Неотвратимость

— Дьявол, зачем так орать? — невнятно пробормотал в подушку Люцифер, будучи слегка дезориентированным после резкого и слишком громкого пробуждения. Мучительно промычав ещё что-то нечленораздельное, демон нехотя приоткрыл глаза и, встретив совершенно охуевший взгляд, безапелляционно резюмировал: — Истеричка! Первые несколько секунд Дино по-идиотски таращился на потирающего заспанные глаза Люцифера и судорожно старался понять, какого черта происходит. Следующие мгновения понадобились ангелу, чтобы наконец прийти в себя, скинуть с себя обжигающую, словно раскалённая кочерга, руку и подскочить с кровати аки напуганная лань, проверяя свою талию на наличие ожога от ещё секунду назад обвивающей его конечности. Кожа живота ожидаемо оказалась безупречно светлой, без единого намёка на живо нарисованные подсознанием волдыри, хоть ощущение жжения и было вполне реальным. Несколько раз проведя ладонью по саднящему участку для достоверности, Дино невольно скользнул взглядом ниже и наткнулся на нехилый такой стояк, направленный прямо на источник своего нервного срыва, и на какое-то время перестал дышать. Взгляд Люцифера, к слову, был также прикован к наиболее интересной в нынешних декорациях детали и заставлял ангела безбожно краснеть. Нервно дёрнувшись к шкафу и попутно убеждая себя, что причиной конфуза определенно являлись утро, нервы, адреналин, да что угодно, но абсолютно точно не ехидно усмехающийся в его кровати демон, Дино по-армейски быстро натянул на себя спортивные штаны и, как заведённый, начал бессмысленно наворачивать круги по комнате, бессвязно лепеча: — Я…я не понимаю. Почему ты здесь? Что…что за… Ты помнишь, что вчера произошло? Продолжая по-тихому ржать над мельтешащим ангелом, Люцифер лениво подтянулся на локтях и, удобно оперевшись спиной об изголовье, неторопливо проговорил: — Дай-ка подумать, — мечтательно устремив взор вдаль, демон задумчиво почесал подбородок, а затем на серьезных щах начал вслух перечислять неопровержимые факты, загибая пальцы для убедительности: — Я голый, в твоей кровати… — резко остановившись, Люцифер прикрыл рот ладонью и, очень правдоподобно изобразив абсолютный шок, начал фиглярничать с достойным всемирного признания актерским талантом. — О Шепфа! Ты что, меня обесчестил? Что же я скажу отцу? Я обязан был хранить невинность до свадьбы, теперь меня с позором изгонят из дома. А если появится ребёнок… — Прекрати паясничать, я серьезно! — истерично выкрикнул ангел, демонстративно выставив руку вперёд в попытке остановить бьющий по нервам словесный понос, и, проигнорировав весело кинутое в ответ «я тоже», более спокойно добавил: — Ты не должен был помнить, все должно было быть не так. — Я вчера не так много выпил, ангел, — слегка настороженно уточнил демон, стараясь считать непонятные эмоции с обеспокоенного лица. Прошло не меньше минуты, прежде чем догадка, невольно проскользнувшая в голове, заставила победно улыбнуться, и, заметно расслабившись, мужчина продолжил умело играть на нервах Дино. — Или ты что-то подсыпал мне в бокал, и сейчас выяснилось, что это не сработало? А я всегда говорил, что обращаться нужно только к проверенным драгдил… — Заткнись! Помолчи хотя бы минуту, умоляю! Дино был на грани натуральной истерики. Похлеще той, которая накрыла его несколько месяцев назад, когда он впервые отчётливо осознал, в какую жопу попал. Ангелу казалось, будто его насильно поместили в трэшовый фильм ужасов, и он по типичным киношным канонам в одиночку бездумно полез в подвал в самую гущу пиздеца. Только в его случае события нельзя было поставить на паузу или выключить эту дичь к херам, и не было никаких намёков на то, что в финале главный герой стандартно останется в живых. Продолжив бесцельно шататься из угла в угол, он упорно старался уложить в голове новые обстоятельства своего персонального ада, но ничего не выходило, и, несколько раз глубоко вздохнув, мужчина осторожно присел на краешек кровати и, бросив испытующий взгляд на демона, спокойно, насколько это было возможно, попросил: — А сейчас перескажи все, что ты помнишь из вчерашнего вечера. Теперь нервы сдали уже у Люцифера. Он бесконечно долго смотрел на Дино, как на душевнобольного, стараясь понять, шутит тот или нет, и, когда всё-таки понял, что не шутит, резво подскочил с кровати и, скептично усмехнувшись и недоуменно помотав головой, начал свой рассказ. Театрально двигая руками, демон красноречиво описывал, как на него, бедного и несчастного, напал озверевший, словно слюнявый бульдог, ангел со своими сентиментальными бреднями и одним дурацким поцелуем буквально смыл в унитаз столетиями обретаемую репутацию. А когда он, негодующий и разозлённый, пришёл разбираться, его наглейшим образом нагнули и трахнули и в хвост и в гриву, и душу обкончали. Люцифер так вошёл в раж, по-шутовски выставляя себя невинной овечкой и несчастной жертвой спермотоксикозного маньяка, что не сразу заметил отсутствие ожидаемой реакции на своё представление. А Дино, будучи доверчивым и неспособным распознать сарказм в таком состоянии, возможно, оскорбился бы и начал бы доказывать свою правду, если бы не отвлекающий, убедительный, по-утреннему крепкий «аргумент», буквально утыкающийся ему в нос, гипнотизирующе раскачивающийся из стороны в сторону в такт движениям демона, как маятник в кабинете у психотерапевта. Жадный, буквально пожирающий взгляд не имел никакой возможности ускользнуть от внимания Люцифера и, иронично усмехнувшись, мужчина накрыл ладонью свой член и пару раз прошёлся рукой по стволу, нагло прожигая Дино глазами, заставляя того позорно поперхнуться слюной. Ангелу тут же нестерпимо захотелось фыркнуть от негодования и пристыдить демона за беспардонное поведение, но потом в голове замелькали живописные картинки, как сам он накануне вечером, словно распоследняя шалава, облизывал этот самый член, попутно долбя пальцами дырку, и возражать, в общем-то, мгновенно расхотелось. За этими отвлекающими факторами до Дино не сразу дошло, что Люцифер, если отбросить налёт идиотской клоунады, в целом довольно точно пересказал ошеломляющие события вчерашнего вечера, а когда ему всё-таки удалось это осознать, ангел неверяще помотал головой, взглядом утыкаясь в пол. — Это невозможно. Я уже несколько месяцев проживаю один и тот же день, раз за разом, без каких-либо изменений. На пару минут повисло гробовое молчание. Для полноты эффекта не хватало только стрекотания сверчков на фоне. — Ясно, — наконец отмерев и коротко кивнув, прошептал Люцифер, следом резюмируя: — Ты свихнулся. Надеюсь, это не передаётся половым путём. Быстро собрав с вечера разбросанные по полу вещи, демон наспех оделся и, пробормотав что-то о том, что было классно, но это, конечно, ничего между ними не меняет, направился к выходу и, ненадолго задержавшись у двери, напоследок бросил с одобрительней усмешкой: — К твоему сведению, даже я никогда не пытался так тупо слиться после секса.

***

Как бы Дино ни надеялся, избежать допроса с пристрастием от сгорающей от любопытства Вики ему не удалось. Как только за Люцифером закрылась дверь, девушка пулей ворвалась в комнату и с удивительной для ее комплекции силой вцепилась в плечи ещё не отошедшего от утренней беседы мужчины, безжалостно встряхивая его и суматошно закидывая нескончаемой чередой вопросов, на которые он затруднялся ответить. И ангелу бы впору радоваться, что стандартный, до тошноты осточертевший распорядок дня сменил своё направление, избавив его от необходимости лицезреть тупые колпачки и механически улыбаться изо дня в день повторяемым поздравлениям, да только требуемого для радости места внутри не нашлось. Все доступное пространство заняло красноглазое наваждение, и вытурить его из головы не помогли ни почти точь-в-точь воспроизведённый рассказ Люцифера о невинной демонической жертве озабоченного ангельского маньяка, доведший Вики до истерического похрюкивания, ни саморефлексия и скрупулёзный, пошаговый анализ сложившейся ситуации. Хоть Дино и жил все это время в нескончаемом ужасе, этот ужас стал для него привычным, а новое, вышедшее за стандартные рамки происшествие разрушило только образовавшееся, слишком хрупкое равновесие. И потому единственное, чего он сейчас отчаянно желал, — это вернуться в по-своему безопасный «день сурка» и избавить себя от необходимости нести ответственность за свой неосознанный порыв. Ангел не заметил, как за губительными мыслями прошёл весь день. Он ожидаемо не пошёл на лекции. Не потому, что каждую из них уже мог пересказать наизусть, просто было не до этого. Было ни до чего. Мозг буквально взрывался от количества перерабатываемой информации, которая ни на йоту не приближала Дино к нужным выводам, и этот бесконечный поток дерьма в его голове выматывал сильнее, чем все пережитые тренировки по Крылоборству вместе взятые. Безумно хотелось лечь спать и проснуться наутро не в этом бескрайнем болоте, и ангел уже было приготовился к недолгому блаженному беспамятству, когда его незатейливые планы разбились об убийственные скалы реальности. Громоподобный звук выбитой с ноги двери заставил Дино резко подскочить с кровати, хватаясь за очумело бьющееся сердце, а затем снова упасть на мягкий матрас, с ужасом и предвкушением наблюдая, как разъярённый Люцифер спешно закрывает эту самую дверь за собой. Несколько секунд напряжённого зрительного контакта казались мужчине вечностью, поэтому он не сразу вышел из полукоматозного состояния, когда демон всё-таки нарушил тишину. — А теперь, ангел, в мельчайших подробностях объясняй, какого хрена твой хер животворящий творит с невинными бессмертными. На слове «хер» сдуру упомянутый орган призывно колыхнулся в штанах, живо обозначая своё присутствие и настроенность на конструктивную беседу, и даже мысленные мольбы и взывания ангела к вмиг затихнувшему голосу разума не смогли заставить «похотливый компас» перестать указывать прямо на объект сексуального желания. Люцифер, впрочем, был слишком разозлён и растерян, чтобы обратить внимание на душещипательные внутренние терзания своего онемевшего собеседника, поэтому, по-своему расценив мгновенно покрасневшую физиономию, демон устало выдохнул и продолжил свою негодующую тираду. — Пожалуйста, убери это идиотское выражение со своего лица, — раздраженно выпалил мужчина, сделав неопределённый жест рукой перед этим самым лицом. Прождав, однако, несколько секунд и убедившись, что идиотское выражение оттуда никак не хочет убираться, демон начал скрупулёзно объяснять Дино свое видение ситуации, как умственно отсталому. — Мы спим, потом ты несёшь какую-то чепуху о временной петле и, та-дам, все мое окружение очень правдоподобно делает вид, будто вчерашнего дня не было, — ожидаемой реакции от все ещё неподвижно сидящего ангела не последовало и, не на шутку разозлившись, демон грубо гаркнул на находящегося в состоянии спасительного анабиоза мужчину. — Не тупи, ангел, ты вроде второй ученик в школе после меня и можешь построить простую причинно-следственную связь, — на мгновение остановившись, он устало провёл ладонью по лицу и уже более спокойно добавил: — Наш секс был хорош, конечно, но не настолько, чтобы ценой за него было перманентное проживание одного и того же дня, — на последней фразе Люцифер неловко преступил с ноги на ногу и поспешно отвёл беспомощно бегающий взгляд. Сам себе соврал. Безрезультатно. Потому что оба знали, что секс был настолько хорош. Некоторое время Дино задумчиво молчал, упорно стараясь совладать с едва контролируемым желанием, вызванным непосредственной близостью демона, и пытался переварить кинутую ему претензию, пока на него не снизошло внезапное озарение, заставившее уверенно выдать: — Дело не во мне. Ну или, по крайней мере, не только во мне. — Да? — скептично хмыкнул мужчина, изучающим взглядом прожигая в теле ангела дыру. — Ну и с чего ты так решил? — Ну… — сначала Дино стушевался, будто за найденный на одежде волос перед женой оправдывается, а потом подумал, какого, собственно, хрена он мнётся, как девственница нецелованная, и нагло продолжил, прожигая Люцифера испытующим взглядом в ответ, — ты не первый, кто оказывается в моей постели за это время, и таких эксцессов до тебя ни с кем не случалось. Справедливости ради нужно сказать, что под этим смелым утверждением скрывался хиленький недосекс с всюду таскающейся за ним Лилу, но Люциферу об этом знать, конечно, необязательно. Хер был? Был. С Лилу все в порядке? В порядке. Так что с ангела взятки гладки. К тому же Дино быстро удалось договориться со своей совестью, потому что перекошенное лицо демона определенно стоило того, чтобы слегка приукрасить действительность. — Не думал, что ты такой блядун, — спустя несколько долгих секунд пробормотал Люцифер с неконтролируемой гримасой удивления, злости и ещё чего-то нечитаемого на лице. — А я, по-твоему, всю жизнь должен был себя для твоей задницы беречь? — весело прыснул в кулак ангел, пытаясь сдержать рвущийся из глубины души смех. — Ой, да пошёл ты. — Не ревнуй. Тебе не идёт, — продолжил нагло издеваться Дино, наслаждаясь быстро сменяющимися оттенками красного на лице своего соперника. — Дьявол, я уже и забыл, как ты меня бесишь. — Взаимно. — Короче, — резко прервав новую попытку себя подколоть, Люцифер устало продолжил, — меня мало интересуют твои похотливые похождения, ебливый ты ангелок. А вот что действительно интересует, так это как безболезненно выйти из этой блядской ситуации, в которую, к слову, ты меня запихнул. Так что завтра перед занятиями идём в библиотеку, поможешь мне найти способ исправить свой же косяк. — Но я уже… Дослушивать Дино демон не собирался, поэтому торопливо двинулся к двери, ненадолго задержавшись на пороге, чтобы угрожающе предупредить. — В шесть у моей комнаты. Опоздаешь — придушу. — …искал там, — на выдохе закончил фразу ангел, даже не надеясь на то, что его услышали. Громкий хлопок двери заставил подорвавшегося с кровати мужчину машинально вздрогнуть, и, раздраженно взвыв, Дино, впустую сотрясая воздух, послал уже скрывшегося за порогом Люцифера в жопу, успев, однако, мысленно перекреститься и уточнить, что не в свою. Быстро вернувшись в постель, ангел в не лучшем расположении духа лёг спать с бунтарскими мыслями, что он, конечно, никуда завтра не пойдёт и с хлипкой, но греющей сердце надеждой, что Люцифер в его жизни был одноразовой акцией, и утром все снова вернётся на круги своя.

***

— Проснись и пой, солнышко. Томный, бархатный голос обволакивающим теплом окутал находящегося в полусонном бреду ангела, и он на мгновение расслабленно улыбнулся, ожидая привычного «сегодня нас ждут великие дела», прежде чем осознал, что, во-первых, мужской голос определенно не может принадлежать Вики, а, во-вторых, за до боли знакомой фразой снова не последовало дурацкого прыжка. Резко распахнув глаза, Дино в неподдельном ужасе уставился на нависшего над ним Люцифера, с хищной ухмылкой срывающего с него одеяло. «Да блять, какого хрена?!»