реши через тридцать минут свой побег
20 мая 2022 г., 01:39
стучится в закрытую деревянную дверь. запястье задевается о верхнюю скважину для ключа, царапина выходит не маленькой, но сейчас это меньше всего волнует. он стучится еще четырежды, пока ключ не начинает поворачиваться по ту сторону двери.
три. два. один.
енджун отталкивает входную дверь подальше, нервно кашляя и шмыгая носом, бомгю делает вывод, что он плакал. две большие руки ложатся сверху на небольшие плечи, прикрытые какой-то купленной на рынке рокерской футболкой, после чего ладони скользят вниз по спине.
джун заключает его в объятия, младший хмурится, но все же обнимает в ответ.
— что?
— потом, — шепчет еле слышно, гю кивает в ответ, усаживая подбородок на чужом плече, складывая руки в замок на спине другого, большими пальцами нежно поглаживая то ли ткань серой легкой куртки, то ли кожи под этой проклятой одеждой.
они стоят так несколько минут, пока колени не затекают, бомгю собирается вылезти из объятий, но джун толкает ближе вновь, все также шмыгая и вытирая лицо рукой.
— подожди.
— нет, объясни.
— подожди.
— нет, блять, енджун, — мягко отдаляется, смотря на старшего, что склонил голову вниз. телефонная трубка в его ветровке, вероятно, страдает еще больше, вибрация стоит вместо тишины в комнате все это время.
— да как же заебало, — джун достает телефон из куртки, гю едва успевает прочитать «мама» на экране, после чего мобильник летит в стену и разбивается.
— что ты творишь, блять, — бомгю злится, но затем думает над чувствами другого. берет за руки, заставляя смотреть лишь на него, енджун слушается и, смотря в расширенные из-за темноты в коридоре зрачки другого, чуть успокаивается. — пошли в комнату, зачем стоять здесь?
старший кивает, пока другой берет его за руку, поспешно уводя подальше от разбитого на полу мобильника. непонятно еще работающего или нет, но бомгю становит ставку на то, что он уже не заработает.
енджун ложится пластом на кровать, гю следует его же примеру, ложась рядом. в его комнате пахнет любимыми мамой хризантемами и еще немного благовониями с запахом чабреца, что стоят, кажется, на кухне.
джун жмурится от благовоний.
— ну и хуйня.
— согласен, — явно не понимая то, о чем говорит енджун. гю плевать, кажется, сейчас он действительно на все согласен.
от бомгю пахнет его любимым меллером с карамельным яблоком, свежим шампунем, что имеет молочную отдушку и, пожалуй, печалью? самой несчастной печалью на планете. енджун усмехается своим же мыслям. «будто печаль может быть счастливой»
— ты опять поругался с ними? снова дрался с отцом? — джун поднимает голову вверх на пару сантиметров, находя с младшим зрительный контакт. держит его секунды три, прежде чем кивнуть. — переночуешь у меня сегодня?
— если можно.
бомгю перекатывается чуть на бок, кладя ногу, согнутую в колене, чуть на старшего. рука протягивается вперед, слегка его обнимая. енджун чуть стонет, напрягая живот, гю понимает, что, скорее всего, у него там синяк. тихо извиняется, стараясь медленно убрать, но чужая ладонь накрывается сверху.
— странно будет, если я скажу, что эта пульсирующая боль из-за твоей руки сверху будет напоминать мне о том, что я рядом с тобой, а не с предками или своими мыслями?
— будешь выглядеть как долбоеб, если скажешь так, — бомгю кладет голову на чужое плечо, пытаясь лечь поудобнее. от енджуна пахнет солью от слез, прерывистым дыханием от бега, кусанием губ, переминанием пальцем, морозной весной и любимыми лимонными конфетами. — просто оставайся жить у меня, — гю прикрывает глаза, чуть поглаживая предплечье старшего, чья рука также лежит на его синяках под черной кофтой.
енджун думает, что идея сбежать к бомгю навсегда ему нравится. он в спешке закрывает глаза следом, думая, что тогда эта реальность покажется ему слишком сладкой. страх навсегда привыкнуть к такому заставляет сердце биться чаще.
— когда-нибудь, наверное, я решусь.
— надеюсь, это когда-нибудь наступит через тридцать минут. засыпай.
