Неотвратимость

— Чего не купаешься, ангел? Разделся бы хоть, жарко же, — вырулив из пенистых объятий океана, как модель журнала Men’s Health, Люцифер быстро приблизился к Дино, потряс над ним мокрой шевелюрой, забрызгивая мужчину холодными каплями, словно только что повалявшийся в луже пёс, и беспечно завалился рядом, одаривая его обезоруживающе простой и искренней улыбкой. — Или боишься ослепить меня своей неземной красотой? Расслабься, я уже ослеплён. Коротко усмехнувшись, демон удобно устроил голову у него на коленях, пачкая брюки прилипшим к влажной коже песком, щурился от солнца и смеялся, что, на самом деле, это не самая яркая звезда, а светлый лик Дино раздражает роговицу. У ангела не было ни сил, ни желания его скидывать или спорить. Он вглядывался в упругие, стремительные волны, поддаваясь гипнотическому умиротворению, и старался понять, в какой именно момент смех Люцифера стал доказательством того, что он жив. В воздухе пахло йодом и неизбежностью. Лёгкий прибрежный ветер ласкал кожу, безжалостно трепал волосы, колючими мурашками проскальзывал под рубашку, и Дино вдохнул поглубже, блаженно прикрыв глаза. Они договорились провести на Земле одну неделю. Люцифер сразу обозначил, что жить необходимо у океана, и, как только они спустились, взял напрокат машину и повёз ангела в только ему известном направлении. Небольшая вилла на берегу Майами-Бич встретила их приятной прохладой и несвойственным для арендованных домов уютом, но, не успел Дино толком осмотреть место, в котором ему предстояло провести ближайшие семь дней, как демон с восторженным блеском в глазах за руку потащил его на пляж и тут же понёсся в воду, по пути скидывая одежду, оставляя ангела сидеть не берегу и внимательно разглядывать постепенно удаляющуюся фигуру. Дино всматривался и всматривался в прямую линию горизонта, будто там можно было найти ответ на любой вопрос. Сам он уже был не в состоянии понять, когда его перемкнуло: в момент, когда Люцифер беззаботно напевал льющуюся из магнитолы песню Тейлор Свифт (о существовании которой ангел знал благодаря Вики, притащившей плеер с одного из земных заданий); когда он, узнав, что Дино ни разу не водил машину, чуть ли не насильно посадил его за руль, терпеливо показывая, что и как делать; или когда вместо того, чтобы огрызнуться после того, как официанта в местной забегаловке случайно пролила на него кофе, посмеялся, что пятно на его брюках похоже на член. Просто в одну секунду ангел осознал, что сам придумал себе образ Люцифера и подогнал его под нужные рамки, чтобы было удобнее его ненавидеть. А из каких материй демон там на самом деле состоял и чем жил все это время, его никогда и не интересовало. Зато стало интересовать сейчас. Люцифер продолжал беспечно болтать о какой-то ерунде, но его голос доносился до ангела словно сквозь толщу воды. Дино вспарывал ногтями горячую гладь золотистого песка, смотрел на него, беззаботного и…свободного, такого красивого и стихийно разрушительного, как этот самый океан, и жмурился то ли от страха, то ли от восторга, потому что чувствовал: ещё секунда — и снесет к чертям огромной волной, смывая подчистую все надуманные принципы и морали. Оглянуться не успеешь — и нет тебя. Одного мгновения достаточно, чтобы океанской солью разъело вытёсываемый столетиями образ. Так странно. Раньше Дино думал, что Люцифер — это огонь. Яркий, неукротимый, смертоносный. А сейчас увидел наконец: он — вода. Тягучий, плавный и не менее опасный. Медленно завлекает в свои сети мнимым спокойствием, но стоит только на миг потерять бдительность, — и накрывает бескомпромиссно, безжалостно, безвозвратно. Сдавливает лёгкие до дерущего кашля. И ангелу не нужно заходить глубже — он на берегу, а ему уже дышать трудно. — Я никогда не видел океан прежде. «И тебя…тебя я, оказывается, тоже не видел, Люцифер. Смотрел, но так и не смог разглядеть за все эти годы». Сказал, а самому стыдно стало за невольно вырвавшееся откровение. Как будто это было действительно чем-то важным. Удивлённый, чуть ли не шокированный взгляд демона, буквально требующий пояснений, неожиданно подтвердил значимость сказанного. — Я… — нервно сглотнув, Дино как-то дёргано отряхнул руки от песка, глубоко вздохнул и продолжил говорить, — я видел на Земле только то, что полагалась в рамках заданий. Просто так никогда не спускался. Некоторое время они оба молчали. Тишина не была давящей, скорее, волнующей, предрекающей, пропитавшейся важностью момента. Люцифер приподнялся, весело хмыкнул, глядя на мокрое пятно от своих волос на штанах Дино, и, переведя изучающий взгляд на беспомощно бегающие лазурные глаза, серьёзно спросил: — Ангел…а ты хоть когда-нибудь делал что-то только для себя? Грустный смешок, последовавший за этим вопросом, был красноречивее любых слов. Демону понадобилось несколько секунд, чтобы переварить полученную информацию и, стойко выдержав лирическую паузу, мужчина игриво боднул плечо Дино и с заговорщицкой улыбкой выдал: — Тогда у меня есть план.

***

Задумка Люцифера «успеть всё за семь дней» не отличалась особой оригинальностью, но у ангела всё равно внутри росло что-то светлое и тёплое от каждого предложенного демоном занятия. Началось всё безобидно с пива и мороженого, которые совершенно не сочетались друг с другом, но привели Дино в неописуемый восторг просто по факту новизны. Дальше последовал кинотеатр с абсолютно тупой комедией и ведром сладкого попкорна, от которого начало тошнить уже через десять минут после начала фильма, но и этот неприятный факт не смог испортить впечатления, ведь рядом сидел мужчина, заразительный смех которого заставлял волосы на руках вставать дыбом. Потом были и контактный зоопарк, и бургеры с картошкой фри, и монструозного вида молочный коктейль с кучей разноцветных сладостей в роли съедобного украшения, от которых чуть не слипся зад и не треснул еблет от по-детски счастливой улыбки — все, от чего Дино безостановочно вилял воображаемым хвостом, демонстрируя «хозяину» свою неконтролируемую радость. Ангел фонтанировал эмоциями по поводу и без, однако всё ещё был полон сил для очередных свершений под вечер, когда культурная программа первого дня закончилась на аттракционах, где он впервые поставил под сомнение свое бессмертие, и началась программа некультурная. Люцифер был чертякой продуманной, поэтому прихватил на Землю несколько бутылок весёлого топлива и заранее перелил часть волшебного напитка в две небольшие фляжки, которые очень кстати прихватил с собой. В первый же бар они пошли уже подготовленными. И только Дино понадеялся, что над его вестибулярным аппаратом перестали ставить эксперименты, как на входе в выбранное увеселительное заведение он увидел это. Сделав внушительный глоток забористого глифта из протянутой тары и сразу же почувствовав повсеместное расслабление, ангел ещё раз взглянул на до усрачки пугающего глянцевого быка, разложенные под ним маты и каждые десять секунд слетающего всадника и вновь приложился к фляжке. — Нет, — уверенно отрезал Дино, для убедительности покачав головой. — Да, — ещё более уверенно протянул Люцифер, делая внушительный глоток глифта. — Не заставишь. — Поспорим? — с вызовом вскинув брови, Люцифер коротко усмехнулся и предложил посоревноваться в привычной для них манере. — Нужно продержаться минуту. Не сможешь — обрежешь свои роскошные белокурые космы, Рапунцель. Перспектива расстаться с любимой причёской ангела никоим образом не прельщала, однако предательское зерно азарта уже дало свой росток, а подогреваемый ехидным взглядом интерес никак не хотел уходить. — А если не сможешь ты? — осторожно уточнил мужчина. — Тебе выбирать. Демон беспечно пожал плечами, мол ему совершенно плевать, что там выберет для него Дино, простым жестом выражая свою абсолютную готовность на любую глупость, поэтому, получив полный карт-бланш, ангел не поскупился на ебанутость наказания в случае проигрыша. — Набьёшь на правой ягодице моё имя в сердечке, — абсолютно буднично выдал Дино и мысленно злорадно потёр ручки, когда Люцифер ожидаемо поперхнулся очередным глотком. — Боишься? — с нездоровым воодушевлением поинтересовался ангел, предполагая, что их дурацкий спор завершился, так и не начавшись. Но не тут-то было. Дино явно недооценил своего соперника. Быстро вытерев рот, демон с убийственной решимостью направился к злосчастному блевотрону в намерении начать первым. — По рукам, — игриво подмигнув, выкрикнул мужчина, одним слитным движением забираясь на быка, будто всю жизнь провёл на ранчо, и рукой подал знак администратору, чтобы тот запускал аттракцион. Смотреть на Люцифера, упрямо борющегося с земным чудом инженерной мысли было до коликов смешно, на Дино — ещё смешнее, и спустя две минуты фееричного позора оба, понурив головы, поплелись в бар, топя разочарование от проигрыша в высокоградусной голубоватой жидкости. Некоторое время угрюмо помолчав, демон благодушно предложил замять спор, раз никто не выиграл, и забить на идиотские наказания, но концентрация алкоголя в крови Дино была уже на таком уровне, что перспектива увидеть свое имя на заднице Люцифера была значительно привлекательнее возможности сохранить длину своих волос. В несколько глотков осушив предназначенную на весь вечер флягу, ангел одолжил у бармена старые, не внушающие доверия ножницы и под абсолютно офигевшим взглядом демона стремительно направился в уборную, где за пару минут безжалостно обкорнал свою роскошную золотистую гриву, повергая последовавшего за ним Люцифера в неподдельный шок. На то, чтобы выхуеть с нанёсшего неизгладимую травму на его чувствительную душу зрелища, демону понадобилось не меньше пяти минут и семи мощных глотков, и, внутренне смирившись с незавидной судьбой своей любимой филейной части, он мысленно проскандировал, что уговор дороже денег, и, с ужасом косясь на абсурдно счастливого короткостриженного ангела, уныло поплёлся по улицам Майами в поисках ближайшего тату-салона.

***

— Ты хочешь лишить меня возможности трахаться с кем-либо, кроме тебя? — жалостливо спросил Люцифер, распластавшись на кушетке голой задницей кверху. — Ну, со мной тебе тоже ничего не светит, так что… Дино как-то истерично хохотнул, будто демон даже не задумываясь попал в яблочко, и поспешно отвёл взгляд, показательно заинтересованно оглядывая крохотный тёмный кабинет. Спустя полчаса целенаправленных скитаний, им таки удалось отыскать неприметное здание с небольшой студией на первом этаже неподалеку от арендованного дома. Встретивший их администратор, он же и тату-мастер, и уборщик, и швец, и жнец, и на дуде игрец, накуренный качок средних лет, церемониться с внезапно появившимися клиентами не стал и, не уточняя предпочтений, открыл альбом с эскизами на страничке с сердечками, показательно закатив глаза, мол знаю я вас, голубков, заявившихся после алкоприхода парные татушки пилить. Собственно, возразить на его стереотипное мышление было нечего, и, быстро утвердив незатейливый эскиз, Люцифер прошёл в указанном направлении и быстро приспустил штаны, мысленно молясь, чтобы здесь использовали одноразовые иглы. Коротко вздрогнув от касания чужих пальцев к любимой жопке, демон брезгливо глянул на огромного волосатого мужика, сидящего на уровне его пятой точки, и трусливо прикрыл глаза. Взволнованный вид вечного соперника на грани истерики вызывал у ангела и смех, и жалость, и этого было вполне достаточно, чтобы удовлетворить внутреннего червячка, требующего хлеба и зрелищ, поэтому Дино полушутливо-полусерьёзно предложил: — Да ладно тебе, Люци, просто скажи, что зассал, и на этом закончим. Люцифер не был бы собой, если бы согласился на благодушную подачку, поэтому, раздраженно фыркнув и стиснув зубы, прошипел: — Похуй, бьём. Потом дорисую динозавра рядом и буду говорить всем, что я — фанат «Парка Юрского периода». Назойливое жужжание тату-машинки в гробовой тишине кабинета прозвучало, как реквием по растоптанной репутации главного мачо Ада и Небес, и Люцифер порывисто втянул воздух, когда почувствовал первое касание иглы к нежной коже. А Дино… Дино сам не знал, какого черта творит, когда резко схватил демона за руку, в поддерживающем жесте сжимая ладонь. Но сделанного не воротишь. Поздно вытаскивать пальцы из розетки, когда уже ебануло током. Замерев, словно статуя, ангел выглядел даже более беспомощно, чем светящий голым задом перед левым мужиком Люцифер. Ощутив скованность опешившего от своих же действий мужчины, демон ласково погладил большим пальцем тыльную сторону его ладони, успокаивая, а Дино хотелось сквозь землю провалиться, лишь бы не чувствовать себя так…безопасно. Только не с ним. Мучительный сеанс, к счастью обоих, закончился довольно быстро, но у ангела не было сил смотреть на результат, о котором он грезил ещё недавно. Дино отдернул ладонь, как только появилась такая возможность и ещё несколько минут сжимал и разжимал ее, стараясь избавиться от навязчивого ощущения покалывания. А Люцифер, чёрт бы его побрал, ни словом, ни жестом не показал, что что-то не так и невероятно бесил своим пониманием и участием. Это делало только хуже, вновь и вновь разбивало и так пошедший трещинами образ в голове ангела, заставляло его по-новому смотреть на мужчину рядом, проникаться им, впускать в сердце, которое столетиями держалось на замке. Дино впервые было настолько страшно от отсутствия контроля над самим собой, и, учитывая, что единственным доступным средством средством притупления чувства страха в их обстоятельствах был алкоголь, ангел упрямо потащился домой за новой дозой. Нескольких глотков хватило, чтобы Дино почувствовал себя немного легче, и на этом моменте, в целом, можно было и закончить и так перенасыщенный день, но жопа отчаянно требовала приключений, и кто он такой, чтобы не удовлетворить потребность такой значимой части своего тела.

***

Ближайший к их дому бар встретил мужчин писклявыми голосами подвыпивших дам, самозабвенно горланящих очередной поп-шедевр года, и Дино уже было развернулся в желании спасти свои уши и покинуть это логово отвратительного музыкального вкуса, но восторженный взгляд Люцифера, направленный на микрофон, ясно дал понять, где они проведут следующие несколько часов. Петь ангел не умел, да и желания научиться у него не было, поэтому, заняв место неподалеку от барной стойки, он принялся напиваться в гордом одиночестве, издали наблюдая за присоединившимся к пьяному хору демоном. А посмотреть там было на что. Хоть Люцифер и не обладал выдающимися вокальными данными, он с таким вдохновением и вовлечённостью отдавался тому, что делает, что невольно привлекал заинтересованные взгляды. По правде говоря, от него невозможно было оторваться, и вскоре Дино перестал пытаться. Он смотрел, смотрел и с каждой секундой все больше поражался парадоксальности вселенских задумок, ведь демон был рождён, чтобы сеять тьму, а в нем света было столько, что хватило бы для освещения целой галактики. И к нему тянулись люди. Так странно. Раньше Дино был уверен, что за ним таскаются из-за смазливой внешности, статуса, денег, силы, и только сейчас увидел, что к нему липнут не потому что он — сын Сатаны, а потому что он — это просто он. Без регалий, власти, ярлыков. И он удивительный. Ангела самого тянуло к нему словно невидимым магнитом, помещенным прямо в сердце, грозившимся разорвать грудину, если он самостоятельно не предпримет попыток приблизиться. Дино вымученно усмехнулся проскользнувшему в голове сравнению. Люцифер был трансформаторной будкой с отчетливой надписью на лбу «не влезай, убьет!», а он возьми да и влезь. И ожидаемо шандарахнуло, накрыло, размазало, и к начальным настройкам уже не вернуть. И, что самое страшное, уже и не хотелось. Сделав очередной глоток глифта, Дино резко поднялся со стула и только тогда почувствовал, насколько он пьян. Алкоголь внезапно ударил в голову с утроенной силой, перед глазами все расплывалось, но это не могло остановить ангела от задуманного. На новой, неизвестной ему, но достаточно зажигательной песне, мужчина, пыхтя от перенапряжения, забрался на барную стойку и с рвением заправского стриптизёра начал плавно двигаться под ритмичную музыку, прожигая Люцифера глазами. Ему отчаянно хотелось его внимания, и он не прогадал, выбрав для достижения цели такой экстравагантный метод. Сказать, что демон охренел от открывшегося вида — не сказать ничего. Он на несколько секунд перестал петь, дышать, функционировать, и мог только смотреть. Даже не так. Пожирать взглядом. Мысленно раздевать и разве что слюни не пускать на творящийся перед глазами беспредел. Это было пошло, вульгарно, развратно…потрясающе. Вскоре отмерев, Люцифер снова запел, не отрывая изумлённо-восхищенного взгляда от, очевидно, поехавшего крышей ангела и, как загипнотизированный, двинулся в его сторону. Напряжение, повисшее в воздухе, можно было пощупать рукой, и, наверняка, чувствовалось каждым невольным свидетелем развернувшейся сценки. Они так бы и продолжали заниматься дистанционным сексом (по-другому их взгляды интерпретировать было просто невозможно) на глазах у публики, если бы не пьяный придурок, с какого-то перепугу решивший, что имеет право своими вонючими клешнями коснуться демона. Обольстительный настрой слетел быстрее, чем одежда со шлюхи. Со злобным рыком спрыгнув с барной стойки, Дино случайно разбил несколько стоящих на деревянной поверхности бутылок, и, не успев удивиться, что в его-то состоянии не наебнулся с такой высоты, с размаху врезал по челюсти мерзкого рукоблудника. Люцифер, все ещё стоя с микрофоном в руках, машинально продолжил петь, не успевая уследить за творящейся вакханалией. В чувство его привели лишь подоспевшие к бессознательно валяющемуся на грязном полу мужчине дружки, в окосевших глазах которых читалось ясное намерение отметелить ангела. В воздухе отчётливо запахло жареным. Необходимость срочно что-то предпринять мгновенно выветрила остатки алкоголя из крови, и, сделав уверенный шаг вперёд, Люцифер выставил руки в примирительном жесте, максимально спокойно и чётко проговаривая чуть ли не по слогам, будто обращается к несмышлёным диким зверям: — Тихо-тихо, златовласка со мной. Давайте мы сейчас все вместе успокоимся и мирно разойдёмся. Никто из нас не хочет проблем, верно? Возможно, успокоительная тирада демона и подействовала бы на разъярённых, к счастью, слабо соображающих мужчин, но ангел решил не упрощать Люциферу задачу. Его глаза все ещё застилала гневная пелена, и он бы продолжил бездумно махать кулаками, если бы не был властно задвинут за знакомую спину, лишённый возможности втолковать браткам с быдлядскими замашками, что трогать чужое нехорошо. Но даже этот пренеприятнейший факт не помешал ему сделать шаг в сторону, чтобы его точно было видно, и показать им средние пальцы, попутно выкрикнув: — Сосите, пидоры, я с ним! Тут-то Люцифер со всей ясностью и осознал — пора валить. Грубо толкнув упрямо сопротивляющегося Дино к выходу, он за руку потащил его через снующую по улицам толпу и остановился лишь завернув за угол, пригвождая неохотно плетущегося за ним мужчину спиной к стене. — Блять, ангел, угомони свои таланты! Чем ты думал вообще? Нам нельзя ввязываться в конфликты с людьми, какого хрена ты… — демон распалялся с каждым слетающим с губ словом и определенно продолжил бы непривычные для него нравоучения, если бы Дино не начал медленно, но верно сползать по стенке. — Эй, стой-стой! Дьявол!.. Ему далеко не улыбалась перспектива тащить на себе до дома бессознательное тело, но делать было нечего, и, водрузив расслабленного и оттого потяжелевшего ангела на плечо, Люцифер, пыхтя и матерясь, поплёлся к вилле, попутно благодаря Шепфу, что она находится в паре шагов от их текущего местоположения. — От тебя так вкусно пахнет, — невнятный голос разрезал по-ночному гулкую тишину, и демон на мгновение остановился. «А идти будет не так скучно, как казалось вначале» — с ироничной ухмылкой подумал Люцифер и, поудобнее перехватив Дино, возобновил шаг. — Продолжай, мне нравится твой настрой, — обольстительно пропел демон, надеясь собрать побольше пьяных откровений, за которые ангелу будет стыдно с утра. — А ещё у тебя классная задница. Засадил бы. Сдержаться было просто невозможно, и, весело прыснув, Люцифер продолжил подначивать Дино. — В себя сначала приди, засаживатель. На ногах стоять не можешь. — Люцифе-ик-ер, ты знаешь, какой ты краси-и-ивый? Это просто… — подобрать слова в таком состоянии для ангела было задачей сверхсложной, и он на несколько секунд задумался, прежде чем внезапно выдать: — Меня сейчас вывернет. — Настолько красивый? — непонимающе уточнил демон. — Нет, я серьёзно. — Блять, ангел, потерпи ещё минутку, пожалуйста! — взмолился Люцифер и ускорил шаг.

***

— Алкаш недоделанный, чтоб я ещё хоть раз с тобой забухал. Люцифер бурчал себе под нос, как старый дед, носясь вокруг ангела с бутылкой воды, словно мамочка-наседка, и протирая ему вспотевший лоб и виски мокрым полотенцем, пока тот сидел в обнимку с унитазом и мучился от жутких спазмов. С каждым новым подходом сознание прояснялось, уровень алкоголя в крови уменьшался, уступая место жгучему стыду. Когда белый друг впитал в себя всё по-экзотически богатое содержимое ангельского желудка, мужчина, бледный, как этот самый друг, оперся спиной о рядом стоящую тумбочку, и, как провинившийся котёнок, взглянул на своего невольного спасителя. — Спасибо, Люцифер. Правда. Я… Концентрация вины и сожаления в глазах Дино превышала все допустимые пределы, и, осторожно протерев полотенцем уголки его губ, демон улыбнулся с нежностью и ободряюще сжал его плечо. — Да ладно тебе, ангел. Никогда не думал, что мне посчастливится посмотреть, как ты пиздишься с людьми, защищая мою честь. Короткий смешок в одночасье перерос в безудержный ржач, впитавший в себя всё напряжение последних часов. Дино смеялся так, как никогда в жизни, отчаянно держась за живот, пока истеричные смешки не превратились в сдавленные всхлипы. Он сам не заметил, как по щекам бесконтрольно потекли слёзы, а горло сдавило болезненным спазмом. — Эй, тише, иди сюда, — быстро притянув ангела к себе за руку, Люцифер сгреб его в крепкие объятия и начал аккуратно укачивать, как ребёнка. — Ты чего? Мягко отстранившись, демон подушечками больших пальцев стёр мокрые дорожки с покрасневшей кожи и вопросительно заглянул в заплаканные глаза. Не выдержав изучающего взгляда, Дино уткнулся носом Люциферу в плечо и едва слышно пробормотал в рубашку: — Я никогда не чувствовал себя таким…свободным. И это было абсолютной правдой. Парадоксально, но ему действительно никогда не было лучше, чем в объятиях надуманного врага на полу у толчка, в который он только что блевал. Голова раскалывалась, во рту будто кошки нассали, и было жутко стыдно, но так, черт побери, иррационально хорошо, что это вытесняло все остальные чувства. На душе с каждой секундой становилось всё спокойнее, мышцы постепенно расслаблялись от осторожных поглаживаний, и, когда мужчина уже был готов адекватно функционировать без надежной опоры в лице Люцифера, он то ли услышал по колебанию воздуха, то ли на уровне интуиции почувствовал невесомый поцелуй в макушку и замер. «Да нет. Не может быть. Показалось».

***

Утро добрым не бывает. Сегодня Дино на себе прочувствовал все непередаваемые оттенки этого правдивого утверждения. Стоило ему только открыть глаза, как все ожидаемые, но оттого не менее неприятные последствия вчерашнего кутежа навалились стремительной лавиной. Голова трещала так, будто бы он не пил накануне, а методично долбился ей в стену на протяжении всего вечера, а во рту было настолько сухо, словно ему песка в глотку засыпали. И это не говоря уже о всепоглощающем чувстве стыда, возрастающем, словно огромный снежный ком, с каждым всплывающим в памяти событием. Единственные желания, помимо того, чтобы сдохнуть сию же секунду, были связаны с утолением жажды и необходимостью умыться, и, приложив недюжинные усилия, чтобы повернуться набок, ангел почувствовал, что Шепфа всё-таки есть. На прикроватной тумбочке, подсвеченный золотистыми лучами утреннего солнца, стоял стакан воды, который опустел в мгновение, стоило дрожащей руке до него добраться. С умыванием дела обстояли похуже, ведь для этого нужно было встать с кровати, но Дино всегда отличался стойкостью духа и завидной целеустремлённостью, поэтому с горем пополам доковылял до ванной. Прохладные струи воды, направленные прямо в лицо, привели в чувство быстрее, чем того можно было ожидать, и ангел вздохнул с облегчением. Ему стало значительно легче. Он уже собрался пойти на кухню за очередной порцией живительного напитка, когда на выходе застыл, столкнувшись с собственным отражением. Тёмные круги под глазами, отпечаток подушки на щетинистой щеке, обрезанные волосы, торчащие в разные стороны — таким помятым мужчина себя ещё никогда не видел. Дино долго смотрел в зеркало, судорожно стараясь понять, кого же он видит перед собой, и как бы он ни пытался, узнать себя не удавалось. И дело определенно было не в новой причёске. Это был не он. Он не танцует на барной стойке, попутно заливая в себя конские дозы алкоголя. Не дерётся с людьми по надуманным причинам. Не обрезает волосы старыми, ржавыми ножницами в убогой уборной местного паба. И уж точно не рыдает на плече у своего соперника. Или все, что было до — жалкий слой штукатурки, который наконец-то осыпался, являя миру настоящий фундамент? За тяжёлыми экзистенциальными думами Дино не заметил, как добрался до кухни, и невольно замер на пороге. Открывшийся его завороженному взору вид претендовал на звание одного из самых удивительных в его долгой жизни. Люцифер стоял, оперевшись поясницей об островок, каждые несколько секунд затягивался сигаретой и мастерски переворачивал блинчики, попутно что-то напевая себе под нос. Пахло божественно, но желудок был не настроен на приём пищи и протестующе скручивался, намекая на нелицеприятные последствия в случае, если ангел решится-таки в себя что-нибудь запихнуть. Но этот прискорбный факт ни в коей мере не мешал наслаждаться увиденным. Дино почувствовал, как к горлу подкатывает ком. В груди пекло так, будто туда залили кипяток. Стало страшно и почему-то больно. Пугающее осознание обухом ударило по голове, и нестерпимо захотелось обрезать прошлое, как неудавшиеся дубли, ведь оказалось, что только здесь и сейчас — стóящее. Настоящее.