Метаморфоза.

11.. /Артём/ Во рту остался вкус сигарет, который я рассасываю, пытаясь понять, почему Сунеку кажется мне столь близким человеком. Из двух предложенных вариантов, я все же выбрал его квартиру. Там хоть и грязно, но куда более… Бля, нет. Я вечно ищу оправдания своим жалким желаниям. Еду, чувствуя невероятную вину перед "кем-то". Этот "кто-то" вынуждает меня запирать все свои мечты и надежды, таить где-то глубоко. Наблюдать за желаемым издалека, смотреть на себя со стороны.. Но только перед сном. Почему я никогда не могу зайти дальше секса? Почему я торможу все отношения? Почему я вечно оправдываюсь? Яркий свет в темном коридоре приводит в чувства. Сунеку легко снимает обувь, как обычно проходя вперед и сразу в ванную. Он убрал же тогда осколки? Руки уже не трясутся, а вот внутреннее странное волнение только нарастает. Забегаю в ванную комнату за мужчиной. Кладу руки ему на плечи, сжимаю, также приклоняя к его телу и голову. Стоять за его спиной более успокаивающе. Он не видит моего лица, но до сих пор слышит мысли. Повернув голову, я начинаю целовать шею, горячо и затяжно, громко отлипая губами. Продолжаю, пока не дохожу до челюсти. Слегка провожу языком, добегая до уха. Прикусываю мочку, вновь прилипая к шее. Покрываю уже быстрыми поцелуями, заводя руки ниже. Задираю футболку Сунеку, цепляясь ладонями за пресс. /Сунеку/ Мое тело укрывается мурашками, я томно выдыхаю и закрываю глаза, продолжая держать руки под напором горячей воды. Повернувшись к парню, я торопливо бегаю взглядом по лицу. С мокрых ладоней стремительно стекают капли, разбиваясь о кафель, из крана продолжает утекать вода. Прислоняю Артёма к себе, жадно трогая задницу сквозь жесткую ткань штанов. — Я никогда не отведу от тебя взгляд, если ты не отведёшь его от меня.—прилипаю к его изнеженным губам. Мои грубые руки перемещаются на шею, скользят все выше, зарываясь в мягкие волосы. Я оттягиваю их, играюсь пальцами, закручиваю, углубляя поцелуй все больше. /Артём/ Странная фраза щекочет уши, проникая все глубже в мозг. Он так быстро произнес ее, что изначально, я услышал не то, что предполагалось. — Сунеку,—отрываюсь от поцелуя,—давай вместе..—перебивает меня поцелуем. Парень нетерпеливо, но достаточно медленно, снимает с меня футболку. Отрываясь от губ, он примыкает к глазам. Жадно смотрит, будто выжидает момента, чтобы накинуться. Тянусь руками к брюкам, быстро расстегивая пуговицу и ширинку. Сунеку трогает мою шею, мои волосы, иногда опуская ладони к плечам. Вновь поднимаю взгляд, уже самостоятельно тянусь за поцелуем. Он получается уже более быстрым. Иногда Сунеку прикусывает губу, а я как бы вылизываю его губы. Отстраняется, спеша снимая футболку. Успеваю за это короткое время скинуть легкие штаны, сбросив в кучу с накопившейся одеждой. Парень настойчив, ведет все, а я лишь ведусь, понимая, что так даже интереснее. Холодная вода заставляет шикнуть, испугавшись, смотрю на Сунеку, тот лишь ухмыляется, настраивая воду, но не особо стараясь. Он стягивает с меня белье, кидая в кабинке, хотя свое оставил снаружи. /Сунеку/ Блуждаю руками по обнажённому телу, размазывая капли по коже, пересчитываю позвонки, барабаня по ним подушечками пальцев, словно безумный пианист, бьющий по клавишам. — Отсосешь?—улыбаюсь, чуть наклонив голову и прищурив глаза. /Артём/ Улыбаюсь в ответ. Фраза напоминает нашу первую встречу, было бы забавно, если Сунеку запомнил это и сказал нарочно. Встаю на колени, парень тут же кладет руку мне на затылок, нежно заводя пальцы в волосы. Простыми движениями дрочу, продолжая смотреть за тем, как на меня смотрит Сунеку. Все же опускаю глаза, взяв в рот член. Играю языком с головкой, парень сжимает пальцы, потягивая меня за волосы. Примыкаю губами, от основания проводя языком. Странное чувство внутри заставляет возбудиться. Не думал, что мне нравится стоять перед кем-то на коленях. Хотя, меня сейчас возбуждает именно его грубая рука на голове, нежели то, как сильно я заглатываю член. Сдержанные стоны будоражат, поэтому из раза в раз я заглатываю, даже если понимаю, что сложно. Я стараюсь продлить это, но, мне кажется, что Сунеку уже на пределе. Он сам толкает тазом вперед, просто держа меня за голову. У меня встает от того, что он кончает мне в рот. От самых пят и до макушки пробивает током. Поднимаясь с колен, я облизываю губы, проглатывая накопившееся слюни и сперму. /Сунеку/ — С каждым разом все лучше и лучше, много практики?—шутливо поднимаю брови, зализывая мокрые волосы назад. Ставлю Артёма к себе спиной, хватаясь за упругие бедра. Сжимаю, впиваясь ногтями в кожу. Провожу кончиком языка по всей длине спины. Рукой давлю на дырочку, просящую ласки. Разгорячившись, жадно кусая плечо, словно волк, терзающий зайца. Следом идёт ещё один укус, пальцами проникаю внутрь, Артём вздрагивает. Забавно, что это третий раз в неудобных условиях, я имею ввиду, обратно никакой смазки, будто варвары. /Артём/ -Ага,-упираюсь ладонями в стену,-сосу каждый день. По телу проносятся мурашки, от островпивающихся зубов. Сжимаю шею, тут же получая второй, не менее стягиваеющее нервы в кучу укус. -Суенеку, плюнь.-реагирую на проникновение его пальцев. Я редко трахаюсь без смазки, но почему-то именно с ним, нам еще ни разу не довелось ее использовать. Парень по моей просьбе, а может по своему желанию, плюет. Упираюсь лбом. Кладу одну руку на ягодицу, но вместо этого, чувствую лишь грубую кожу чужих ладоней. /Сунеку/ Достаточно разработав парня, я выключаю воду и открываю дверь душевой кабинки. -Я, блять, уже не могу.-хватаю Артёма за руку и вытаскиваю из ванной комнаты, унося мокрые ноги в спальню. Валю парня на кровать, с тела ручьями стекает вода. Залезаю в шкаф, рыская в поиске тюбика смазки, найдя, столь нужного помощника, не заморачиваясь, лью на вздутый член. Хлюпающая симфония вводит в транс, похлеще чем всякое концентрирование на стуке сердца. Я держу ладонь на бёдрах, не сжимая, давая волю движениям парня, что сидит сверху. С упоением разглядываю смазливое личико, обращая большее внимание на открытый рот из которого доносятся гортанные стоны. Поглаживаю, медленно ведя руки вверх на талию и обратно. /Артём/ Я не думал, что настолько люблю члены. Внутри меня распирает от странного удовольствия, которое я получаю словно впервые. Сунеку пристально смотрит, сдерживая даже томное дыхание. Это крайне смущает, но заставляет еще сильнее хотеть его. Желание, застать его лицо во время того, когда он будет кончать. Хочу увидеть удовольствие на его лице, хмурый, но такой расслабленный вид. Сжимаю бедра, падая ладонями на его плечи. Опускаю голову, кусая Сунеку, затем принимаюсь вылизывать место укуса, целуя. Спускаюсь все ниже к груди, продолжая двигаться на члене. Расцеловываю каждый замеченный мной шрам, особо яркие успеваю и облизать горячим языком. /Сунеку/ Артём своими действиями, будто бы заставляет меня думать только о нём. Скулит, извивается, так похабно смотрит. Он дикий, он ненасытный, он способен одним своим видом заставить мой член заново встать. Даже Ваня, что казалась мне лучшим в сексе, не сравнится с Артёмом ни в какой категории, даже в своём абсолютно тошнотворном минете. -Я скоро кончу.-сжимаю руки, перехватывая инициативу, насаживаю Артёма на всю длину, движения из плавного покачивания перестают в пульсацию, быструю и размашистую. Спустя разгоряченную минуту, я откидываю голову назад и прикрываю глаза, кончая внутрь парня. /Артём/ Сунеку кончил уже дважды, интересно, он всегда так быстро заканчивает? Мне тоже хочется наконец снять напряжение, но одного лишь проникновения недостаточно, хотя в тот раз мне этого хватило. -Сунеку,-слезаю с члена,-может отсосешь мне?-хитро улыбаюсь, прижимаясь к его щеке. Чувствую, как по ляжкам стекает сперма, видимо придется долго вымывать. /Сунеку/ -Нихуя себе.-отвожу удивлённый взгляд. В принципе, можно разок.-Ладно, почему нет? Это будет лучший минет в твоей жизни. С моего подбородка обильно стекает слюна, Артём стонет, чувствуя на своём члене склизкий язык, по ощущением обвивающий по всей длине. Рукой я играюсь с яйцами. Заглатываю с каждым разом все сильнее, на уголках глаз появляются слезы, горло неприятно саднит. Я поднимаю свой взгляд на Артёма, что все это время пристально наблюдал за движениями моего рта. Сколько я уже не сосал? Год? Да, ещё бы столько же этим не занимался. /Артём/ Не соврал, лучший минет, который я получал. Не ожидал от парня такого мастерства. Сильно обволакивает, склизко водя языком. Его лицо, возбуждает сильнее отсоса. Такое грязное, мокрое, с притупленным взглядом и накопившимися слезами на глазах. От этого кончаю буквально на второй минуте, не сдерживаясь, простанываю имя. Смотрю на Сунеку, что показательно глотает сперму. -Ты такой милый.-невольно хихикаю. Липну к его губам, прося короткий поцелуй. Уже чистый, занимаю грязную кровать, предварительно сняв одеяло, на котором смазки и спермы осталось больше всего. Ложусь поперек, как и в ту пьяную ночь. Слышу звук воды, Сунеку в душе. /Сунеку/ Поспешно выхожу из душа, я должен быть в баре через сорок минут. А ехать до туда час, интересно получается. Вытираю мокрые волосы, оставляю полотенце на плечах и хватаюсь за зубную щётку. Долго и кропотливо вычищаю язык. Заскакиваю в спальню словно ошпаренный. -Я ни пизды не успеваю! Мне и там сосать придётся, если я так сильно задержусь!-накидываю рубашку и залезаю в мятые брюки. Мокрые патлы неприятно прилипают к шее, ёжусь, матерясь себе под нос. -Ещё на такси придётся ехать, как я в щи на машине поеду. Пиздец какой-то.-обливаю себя туалетной водой, что тут же бьет в нос.-Ты тут останешься?-спросив, я параллельно вызываю машину, чтобы ещё её не ждать минут тридцать. /Артём/ Привстаю на локти, с появлением торопящегося парня. Тот впопыхах делает все, что можно, даже включает фен в розетку из под светильника, параллельно застегивая мятые штаны. -Да..-мой ответ глушит шум фена. Усмехаюсь, падая вновь на спину. Сунекк дёрганными движениями сушит корни волос, поглядывая на экран кинутого телефона. Наблюдаю за ним. /Сунеку/ Уже в машине я копаюсь в телефоне, из радио доносится лютый хаусец и жизнь обретает новые краски, даже я, покачиваю головой в такт, отбивая ногой бит, пролетая мимо старых панельных зданий. Пролистывая чаты, я замечаю непрочитанные сообщения от Серёжи. "Пусси брат" -Ты с Артёмом? -Он просил меня рассказать о тебе -Вы блять трахаетесь? -Мне не нравится то, что вы знакомы -Нахуй он тебе -? Я прекращаю дрыгаться под музыку, перечитывая присланное ещё раз. Не думал, что город настолько маленький, что я делю одного парня из возможного миллиона со своим младшим братом. "Вы" -Ну иди поплачь. -Расскажешь ему что-нибудь про меня, я тебя инвалидом оставлю. С удвоенной силой верчу головой, раскидывая волосами. -Мужик, прибавляй, это лютая хуйня.-улыбаюсь, засовывая телефон в карман брюк. /Артём/ "Кисса" -Сегодня на улице удивительно хорошая погода. Голубое небо, свежий воздух, крепкий ветер; он несется с такой силой, что сам занимает легкие, наполняя их. Дышать от этого трудно. Начал работу над авторским произведением, уже вторым. Возможно, я стал желать повторить чей-то успех. Как бы не стать посмертно признанным. Таких не признают. Ты не признаешь. -Завтра я встречаюсь с таким же непризнанным творцом, как и я. Только, он старше меня вдвое, а умнее вчетверо. Он тоже русский, хотя почему-то твердит, что поляк. Говорит манерно, часто смеется, не любит вспоминать прошлое. Даже не рассказал о том, как начал свой долгий путь. Сейчас он занят написанием картины по моему первому произведению, еще безымянному. Но думаю, если картина выйдет хорошей, то назову свою работу "Кисть безымянного мастера". Хоть и не созвучно. Зато, мы придадим друг другу большей знаменитости. Он утверждает, что через год-второй, я точно стану известным. Сомневаюсь. -Забыл спросить, как у тебя дела и приедешь ли ты на мое выступление в финале конкурса. Если да, то чуть позже я куплю для тебя билет и скину дату. -Я очень скучаю по тебе /Сунеку/ Я опоздал всего на несколько минут, не знаю, какая сила помогла мне не получить пулю в лоб от Рейко, но я благодарен. Захожу в заведение, что значится сегодня закрытым для остальных людей, никак не причастных к мафии. Сажусь за стол к остальным и встречаюсь взглядом с Наташей, что уж очень подозрительно разглядывает мое лицо. Она уже хочет что-то сказать, но прерывается из-за громкого грохота, доносящегося из подсобного помещения. Оттуда выходит низенький русый мужчина. Длинная челка закрывает глаза, от чего и не поймёшь на кого он сейчас смотрит. Он нервозно отряхивает плечики пиджака от пыли. Это наипрекраснейший Шакко, без него, мы бы давным давно прогорели и сели в тюрьму. Следом за ним выходит веснушчатый рыжий хуебес, националист, заваливший дедушку лопатой. Я серьезно! Он ебанул какого-то мужика из другой организации шпателем, блять, да ни какого-то, а главу!Волосы его торчат во все стороны, брови нахмурены, он нервно потирает свою козлиную бородку, смотрящуюся на лице грязно. Помню, я посмотрел на него как-то не так, по его же мнению. Так он мне, сука, дверь в мою прошлую квартиру лошадиным гавном обмазал! И плевался мне на обувь каждую встречу! Отвлёкся, вообщем, Шакко и огненный сгусток гнева направляются в сторону стола, от чего все приседают на очко. -Здарова, сучки ряженные! Скучали по папкам?!-вопит Рейко, закинув ногу на стол, давая всем разглядеть грязные берцы, покрытые тысячелетней грязью.-Мы вернулись и больше тут никто нахуй прохлаждаться не будет! Особенно ты, уебок узкоглазый!-мне дают подзатыльник, да такой, что я чуть в отключку не слетел. Прикрываю место ушиба рукой. -Рейко…-поднимает руку Тэ-но мэ. -Заткнулась нахуй, Белоснежка! Говорим только по команде "Голос", самочки!-у меня вянут уши, я оглядываю ребят. Все как один уткнулись глазами в стол. Я в ахуе. /Сунеку/ -Короче… че хочу сказать. Вы, тёлочки,-он кладёт руку на сердце и секундо улыбается,-не в обиду моей очаровательной Кидзёшечке, совсем отбились от рук и творите че хотите, вот вы.-мужчина указывает пальцем на Горё и Акаситу.-Да-да вы! Поднимайте свои сраки, папочка с вами разговаривает!-я пропускаю масочника, подмечая, что у того уже глаза на мокром месте и трясётся он сильнее чем на отходниках. Шакко достаёт из сумки револьвер и отдаёт в руки Горё, милостиво, хлопая по плечу. Рыжий притягивает парней к себе за плечи, стреляя глазами. -Вы очень сильно проебались, оче-ень. Я долго злился, узнав вести о том, что ты, ебучая свинота, попался в публичном месте с шестнадцатилетней девкой,-Рейко ближе наклоняется к его лицу, у меня складывается ощущение, что ещё секунда и Горё откинется от инсульта,-но, ещё дольше я злился на Ивана-дурачка, что проебал товар в несколько миллионов долларов.-он проделывает тоже самое с Акаситой, у которого подкашиваются ноги и сам он, выглядит ещё бледнее чем обычно.-Поэтому, мы с Шакко подумали и решили, что стоит избавиться от лишнего груза с помощью русской рулетки!-он поднимает руки, словно ведущий игры на телевизоре, улыбаясь во все золотые зубы. Наташа вскакивает со своего места, красная от возмущения. -Да что вы такое творите! Нельзя же так делать! -Сядь на место, дорогая. Или хочешь занять место кого-то из этих двоих?-женщина опадает, тут же заливаясь горькими слезами. Тэ-но мэ тянется за чем-то в карман, но одергивает руку. -Нельзя так, нельзя.-лихорадно повторяет она. Сжимаю кулаки до белых костяшек, то что тут происходит, настоящее безумие. -Я сыграю вместо Акаситы.-поднимаюсь из-за стола, гордо выпрямившись и сравнявшись по росту с Рейко. Пиздец, я щас описаюсь. /Сунеку/ Что я вообще могу сказать о Чернобурке? Слушайте внимательно, детки. Мало того, что я считаю их семьей, эти люди являются хитрейшими и подлейшими людьми Петрограда. Чем они вообще занимаются? Да как обычно: Заказные убийства. Вымогательство. Отмывание денег. Торговля наркотиками. Торговля оружием. Обслуживание казино. Покупка краденого. Криминал и только. Пройдёмся по знаменитой восьмерке: Кидзё отвечает за убийства, я её правая рука, храбро выполняющая большинство грязных указаний. Тэ-но мэ большую часть времени возится с казино и следит, чтобы лишняя информация не попала в сеть. Горё важный дядька, депутат, хвалённый предприниматель и само совершенство. Шакко торгует оружием, но по существу, занимается всем тем, что на него скидывает Тэнгу. Рейко ещё один приближённый Тэн-Тэна. Акасита баражит наркотиками, не забывая ими же ширяться. Некоторые задаются вопросом: "А кто значится восьмым?" Его по сути и нет, Хэбик ушёл с поста, нанеся сильный ущерб, а Захар и года не продержался. Чем ЧБ живет на данный момент? Хороший вопрос, знать бы мне ответ. Вроде как, Шакко и Рейко ездили договариваться с Московской братвой, чтобы нам удалось отбить какую-то важную землю у ребят, что хотят нам поднасрать, слив информацию о корабле с наркотой, потонувшем не так давно. Тем самым нанеся вред репутации Горё, прибравшем много зелёной капусты для постройки новой больницы, которые на самом деле ушли в импорт наркоты. Но, враги решили сыграть ва-банк, присвоить себе и землю, и разместить информацию, поэтому, мне придётся ликвидировать их туза. Хотя, я надеялся, что до этого не дойдёт. Ведь по последним данным, он спрятался в Екатеринбурге, ожидая расправу. /Сунеку/ Наташу вывел из здания Шакко, после моего бесстрашного заявление, ей поплохело. Признаюсь честно, я сам не очень хочу прощаться с жизнью, но зачем-то занял место Акаситы. Я стою напротив Горё, что поджимает губы и колыхающийся рукой держит ствол у виска, а другой крестится. Над этим с азартом наблюдает Рейко, криками подгоняя мужчину. В голове моей всплыл вопрос: "Что я вообще здесь делаю?" Остался бы в квартире, обнаженный телом и душой перед Артёмом, но вместо этого я выбрал кромешный ад в компании таких же грешников. Горё жмурится, на его лбу проступают капли пота, он жмёт на курок. Ничего не происходит, выдохнув, револьвер попадает в мои руки. Я не разыгрываю спектакль и без сомнения давлю на курок. Снова ничего. Мы ещё раз передаём пистолет друг-друга и когда он снова попадает ко мне, Рейко выхватывает его и направляет вверх, на этот раз пистолет выстреливает, мое сердце пропускает удар. Приходит осознание, что я действительно мог сейчас умереть. Раздаётся громкий хохот, рыжий вытирает слезинку и кидает оружие на стол. -Да, Сусу! Не ожидал, что ты вступишься за наркошу, похвально и очень глупо!-Наташа ошарашено вбегает в бар, озаряясь по сторонам. За ней, словно тень, плетётся Шакко. -Тише, жив твой сыночек, благодаря прекрасному мне.-Рейко самодовольно прикладывает руки к груди, ухмыляясь. -Да как ты вообще мог! Кто тебе дал право распоряжаться жизнью своих коллег?!-она налетает на Рейко, хватая за кофту.-Я буду жаловаться!-а тот даже и не против, он строит ей мордочку и прижимает к себе за талию. -Ты только сильнее возбуждаешь меня, Кидзеня.-женщина возмущенно отшвыривает его от себя. -Урод!-садится за стол, таща меня за собой.-Ты как? В порядке?-киваю. Место главенствующего занимает Шакко, что за этот вечер и слова не сказал. -Пошутили и хватит, нам нужно обсудить дальнейшие планы, ведь совсем скоро нас навестят дамы из группировки, которая нам содействует уже больше пяти лет. /Кэссиди/ Меня тошнит от самого себя. Тошнит от вечной усталости. Я бы хотел быть, как моя сестра. Да нет, я бы хотел быть ею. Она талантлива, умна, у нее есть друзья, родительская поддержка. Ее имя в каждой телефонной трубке и в каждом списке конкурсных победителей. Она зеленоглазая, со здоровой осанкой, тонкими пальцами. У нее есть маленькая собачка, на которую у нее всегда найдется время! Ее волосы в порядке, как и ногти. Она не пьет таблетки и не состоит на учете в больнице. Ее музыка живет сама по себе, ей даже не приходится стараться ради этого. Почему ей дается все так просто? Почему она достойна такого счастья? Почему мне, безымянному и никому ненужному музыканту, всевышний не подарил талант? Я должен был быть популярным! Мои произведения должны войти в историю! Мои! Я! Я! Только я! Только меня должны вспоминать люди, увидя фамилию! Она не достойна! Она тупая и необразованная! Она не доросла! Тупая! Тупая! Тупая! -Ох,-аплодисменты,-спасибо, Элли, спасибо тебе за игру, дорогая!-бабушка выходит изо стола, раскрывая слабые руки для объятия. А что если я и вовсе без рук останусь? Кто тогда заберет мою славу? Кто допишет композицию? Стану ли я тогда известным? Неужели, я и правда могу лишиться единственного инструмента своей жизни. Если не эти пальцы, то я бы давно был мертв, наоборот… Не будь у меня вообще никаких мечт, было бы проще. -Нет, это невозможно!-с хохотом восклицает тетка.-Вот ведь, а я сразу сказала, что у нее точно дар. А то сильно на деда похожа была, у них это в крови! -Да вот, в крови, в крови, в роду.. А девочка то училась, учится до сих пор. Ты же у папки учится думаешь? -Да, конечно.-Элли, улыбаясь, присаживается за стол. -Талантище..!-со вздохом говорит вторая тетушка, тут же пихая в рот конфету. -Ну, я же говорю!-вмешивается бабушка со стороны отца.-Это вот семейное. Как хорошо, что у нас так много одаренных, да? Вот, может к поколению десятому,-смеется,-и учится уже не придется..!-заливается смехом. -На первом месяце за фортепиано!-поддерживает вторая бабуля. Женщины начинают хохотать. Мама сверлит меня взглядом, вернее, мою полную еды тарелку. -А как у Кэссиди дела?-спрашивает дед. -Айден,-его жена восклицает,-он с нами сидит, слепой что ли? Очки пора менять, совсем уже..!-неловко смотрит на меня. -Сыграй мне, Кэссиди, тогда.-словно отдает приказ. -Что сыграть? -Мою любимую. После этих слов все замолкают, уставляя свои неугомонные глаза на меня. Знаю, как выгляжу сейчас. Мои непривычно длинные волосы, спрятанные за уши. Чуждые прошлому мне синяки под глазами, сопутствующие мешкам. Через чур сутулая спина, недоглаженная рубашка и опущенный взгляд. Как мышь среди слонов, не знаешь, бояться или пугать. -Хорошо.-тихо отвечаю я. Шумно выхожу изо стола, чувствуя сестринский взгляд. Да еще такой липкий, прям сверлящий. Будто она останавливает меня, указывает мне на мое место. Падаю, никак иначе, на табурет. Вздыхаю. В поисках Мендельсона "Песни без слов". -А… -Вторую.-как-то грозно. -Да, знаю.-бубню. Как назло. Не виделся с этим стариком полгода, еще столько же не виделся бы. Он худшее воплощение моего отца, только дед, в отличии от него, уделяет мне внимание, хоть какое-то, даже если оно мне и не нужно. Мендельсон.. Мендельсон. Да кто вообще играет нынче Мендельсона? Говорил же раньше, что Баха любит, получается, вкусы перед смертью сменил? -Начинай уж.-торопит. Пыхчу, рвано кидая ноты на подставку. Так и не нашел нужного. Вскидываю руки, звонко швыряя на клавиши. Начинаю играть итальянскую польку, только на свой лад и со своими корректировками. Заряжаю как можно быстрее, отбиваю ритм пяткой, качая головой. Уставшие плечи, чуть не клонит прямо на фортепиано. Удерживаю себя, все быстрее играя и играя. Оригинал теряет свои последнии следы. Все превращается в неразборчивую кашу, что перестает и вовсе звучать. -Да что ты играешь? Что ты творишь?!-слышу стук стула. -Айден, успокойся..!-женский голос. Звонкие звуки ударяют по ушам. Вхожу во вкус, начиная трясти головой. Грязные волосы вылетают из-за ушей закрывая мои глаза. -Перестань, изверг! Кэссиди, слышишь?! Я убью тебя..! -Айден, что ты такое говоришь?!-очень строгий женский голос. -Бог всё видит, Кэссиди! Всё видит! Он слышит эту грязь! Тупица! Свинья!-во все горло. В меня прилетает яблоко, затем печенная картошка. Рефлекторно прикрыв голову рукой, сбиваюсь, смеюсь, гордо смотря на него. -Бог все видит..? -Все видит! Твою тупую рожу видит! -Всё, перестаньте, давайте успокоимся.-вмешивается мама. -Твой сын бездарное чудовище. Он позорит нас! Меня! Он позорит всю культуру пианистов!-злобно.-Зря, все зря! Медленно начинаю играть христианскую песню, которую учил еще в детстве. -Этот гадёныш не заслуживает уважения, внимания, признания. Продолжаю играть, давя на клавиши все сильнее. На меня обращает внимание Элли, девочка пристально смотрит, напуганно собирает бровки домиком, вглядываясь. Усмехаюсь над ней. -Бог за пианистами не следит, дед.-полностью поворачиваюсь корпусом к пианино. -Кэссиди!-меня присекает тётя. Бью кулаками по инструменту. С места подскакивает девушка, грозно доходя до меня. Продолжаю долбить руками. -Кисса, перестань! Перестань!-она хватает меня за рубашку. Ее зеленые глаза вблизи не такие уж и красивые. Совсем пустые. Даже зеленое стекло от бутылки пива куда привлекательнее. Откуда столько страха на ее лице? Почему она взволнованна? -Сама играй.-встаю, швыряя девушку на стул.-Что умеешь? -Кэссиди.-она вздрагивает, не решаясь полностью повернуть голову на меня. -Играй Бетховена.-хватаю девушку за запястья, с силой кладя на пианино. -Кэссиди, успокойся…-голос матери. -Играй, я сказал!-ору во всю глотку.-Бестолочь, ничерта не можешь. Ты ничерта не можешь! Тупица!-толкаю табурет, на котором она сидит. -Кэссиди! -Играй, сука! Играй! Играй! Играй! Играй! Играй! Меня так учили! А вас как учили?-поворачиваюсь к родственникам.-Как вас учили? Вас тоже били, когда у вас что-то не получалось? Вас тоже швыряли, если вы сбивались? Вас тоже заставляли играть до ночи, пока музыка не оживет?! Я один такой?! Один?!-подхожу к Элли.-Бетховена играй! Сестра вздрагивает, но приступает. Стою словно надзиратель за спиной. Тишина накрыла комнату, все в ней замерло, как и люди, что пару секунд назад хохотали и хвалили любимую дочь, внучку. Все их разговоры были завязаны вокруг музыки, вокруг Элли, вокруг этого стола. Внутри этой комнаты. Так пусть и этот мой срыв, останется здесь. -Знаешь, как называется? -Да..-неуверенно отвечает мне. -К Элли..-шепчу ей на ухо, а затем начинаю смеяться.-Даже Бетховен посвятил ее для тебя. Не сомневайся, там точно было так.. Э,-задумываюсь,-"К Элли." Все под тебя подобрано, да? -Да.-Элли отвечает мне, сбивается, начиная отрывок заново. -Нет!-двумя ладонями хлопая о клавиши.-Нет! Ты не можешь! Ты не можешь переиграть!-с силой опускаю крышку пианино. Девушка успевают с визгом вытащить пальцы. -Кэссиди, прекрати! Ты не можешь себя так вести!-изо стола поднимается тётушка. -Не могу? -Закрой рот! -Здесь только вы его закрываете, че попало суете, лишь бы нажраться. Неужели такую бездарность с флейтой никуда не берут? -Кисса..!-сестра подает голос. -Замолчи!-поворачиваюсь к ней корпусом, размахиваясь, даю пощечину. -Кэссиди! С воплями и визгами на меня налетают все, кто только в силах сдержать. /Сунеку/ Культурная посиделка заканчивается весьма удачно, дракой из-за националистических высказываний, проскакивающих весь вечер. Захар не выдержал, пьяных бредней Рейко и накинулся с кулаками. Раньше у него было дурацкое прозвище, данное Хэбиком, что сейчас тащит меня в квартиру, сам еле стоя на ногах. "Стальные костяшки", ебать смешно! Я уссывался, когда Шакко всерьёз так называл Захара. После драки, Рейко с разбитым лицом, донимал Акаситу с вопросами уважает ли он его, называя "Макасин". Наташа уехала вместе с Захаром, вскоре ушёл Тэ-но мэ и Горё, решившие закончить в казино. Доходило пять утра, а потом я как-то оказался в такси, хотя вроде валялся где-то на диване, подметив, что это не настоящая кожа, а кожзам, проведя эксперимент с сигаретой. -Давай, блять, ногами шевели. Сука, весишь ты тону!-мы добираемся до двери, я ударяюсь об неё головой. Хэби елозит рукой в моем кармане и достаёт ключи. -Слышишь!-я отталкиваю его, мужчина припадает к стене и скатывается вниз.-У меня там занято, там этот спит… -Кто?-Я щёлкаю пальцами, пытаясь вспомнить кого же я оставил у себя. -Этот, бля, Женя! -Че? У тебя там скорее белочка спит.-Хэби сжимается, прикладывая руки к голове, пародируя пьяного меня. -Да иди нахуй, че вообще за мной приперся, мышь, блять?-дергаю ручку, пытаясь открыть закрытую дверь. -Переночевать, поплакаться о тяжёлой жизни, как ты, сука, это любишь делать. Знаешь кто ещё так любит делать? Тёлочки ебливые.-он наклоняет голову. -Ну раз я такой нытик, то не общайся со мной, гандон!-подумав, что дверь открылась, я врезаюсь в неё со всей дури.-Блять! /Кэссиди/ Сижу на ступенях возле черного выхода автозаправки. Под боком мусорный бак, в руке скомканная туалетная бумага, измазанная кровью. После того как я дал по лицу Элли, что, не буду скрывать, принесло мне достаточное удовольствие, на меня накинулась тетка. Она лупила ладонями, дергала за мои волосы. А за ней, прям со стаканом, набежал дед. Старик с размаху ударил по лицу, разбив этот самый стакан мне о лоб. Я заорал, толкнув его, но тот еще хлеще стал лупасить. Тогда уже держали его, а не меня. Достаю из пачки сигарет самокрутку, которую когда-то мне вложил Грейсон. Сейчас в этой коробке нет ничего, кроме нее. Даже так, мой выбор все равно остановился бы на ней. -Фу,-распахивается дверь,-вонючка.-парень кидает мне на голову кепку, садясь рядом.-Лучше?-выхватывает из моих рук косяк.-Кровь не идет? -Нет.-секундно трогаю пальцами лоб, шикаю, но крови не замечаю.-Отдай..-возмущенно бубню. -Не ходи больше на встречи с родителями, зачем тебе это? Лишние нервы есть? Я вот устал тебе всякую дрянь доставать.-заразительно смеется. Мы оба знаем, что я никогда не употреблял серьезно. Были случаи, когда мы только-только знакомились с Грейсоном. Он был в не лучшей компании и часто чего-то приносил мне. Я не силен в отказах, мне просто хотелось попробовать. -Я сегодня на свидание иду. Помнишь ту тёлку? Которая еще с черными волосами, короткая такая стрижечка.-рукой парень указывает до куда волосы.-Она мне скинула пару фотографий..-поджав губы, друг кивает. Ложусь на ступени, чувствуя все углы так, словно они ломают мне позвоночник. Прикрываю козырьком глаза. -Так на свидание или на перепихон?-усмехаюсь.-Фотки то покажешь?-еще раз смеюсь. -Ща.-Грей хлопает по карманам.-Сбегаю за телефоном.-подрывается, тяжело открывая дверь. /Сунеку/ Мы входим в квартиру вместе с Хэби, держащим мою тяжелую тушку. Он направляется на кухню, с чем я категорически не согласен. -Мы идём мыть руки или у хохлов принято их салом обмазывать?-мужчина наигранно смеётся, обычно прилизанные волосы разбросаны в разные стороны, из-за чего он похож на мальчика в разгар пубертата, не знающего что такое шампунь. -Боишься, что глистики в жопу выебут? -Конечно, я жопу не подставляю, особенное червям.-мы заходим в ванную комнату. Привычно поднимаю голову у раковины, забыв, что разбил последнее зеркало. Хэби залезает в душевую кабинку и прикладывает лейку к уху, пародируя гудки. -Ало? Это Исао Нисида? Да, здрасьте, ваш сын хочет кое-что вам сказать.-парень строит удивлённой лицо.-Как же так?Повесили трубку. -Передай ему, что он чучело ебаное. Я, нахуй, достану его разложившуюся тушку из гроба и отпиздорю, блять.-вытираю руки, шатая уставшей головой. -Ага, а потом будешь плакаться и извиняться. "Папочка, любимый, прости!"-пищит Хэби, вылезая из кабинки. -Конечно, на колени ещё встану. Провожаю Руслана в семь часов утра и заваливаюсь в спальню, где стоит тишь да гладь. Женя сопит, накрывшись доверху одеялом. Слабо контролируемыми руками расстёгиваю верхние пуговицы рубашки и валюсь на кровать. Разглядываю лицо парня, повернутого ко мне. Приоткрытый рот, даёт обзор на белоснежные зубы. Мягкие, волнистые волосы, так и манящие зарыться в них. Аккуратное кукольное личико, без единого минуса. -Пиздец, ты красивый.-вздыхаю и закрываю глаза. /Артём/ Во рту сухо, облизываю губы не менее сухим языком. Глотаю еще не накопившиеся слюни, тяжело вздыхаю. Пахнет пластиком, перегаром. -Воняет от тебя,-наощупь тяну руку,-недовольный ты какой-то. Пододвигаюсь ближе, кладя руку на парня. Еще сильнее воняет алкоголем, но мне почему-то нравится этот едкий запах. Приоткрываю глаза. Запускаю пальцы в его волосы. /Сунеку/ -Я скоро свалю по работе, ты только не забывай меня. Ладно?-поддаюсь ласковой руке, будь я котом, то замурчал с довольной рожей.-Уеду и всё, а ты к моему младшему брату побежишь. /Артём/ Открываю глаза. Хмурюсь из-за света, проникающего изо не до конца закрытых штор. Серёжа уже рассказал? Давно? Не знаю, что ответить Сунеку, продолжаю поглаживать голову, перебирать пряди волос. -Побегу. /Сунеку/ -Беги, но я сказал, что оставлю его инвалидом, если он расскажет обо мне что-то. Не донимай его, уяснил?-накрываю тело покрывалом, что застилало кровать и отворачиваюсь от Жени. /Артём/ -"Не донимай его", а он будто рот сильно открывает. В тот раз я его почти час "донимал", в итоге меня чуть ли не выгнали.-тоже отворачиваюсь от парня. Спать больше не хочется. /Сунеку/ -Тебе не надо знать того, о чем я не хочу рассказывать, и Серёжа понимает почему.-мямлю я, стараясь закончить мысль, не заснув на полуслове.-Просто, не лезь туда, куда не просят.