Адский рыцарь

Парень повернул голову и встретился взглядом с матерью. Та стояла, что называется, руки в боки. Лицо её слегка дрожало. «Вот-вот заплачет», — подумал Артур. Голос Анны звучал несколько хрипло после недавнего скандала. — Мальчик мой… — мать не сдержалась и порывисто обняла сына. На её красивых печальных глазах заблестела влага, а лицо пересекли две слезинки. Впервые Артур видел мать плачущей. Сердце разрывалось на куски при одной лишь мысли о том, что с ней будет, когда он свершит задуманное. Но для себя парень уже решил: он не будет прятаться, когда другие умирают. Не будет трусливо отсиживаться за спинами своих соотечественников, а встанет в ряды Имперского войска, и, если потребуется, отдаст жизнь во благо родной земли. Осторожно Артур прижал к себе мать и стал поглаживать её по то и дело подрагивающей спине. Анна, всхлипывая, отстранилась. — Сынок, пожалуйста, не ходи никуда! — дрожащим от слёз голосом умоляла она парня.— Ты не представляешь какие ужасы таит в себе война! В памяти вновь возник образ отца. «Как же. Не представляю», — с грустной усмешкой подумал он. Плечо промокло насквозь от женских слёз. Артур не знал как ответить, чтобы не сделать хуже, а потому молчал. Анна утёрла глаза и пристально посмотрела на сына. Как-же ей было знакомо это выражение лица… Не хотелось признавать, но мальчик рос точной копией своего отца. Конрад был также упрям. И у него также появлялась морщинка на переносице каждый раз, когда он принимал решение, которым не хотел огорчить её. Женщина с трудом сдержалась от того, чтобы не заплакать снова и ушла в дом. Артур же остался сидеть на крыльце. Не менее часа он провёл в раздумьях над тем, что его ждёт и над тяжким выбором, что он должен сделать. Без дела слоняясь по городу, парень не заметил, как мимо него прошёл день. Провожая взглядом заходящее на по-летнему красном небе солнце, он понял, что так и до конца не определился со своим решением. В горле образовался тугой ком. Ночь обещала быть бессонной.

********************

Артур недовольно заворочался в постели. С рынка снова доносился какой-то шум. Вообще он не был вспыльчивым человеком, но ему и без того удалось заснуть лишь под утро, что отрицательно сказалось на настроении в общем. «Меня, чтоб им провалиться к Бесрезену, каждое утро теперь будут будить?!» — раздражённо подумал парень, открывая окно, и замер. Улицы были сплошь забиты людьми в доспехах. Артур, конечно, понимал что войска могут прийти в любое время, но всё же был удивлен тем, что едва не остался в городе. С облегчением от мысли, что беда миновала он вздохнул и, одевшись, направился к двери, на ходу размышляя, что будет делать. «Так… наверно стоит обратиться к кому то из армии, но сначала…» Парень дёрнул за деревянную ручку, однако дверь и не думала поддаваться. Неверяще он повторил своё действие ещё несколько раз. — Заперто? Серьёзно? — Артур застонал. Разумеется до него дошло, кто это сделал. «Эх, мама-мама…» — с тоской подумал он и зло ударил дверь кулаком. «И что мне делать?» Такого поступка от матери парень никак не ожидал. Ситуация казалась безвыходной. И всё же сдаваться Артур не привык. В поисках чего-либо полезного он осматривал комнату, пока взгляд его не упал на прикроватный столик из чёрного дерева. Ещё когда Артур был ребёнком, их семья ездила в гости к старому другу отца, гному Ромарику. От одного воспоминания кожа словно вновь ощутила жар горной кузницы. От Ромарика Конрад обзавёлся новым увлечением. Всё своё свободное время он начал тратить на изучение и сборку различных механизмов. По-началу мальчик считал его занятие скучным, однако вслед за отцом вскоре оно завлекло и сына. На столе Артура, среди пружин и шестерёнок всегда была пара скрепок или кусочков проволоки в качестве инструментов. Торжествующе он выудил из груды металлолома ржавый кусочек проволоки. Благо, Конрад почитал своим долгом обучить сына искусству открывания дверей без ключа. Спустя минуту возни из замочной скважины послышался щелчок, а следом за ним скрип открывающейся двери. Парень облегчённо выдохнул. Сбежав по ступеням, он собрался было выйти из дома, но, к счастью, успел себя одёрнуть. «Меч…» Отцовский клинок всё также висел на стене в украшенных тонкой, очевидно гномской, металлической росписью, ножнах. При виде оружия, сразившего великое множество демонов, сердце Артура дрогнуло. В сознание закрались сомнения. «А действительно ли я достоин брать его в руки?» Собравшись с волей, он сомкнул пальцы на рукояти меча. — Если и лишусь я головы, то прежде докажу своё право держать его в руках! — решил он. Закрепив на боку ножны, Артур ощутил приятную тяжесть металла. Клинок придавал необычное чувство уверенности. Воспрянув духом, парень наконец-таки направился к выходу. Он и так уже потерял слишком много времени. Один, другой, и Артур готовился сделать последний шаг в полную сражений и подвигов, потерь и утрат, новую жизнь. Жизнь солдата.