Я не гей! ... наверно

Ручка двери начинает дёргаться. "Чёрт" Юра быстро отскакивает от омеги и накрывает того с головой, чтобы посторонние не увидели лишнего. Того, что можно увидеть только Юре. Сам он стоит в чём мать родила. — Учитель дверь заперта. Мне показалось, что кто-то закрыл её изнутри, — сказал какой-то женский голос снаружи. Слышатся приближающиеся шаги. — Тут кто-нибудь есть? — спрашивает учитель, немного стуча в дверь. Юра умоляюще смотрит на парня и, попутно одеваясь, шепчет, наклоняясь к уху, от чего у омеги пробегает табун мурашек: — Я спрыгну из окна, а ты притворись, что спал, — одевая штаны, тараторит он. Серёжа сначала не понял, о чем говорит альфа, а потом, отойдя от ступора, кивает и начинает одеваться. Ручка двери начинает дёргаться сильнее, вызывая шум. Слышатся разговоры людей. — Сходи к техничке за ключами, — обращаясь к кому-то из подростков, говорит голос преподавателя. Юра, уже полностью одетый, наступает на подоконник и смотрит вниз, чтобы не было людей. Вроде никого, это радует. Благо, медпункт находится на первом этаже, и поэтому спрыгнуть оттуда представляется возможным. Он открывает форточку и переступает раму. Волосы из-за ветра попадают в глаза и мешают смотреть на происходящее, но это мелочи. Настоящие проблемы в том, что ключ с обратной стороны двери начинает крутиться, вызывая крупные мурашки у парней. Ручка начинает шевелиться и Серёжа накрывается с головой в одеяло, и буквально молится, чтобы Юра успел убежать. Дверь со скрипом открывается, впуская людей в помещение, а омега слышит из улицы звук, похожий на приземление при прыжке. "Успел", улыбается парень и сразу же покрывается большими мурашками, как только слышит голоса за своей спиной. — Итак, наконец-то я могу провести для вас экскурсию. Посмотрите всё здесь, скажете, как закончите, — слышатся копошения и разговоры — О, тут кто-то спит. — совсем рядом — Один из новых учеников, пришедших на экскурсию по университету, отдернул одеяло. – А это кто? - удивленным голосом спросил он у сопровождающей. Наталья Викторовна подошла и начала тормошить Серёжу, который очень хорошо притворялся, что спит. - Эй, вставай, давай, – Серёжа понемногу открывает глаза, не забывая жмурится, для правдоподобности. – Давай, давай, ты почему здесь спишь? – интересуется учительница. – Мне стало плохо, и доктор разрешил мне тут остаться, - сфабрикованно спящим голосом отвечает Серёжа. – Что-то серьёзное? — с беспокойством в голосе спрашивает Наталья Викторовна. — Нет, просто голова заболела, — ответил Серёжа. — Слава богу, что все хорошо. Сможешь сам дойти до дома? — Наверное, — неуверенным голосом отвечает Серёжа. — Так, ладно, сейчас попрошу кого-нибудь довести тебя до дома. — Хорошо, спасибо. Наталья Викторовна вышла. Прошло две минуты, она вернулась, но не одна. С ней рядом был Юра. — Юра проводит тебя, — сказала учительница. — Хорошо, — ответил Серёжа с лёгкой дрожью в голосе. — Пошли? — поинтересовался Юра. — А, да, конечно. Юра сел за руль. — Вот это было приключение, — с ноткой издевки сказал Юра. —..... — Почему молчишь? Тебе разве не понравилось? Они подъехали к его дому. — Приехали, - спокойным голосом говорит Юра. Серёжа оглянулся. — Где мы? Зачем ты меня сюда привёз. — Это мой дом. Тебе ведь было плохо, я позабочусь о тебе, — с ехидной улыбкой говорит альфа. —Ч-чт..., — омега не успевает договорить, как Юра уже отстегнул его и подхватил на руки. — Мы так-то не закончили, — сказал альфа, быстрыми шагами направляясь в свой дом. Дом хоть и не такой шикарный, как у Серёжи, но тоже пригоден для житья. Зайдя внутрь, Юра бросает Серёжу на кровать и ложится сверху, оставляя всего несколько миллиметров между их губами. Он чувствует обжигающее дыхание омеги на своих и больше не может сдерживаться. Возбуждение растёт с каждой секундой, он больше не собирается тянуть, "вгрызаясь" своими губами в Серёжины страстным, нет, даже животным поцелуем. Омега стонет ему в губы, отчего альфа получает ещё большее удовольствие. Он отрывается от его губ и начинает оставлять засосы на его мягкой шее и на, не менее манящих, ключицах. Альфа разорвал его рубашку. — "Вот гаденыш. Сначала футболку порвал, сейчас рубашку. Он хотя бы знает сколько это стоит?" — мысленно возмущается Серёжа. Из раздумий его быстро выводит Юра, который уже успел избавиться не только от одежды омеги, но и от своей. Он медленно ведёт пальцами по внутренней части бедра, отчего у Серёжи снова пробегает стадо мурашек от дикого возбуждения. Во время беременности его тело возбуждается в разы быстрее, чем в обычной жизни. Вдруг альфа просто уходит, оставив ничего не понимающего омегу одного. Когда Юра вернулся, глаза у Серёжи стали по пять копеек. В руках у альфы были смазка и..... вибратор. "Блять". Он кладёт их рядом с омегой и проходит дальше. Серёжа вообще перестал что-либо понимать. Юра достал из прикроватной тумбочки наручники, воспользовавшись моментом, пока омега был обескуражен. Но когда он понял, что произошло, было уже поздно. Альфа резким движением раздвинул ноги омеги и поднял их к верху. Юра выдавил смазку прямо на дырочку Серёжи, она начала сжимать я от холодной, медленно стекающей смазки. Альфа мажет ею дырочку и немного проталкивает её указательным пальцем внутрь, получая глухие стоны. Он берет вибратор и включает его, поднося к отверстию. Затем он начинает водить им по члену. Юра водит вокруг, дразнит. Он ждёт, когда омега сам будет умолять его, чтобы тот вставил. Серёжа пытается держаться, но инстинкт не даёт ему такой возможности. — Хватит, — с возбужденным придыханием говорит Серёжа. — Что хватит? Мы закончили? — с явным сарказмом отвечает альфа. — Хватит дразнить, вставь уже, раздражает, — выдыхает омега. — Умоляй, — с ехидной улыбочкой говорит Юра. — Трахни меня уже, прошу..... ха..... умоляю, — уже еле дыша от перекрывшего воздух возбуждения просит омега. Юра удовлетворён, он добился того чего хотел. Он без жалости врывается в разгоряченное тело омеги резким толчком, отчего омега прогибается в спине, отдавая всего себя ему. Юра не может устоять перед искушением и начинает лизать чувствительные соски Серёжи. Омега громко стонет. Альфа не жалеет его и очень быстро ускоряет темп и толчки становятся намного грубее. Омега стонет ещё громче. Серёжа не понимает как ему может это нравиться. — "Я всегда презирал геев. И я не гей!.... наверно..."