В доме твоих воспоминаний

Меня бесит мир, который делит одинаковые акты насилия на героические и злодейские,

решая — что хорошо, а что плохо. <...> Насилие порождает лишь большее насилие.

Моя геройская академия

      До дома они шли молча. Точнее сам парень шёл, а девушка, находясь в крепких руках квилета, старалась лишний раз не делать никаких резких движений. Пол сразу обратил внимание, что Эрика тянула руку к животу. Возможно, её чокнутая мамаша, а он был уверен, что это именно она избила его нареченную, как-то задела его. И лишь от осознания этого оборотень хотел вернуться назад и разнести ту рухлядь, что Сойер звала домом, в щепки.       — Голова кружится? — хрипло спросил квилет, толкая ногой входную дверь. Широкими шагами он преодолел расстояние до несчастного дивана. Только они оказались в помещение, можно сказать, что в безопасности, как Эрика постаралась самостоятельно встать на ноги. Её хотелось хоть одно действие сделать самостоятельно, показать, что в ней все ещё были силы. Однако Лэйхот не дал этого сделать, он чуть сжал пальцами бедро девушки, отрицательно качая головой.       Сойер поняла смысл этого жеста без каких-либо слов, она еле заметно всхлипнула и кивнула. Каждое движение головой приносило невыносимую боль, как будто по ней прошлись не мухобойкой, а кувалдой. А ещё ужасно ломило тело, словно Эрика пробежала марафон, а после ещё потягивала гантели.       — Дай мне секунду, — попросил Лэйхот, опуская Ри на диван. Мужчина старался сильно не сдавливать её в своих объятиях, боясь причинить ещё больший дискомфорт. Укрыв девушку пледом, оборотень метнулся в сторону кухни. Эрика не видела, что именно он делал, но отчетливо слышала, как шкафчики то открывались, то закрывались. Кажется, что пару раз Пол уронил что-то, а после ещё смачно ругнулся. Соберись они так при других обстоятельствах, то Сойер засмеяла бы. Определенно.       Когда квилетка оказалась в безопасности, рядом с человеком, который не причинил бы ей вреда, спокойствие накрыло с головой. Это был эффект как от сильных успокоительных. Ри потянулась всем телом. Стоило ей только сделать это, как лицо исказила гримаса боли. Зря она решила «размяться».       — Я не знаю можно ли тебе обезболивающие в виде таблеток, — нервно произнес Лэйхот, чуть ли не бегом доходя до молодой особы. — Поэтому взял только мазь. Если будешь плохо себя чувствовать, то мы можем поехать к врачу.       — Спасибо, Пол, — нежно и очень тихо произнесла девушка. Эрика опустила свою маленькую на такую большую ладонь квилета. Её пальцы сжали чужие, а на губах появилась еле заметная улыбка. Эту сцену можно было бы назвать романтической, если бы не отягчающие обстоятельства. В ушах у неё все ещё звенело, а правая сторона лица горела, но именно в эту секунду боль не имела никакого значения. — Ты не обязан все это делать, но делаешь.       — Это моя обязанность, мелкая, — усмехнулся Пол, аккуратно перехватывая тонкие пальчики и поднося к губам. Робкий, лишенный какой-либо пошлости поцелуй, коснулся покрасневших костяшек. — А теперь показывай, где у тебя болит.       Эрика с лёгкостью могла сказать, что у неё не болело. А вот все остальное отлично бы подошло для «лечебной процедуры» квилета. Однако Ри не стала об этом говорить, лишь подумала. Без лишних слов, она описала рукой область рядом с бровью. Голова была наиболее важным сейчас элементом.       Лэйхот осторожно выдавил на пальцы охлаждающую мазь-гель и стал наносить на поврежденную часть. Плотно сжатые губы говорили о его сосредоточенности на таком важном занятии. Мужчина боялся сделать своей нареченной больнее. И как бы он не старался, но Ри совершенно никак не реагировала. Квилетка просто закрыла глаза и пыталась абстрагироваться от всей ситуации в целом. В собственной голове Сойер построила идеальную альтернативную реальность, в которой мать её не била, она не расставалась с Питером и не была беременной. Происходящее сейчас лишь один большой кошмар. И всё.       — Всё хорошо? — хрипло спросил Лэйхот, заканчивая обрабатывать две гематомы на руке. Из видных ему ран это было всё, но квилет был уверен, что под одеждой их скрывалось ещё больше. Могли он попросить Эрику раздеться? Вряд ли. — У тебя есть где-то ещё синяки?       Ри снова ничего не ответила. Она лишь еле заметно кивнула и повернулась спиной. Девушка скинула с плеч плед, после чего начала приподнимать футболку. Лэйхот смотрел на все это завороженно. И стоило только футболке задраться достаточно, как оборотень смог разглядеть кожу цвета молочного шоколада. Она была прекрасна в любом состоянии, но эти огромные гематомы пугали квилета.       — Поговори со мной, пожалуйста, — чуть ли не взмолился мужчина, выдавливая на пальцы как можно больше мази. Как бы он хотел иметь одну из этих волшебных сил Калленов, желательно ту, которая снимала бы любые болезненные ощущения. А лучше бы лечила любого, к кому оборотень мог прикоснуться. — Тебе не больно?       — Всё хорошо, Пол, — пробормотала Сойер. — Мне уже не больно. Честно.       Она не решалась сказать, что ощущала дискомфорт внизу живота. Мышцы неприятно стягивало, как во время месячных. В какой-то момент Эрика даже задумалась о выкидыше. А облегчило бы это её ситуацию? Вряд ли. А может… Квилетке совершенно не хотелось думать об этом. Она мечтала лишь оказаться в полной тишине, лечь на этот прекрасный мягкий диван, укрыться пледом и забыть обо всем случившемся.       И в этот раз их мысли с Лэйхотом сходились. Он хотел, чтобы у его возлюбленной наладилась жизнь, чтобы она больше не страдала. И лишь на секунду в его голову пришла мысль, что счастливой Ри могла бы быть только с ним. Квилет мог содержать её и малыша без каких-либо трудностей, помогать им во всем, что только нужно. И ничего из этого не требовало подтверждений, ведь сейчас мужчина делал все тоже самое.       — За что она тебя так? — решил всё же спросить Пол. Он в последний раз провел по спине девушки пальцами, после чего присел рядом с Эрикой. Конечно же, парень совершенно не поверил в её слова о состоянии тела, но и спорить не стал. Оказавшись в такой близости к нареченной, Лэйхот выдохнул, смотря ей прямо в глаза.       — А для алкоголика нужен повод, чтобы избить кого-то? — горько усмехнулась Ри и как можно быстрее опустила футболку вниз. Из-за того, что мазь не успела впитаться в кожу, ткань неприятно липла к телу. — Я пропала на достаточное время, чтобы она успела заметить.       Оборотень машинально кивнул головой, как будто понимал смысл всего, что сейчас сказала Эрика. И он искренне пытался поставить себя на место Николь, но даже при сильном желании не до конца осознавал логику этой пропащей женщины. Да и не до этого ему было, сейчас важным оставались лишь её моральное и физическое состояния. Парень уже представил, как будет дежурить эту ночь всё время находясь рядом с ней, лишь бы ничего серьезного не произошло.       — Я могу отдохнуть здесь? — неуверенно спросила Эрика, снова прижимая плед к груди. — Ужасно клонит в сон.       — Ты можешь оставаться здесь столько сколько тебе самой хочется, — сказал Лэйхот, вставая с дивана и перекладывая подушку. Он уже подумывал о том, чтобы принести ей свою, более мягкую. Да и вообще, лучше бы Ри спала в его спальне. Там хотя бы кровать лучше. — Слушай, может ты….       Вот только ему уже никто не ответил. Эрика уснула моментально, стоило только её голове коснуться подушки. Девушка была так истощена, что ей не важно где и при каких обстоятельствах, лишь бы оказаться в горизонтальном положении.

***

      На стрессе Пол вскочил раньше обычного. Можно даже сказать, что квилет и не спал вовсе. Он находился в дреме, интуитивно прислушиваясь к дыханию и сердцебиению Эрики. Лэйхот переживал, что одно из тех «воспитательных» ударов Николь могли оказать пагубное влияние на организм Ри. В особенности сейчас, когда девушка носила под своим сердцем ребёнка. Хотя это ли являлось причиной его волнений? Вряд ли, Пол нервничал уже просто из-за того, что его нареченная пострадала.       И сейчас, смотря на неё со стороны, квилет понимал, как сильно ему повезло. Многие из его собратьев проходили стадии знакомства, «притирания» со своими вторыми половинками, а ему это было не нужно. Эрика и Пол были знакомы ещё с малых лет, и мужчина знал об объекте импринтинга достаточно. В принципе, как и она о нём знала всё и даже чуточку больше.       — Ты пялишься, — хрипло произнесла Ри, с прищуром смотря на друга детства. — Это выглядит очень странно, старичок.       Парень хмыкнул и легко пожал плечами. А что ещё можно было на это ответить? Да, ему нравилось смотреть на свою нареченную. Когда Эрика находилась рядом, Лэйхот понимал, что она в безопасности. И это состояние защищенности и спокойствия привносил именно он в её жизнь. По мнению самого квилета, никто кроме него самого не мог вызвать у неё такие чувства.        Все то время, которое он провел наблюдая, Лэйхот стоял, облокотившись на арку между гостиной и коридором. Ему было так удобно. Да и он боялся, что приблизившись, нарушил бы её покой. Однако сейчас, когда нарушать уже было нечего, квилет все-таки направился к наречённой. Он присел в кресло и сложил руки перед собой. Карие глаза с любопытством уставились на Эрику, тем самым пытаясь считать её состояние. И это выходило очень даже неплохо. Ну, Полу так казалось.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил мужчина и передал Сойер ещё одну подушку, чтобы она могла подложить её под спину. И Пол даже не заметил, как совершил что-то подобное. Его тело действовало отдельно от головы, больше машинально. — Принести тебе чаю? Голодная?       — Когда ты стал таким болтливым? — с хрипотцой спросила Эрика, прокашлявшись. И не смотря на внешнее недовольство, а также желание казаться сильной и независимой, улыбка выдала её. Губы растянулись в застенчивой, еле заметной улыбке, которую зоркий глаз оборотня поймал сразу.       — А когда ты успела стать такой язвой? — в тон ей ответил Лэйхот и засмеялся. После душащей тишины, что-то столько громкое и резкое было неожиданным. Вздрогнув, Эрика потупила взгляд, чуть сжимаясь. Однако ей потребовалось всего секунду, чтобы расслабиться. Тело охватила столько непривычная лёгкость. Девушка чуть хихикнула в ответ, после чего снова опустилась на подушку. Правы бок отдало спазмом, но квилетку это явно не остановило. Она продолжала смеяться, слегка поглаживая свой ушиб.       Пол смотрел на все это и не знал, как ему поступить. Он хотел бы, просто грезил, чтобы Эрика больше не возвращалась в тот дом. И, конечно же, квилет был готов предложить свое жилище, но… Всегда было чёртово «но» и сейчас оно выступало в виде законов штата. Ри оставалась несовершеннолетней и тут вставал вопрос об опеке. Родственников у них с Николь не было, а значило это лишь то, что при большом желании Сойер-младшая не могла сбежать от своей чокнутой мамаши. В принципе, кто-нибудь мог бы нажаловаться в органы опеки. Только какова была вероятность, что Николь лишили бы родительских прав? Правильно, никакая. И все это заставляло внутреннего волка выть от безысходности. Правильно говорят, что, лишь в период сильного отчаяния, приходят гениальные идеи.       — Выходи за меня замуж, — прервал тишину молодой человек. — Будь моей женой, Эрика.       Девушка перестала смеяться и начала кашлять. Ком встал у неё в горле, а глаза расширились до удивительных размеров. Признаться честно, Ри правда думала, что в этой жизни её уже ничего не могло удивить. Вот только у Пола это прекрасно получилось. Одной лишь своей фразой он просто растоптал все наигранное спокойствие Сойер и привел её в состояние нервозности.       Эрика встала в ступор и не могла вымолвить ни слова. Она лишь смотрела на Пола и молчала, долго молчала. В голове у квилетки крутилось множество исходов данного разговора: Лэйхот засмеется и скажет, что это всего лишь шутка, Эрика психанет и обидеться на него. Может даже пару раз ударит. Да все что угодно могло произойти! Кто вообще просто так мог говорить о таких вещах?! Чёртов Пол не просто так скинул на неё эту бомбу замедленного действия и молчал.       — Издеваешься? — спросила Ри. Если бы у неё были силы, то девушка встала и стукнула бы старого друга по темечку. Ещё с детства квилет любил издеваться над ней, и не всегда его шутки были удачными. Сойер до сих пор помнила червей, которых Лэйхот закинул ей за шиворот. А также то, как он толкнул её в море, на минуточку, это была осень. Глубоко поздняя осень.       На приколы Пол никогда не скупился. Он умел издеваться над людьми, выставляя их полными идиотами. И в подобном поведение сказывалось воспитание улицы. Его мама из-за тяжелого материального положения была вынуждена брать дополнительные смены на работе. И в то время мальчик рос в «спартанских» условиях, когда за свою свободу и право на существование приходилось бороться. Можно было бы спросить, а что вообще ему могла сделать маленькая девочка? Вот только тут пришибленный мозг оборотня оправдывался лишь инстинктами. Наверно, Ри ему нравилась всегда. Вот только он этого не осознавал. А как мальчики выражают свою симпатию? Правильно, через грубую силу. Отвратительное мнение. И Эрика как никто другой знала, что формулировка «бьёт, значит любит» не работала.       — Зависла? — усмехнулся Лэйхот. Его тоже прошибло осознание сказанного, но слова назад брать было поздно. — Принести тебе червей?       — Ты придурок, — резко бросила Сойер, качая головой. — О чем ты вообще? Перегрелся?       — Твоя мать избивает тебя, Эрика, — наконец-то серьёзно выдал молодой человек. Он знал, что им нужно говорить серьезно. — Будешь продолжать терпеть это? И сколько это ещё может продлиться? Год или два? Ты можешь быть уверена, что следующий удар не будет для тебя летальным?       Девушка засопела. Ей не нравился напор, с которым с ней разговаривал квилет. Лэйхот начинал злиться, но не из-за реакции Эрики, она вообще была тут не причём. Всё дело было в Николь, в её отношении к единственной дочери. Внутреннего волка мужчины просто бесил факт умышленного причинения вреда его нареченной. Тот готов был вгрызться в глотку любому, кто только посягнул бы на безопасность его пары.       — Какая разница? — меланхолично произнесла Ри, слегка пожимая плечами. Девушка не пыталась оправдать собственную мать, ей это было совершенно не нужно. Сойер и так знала какая она тварь, но и как у любого ребёнка, в ней теплилась надежда на лучшее. Она любила свою маму, какой бы ужасной та не была. Здоровое ли это поведение? Нет, но исправлять подобное уже слишком поздно.       — Твоя жизнь имеет значение, — неожиданно резко выдал Пол, чуть ли не подскакивая в кресле. — Мне есть разница!       — Пол, мы не общались уже несколько лет, — сказала Эрика. — Зачем ты все это говоришь мне? Это не твоя ответственность. Ты помог, и я безумно благодарна, но дальше лезть не нужно, правда.       Сглотнув, мужчина сжал руки в кулаки. Он не знал может ли вообще обрушивать на неё всю информацию разом. Буквально день назад у Ри была истерика и вероятность, что она могла повториться, велика. Да и вообще физическое состояние девушки на данный момент оставляло желать лучшего.       Мог ли он именно сейчас огорошить её новостью о своем истинном обличии, об импринтинге и своей неожиданной любви? Определенно нет, а если бы Лэйхот попробовал сделать это, то альфа убил бы его. Сэм так и грезил оторвать голову своему лучшему другу. Слишком уж квилет часто его бесил то ломая мебель в доме, то избивая собратьев.       Молчание затянулось, и оборотень понимал, что должен что-то сказать. Признаться в любви он не мог, слишком уж неправдоподобно бы это звучало. Выказать желание растить ещё народившегося ребёнка, только потому что они дружили в детстве, тоже не мог. Да и готов ли Лэйхот на такие поступки? Он ещё не до конца понимал, не осознавал в полной мере что творилось с его нареченной. Чужой ребёнок казался чем-то эфемерным, не существующим… Его сердце ещё не билось, а тело Эрики не изменило своей стройности, даже излишней худобы. И поэтому Пол выбрал золотую середину. Он поднял свой тяжелый взгляд, тут же впиваясь в удивленный, даже слегка напуганный взгляд Эрики.       — Ты поверишь, если я скажу, что ты нравишься мне? — усмехнулся Лэйхот. Однако не смотря на внешнюю непринужденность и смешинки в голосе, говорил он вполне уверенно. Этот парень не намерен был отступать. Ни сейчас, ни когда-либо ещё.       Сойер смотрела на мужчину удивленно. У неё с трудом получалось переварить происходящее. С чего вообще Пол решил признаться в чувствах? Откуда вообще эти чувства взялись? Как ей реагировать на это? Ри понимала, что точно ничего не испытывает к Лэйхоту. Он для неё являлся просто другом детства, который помогал в такой сложной ситуации. Как вообще Эрика могла помыслить, что выйти за него замуж.       — Я не знаю что сказать, — отрицательно покачала головой Ри и сжала плед в своих пальцах. Девушку сильно взволновало это предложение. Наверно, даже больше, чем предложение Питера сделать аборт.       — Ты не обязана отвечать сейчас, — сказал Пол, легко пожимая плечами. — Это не то решение, которое можно принять быстро. Я готов подождать.       — Спасибо за одолжение, — усмехнулась Эрика, дернув плечами. И вот былое спокойствие, и дружеская атмосфера растворились, словно их и не было вовсе. Лэйхот молчал, боясь слишком сильно надавить на Ри и отпугнуть. А сама Сойер взвешивала все произошедшее, пытаясь понять, когда же её жизнь покатилась вниз по склону и как теперь этот комок недоразумения остановить.       Молчание между ними нарушил звонок на телефон Эрики. Гаджет вибрировал, при этом издавая не самую приятную мелодию. Девушка быстро взяла смартфон в руку и начала на кнопку вызова. Сначала Ри не поняла, о чем с ней говорят. Молодая особа на том конце провода представилась медицинским персоналом больницы Форкса. Она что-то быстро протараторила про Николь, пожар в доме и крайне тяжелое состояние. Сойер искренне ничего не осознавала. Её в одну секунду сковал животный страх, а глаза с мольбой посмотрели на Пола.       Тот в мгновения ока оказался рядом с перехватил телефон. Пока Эрика разговаривала с той девушкой, он услышал все, что ему было нужно. Николь подожгла дом, скорее всего неосознанно, а сейчас находилась в реанимации с множеством повреждений как кожного покрова, так и внутренних органов.       — Нам надо в больницу, — после разговора с медицинским персоналом, произнес Лэйхот. — Я отвезу тебя.