Судьба урождённого жертвой.

Ниен пребывал в нейтральном настроении, почитывая романтическую мангу, которую так любезно предоставил Рэндалл. На её страницах в одном из диалогов девочка, фигуре и внешности которой могла позавидовать Кэндалл Дженер, упомянула русалок. Ниен вспомнил мультфильм «Русалочка» и тут же его осенило. Он уже пару дней не измывался над Нионом, так как не мог придумать что же ещё такого сотворить с ним, ведь все обыденные мучения уже были пройдены и хотелось чего-то нового, захватывающего. Не поднимая глаз, он самодовольно улыбнулся, пытаясь вспомнить где Рэндалл хранит нитки и иголки, которыми часто пользуется, зашивая своих неугомонных кукол. Для Ниона эти несколько дней были не то чтобы раем, скорее просто отклонением от нормы. Он привык к пыткам, привык терпеть самую разнообразную боль, это уже стало его рутиной, а эти деньки были необычно спокойными. До ужаса спокойными. Нион не нервничал, он не боялся, что это произойдет снова, он просто, с ледяным спокойствием ждал. И дождался. За окном была непроглядная темень, дополняющаяся воем то ли собак, то ли волков, то ли койотов, а Нион снова лежал на своей кровати, тоскливо перечитывая так ему полюбившееся «Преступление и наказание». Философия Раскольникова, развитие его персонажа восхищала Ниона каждый раз как в первый. Ему всегда нравилось перечитывать, пересматривать что-то, с чем он уже давно ознакомился, чем смотреть, либо читать что-нибудь новое. А вдруг ему не понравится, и он зря потратит время? Ниен пару секунд стоял перед закрытой дверью в комнату, где лежал Нион, держа в руках тюбик вазелина, клубок белой нити и длинную, свёрнутую в дугу иглу. Он искал обычную, но найдя операционную обрадовался, хоть и ничуть не удивился, что у Рэндала она имеется. Медленно входя в комнату Ниен, улыбаясь, посмотрел на Ниона, сузившего глаза и нахмурившего брови. Нион рефлекторно отполз назад, немного пристав и уперевшись в одеяло локтями, книга грохнулась на пол. Уголки его губ задрожали, а фаланги пальцев криво согнулись. Естественная реакция организма. Поглаживая металлическую иголку Ниен подошёл ближе, он положил ногу на кровать, нагибаясь над лицом Ниона. Он выглядел так невинно, что хотелось то ли поцеловать его, то ли навредить. Ниен выбрал оба. Он наклонился ниже, прижавшись своими губами к его, прикрыв глаза. Нион же, в свою очередь, вытаращился на него, не ожидав такой нежности. Он поднял одну руку, положив её на щёку другого, как будто держит бургер, слегка поглаживая её пальцем. Ниен просунул язык внутрь челюстей, проходясь его шершавой стороной по языку Ниона и облизывая его зубы со всех сторон. Рука Ниена твёрдо приземлилась на чужое плечо. Нион хотел только этого. Но стоило чуть подождать и Ниен опять всё испортил. Он вцепился в нижнюю губу своего партнёра зубами, оттягивая её на себя. Ладонь на его щеке поднялась на макушку, сжимая ткань шапки с ушками. Тут показалась первая капелька крови, отчего Нион простонал внутрь рта Ниена. Возбуждение накатило резким порывом. Он тут же отцепился, дабы совсем не удариться в чувства. Толкнув Ниона обратно на кровать, Ниен начал стаскивать с него штаны, а затем и трусы, на что тот ничем не ответил. Избавившись от них, Ниен стянул с себя ремень и связал ноги другого вместе в районе лодыжек, туго затянув. Тут уже Нион заволновался. Ниен просунул нитку в иголку, естественно не с первого раза, и облизнул её металический кончик, а затем просунул её под кожу Ниона чуть выше ранее упомянутого ремня, высовывая изогнутую иглу в сантиметре от только созданного прохода, сразу потянув её на себя, дабы нитка прошла внутрь полностью, закрывая тоннель своим концом с узелком. По коже мученника стремительно стекла капля крови. Чувство шероховатости под кожей было не столько болезненным, сколько мерзким и до жути неприятным. Нион поджал губы, но осознание того, что сейчас делает Ниен, и сколько это будет продолжаться заставило его начать желать смерти. Ниен долго, муторно, кропотливо сшивал ноги Ниона. Плотная нитка была шире и крепче обычных, так просто её не разорвёшь. Белый цвет ткани постепенно окрашивался в алый. Ниен знал как сделать хуже. Он не просто протыкал кожу резким движением, он натягивал её и медленно просовывал металическое начало, дабы Нион прочувствовал, как каждый слой эпидермиса рвётся. Ощущение чужеродного, грубого, неровного объекта под кожей доставляло зверский дискомфорт. Хотелось поскорее выдернуть его и насладится свободой, которую ранее не ценили. Ниен прошил до самой середины бедра, не доходя до места, где мяса становилось больше. Он оборвал её у места, где она соединялась с иглой, зубами. Наконец-таки Нион смог выдохнуть. Ниен запрокинул ноги Ниона себе на правое плечо, выплеснул на ладонь немного вазелина и намазал между бёдрами Ниона. Он снял с себя штаны с трусами и просунул уже вставший член между чуть полноватыми и покрытыми светлыми волосками бёдрами. Ниен вылил ещё немного смазки на член Ниона и начал делать движения взад-вперёд. Нион приподнял свою кофту до груди и обхватил рукой оба члена, чтобы они тёрлись друг об друга. Ниен переставил его ноги на другое плечо и положил руки на внешнюю сторону его белоснежных и полноватых бёдер, сжимая их. За окном всё стихло. Уже не слышно ни воя, ни птиц. В маленькой комнате без вентиляции вскоре стало душно. Капельки пота падали со лба Ниена на живот Ниона, лицо которого успело покраснеть. Нион кончил первым, запачкав свою одежду. Толкнувшись ещё десять раз, Ниен из-за инерции попал первому на лицо, отчего тот прищурился. Минута тяжёлого дыхания, за которым был слышен шум лампочки. Начал проявляться запах пота. Ниен отодвинулся назад, снял с Ниона ремень и надел штаны. Он уж было собрался уходить, но: -Может ты поможешь мне освободиться?- прозвучал тихий, не самый уверенный голос. Ниен развернулся и положил ладони на лодыжки Ниона со внутренней стороны, до которого дошло только в последнюю секунду. -Стой, я с- ноги были раздвинуты в разные стороны так резко и с такой силой, что плотные нити разорвали кожу. Нион издал короткий, но громкий крик и упал назад на кровать. Его ноги выглядели так, как будто их с одной стороны прогрызли крысы. Кровь из раны начала течь не сразу, но уже вскоре испортила простынь. Взгляды коточелов встретились. Ниен нахмурился и быстрым шагом вышел из комнаты. Нион потрогал висящие куски деформированной кожи и оторвал кусок, выкинув его на пол. Вокруг тишина. Спустя сорок минут за окном запели цикады. Нион всё так же лежал с открытыми глазами, вылупившись на жёлтую стену.