Волчье ,,логово"
7 мая 2022 г., 19:10
Чимин очнулся уже в машине, закутанный в огромную кожаную куртку, пахнущую двумя разными альфийскими запахами — свежей молодой травой и зелёными весенними листьями. Он помнил, сквозь полубессознательное состояние и бред, что остался жив. Помнил, как снимали с креста сильные руки, помнил эти успокаивающие, дающие поддержку запахи и блеснувшие красные волчьи глаза, перед тем, как он провалился в обморок.
Омега лежал на заднем сидении огромного джипа, накрытый сверху ещё и пледом в чёрно-белую клеточку. Чимин сел, слегка завалившись. Машина чуть сбавила скорость. За рулём сидел элегантный, похожий на модель, очень широкоплечий альфа с насмешливым выражением лица, его мускус слабо качнул воздух. Посматривал на омегу в зеркало заднего вида, а сбоку раздался нежный женский голос:
— Очнулся! Прекрасно! Сейчас привезём тебя в твой новый дом, а там друзья тебя ждут.
Маленькая ручка помогла сесть и хорошенькое девичье личико (явно не корейское, да и говорила с сильным акцентом) заглядывало в лицо Чимину. Девушка открыла бутылочку с водой, поддержала снизу, пока омега пил. Немного лимона в воде взбодрило и он почувствовал силы хотя бы говорить и сидеть, не заваливаясь на бок:
— Вы кто? Куда меня везут?
— Меня зовут Сокджин. Я правая рука и друг Чон Хосока, главы клана Красного Солнца и старшего брата твоего будущего мужа, вернее одного из двух.
— А я жена Чон Хосока, мама его двух дочерей и твоя будущая родственница. Меня зовут Бекки, — очень приятный голос и милое лицо, доброе, располагающее к себе, успокаивающее, с такими глазами только хорошие и беззлобные люди бывают.
— Ты не оборотень! — вынес вердикт Чимин фиалковой молодой женщине.
— Как и ты, милый, — омега улыбалась и гладила его по спине, — какой красивый! Я парней понимаю, а пахнешь как! Вон они, как спасать кинулись тебя! Нужен ты им очень. Искали, землю рыли, буквально. Досталось тебе, — сочувственно оглядывая парня.
— Я плохо помню что-либо. А можно ещё воды? — Горло у парня пересохло быстро, начало мутить от слабости и голода.
Уже подъехали… Дом был огромный, с парком и высаженными елями сбоку, те же ели, но меньше ростом и вокруг особняка стояли. Запах Чимину понравился.
— Меня зовут Джеймс, я управляющий. Если вам будет что-то нужно, всегда буду в вашем распоряжении, надеюсь вам у нас будет удобно и комфортно, — поклонился дружелюбно пожилой альфа европейской наружности.
— Спасибо, — Чимин был бледен, но приходил в себя быстро.
— Джеймс, я провожу мистера Пака в его комнату. Принесите туда что-то поесть не тяжёлое и чаю. Чимин,сильно не наедайся, будет ужин — отозвалась Бекки.
— А можно кофе со сливками? И что-нибудь сладкое. — Омегу откровенно шатало, грязная сорочка была порвана во многих местах и Чимин босой кутался в плед, что постоянно съезжал, а ослабевшие руки не могли его долго держать.
Вошедший следом Сокджин, быстро оценив обстановку, поднял осторожно парня, почти на вытянутых руках быстро понес на второй этаж, бросив через плечо:
— Я в комнату рядом с комнатой господ Кима и Чона отнесу мистера Пака. — Я помогу, покажу всё, — Бекки побежала за ними.
Сокджин, оставив Чимина стоять на мягком ковре, отсалютовав и подмигнув, быстро ретировался.
— Если хочешь кушать сразу, то принесут сюда. Но все собираются уже ужинать внизу . А может, решишь сначала искупаться? — спокойствие в голосе юной женщины передавалась и Чимину. А ещё он подумал, что они оба очень маленького роста. — Я поеду, у меня дочка маленькая. Мы ещё увидимся.
Обняла, и показав на дверь в ванную, вышла, помахав рукой.
Даже стоя под горячим душем, омеге не плакалось. Ну вот совсем. Обычно такое место — это лучшее уединение для таких приватных, очень личных вещей, как слёзы. Внутри пустота. О проблеме кланов волков шептались уже давно. Рождение в основном альф из оборотней, с одной стороны их усиливало, а с другой, приносило свои побочные стороны. Волки всё чаще стали брать омег от людей. Выносить волчонка альфу — это не одно и то же, что выносить от человека. Чим слышал, что это тяжелее. Иллюзий омега не питал. Чувствовалось, что дом пропах запахами его владельцев, особенно та часть, где очутился сейчас Чимин, это близко к спальне альф. Пена, вместе с горячей водой, снимала немного напряжение в задеревеневших и уставших мышцах.
Вспомнились родители. А что будет с библиотекой? Погибли же из-за неё! Кто напал ночью на их домик, полиция так и не нашла. Спасти книги удалось от разграбления и в сохранности, браком омеги со старым знакомым отца — Паком Богомом. Тот книги поместил в специальное хранилище. Для Чимина было очень важно не растерять и сохранить дело родителей. Все деньги, оставленные дедушками и бОльшую часть того, что зарабатывалось, семья тратила на поиск и приобретение ценных книг, что отец и папа хотели оставить в своей коллекции для истории.
Парень не спеша вытирал волосы и оглядывал ванную комнату. Белый и морские оттенки, а также орнамент, присутствовали в дизайне. Даже полотенца были светло-синего и голубого оттенков. В открытом шкафчике лежало целых три пижамы, все белые и на пару размеров больше, но мягкие, приятные. Белья, естественно, не наблюдалось, но были носки впору и пара тапок голубого цвета. Омега взбил волосы, посушил их маленьким феном, пощипал щёчки, чтобы придать хоть какой-то румянец, пожевал губки. Голова не кружилась и стресс, от испуга, отхлынул. Догадался, что в воде со вкусом лимона, были или витамины или что-то успокаивающее.
Он чувствовал себя заметно лучше.
Его забрали от Богома и уже вряд ли отдадут. Это понято. Если заглянуть глубоко в себя, нужно было признать, что последние месяцы с мужем становились просто невыносимыми. Тот его начал ревновать на пустом месте. Хотя по договору Чимина и Богома связывал фиктивный брак и омега, по контракту, только составлял видимость супружеской пары и Богом давал слово, что он благородный человек и не тронет парня и не будет вмешиваться в его личную жизнь. Брак им нужен, чтобы он официально мог защищать коллекцию родителей супруга и никто другой тогда не сможет претендовать и пытаться отобрать ценные книги.
Чимин ему поверил, а брат дико разругавшись с Богомом сказал, что этот человек ему не внушает доверия и даже вообще, сам хочет обокрасть братьев, присвоив, через брак, богатое собрание, что стоит больших денег и заодно заполучить красивого, сексуального молодого мужа, которым сможет и будет манипулировать!
— Пусть подавится, он и так попытается себе всё заполучить, не связывайся с ним! — уговаривал Милагрос Чимина, чтобы тот не выходил замуж.
Но и муж недолюбливал младшего близнеца. А после свадьбы запретил появляться тому у них дома и они виделись только на территории Милли или где-то у друзей.
О’кей, раз уж его привезли в логово ТАКИХ горячих альф, то и выглядеть хочется, как майская роза!
В дверь постучали и без спроса сунулась всклоченная голова:
— Чим, привет! Я спал в другом крыле, когда ты приехал, и Тэмин здесь.
Обнялись, всплакнули.
— Там врач, хочет тебя посмотреть и твои… — Феликс запнулся, — эти самые… Мужья подъехали, но всё ещё во дворе. Полно машин, всякие вооружённые злые дядьки с красными глазами. Чим, там этот, красивый Тэхён… Он приехал когда, был весь в крови, вся рубашка измазана и шея, но ходит и разговаривает, может только ранен?
Пошлёпали на пару в сторону комнаты, где отдыхали друзья. Тэмин в красивом, спортивном костюме, в пушистых домашних тапочках, мило беседовал с доктором, что осматривал ему лицо.
— Его слегка поколотили, — шепнул Феликс, стрельнул глазками, — Чим, это просто экшен! Мы из-за тебя, как в приключениях побывали!
Особой грусти в голосе друга не было, даже последние события не заставляли потерять того своего природного оптимизма:
— А я тебя, вас всех искал и нашёл! Я молодец! Мне сказали эти, твои…
Чимин с выпученными глазами смотрел на Феликса:
— Ты?!
— Я догадливый и немного смелый, — омега сжал губки в куриную гузку (то бишь жопку) и с очень довольным собой видом кивал лохматой шевелюрой в подтверждение своих слов.
— Чиминни, дорогой, ты как? — Тэмин, почти по-отечески, обнял, отстранился, рассматривая.
— Испугался. А Милли где? — тревога за брата не покидала.
— Ну, он хорошо спрятался. Пока найти не могут. Ты его знаешь, наш мальчик живуч! За ним пошли сразу, как к тебе прислали украшения для волос. Да и люди Богома говорят, что искали, но не нашли. Должно быть, твой брат что-то заметил или понял, если бы он был у Богома, то они бы тебя шантажировали им. Увидишь, как только будет безопасно, он появится.
— Я могу вас осмотреть? — доктор деликатно напомнил о себе.
Низкое давление прописали лечить питанием, сном и спокойствием.
Позвали ужинать, объявили, что в семейном кругу. Омеги пошли в чём были, то есть в полупижамах домашних, без косметики, растрёпанные. Чимин и Тэмин в носках и тапочках, а Феликс так вообще, на босу ногу в шлёпках с помпоном, в штанах такого размера, что мог натянуть почти до носа и в огромной футболке, явно с чужого плеча.
Густой запах нескольких особей альф ни один из трёх омег не запеленговал сразу. Отвлеклись. Все трое разглядывали дом. Стиль хай-тек выгодно сочетался с вкраплёнными в него деталями интерьера из старинных произведений искусства. Утонченный вкус хозяина дома заслужил уважения… Вернее хозяев…
Чимин про них и раньше, конечно же, краем уха слышал. Неординарную пару оборотней альф обсуждали много раз. Что про них говорили?.. Оба красавцы, сильные, богатые, из верхушки оборотней, доминанты. Женаты друг на друге, как шли слухи — по большой любви!
Двойные двери распахнул дворецкий. Яркий свет кинул резь по глазам омег, Чимин отпрянул.
— Свет убавьте! — низкий, приказной голос.
Свет осел. Запахи нескольких оборотней окружали, брали в плен каждого из омег по-своему и своими индивидуальными оттенками. Феликс сглотнул, резко опустил голову. Чимин же уставился во все глаза.
— Animali — Тэмин, прикрывая остальных, шагнул вперёд с гордо поднятой головой, вздёрнув высокомерно губу.
— Спасибо за животных, — усмехнулся Намджун, отвечая на реплику Тэмина, — это просто факт нашей натуры.
— А я про вас, как про личности могу сказать пару слов. Предупредили бы, что у нас тут, практически, званый ужин. Мы, как-то, без приличествующих украшений заявились. Надеюсь, вы нас простите, — ехидничал Ли, усаживаясь на предложенном дворецким стуле.
Младшие омеги не смели поднять глаз, чувствуя себя немного как не в своей тарелке. Все альфы уже были одеты, как с иголочки (когда успели?) чистые, причесанные, дорогие костюмы и часы, запонки, перстни. Волки сидели и сияли, волна силы и мощи от них душила и возрождала Чимина, даже сильный голод отошёл на второй план.
Какой из двух типов голода? Голод тела больно и унизительно бил тяжёлым бубном в грудную клетку. На секунду его взгляд перехватил золотой с красной дымкой и сразу окутало спокойствием, как в кокон, словно он у себя дома и в кругу только близких людей.
Джин не уехал и не сводил глаз с Тэмина, молчал, думая, что на царственной внешности этого омеги, дорогие украшения будут в самый раз, он для них создан.
Хёнджин с Феликсом, как два ребёнка, избегали взглядов один в сторону другого. На альфе, поверх белоснежной рубашки и белого шёлкового галстука, был коричневый костюм, колечко в ухе, как подвеской, играло рубином в цвет глаз и волос.
У Хвана сжимались кулаки сами собой. Если в ресторане омега был красив, ухожен и сексуально одет, то сейчас он был такой, как по утрам после сумасшедшего секса обычно бывают, уставшие и измученные. Тонкая футболка почти не скрывала тёмно-розовых сосков и тонкой беззащитной шеи. Зубы зачесались и клыки вылезли неконтролируемо. Яркие веснушки, не замаскированные тональным кремом и пудрой, сейчас сильно выделялись на испуганном, почти детском, личике. Феликс старался не смотреть туда, куда его разворачивал запах имбиря и сосредоточился на огнях и тенях деревьев за окном.
Сели за стол. Ели почти молча. Альфы разглядывали омег, омеги альф… Вернее Тэмин всех обводил спокойным, насмешливым взглядом, сидя с идеально прямой спиной и ловко разделывая сочную курицу ножом и вилкой. Двое младших омег сидели рядом с опущенными головами и с поникшими плечами, ковыряясь в тарелках.
— Как устроились? — Вождь Чёрной Луны решил нарушить тяготившее всех молчание, явно обращаясь сначала к Чимину.
— Хорошо, спасибо, — почти неслышно пробубнил тот в ответ.
Хёнджин, в зеркале до пола, что было за спиной Феликса, видел, как тот болтает ножками под стулом. Это умиляло до снисходительной улыбки. Тапок, наконец, с грохотом упал с маленькой ступни. Кожа омеги по цвету стала приближаться прямо к цвету глаз оборотней в этой гостиной.
— Простите, — тихо-тихо от конопатого шалуна.
— Вас плохо кормят? Чего-то ни у одного совсем нет голоса, — Чонгук облизывал Чимина глазами.
— Хён, — Хёнджин бросил с предостережением фразу, но было поздно… Крупные слёзы запрыгали в тарелку Феликса с маленького носика.
— Милый, ну что ты их смущаешь. Наш будущий муж и его друг просто ещё не освоились в нашем доме и должно быть, после пережитых событий, ещё не пришли в себя, — стелил лепестками цветов и шелком Ви, обращаясь к Чонгуку и таким же сладким тоном к омеге, — Чимин, ты свободен от Богома, он мертв.
Парень вскинул на него голову испуганно моргая, открыв ошеломлённо рот.
"Красивый, вкусный. Хочу!" — Думал Тэхён, решив не ждать с объявлением главных новостей, подумав, что надо добавить объяснений:
— Он знал закон и я его тоже нигде не нарушал. Остальное обсудим завтра, когда придёшь в себя. Может, десерт сейчас вам больше подойдёт и вы хотя бы его весь съедите, а твоего брата мы ищем.
Чимин молчал, его пригвоздило от новостей и, если честно, от облегчения. Он не удивился, зная как волки поступают в таких случаях, что имели место быть, хоть и редко. Ежевичное мороженое, политое карамелью, съел до конца порции, как и Феликс. Уже не стеснялся, итак опозорились, выйдя к ужину в таком виде перед такими альфами, теперь куда уж больше!
Чонгук молчал, но когда первая порция кончилась, омегам, по одному кивку головы оборотня, подали вторую вазочку.
— Спасибо, — поднял на секунду глаза, — очень вкусно.
— Я рад, наслаждайся, — голос спокойный, обещающий… И последнее слово из фразы с подтекстом… Наверное… Явно…
Хёнджин сглатывал, жевал губу, щёку. Намджун, наклонившись к нему, шепнул, лягнув под столом:
— Дай парню прийти в себя. Ты его мысленно раздел и сожрал и это уже заметно неприлично.
Зрачки залили радужку, а Хвана словно приковали. Он уже представлял себе, как разорвал бы одним рывком эту футболку на омеге, зализал бы малюсенькие соски… Для начала… А парень словно провоцирует. Поправил слезшее на бок плечо футболки, не поднимая глаз. И тут омега поднял руку! Блять! Как в школе!
— Ты что-то хотел? — обратился Джун.
— Я могу вас попросить отвезти меня в одно место? — Захлопал длинными ресницами, — просто... просто… Там цветы… Они не могут без постоянного полива и ухода, — заикаясь и бегая глазами по лицам альф.
— В смысле? - решил уточнить Хёнджин.
— У меня цветочный магазин, — опять опустив голову, — Я в 5:00 утра должен быть там. Мне нужно переодеться и домой. Чим, прости, я завтра могу приехать, — виновато на друга.
"А ты сам как цветок экзотический," — думал Хван, не стесняясь опять разглядывал, наслаждался, наблюдая явно не только азиатскую кровь во внешности парня.
Оставаться одному в огромном доме с оборотнями — так себе удовольствие. С друзьями прощался неохотно, а люди Нама сообщили, что его брат покупал продукты в толстовке с натянутым до носа капюшоне. Искали по запаху и маленькому росту. Магнолия с ландышами очень-очень редкий запах. Но где засел омега, не успели вычислить. Хозяин ночного магазинчика, на периферии Пусана, поздно сообщил, что видел омегу маленького роста с запахом магнолии.
Тэмина повёз Намджун, а Феликса Сокджин, под недовольное сопение Хёнджина. А через час тот скинул ему геолокацию, подписав, что дом парня рядом с цветочной лавкой.
— Спасибо, хён. Буду должен.
— Ну-ну. Веди себя хорошо.
Когда все разъехались, была почти ночь.
Один альфа с одной стороны, другой с другой стороны. Сердце начало биться с диким стуком, омега вертел головой то в одну, то в другую сторону, не понимая куда же в первую очередь смотреть. Остановился на того, кто казался безопаснее, тот, что с огромными изумрудами в ушах.
— Что дальше? Что со мной будет дальше? — Еле-еле шелестеть голосом было визитной карточкой омеги в этот странный, длинный, тяжёлый вечер, перешедший в тревожную ночь.
— Может, хочешь другое сладкое или вина? Чтобы расслабиться, — глубокий голос и красота оборотня парализовали и притягивали.
Чимин отрицательно покачал растрёпанными вихрами, вытаращив глаза и не в силах их отвести. Лицо волка, как дорогое произведение искусства, не отпускало, показывало себя каждую секунду в новой грани, даже если на нём не двигался ни один мускул.
— Сладкий какой! — Думал Ким, наблюдая и пытаясь глубоко не дышать, чтобы не пугать омегу, у которого часто-часто билось напуганное сердечко.
От второго оборотня шла резкая, другая энергетика и голос ярче. Омега вздрогнул, обнял себя, часто - часто заморгал. Чон завис, ощущая, что у парня почти нет защитной оболочки в ауре, для альфы было так странно, он в первую встречу на это не обратил внимания, позволяя обоснованнее прощупать это сейчас. Почти как мыльный пузырь, почти прозрачная — дунь и оболочка исчезнет. Альфу это обескураживало и подкупало, парень почти беззащитный…
На Чимина, тот, что Чонгук, смотрел тёмными, ночными глазами, не отводя. Этот волк тоже был, по-своему, красив, но какой-то другой, более холодной красотой. Виски выбриты, пирсинг на губе и брови, хвост перетянут чёрной резинкой, правая ладонь забита татуировками с разными странными знаками, в ушах миллион серёжек колечками и гвоздиками.
"Рок-звезда" — прозвал омега в уме (лишь бы вслух не брякнуть).
Вино, всё же, принесли. Горячее, со специями, дворецкий поставил на низкий столик перед огромным полукруглым диваном, что стоял напротив камина из благородного серого, почти дымчатого, мрамора. Тэхён, пройдя в проходные двери в зал из гостиной, где они ужинали, жестом пригласил омегу. Сели. Пак в центре, оборотни по бокам.
— Хорошо устроился? — Ви излучал саму любезность.
— Да, господин Ким, — любезность на любезность.
Все тут были воспитанные, аж до скрежета зубов…
Омега из-под чёлки тихонько наблюдал за мужчинами, стараясь быть незаметным и сжимаясь в малюсенький комочек.
— Для тебя я Тэхён, — аккуратно и даже немного манерно, чуть оттопырив длинный, совершенный, по изяществу мизинец, держа бокал, подал Чимину.
Омега заметил, что и ели альфы по-разному. Чонгук ел более жадно, но было приятно за этим смотреть, вернее подсматривать.
Чимин пошевелил своими пальчиками.
Альфы, так же наблюдали за ним и переглядывались между собой, молча делясь мнением. Парень нравился обоим. Блядски красив, сексуален. Запахи от всех троих сгущались, а нараставшее напряжение даже вино слабо снимало.
Чимин сначала побелел, потом покраснел щёчками и начал облизывать и мять губки. Мужчины напряглись. От омеги запахло сильнее цветами и просыпающейся природой. А у самого Чимина, внизу живота, от обилия откровенных мыслей, обдало жаром. Стало стыдно, когда тебя разглядывают две пары наливающихся кровью волчьих глаз, внимательно исследуя как бушечку или скорее, как кусок сочного, вкусного мяса. А вот мяса-то в Чимине не так уж и много, он стройный. Но разве что на попочке и на ляжечках немного.
Чонгук напрягся, потому что даже тот «мыльный пузырь» защитной оболочки вокруг парня, пропал совсем. Омега сжал плечи, засунув ладошки между коленей и сидел с повинным видом. Ну и правильно делал, потому что повинен в неприкрытой природном эротизме, что разливал раскалённой сталью по венам оборотней, покрывая всё ароматом магнолии и сирени.
— Ты извини нас, отчасти мы виноваты, что вовремя не предвидели такой поворот событий. Но не один из оборотней нашей зоны не имел, последние года, ни одной проблемы, когда приходили за омегами. И если отказывали, то мы это понимали. Насильно, как в прошлые времена, никто не потащит из дома. Да это нарушение закона и договоров между людьми и волками, — объяснял Тэхён.
— Мы не звери, — поддержал Чон, — обычаи и законы надо уважать, на них держится мир и спокойствие. Я считаю, это честно. Мы защиту и вложение капиталов, а люди города и окрестностей нашей территории нам омег, для пополнения нашего рода. Заметь, без принуждения. Если омега замужем, мы не принуждаем никого, но отказ должен быть в глаза и тем или той, к кому сватается волк, один на один. Только если человек свободен, то обязан принять замужество и рожать детей. Тебя никто на аркане не тащил. Почему твой муж сделал такой глупый, бесполезно-жестокий поступок? Мы не понимаем. Но сейчас это неважно. Ты вдовец, мы выиграли в честном бою, ты наш и отпускать тебя никто не собирается.
Голова клонилась всё ниже и Чимин буквально глох от напряжения, но лучше признаться, чем носить в себе это и в любом случае, кто-то да расскажет волкам, что в семье у Пака любви и мира не было, брак, как таковой, был одной фикцией и Чимин ещё… девственник…
— Хочешь что-то сказать? — доверительно вопрошал Тэхён.
— Да, — на выдохе из ослабевших сознания и воли, — я думаю, даже уверен, что как Богом подумал, что я приму украшения… И…
Неземной альфа, с запахом травы, поправил двумя пальцами упавшую темно-коралловую прядь, вынув из нагрудного кармана бриллиантово-изумрудное перо. Воткнул его в волосы Чимина, уложив их лёгкой волной:
— И? Малыш, ты что-то хотел сказать?
Омега мелко дрожал. Его укутывала двойная сильная аура. А Чонгук, слегка развернув его к себе, правой рукой воткнул второе бриллиантовое, с фиолетовыми драгоценными александритами перо, прямо рядом с первым, держа взглядом и затягивая в чёрные омуты, вытирал пальцами слёзы парня:
— Они теперь твои по праву и ты под нашей законной протекцией и защитой. На днях нам нужно предоставить властям доказательство, что мы действовали в рамках закона и максимум в течение трёх дней, мы с мужем обязаны жениться на тебе в присутствии судьи и свидетелей.
Омега согласно закивал головой, чувствуя, как сзади его гладит горячая сильная рука по спине, успокаивает, вводя в некое расслабляющее отупение.
— Если тебе есть, что сказать, то сделай это сейчас. Теперь ты в этом доме и мы уже послезавтра поставим тебе метки и тебя никто и никуда больше не отпустит. Ты нам подходишь и ты свободен, ты вдовец по закону. Наши звери реагируют на тебя и ты нас тянешь. А это очень тяжело, чтобы найти двум женатым альфам одного омегу подходящего обоим. Так что ты — наш счастливый билет и рождение детей мы не собираемся откладывать, — дополнил Ви.
Чимин начал громко икать, размышляя, что сдаваться нужно сейчас, но не зная, как к выдаче этой информации подойти. Поданная Чонгуком вода пришлась кстати. После трёх больших глотков, отступать уже было некуда:
— Я девственник, — одним махом, закрыв от стыда лицо.
— Мы догадывались, — со смешком от «рок-звезды».
— Ты пахнешь как девственник, — это от «лорда Байрона» (как прозвал главу клана Чёрной Луны Чим в уме) — но этого альфы людей не могут учуять, только мы волки.
Выдох, дыши Чимчим, дыши.
— Ну! А вы говорили про детей… Я должен буду вынашивать одного за другим? Я что-то, простите, недопонял, — выпучил испуганные глаза, уставившись на Тэхёна, именно он говорил об этом.
— Молодец, задал главный вопрос! Я ждал, — оборотень глубоко вздохнул, встав напротив Чимина, подойдя почти вплотную к его коленям, а слева подпирал Чонгук и омега старался не касаться того бедром, несмотря на широко расставленные ноги волка. — Видишь ли, — Чимин поднял голову к красавцу, ощущая колоссальную энергетику и преимущество альфы, а тот продолжил. — Я глава и только мой кровный сын, по закону, имеет право рода возглавить стаю. Но мы с Чонгуком решили, что наши дети будут двойней и по папе единоутробными. К тому же, если у Джей Хоупа больше не будет детей, то кровный сын моего мужа имеет полное право сесть на трон Красного Солнца. А если нет, то будет поддержкой брату здесь.
Чимина от новостей ещё больше прибивало к дивану, но кое-чего он ещё недопонял. Захотелось еще вина, пьяному море по колено. Ну или хотя бы озерцо.
Все трое тяжело держались. Инстинкты, при такой близости тел и замесе запахов одного на другом, били по мозгу и выкручивали мускулы. Альфы сглатывали постоянно, разговор нужно довести до конца и не распускать в этот момент руки. А омегу полапать и помять очень хотелось. Чонгук с Тэхеном кидали друг другу много говорящие взгляды через голову парня.
— Мы лишим тебя девственности, поставим метки и сделаем подсадку эмбрионов искусственно в клинике, — ошарашил Чон одним махом.
— Не бойся, мы будем действовать очень аккуратно и всегда рядом. Будем поддерживать тебя, — закончил «хороший полицейский» приговор после «плохого полицейского».
На том и разошлись спать.
