Третья совместная миссия

Шестой Хокаге стоял у окна в своем кабинете, любуясь видом вновь отстроенной Конохи. Позади потерянные навсегда друзья, товарищи, Третья война шиноби. Левый глаз, уже прежний, черный, не давал того дискомфорта, что шаринган. Миновало многое. И хорошее, и плохое. Но тяжелее всего по-прежнему давалась разлука. Закатное солнце упало за горизонт, одаривая на прощание насыщенной розовой краской безоблачное небо. — Я скучаю, Ирука. Выдохнул шепотом Шестой. — Меня не было всего три дня. Все тот же полный бодрости, радости, лукавой улыбки голос за спиной. — Ну наконец-то вернулся. — Вообще-то должен был завтра. — Недовольно хмыкнул Ирука, подходя ближе. Он был сразу подхвачен сильными руками и усажен на стол. Какаши встал между его широко разведенных ног, расстегивая его форменные штаны, пока Ирука сам, не теряя времени, стягивал с него маску и хитай. — Мне всегда тебя мало, ты же знаешь. — Может поговорим сначала? В качестве исключения… — Нет, приподнимись. Штанина повисла на одной ноге, жилет и водолазка и вовсе остались на месте. А Какаши только приспустил свои брюки. — Оо… Какаши… — Поцелуй меня. Спустя сорок минут, уставшие, взмокшие и счастливые, снова одевались, поправляли друг другу форму. — Как Император? — Дядя хорошо. Нянчился с его детишками. Они слишком разбалованные, не то что здешние. Предложил ему взять их в Коноху на перевоспитание. — Это было бы эффективно. Только ты сможешь сотворить чудо и привить дисциплину самым безнадёжным и отбившимся от рук. Только одна промашка все никак… — Не говори так о Наруто. Промашка. Он замечательный и вообще молодец. — Молодец. Скорее бы уже стал джонином и сменил меня. — Что ты так торопишься? — Я никогда и не хотел быть Хокаге. И по факту, Хокаге — это ты. — Не говори ерунды, я только внештатный советник. — Советник. Мой и Императора. Я без тебя могу принимать лишь пустяковые решения. — Еще есть Шикамару. — Вот вы вдвоем и главные. Я уже хочу сдать пост и только и делать, что валяться с тобой в обнимку. Кстати, пошли. Рабочий день уже закончился. Хатаке даже не стал уходить в окно, как обычно. Обнял Ируку и сложил печати перемещения. — Только не садись за работу, прошу. — Капризно поканючил Какаши, утягивая его на кровать, попутно снова раздевая. — И не собирался. Поэтому и пришел на день раньше, чтобы просто побыть вместе. Академия подождет. — Сегодня снова думал, что было бы, останься ты тогда. — Но я же вернулся. К тебе. — Но тогда ты сказал по-другому. — Снова будешь предъявлять мне это? Если бы я знал, то не стал бы говорить так. Ирука устроился у него на плече, слушая под ухом размеренный стук сердца. Какаши повыше натянул одеяло. Зеленое, с сюрикенами. Ирука отказывался от любых других расцветок. Маленькая, их общая традиция. Как черные зубные щетки, как чай из полевых трав, как редкие поездки на источники в тайне ото всех. В день коронации нового Императора Какаши вернулся с миссии ранга А. Смерть вновь обошла стороной, хотя спустя три месяца без Ируки очень хотелось сдохнуть. Какаши сразу направился в штаб, сразу без стука ворвался к Третьему. Седая бровь изумленно взлетела вверх и скрылась за облаком табачного дыма. — Я ухожу. — Что ж, я ожидал подобного. — Понимающе кивнул Хирузен. — Не могу больше. Без него не могу. — И когда уходишь? — Сегодня. Сейчас. — Отдохни с дороги хотя бы. — Я не устал. Мне нужно в столицу. Какаши развернулся и пошел к двери, но Хокаге проговорил громче, заставляя остановиться. — Какаши. Останься. Завтра пойдешь. Хатаке не стал спорить, хотя хотел. Привык, что Третьему виднее, Третий всегда знает, как лучше. Может и в этот раз стоит прислушаться, переждать. Пойти на поводу у вездесущего старца. Очередной вечер полный боли, одиночества и тоски. Без знакомого запаха от простыней, без недавних следов присутствия юного взломщика. Какаши снова и снова их искал. Но их больше не было. И его не было. Сейчас Ирука омыт и намаслен. На него надевают расшитые золотыми нитями дорогие одеяния. Его волосы заплетены причудливо и красиво, украшены драгоценными камнями и золотом. А вскоре на голове будет и головной убор Императора. По праву его. И он взойдет на престол и станет править мудро. Настанут счастливые для Империи времена. А Какаши сдохнет здесь, как собака. Или на миссии. На очередной бойне, вернувшись с которой вновь убедится, что его никто здесь, в Конохе, не ждет. Не ждет как раньше ждал Ирука. — Тц… Паккун, что ты там скребёшься? Он вышел во двор, но нинкенов не обнаружил. Вернулся в дом, стягивая через голову водолазку вместе с маской. И замер. — Ирука. — Какаши. Усталый и замученный с долгой дороги, пыльный и потный. Такой красивый и родной. В той же одежде, что была на нем, когда они отправились в столицу из горных источников. Белая майка и джинсовые шорты. — Ты же должен сейчас… — Должен. Но не смог. Слишком скучал по Конохе. По Конохе, по Академии, по ребятам, по людям… — По проникновениям в мой дом. — По этому в первую очередь. Хотя нет, в первую очередь по рамёну в Ичираку. — По рамёну значит. — Ты ждал меня? Слишком серьезно. Контраст с прошлой шутливой интонацией резанул слух и сердце. И столько надежды в огромных карих глазах, столько мольбы и любви. — Ждал. Каждую секунду. Но я думал, что… Я бы сам к тебе пришел. Уже завтра. Честно, Ирука, клянусь. Облегченный вздох и усталая улыбка. Ирука медленно сел на кровать, обвел пальцем рисунок сюрикена на зеленой ткани. И ойкнул, когда Какаши рывком повалил его на спину, навис сверху. — По рамёну? По Академии? — По тебе, конечно. Только по тебе. Поверь, я бы смог жить, лишившись всего этого. Но не тебя. Хотя сначала старался. Но ты нужен, как воздух. — Я больше тебя никуда и никогда не пущу. Ты больше не покинешь деревню, слышишь? Нет, ты за порог больше не выйдешь. Ирука заливисто рассмеялся, а потом резким рывком перевернул Какаши на спину и сам навис сверху, седлая его. — В Ичираку сводишь хотя бы? — Ну так и быть. — И в Академию. К детям. Отпустишь? — Ладно, это тоже можно. — И в штаб, они там без меня, наверное, совсем не справляются. — Это правда, на стенку лезут. Хорошо, и в штаб. — Можно еще в четвертую совместную миссию как-нибудь рвануть. Мы ведь так хорошо и слаженно работаем вместе, прикрываем друг друга… — Черт возьми, ты манипулируешь мной! Веревки вьешь и выкручиваешь как тебе нужно. — Наконец осознал Какаши. — Ты этому во дворце научился? — Всегда умел. — С хитрой и гордой улыбкой ответил Ирука. — Поцелуй меня. — А вот приказы раздавать точно там научился. Властно так. — Недостаточно, раз ты до сих пор продолжаешь пиздеть. Ирука потянул его за шею на себя, впился в губы. Жадно нырнул языком в его рот. Какаши сминал его бедра, потирался пахом о его попку, засунул руку в шорты и огладил твердеющий член. — Мм… может сначала в душ? Мне бы надо. И тебе тоже. — Разок по-грязному и продолжим в душе. Ответом был до одури развратный взгляд и новый поцелуй. Вечером они ходили в Ичираку, Умино по дороге назад встретился со сворой своих детей, безумно скучавших по нему, цепляющихся за его штаны и рукава. Пока Какаши спрятался от чужих глаз, взобравшись на дерево, чтобы Ирука мог побыть с детьми. — Ирука-сенсей, Ирука-сенсей, а где вы так долго были, даттебайо? — Вы были на миссии? — Это так долго было. Все уже вернулись. И Асума-сан, и Гай-сан, и Генма-сан. И Какаши-сан вернулся. А вас все не было и не было. Вы же с ними на миссию ходили? — Да, это была наша третья совместная миссия. Дети еще продолжали прыгать вокруг, засыпать вопросами, и не заметили быстрый, многозначительный взгляд сенсея куда-то вверх, в кроны деревьев.