Третья совместная миссия

Доехав на попутных повозках до нужного города, компания из четырех человек расположилась в ближайшей гостинице у подножья гор. Для соблюдения образа путешественников им необходимо было останавливаться в разных местах на пару дней, прежде чем обосноваться в конечно заданной точке. В подножье гор был большой и бурно процветающий поселок. Это была Мекка развлечений для молодежи, сюда съезжались для веселого отдыха множество молодых парней и девушек со всей страны Огня. Здесь была тьма клубов, баров и парков развлечений. И здесь же просто необходимо было отметиться на несколько дней шиноби Конохи под прикрытием. — Не знаю как вы, но я хочу остаться здесь подольше. Генма провожал взглядом стройные ножки в коротких юбочках, гоняя зубочистку из одного угла рта в другой, пока остальные расписывались на ресепшене. — Блин, быстрее бы вечер. Не терпится уже хорошо провести время, если вы понимаете, о чем я. Продолжил Ширануи, когда они сели за обеденный стол. — Понимаем, понимаем. Не нужно повторять это еще десять раз, Генма. — Асума равнодушно разглядывал меню. — Вы тухлые и скучные. Никто не поверит, что вы приехали сюда развлекаться. — Генма положил подбородок на кулак. — Вот тебе, Сарутоби, точно нужно приударить за какой-нибудь коротенькой юбочкой. — Я уже определился с юбочкой, других не надо — Асума даже взгляда от меню не оторвал. — Хм, ну да, ну да. А ты Какаши? Я знаю, что у тебя есть определенные предпочтения, но в этом озере полно рыбки. Какая-нибудь да сгодится, ведь так? Хатаке только равнодушно пожал плечами. От его внимания не ушло, как сощурились глаза чунина, а губы сложились в тонкую ниточку. Буквально на мгновение, пока он не взял бокал с водой и не начал пить. — А ты, Ирука? Как насчет вставить кому-нибудь? Ирука поперхнулся водой. — Подбирай более деликатные выражения, пожалуйста — Скосился на Генму Асума. — А что такого? Я лично видел, как он перерезал десяток глоток…- Какаши больно пнул его под столом. — …На свиноферме! И даже бровью не повел. А разговоры про секс должны его смутить прям. Так что, сенсей? Настроен потрахаться сегодня? Ирука покраснел до кончиков ушей и не поднимал глаз. — Неужели, сенсеееей? Девственник? Внатуре? Тебе сколько, двадцать? Генма был в восторге. Он повернулся к нему корпусом и даже вынул зубочистку изо рта. — Двадцать один. — Поправил его Ирука тихим голосом. — Да я уже в пятнадцать трахал всё, что движется! Ты как дожил-то до этого дня, Ирука? — Генма, завали. — Строго зыркнул на него Какаши. — А что? Я про тебя вообще молчу. Твой список давно перевалил за трехзначное число. И это только девочки, а уж сколько наших под Шаринганом Какаши полегло! — Генма дерзко подмигнул товарищу, но тот не спускал взгляда с Ируки. Прекрасно видел, как смуглые пальцы побелели в костяшках, сжимая стакан. Да и стакан уже готов был треснуть. — А ты, Ирука? Мальчики, девочки? Все и сразу? Готов организовать тебе незабываемый первый раз, я сегодня добрый. Зубочистка вернулась в нагло лыбящийся рот Ширануи. — Сенсею помощь не нужна, он из нас самый симпатичный. А еще обходительный и воспитанный. Такие нравятся девушкам и без помощников. — Ухмыльнулся Асума. — Так то девушки. И то не все. Некоторым нравятся грубые неотесанные болваны. — Вроде тебя? — Не упустил шанса вставить шпильку Какаши. — Меня, тебя, неприступная холодная глыба. Ну а еще есть вероятность, что нашему сенсею по душе парни. А, Ирука? На кого ты обычно дрочишь? — Так, что-то я совсем не голоден. Умино с вымученной улыбкой поклонился старшим и ушел. — Доволен, блять? — Зло зыркнул Какаши. — А что я такого сказал? — Искренне удивился Генма. — Забей, это бесполезно. — Махнул рукой Асума и начал делать заказ подошедшей официантке. Какаши все же заказал рамен для Ируки и взял несколько моти. Постучал в дверь и дождался, когда чунин откроет. — Какаши-сан, это вы. Что-то случилось? — Вот. Держи. — Спасибо. Вкусно пахнет. — Умино растянул губы в благодарной улыбке, пропуская Какаши в комнату. — Не против, если я сразу начну есть? Мой желудок сводит меня с ума. — Конечно, приятного. — Спасибо. — Умино схватил палочки и жадно набросился на еду. — В Ичираку вкуснее, да? — Да. Дома вообще лучше. — Жуя ответил чунин. Какаши улыбался, наблюдая, как Ирука поглощает рамен и как быстро исчезают моти. — Еще раз спасибо, Какаши-сан. Хотите чай? — Да. Почему бы и нет. Ирука с улыбкой поднялся и начал возиться с чайником. — Я знаю, что вы любите чай на полевых травах, но в этих местах отличный сорт зеленого. Я взял в чайной лавке утром на пробу… — Откуда? — Из чайной лавки. — Растерянно хлопал ресницами Умино. — Откуда знаешь про мой любимый? — Аа… Ну, услышал случайно. От Майто-сана. — Мы с Гаем никогда не говорили о предпочтениях в напитках. — Тогда может быть от Анко, я уже и не помню. Просто как-то отложилось в голове. — Ирука протянул ему чашку. С Анко Какаши тоже не говорил о таких вещах, как и ни с кем другим, но об этом уже решил промолчать. Странно, что Ирука в курсе такого секретного факта о нем, но приятно. Почему-то, очень приятно. — Какие у вас планы на вечер, Какаши-сан? — Нарушил тишину Ирука. — Идем в клуб. Ты разве нет? — Эм, да. Теперь уже точно да. — Неловко улыбнулся чунин. — Вы танцуете? — Нет. Я пью за барной стойкой. Ирука рассмеялся. — А вот ты потанцуй. — Хотите посмотреть, как я позорюсь? — Исподлобья взглянул Ирука. — Мне кажется, что такой гибкий парень, как ты, не может плохо танцевать. — Гибкий? — Я видел тебя в бою и на тренировках. — В таком случае вы должны танцевать просто превосходно. Лучше всех. — Нет, лучше всех танцует Третий. — Ха! Боже… Они болтали еще с полчаса, прежде чем Какаши ушел. Встретились уже в полном составе ближе к вечеру и направились в ближайший бар. Первая бутылка саке расслабила. Вторая развязала язык и добавила смелости и раскрепощенности некоторым чунинам. Ирука подсел ближе к Какаши и прошептал, чтобы слышал только он: — Смотрю вам в джинсах не так уж и неудобно. — Это прикрытие, чтобы никто не утянул на танцпол. — Даже я? Я бы хотел потанцевать с вами, Какаши-сан. — Хм, посмотрим. — На мое поведение? Какаши отстранился подальше. Горячее дыхание у самого уха и близость желанного тела пьянили похлеще саке. А практически прямолинейные заигрывания чунина грозились снести ко всем хуям хваленую выдержку копирующего. В этот момент Генма вскочил на ноги и потянул всех в клуб. Громкая музыка, мигающий свет, и толпы народа извивающихся в такт захлестнули с головой у утянули куда-то в другое измерение. Где совсем потерян счет времени, совесть и количество выпитого. Какаши отпил из своего бокала и повернулся к танцполу, облокотившись локтями на барную стойку. Черт, лучше бы он этого не делал. Не смотрел, не искал в толпе широкоплечую смуглую фигуру. Белые зубы, майка и брюки светились в неоновом свете. Ирука двигался в такт громкой быстрой музыки, но для Какаши он был словно в замедленной съемке. Движения казались плавными, тягучими. Тело извивалось змеёй. Всё в нем, от макушки с высоким хвостом до умопомрачительных длинных ног, казалось гребаным волшебством. Произведением искусства. Какаши залпом осушил новую стопку и заказал еще. В какой-то момент он потерял счет выпитому. А еще потерял из виду Генму и Асуму. Ну последний хотя бы предупредил его, что уходит. А вот с Ируки он глаза не спускал. И засранец как будто чувствовал это, как будто танцевал только для него одного. И когда музыка сменилась медленной, и все разбились по парам, Ирука проигнорировал все предложения и направился к барной стойке. Сразу потянул за руки, не давая и шанса отступить и отказаться. А Какаши и не собирался этого делать. Сам резко притянул к себе горячее, вспотевшее тело. Ирука ткнулся лбом в его, обвил руками шею. Ладони Какаши огладили его поясницу и нырнули в задние карманы брюк. Хатаке не удержался, сжал в пальцах ягодицы. Упругие, крепкие. И даже через громкую музыку услышал сорвавшийся с пухлых губ стон. И губы эти еще закушенные, покрытые корочками, что так и хочется облизать и втянуть в рот. И близко так, как никогда. Даже ближе чем во всех грязных фантазиях. А в пьяных, развратных глазах только огни софитов и желание. Какаши рывком развернул Ируку спиной к себе. Чунин не растерялся, потерся попкой о его пах, уже чувствуя крепкий стояк через ткань джинс и собственных брюк. Запрокинул голову на плечо Какаши, обхватил рукой его шею, запуская пальцы в жесткие волосы на загривке. Хатаке сглотнул. Немыслимо горячее, податливое тело плавилось в его руках. Ирука каждым полупьяным взглядом, каждым плавным движением бедер кричал «возьми меня, хочу». Запах его волос, едва уловимый запах пота и геля для душа с бергамотом кружил голову. Какаши сжал открытую шею, почувствовал, как дернулся под ладонью кадык и сильнее вжал Ируку в себя другой рукой. Под пальцами скользила влажная от испарины кожа. Гладкая, нежная, горячая. Как на горле, так и на тазовой косточке под его пальцами. Ирука простонал громче, у самого уха. Выгнулся дугой, прогибаясь в пояснице кошкой. Это был уже не танец. Это был секс. Член Какаши уже истекал смазкой, раздавленный тисками плотной ткани джинс. Будь они прокляты тысячу раз. И больше всего на свете сейчас хотелось сложить печати и перенести их обоих в номер Какаши. И продолжить танцевать уже там. Но разве можно было? Нет. У них совместная миссия, которая только началась и неизвестно как долго она продлится. Испортить все сейчас глупо и безответственно. И как бы не хотелось, как бы не дурманил голову алкоголь, запах, взгляд, голос и горячая кожа, нельзя было забывать об этом. Даже сейчас Какаши понимал, что как бы ни было хорошо ночью, утром он взгляда этих карих глаз не выдержит. Это будет в разы больнее, чем раны в бою. Такое не вылечить медицинскими дзюцу. И Ирука этого совсем не заслуживает. Медленная музыка сменилась быстрой. Снова басы били по перепонкам. А Ирука снова был лицом к нему. Близко. Почти касаясь его маски носом и пухлыми губами. — Спасибо за танец, Ирука-сенсей. — Какаши… сан… Хатаке отстранился, отступил на шаг прежде чем развернуться и уйти от глаз полных желания и мольбы. За барной стойкой заказал еще порцию выпивки и наконец взглянул на троих парней рядом с ним. Каждый из них пытался привлечь его внимание весь вечер, правда безуспешно. Сейчас же Хатаке решил выпустить пар. Яйца уже болели и это было просто жизненно необходимо копирующему. — Ты. Пойдешь со мной? Он кивнул смуглому парню с длинными волосами. — С тобой куда угодно, красавчик. А если покажешь, что под маской сделаю скидку. — Обойдешься. Он потянул его за руку в сторону выхода из клуба. По пути в отель он сначала чувствовал чакру Ируки, но потом перестал. А шлюшка, которую он выбрал за сходство с чунином, всё не затыкалась. — Мм, у тебя такие сильные руки. Детка, ты скажешь хоть слово? Может все же снимешь свою маску? Рука нагло потянулась к его лицу, но Какаши вывернул его кисть быстрым выверенным движением. — Ай, больно. — Не суй свои лапы куда не следует. — Ох, ну прости. И во время секса не снимешь? — Нет. — Ну и ладно, буду довольствоваться тем, что не скрыто. Уверен, у тебя огромный хер. Его то мне покажешь? — Я заткну им твой рот. И хвост завяжи на затылке. — Зачем? — Так нужно. Уже в коридоре, подходя к номеру вместе с шлюшкой с хвостом темных волос, Какаши обернулся к нему: — Резинки есть? — Издеваешься? У тебя разве нет? — Тц. Жди здесь. — Уж дождусь тебя, красавчик, поверь. Палец парня огладил кубики пресса Какаши через футболку, но он отдернул его руку. Противный и настырный. Но как Ируказаменитель годится. Есть между ними какое-то сходство и этого достаточно на сегодняшнюю ночь. Он направился к ресепшн, там точно найдутся все необходимые вещи. Только вспомнил, что просадил все наличные, что взял на выпивку. Остальное в номере, нужно вернуться. Но Какаши замер за поворотом от лестницы к номерам. Из этого укрытия было отлично видно весьма любопытную сцену. Ирука подошел к парню, прислонившемуся спиной к стене и лучезарно улыбнулся. Почти искренне, как могло показаться со стороны, но Какаши знал, что за этой улыбкой скрывается опасность. — Оо смотри-ка… — Парень улыбнулся в ответ и переводил палец с него на себя и обратно. — Да-да, как в зеркало смотришь. Только треснутое — Ирука потрогал свой шрам на переносице, его улыбка сменилась на угрожающе холодный прищур. — Вали отсюда, если не хочешь, чтобы я сделал тебе такой же. — Что? — Парень напрягся и сжался как пружина под взглядом чунина. — Пошел прочь, говорю. — Я здесь не один вообще-то. Так что это ты свали. — Какой же ты непонятливый. Объясню яснее. Движения чунина были быстрыми и сильными. Шлюшка не успела даже дернуться, а теперь испугано лупала глазами, прижатая к стене. Перед глазами парня блеснуло острие ножа, а в горло утыкалось смуглое предплечье Ируки, мешая нормально дышать. — Повторю еще раз. Вали отсюда. Иначе не только ебало порежу, но и хер твой оторву и в жопу тебе засуну. Понял? Ирука улыбнулся снова. Его милое лицо сейчас выглядело угрожающе страшным. Даже Какаши округлил неприкрытый глаз. А шлюшка и подавно была в ужасе и обливалась холодным потом. Да уж. Сенсей полон сюрпризов. Умино отпустил его и тот еле удержался на ногах, сползая по стене. — Больной долбоёб, блять… — Брысь. От ложного выпада Ируки, парень со всех ног понесся прочь. А Умино остался стоять с торжествующей ухмылкой. — Выходите, Какаши-сан. Хатаке не стал скрываться дальше, вышел в коридор и встал напротив. Он не мог скрыть восхищения во взгляде. Черт возьми, Ирука был сейчас горяч как никогда. — Что это было? — А, это? Ширануи уже скупил все презервативы внизу, а вам нельзя сорвать миссию, подцепив какую-нибудь заразу. Вот решил вас выручить. — То есть я должен сказать спасибо? — Ой, что вы, не стоит благодарностей. — Махнул рукой Ирука, продолжая улыбаться. — Спокойной ночи, Какаши-сан. Он сказал последние слова с настолько ядовито-приторной интонацией, что Какаши не сдержал усмешку. Ревнивый. И после увиденного еще больше желанный. — И вам спокойной, Ирука-сенсей. Дверь за чунином закрылась и Какаши отворил свою. Рука сразу потянулась к пачке салфеток.