Чёрная луна и красное солнце в аромате магнолии

— Босс, там омега на воротах. Говорит, что у него какое-то важное дело, касается Пака. Намджун, задремавший или просто глубоко задумавшийся на кресле в кабинете, вынырнул из опасного омута таких желанных и непозволительных фантазий. Он глубоко вздохнул ...Его вовремя остановили, потому что то, что начало впитывать в эти дни его подсознанием, ему совсем не нравилось. С первых минут, что он увидел Чимина, что-то слишком уж животное всколыхнула в нём внешность парня. Ему, конечно, и раньше очень нравились многие омеги, секс для него был неотъемлемой частью жизни. Альфа его любил, любил пожёстче, со страстью, но без жестокости со своей стороны, растягивая удовольствие. Перепихоны на один раз случались очень и очень редко в его жизни, он предпочитал постоянных любовников. Иногда имея двух-трёх одновременно, в этом количестве, скорее ища качество, пытаясь собрать его во всех них то, что хотел бы видеть когда-нибудь в одном. Если бы Чимин еще имел тёмные волосы, то Джуну было бы тяжело, потому, что ему нравились брюнеты брюнетки, а всем ароматам он предпочитал цветочные. За омегой, что сейчас готовился стать папой детей Тэхёна и Чонгука, Нам наблюдал с удовольствием эстета. Весь Пусан знал, что Ким Намджун абы кого в свою постель не положит. К омеге, в этом случае, многое предъявлялось, от претензии на интересного собеседника до абсолютной ухоженности, граничащей с фанатизмом, одной красотой здесь было не обойтись. Этого оборотня заполучить в любовники мечтали многие. Он был щедр, галантен, а главное, сладко горяч, если верить обширным слухам. На фразу охранника вопросительно поднял бровь. — Что говорит? Почему-то лень накрыла и совсем не хотелось вставать, давала о себе знать усталость последних дней и отсутствие уже почти две недели секса. Он без зарядки словно аккумулятор садился. — Мистер Ким, он с какой-то сумкой, с вещами. Странный. Оставили за территорией, на въезде у ворот. Джун снял серый шёлковый галстук и оставил его вместе с пиджаком в кресле, где раньше сидел. Подошёл к рабочему столу, включил мониторы камер наблюдения. Маленький рост, узкие плечи, стройный, вроде бы. Длинная тёмно - синяя куртка с поднятым капюшоном, прикрывающая до верха бедра, очки и тонкая чёрная шапка, закрывающая цвет волос, большая сумка около ног и маленькая через грудь наперевес. В принципе, мило. Захотелось рассмотреть поближе. Какое-то звериное любопытство, на которое среагировал не только сам альфа, но и его волк внутри, что бывало редко. — Говорит, что-то важное, скажет только вам. — Ну, веди сюда. Парнишку втолкнули в кабинет, а Ким жестом велел охране выйти и закрыть дверь. Ярко на стенах горели светильники, их вполне хватало, чтобы рассмотреть неожиданного гостя. Он так и зашёл, таща тяжёлую, забитую до отказа сумку и слегка пыхтя под её жестью. Обыскали и просветили — омежьи вещи, косметика. Странный... — Ну? Можешь, кстати, снять шапку и куртку. Я с тобой говорю только потому, что ты назвал имя Чимина. — Здравствуйте. У Джуна полезли вверх брови. И не только от неожиданно спокойной вежливости, сколько от голоса: — Я к вам пришёл потому, что мне до господ Чона и Кима было не добраться, к вам легче. Альфа резко встал, в два шага пересёк расстояние между ними, а омега тем временем стащил шапку и расстегнул куртку, оттянул ворот чёрной, кружевной водолазки — запыхался, пытаясь отдышаться. Альфу встретили два, теперь уже немного напуганных и заплаканных, карих глаза, поднятые к его лицу. Запах магнолии с ландышем поливал кожу оборотня раскалёнными углями. Тёмно-розовый рот парня чуть приоткрылся. — Я — брат Чимина, мы близнецы. Вы не знали? Меня зовут Милагрос, Милли. Нам тряхнул головой, чтобы хоть немного начать трезво соображать, потому что запах весеннего цветения свел мышцы живота, а сильно похожий, но с лёгкой отличительной хрипотцой голос, как у Пака, продолжал: — Я знаю, что Чим у ваших вожаков. Я прятался от Богома, потом за мной следили какие другие люди. Решил выйти к вам, пока не нашёл, как это сделать безопасно, прошло уже несколько дней, — выплеснул всё махом, переведя дыхание. — Тебя искали. Мы надеялись застать тебя дома, когда поймёшь, что всё в порядке. А искали люди Красного Солнца, потому что у нас, после гибели бывшего мужа Чимина, было много разборок с властями, с его поместьем, с его бывшими людьми, словом, много дел и на всё нас не хватало. Джей Хоуп, старший брат Чон Чонгука, дал своих людей в помощь, — объяснял Намджун, расстёгивая три верхние пуговицы рубашки, потому, что магнолия поглощала его и утягивал на дно своей одуряюще прекрасной пропасти, действуя, как тяжёлый наркотик, заставляя вырываться некотролируемое безумие, а лёгкий шлейф ландыша ей в этом помогал, связывая альфу крепкими путами. —Ты пахнешь...Это как прямая провокация. Мы же волки, мы чувствуем лучше и сильнее любого человека запахи. Хоть уже столетия и не превращаемся в животных, функции - то остались многие.Тебе опасно было сейчас сюда соваться! Мускатный орех альфы заставил пройтись по телу Милагрос приятную истому, дурманя. — Я забыл таблетки купить, вернее, не успел. Сначала прятался, но ещё больше недели до течки. Я думал, что я смогу, я не знал, извините. — Словно оправдываясь, тараторил омега и мял шапку в руках, заломив аккуратные бровки. — Ты смелый, пришёл сам к нам. — Я не смелый, я брата люблю, —севшим голосом, скатившимся для Кима на границу недозволительной сексуальности. Это, сука, предел всего! Парень не поднимал больше головы и лучше, а то зверь у Джуна захотел прижать его к стене и провести по коже языком. ЗАПАХ! ВКУСНО,БЛЯТЬ! ВОЗБУЖДАЕТ сумасшедше. Нравится даже розовый цвет волос. У оборотня тоже сел голос: — У него уже стоят метки, он в особняке у вожаков и оттуда уже никуда и никогда не уедет. Он их по закону. Доктор его проверял, он ослаб после меток, но перенёс достаточно неплохо. Да, наши метки, это не просто укус человека. Слёзы жгли и капали на красивые ботиночки из серой, серебристой крокодиловой кожи, а потом омега чисто разревелся в голос, плача и прикрывая рукавом глаза. Расплакался от усталости, от многих дней в напряжении и переживании, от того, что мускат волка толчками слабил ноги и приятно придушивал, как в постельных играх. Нам, схватив Милли легонько за плечо, пихнул в кресло и подав воды, чуть дольше задержался на маленьких, розовых пальчиках. Омега, от легкой истерики, этого даже не заметил, благодарно приняв стакан. Высморкался. Не стесняясь, по-детски, в бумажный носовой платочек. Альфе почему-то не было противно, а сексуальный интерес набирал обороты, несмотря ни на что. Член в штанах отзывался лёгкой, приятной пульсацией. Потом надо будет спустить... Кончить... Трахнуть кого-то... Парень обреченно повесил голову, засунул руки между ног. — Он перенёс хорошо, не переживай, что ему было больно. Подумай сам, есть очень приятный, общепринятый способ ставить метки у волков, — Намджуна эта беседа уже веселила. Омега поднял растерянную моську: — Они его?.. — Да. А как иначе! И тебе нужны блокаторы. У меня в доме одни альфы, — сглатывая, нервно закончил Ким. Почему-то захотелось с парнем говорить чуть резче, грубее и провоцировать на фривольный, откровенный разговор о сексе, пусть даже о чужом. Наблюдать за эмоциями на чувственно - нежном лице в этот момент. — Простите, я пойду. — Что за сумка? — А? Я думал, что меня отвезут к брату, — грустно - грустно. — Ой.. В спину словно вставили спицу и Милагрос не смог сдержать спазм на лице от боли, схватившись за поясницу. Прошиб пот, глаза альфы напротив загорелись насыщенным красным. Волна белых цветов ароматом вырвалась из маленького тела напротив Намджуна и его зверь понял, что зверь омеги ответил на его древний зов и даже позвал. « Контроль, контроль, возьми себя в руки. Это всего лишь предтечный омега,» — думал Нам, скрипел зубами, а клыки уже было не скрыть. Руки обнимали за бёдра хрупкое тело, нагнув к столу лицом и оттягивая непроизвольно попку парня назад. Волк тёрся через брюки горячим членом между двух половинок, лосины парня пропитались смазкой и даже на чёрной ткани было очень заметно пятно. Джун с удовольствием смял половинки, пачкая пальцы. — Не надо...Мне нужно домой, — дрожа и вдыхая мускатный орех оборотня. — Не буду. Я не возьму тебя, —дышалось более чем тяжело, — но ты знал, куда шёл вообще-то, в логово волков. Но я буду джентльменом. Милли сам тёрся, задрав одну ногу на стол, скрёбся по нему ноготками. Альфа сглатывал тяжёлую слюну с запахом магнолии, размашисто бился бёдрами о зад почти распятого парня. Засадить бы можно и никто не помешает и не осудит, парень сам пришел, по доброй воле, да ещё перед течкой. Но Намджун никогда такого не делал, он уважал смелость парня, и вообще, альфе нравилось, когда всё по доброй воле, взаимно. Так слаще! Когда отдавались и больше отдавали. А вот петтинг в этой ситуации, спасёт обоих и позволит взять передышку, ато цветы уже взяли лёгкие Кима в плен. Горячие сильные пальцы альфы осторожно и умело гладили через штаны, уже очень чувствительный член Милагрос. — У тебя такое нежное имя, — совсем молчать Нам не мог, сжимая и рыча, животное всё-таки на 50% присутствовало в его генетике... Милли было стыдно, тело кололо мелкими иголочками, но перестать тереться текущей попкой о член альфы и толкаться в его руку, в данный момент, он просто не мог перестать. Мозги затуманились и хотелось кончить, а эти руки на спине и бёдрах многое обещали! Спустили оба!...Джун отпустил омегу.Тот безвольной куклой соскользнув на пол на ковёр, откинулся на спину, раскинул руки. Распят. Мокрый спереди и сзади. Дышал тяжело, смотрел немного испуганно, но в то же время благодарно. Оборотень вытирался сухими салфетками, глядя на парня на полу. Порвать бы, кончить в него, засадить и смотреть сверху, как его член распирает нежную дырочку, входя до самых гланд. Сверху бы посадить на себя. Или его ноги себе на плечи, красивые у омеги ноги. Сам чуть худее брата. Сейчас альфа лучше рассмотрел. Парень чуть более хрупкий, на Чимине мяса побольше. Но похожи дико. Только цвет волос и запах спасают, чтобы не спутать. — Здесь больше запахов и энергетики Альф волков, наша аура более сильная, чем у людей, и это спровоцировало твою течку прийти раньше. Я вызову доктора, сделают укол, течку остановят, но пока будем решать, что с тобой делать, — протянул уже севшему на попку парню салфетки. — Не красней, это физиология. Мы же не трахнулись! А вот для Милли то, что делали они, более интимно почему-то, чем пресловутый половой акт. — Отвернитесь, пожалуйста. У меня есть одежда, я переоденусь. — О! Да ты сюрпризом! Ну хорошо, пока переодеваешься, я спрошу, — альфа слышал, что омега возится в сумке. — Задавайте. Звук снимаемой одежды.... И очень хотелось повернуться, отправлял смс начальнику охраны, вызывая дежурного в поместье доктора: — Где ты был, когда мы шли в квартал и почему не объявился раньше? — Ну, я был в одном месте. — Договаривай, я всё равно сам узнаю. — Я паршивая овца в стаде, и редко появлялся у брата, особо про меня никому не рассказывали. Всё, можете поворачиваться. Леггинсы заменились на темно-синие джинсы. — Чего же в тебе такого? — Нама явно веселила эта ситуация. Что же могло быть в этом парне?! — Я увлекаюсь танцами профессионально с детства, пилатес преподаю и йогу. Два раза в неделю подрабатываю стрип-клубе, — заявил с таким лицом, словно работает в булочной. — ГДЕ?! — В одном стрип-клубе, и вас я видел там, несколько раз. ,,Голубой лотос". Тут Джун онемел и захотелось выдать: — Я бы тебя запомнил. Но сдержался, ответив: — Я тебя не помню. — А вы всегда не один. Я или заканчивал номер и вы только заходили, или я ещё не выступал, а вы уходили уже. — Я твой запах не чувствовал, хотя там столько людей, мог и не различить, — волк сузил глаза, парень закидал сюрпризами. — Я на блокаторах на ночной работе, а в течки дома. Я же не самоубийца и не камикадзе. — А как тебя зовут в клубе? Где я, кстати, один из владельцев. — О, а я общался только с Бан Шихёком. Хитрая лиса и давний друг, один из умнейших людей города, владелец казино и картинной галереи. Бан Шихёк клуб вёл один, деньги делили пополам, в доле был ещё брат самого Шихёка, что наведывался иногда, живя, в основном, в Японии. Омега, насупившись, молчал и стоял с опущенными глазами. — Я вопрос задал! Как тебя зовут в Голубом Лотосе?! — в голосе альфы прозвучали нотки брезгливости. — У вас штаны мокрые. Вам не мешает? Может хотите переодеться? — омега занервничал, чувствуя новую волну жара, — а врач скоро? — Я жду! — голос немного злой, раздражённый. — Мальвина. Комбо! Шихёк показывал записи с камер в зале, говорил, что есть омега — это что-то особенное! Но Джун не трахает из своего же клуба никого. Принцип. И не воспринимает как потенциальные объекты для своей постели, склоки в коллективе не нужны и фавориты тоже. Но если уж честно, Нам всегда считал омег, что танцуют в ночных клубах, ниже уровня и ему не пристало к себе таких приближать. Он отбирал то, что клал в свою постель, очень тщательно и те, кто голой задницей перед всеми вертят, недостойны его члена. В дверь постучали. Доктор. Пусть делают укол. Блокируют течку и увезти парня из своего дома! Почему увезти?! Когда ТАК хочется оставить !! Хочется?! Да!