. И из этого следует третье: Аня её целует. С яростью, сминая губы, пытаясь выразить всё то, что не получалось. Саша, конечно, часто тупит, но не в этот раз. Она пристраивает руки на спине, пролезая под футболку, отвечает на поцелуй с нежностью, выбивая Аню из колеи. Саша тоже пытается через поцелуй выразить свои чувства, раз словами не получается. Она аккуратна, будто Аня может сломаться, и мягка.
Когда они отстраняются, Саша тяжело дышит, пытаясь держать язык за зубами.
— Я бы предпочла свидание без кладбищ, — говорит Аня, сглатывая.
И Саша может ей это дать. И всё, что она попросит, Саша готова весь мир перевернуть, лишь бы эти губы вновь целовали её.
— Хорошо, — произносит она, — как насчёт прогулки по парку?
— Для начала сойдёт.
Наверное, подкаты не всем помогают, но вот анатомия…
Примечания:
Выдаю мысленно почётную грамоту всем, кто выжил в этом трёхдневном трипе по качественному контенту. Весь этот сборник — шелуха, от которой надо было избавиться. И, как мой змей, я снимаю кожу и работаю над новым произведением-кроссовером, которое в моей голове вырисовывается в скромное «нечто».