Судьба урождённого жертвой.

Рэндала и Лютера уже довольно долго не было дома. Хоть они и говорили, что уйдут ненадолго, но прошло уже больше четырёх часов, а они так и не появились. Нион беспокоился, а привычка бессмысленно бродить по дому помогала успокоиться. Проходя мимо комнаты, он услышал резко оборвавшийся визг. Он понял, что там происходит, ведь слышал подобные крики далеко не в первый раз. Нервозность пробила голову. Эти приглушённые, еле разборчивые крики и мольбы о помощи сводили миролюбивого коточела с ума. Нион столько раз видел как крысочелов раздирали на части, и каждый раз он хотел им помочь, но ни разу не получилось. То он сам побоялся встать на защиту, после чего не мог смотреть на своё отражение без отвращения, то Ниен не давал ему это сделать. Нион решил попытаться снова. Ведь в любом случае что бы ни случилось, это никогда не закончится. Нион вздохнул и собрал всю свою уверенность по кусочкам в один комок шаткого подобия на смелость, он резко вошёл в комнату. На полу лежал крысочел, которого трясло от ужаса, а над ним нависал Ниен, держа в руках выкидной ножик, видимо купленный специально для подобных случаев. На ковре под ними были небольшие брызги крови, ещё не успевшие впитаться в плотную ткань. Нион опустил взгляд на крысочела, находившегося в шоке, но пока ещё целого. Крысочел увидел вошедшего и сразу потянулся к нему. -Спаси меня! Пожалуйста! Помоги!- он кричал настолько жалостливо, что плакать хочется. Нион тут же забыл всё, за чем приходил, на лбу выступили капельки пота. -Не хочешь ли ты помочь мне?-улыбаясь, произнёс Ниен. Он воткнул нож в ладонь крыски, прибив её к полу, раздался вопль, заканчивающийся чем-то невнятным. Ниен медленно подошёл к Ниону, взяв того за плечи, сильно сдавливая их, будто пытаясь показать этим свои недобрые намерения. Он провёл его к крысочелу, склоняя голову вниз. -Посмотри на него, жалкое создание, правда? Он паразит, что живёт за наш счёт, за счёт мастера. Существа, подобно ему, отвратительны и не достойны жизни,- наклонившись, Ниен вытащил нож и тут же прижал крысочела ногой в живот, дабы тот даже не думал о побеге. Вручив нож в руки Ниона, он продолжил свой монолог. -Убей его,- Нион посмотрел на валяющегося с окровавленной рукой бедолагу, а потом в глаза Ниена, прищуренные от улыбки. -Умоляю, прошу тебя, не надо! Я могу уйти из вашего дома, только, пожалуйста, отпустите меня! - слёзы полились из его глаз, заставляя Ниона всё сильнее сопереживать ему. -Воткни этот идеально наточенный ножик этому выродку в грудь, избавь наш дом от мерзкого вредителя,- Руки Ниона напряглись. Он посмотрел на крысочела, вызывающего жалость, он ведь не виноват, не виноват в том, что у существ подобно ему такой пресмыкающейся образ жизни. Что же ему остаётся делать, раз уж у крыс судьба такая? Идти против природы или смириться с положением? Он просто хотел выжить, просто хотел продлить своё убогое существование, каким бы бессмысленным оно не было. -Я не могу,- улыбка тут же пропала с лица Ниена, зрачки будто сузились, а Нион тут же пожалел о своих словах. Ниен загорелся от гнева и разочарования. -Спасибо, спасибо вам боль- крысочел не успел договорить, как ему по лицу прилетел яростный удар ботинком. Нос сломался, искривляясь от твёрдой подошвы. Крик. Ножик с звоном упал на деревянный пол. Ещё один удар, но уже по челюсти. Один из зубов упал внутрь горла, ещё парочка треснула. Хрипение. Ещё несколько ударов по лбу. Сначала он вдавился внутрь, оглушая своим отвратным хрустом, а потом лобная доля черепа разломилась на части, словно кто-то уронил гнилой арбуз с трёхметровой высоты. Крысочел замолк ещё после третьего удара. Но несколько последних вынудили желудок Ниона скрючиться из-за своих хлюпающих звуков, будто кто-то раздавил лягушку. Бежевые штаны Ниена были окрашены кровью до колена, а мелкие брызги долетали даже до груди. Капли крови попали и на Ниона, будто специально пристыжая того. Через осколки черепа была видна каша, оставшаяся от мозгов. Кусочки тёплого мяса разлетелась вокруг в радиусе трёх метров. Нион почувствовал что-то горькое и жгучее во рту и глотке. Вглядываясь в некоторые целые кусочки сморщенного главного органа, некоторые из которых валялись на полу, а другие находились в костяной тарелке, сделанной из черепа, его бледная кожа зеленела. Ниен быстрым движением руки схватил того за затылок и опустил на четвереньки над сплющенным, растопченным, изуродованным лицом ни в чём не повинного крысочела. Оно выглядело так, словно в него выстрелили из дробовика в упор. Зрелище было настолько противным, настолько диким, что желудок Ниона исчерпал весь свой контроль, и всё его содержимое вывалилось наружу, прямо на лицо бедолаге крысочелу, ему и так досталось, как ещё и после смерти его труп так подло оскверняют. Рвота заливалась внутрь расколотого черепа, смешиваясь с кровью, и образовывая маленькие островки друг в друге. Запах крови смешался с запахом блевотины, полностью заполняя собой довольно небольшую комнату без окон, отчего дышать стало в разы труднее. Нижняя челюсть была сломана, из-за чего рот открылся неестественно широко, и вся жидкость, будь то кровь или блевотина, попадая в него, выливалась по бокам. Ниен тихо засмеялся и отлип от Ниона, которому явно не стало лучше после того, как он очистил свой желудок. Взяв того за за талию он чуть подвинул его вправо, и толкнул так, чтобы он упал руками вперёд, а грудью на живот крысочелу. Плюхнувшись, Ниону захотелось вырвать ещё раз, но желудок был уже пуст. Он тут же попытался встать, хоть и понимал, что будет дальше, так что уйти так просто ему не дадут. И он не прогадал, твёрдая рука тут же опустила его обратно. -Куда ты так спешишь? Я не отпущу тебя, пока не закончу, - он положил руки на джинсы Ниона, сняв их до колена вместе с чисто-белыми, домашними трусами, явно слишком детскими для взрослого «человека». Ниен облизнул два пальца и сунул внутрь, не для того чтобы Ниону было не так больно, а для того, чтобы ему самому было не так узко. Засунув по самые костяшки, он раздвинул пальцы и начал крутить в разные стороны. Но эта разминка не продлилась долго, прошло буквально 10 секунд прежде чем Ниен посчитал, что уже достаточно, и высунул пальцы. Он собрал во рту побольше слюны и слабенько схаркнул её вниз на дырку Ниона. Тёплая жидкость медленно стекла вниз и залилась в чуть приоткрытое отверстие. Ниен спустил штаны и упёрся влажной головкой в Ниона, на что тот сразу же зажал рот руками, дабы быть тихим, хоть он сам и не знал зачем. Обрывистыми, но ритмичными движениями Ниен начал двигаться, вдыхая воздух сквозь стиснутые зубы. Вскоре и у Ниона в трусах начало твердеть, что ему явно не нравилось. Тошнотворный запах будет очень сложно выветрить из этой комнаты, но Ниену он нравился, ведь помогал ему сдерживаться, дабы не кончить слишком рано. Ниону было больно, но он терпел вещи куда хуже, так что для него это было словно комариный укус. Хотя рвущая боль тоже была не слабой, но до слёз не доводила. Осознание того, что его трахают в задний проход на смердящем трупе крысочела не давало расслабиться, ничего в этой ситуации не давало расслабиться. Нион получил удовольствие только пару раз, когда Ниен попадал по простате, а всё остальное время он ощущал только скрипящий дискомфорт и боль. Толчки резко начали ускоряться, заполняя Ниона полностью, не давая ему ощутить свободу в кишке. Ниен зажмурил глаза, наслаждался по максимуму, будто это был последний секс в его жизни. Руки он держал на ягодицах Ниона, щипая их указательными и большими пальцами. Хоть и эта долбёжка не пришлась Ниону по вкусу, но физиологию никто не отменял. Он специально тёрся пахом об бок дохлого крысочела, оскверняя труп, но понимая, что это немного неуважительно. В комнате стало жарко. Он украдкой посмотрел на «лицо» крысочела. С этого ракурса выглядело не так ужасно, потому что почти ничего не было видно. С негромким криком кончив себе в штаны он молчаливо дождался, пока Ниен закончит, извергнув всё своё семя внутрь товарища. У него что фетиш кончать всегда внутрь, куда бы он не трахал? Ниен вышел из комнаты, оставив этих двоих наедине. А когда это произошло, Нион поправил штаны, встал и долго пялился на разъёбанное лицо крысочела, недоумевая что же ему делать. Может стоит его похоронить? Но Нион не хотел выходить на улицу. Оставить его здесь? Но он не хотел, чтобы Лютер увидел это. В конце концов ему в голову пришла идея: почему бы не отдать его Нане? Отличная идея! Заслуживает жирной пятёрки с плюсом. Но как его доставить до подвала? Он знал не по наслышке, что, с позволения сказать, люди, становятся тяжелее после смерти. Да и никто не захочет тащить это разбитое всмятку яйцо на ножках по всему дому, оставляя след, как после жестокой бойни. Да и потом придётся пройтись и собрать все ошмётки, вывалившиеся из черепной коробки, что делать само по себе не особо приятно. Так а почему же не привести её сюда? Это что вторая пятёрочка с плюсом за день? Нион не стал надумывать причину, сказав прямо, что даст ей пообедать раскрошенным вдребезги трупом, так ещё и обблёванным. Согласилась она моментально. Смотреть на это было не особо приятно, впрочем как и всё остальное, произошедшее за этот день.