Ошибки любопытства или любовь к картошке

Пустынная трасса с палящим солнцем неконтролируемо жгло кожу двум девушкам, которые шли с горбатыми спинами и большими рюкзаками на плечах по краю дороги. Бескрайние поля и пышная зелень могла заворожить видом, но только не двум умирающим, которые умирали от жажды и голода. Мозг постоянно выдавал иллюзии шума проезжающих машин — их самопровозглашенного спасения, но потом уставший взгляд падал на попутчика, и она понимала, что это всего лишь отборный мат ее подруги. — Ебала я в рот эту «Ласточку»! — с усталостью в голосе проговорила Наташа и вытерла рукавом толстовки испарину на лбу, сместив брови к переносице и ожидая дальнейших комментариев от подруги. — Честно, но я тоже. — промямлила Настя и с серьёзным лицом посмотрела на дорогу, она недовольно цокнула, — Какого хуя переплюя машин нет?! — Потому что у людей в отличии от нас есть мозг, — девушка выдохнула и потрепала плечо попутчицы, чтобы вдохнуть в ситуацию уже давно умерший оптимизм. Настя с каменным ебалом повернулась к подруге и остановилась, чтобы наблюдать, как та уходит дальше, плетясь ватными ногами и сбивая песок вперёд. — Зато все вместе, — Настя попыталась вернуть умершую надежду своей подруге, — Всей семьёй! — С милым рай и на трассе или как там было? — она стягивает с плеч рюкзак, оборачиваясь на отстающую тушу. — Иди давай, иначе наши трупы найдут здесь, что люди подумают? Что мы подались работать на трассу? — Да, — Настя подошла к Наташе и сняла портфель с плеч, а после плюхаясь прямо на него, — Только мы напишем завещание перед смертью, что, мол, клиентов нет, трасса не рабочая. — Трудные нынче времена, — девушка приземляется рядом, сразу негодующе фыркая и корча лицо. — Блять, на картошку сели! -Тиха! — Настя шикнула, будто наигранный засранец, — А вдруг тот придурок прибежит на твой зов и пизданёт по нам ядерной ракетой говна. — Закурим от горя, — Наташа расстегивает молнию измученного рюкзака, роясь среди прочего хлама и картошки, вытаскивает пачку помятых сигарет. — Они как из жопы, но нам не приходится выбирать. — она протягивает никотиновую палочку подруге, размещая свою меж сжатых губ. — Конечно не приходится, нам даже выбор передвижения не приходилось выбирать, — Настя взяла сигарету и сжав зубами фильтр, прошепелявила, — Всё- таки как были в жопе, так и сигареты такие же. Они обе закурили и смотрели на противоположную сторону дороги, где было поле с обводкой леса и лучезарным закатом в золотистых переливах. Только дым и пыльная дорога была их проводником всего путешествия. Натертые мозоли на ногах неприятно саднили, Наташа почесывает щиколотки, что до этого, судя по всему, были безжалостно сожраны комарами и прочими летающими тварями. Настя своим китайским взглядом смотрела по сторонам и заметила кое-что, отчего снова заговорила по-французски. Наталья недоверчиво, даже с подозрением посмотрела на подругу и молчаливо задала вопрос, бурная с сигаретой показала рукой в противоположную сторону, но попутчица все так же косо измеряла ее взглядом, ведь со своим астигматизмом не видела вдалеке ни пизды. Но вскоре плывущий взгляд тоже медленно формировал картинку проглядывающей крыши старого дома, отчего Наталья даже поднялась и выронила сигарету. — Вот он! — торжествующе прокричала Настя и странно улыбнулась со взглядом наркомана, — Лагерь «Ласточка»! Я видела фотки, это точно он! — Попиздошили, хули, — пробубнила подруга, когда все же оценила то расстояние, которое придется преодолеть. Два полумёртвых тела подняли пыльные рюкзаки и медвежьим шагом продвигались в сторону заброшенного лагеря (который они искали, блять, сто лет) «Ласточка».

***

Стоп! Вас действительно ничего не смущает? И Вы не хотите узнать мотивы этого ебанутого поступка? Если у Вас есть мозг и Вы задались многочисленными вопросами: как, зачем, почему и какого хуя? То сейчас мы, чтобы ответить на них, вернемся немного назад. …Ну как немного… Совсем немного. Произошло это в марте. Тогда погода была не супер айс, но терпимо для двух мадам, которые зашли в книжный магазин, чтобы получить книги. Наталья сразу же пошла на кассу, чтобы сообщить о получении своих заказов, а Настя тем временем смотрела на полки русской фантастики и искала злополучный «Орлеан». Не то, чтобы она искала её для покупки и прочтения, а, чтобы выпасть из мира и недоверчиво пробормотать «Неужели и в нашем Мухосранске её продают?». Но в этот день планы заметно поменялись, когда она увидела на стенде книгу «Лето в пионерском галстуке». Вот тут-то и пошёл ахуительный отклик восторга. — Ебать!!! Наташа-а-а-а!!! Наташа резко обернулась на заведенную — словно мотор вишневой семерки после третьего раза, — подругу, что сейчас с горящими глазами указывала пальцем на четыре оставшиеся книги и ее взгляд округлился настолько, что глаза были готовы покинуть свои привычные полушарии. — Блять, Настя, мы должны их купить! — воскликнула она, пока недоумевающая продавщица косилась на двух озверевших вмиг посетительниц. В эту же секунду, под ахуевший взгляд продавщицы, они звонили своим родственным кошелькам и слёзно умоляли скинуть денежек на карту. Под подозрительными голосами их родителей они всё-таки скинули эти чёртовы четыреста восемьдесят рублей. Довольные дебилушки вышли из магазина не только со стопкой книг, но и ещё с большой книжкой мягкого переплёта под названием «Лето в пионерском галстуке».