How It Ends

Покинуть храм было проще, нежели в него попасть — здесь был скрытый вход в горах, откуда Блум могла видеть уже знакомый Драконий Предел. Видимо, в подземелье она провела несколько часов, потому что солнце уже клонилось к закату. Но больше всего фею интересовал найденный камень и странный язык, написанный на нем и на стене. Она понимала местный язык и могла читать на нем только благодаря магии Фарагонды, но Блум попробовала несколько заклинаний, чтобы расшифровать написанное на скрижали, но ни одно не сработало. Иногда буквы на Драконьем Камне расплывались, будто сейчас заклинание и вправду сработает, но затем они вставали на свои места и ничего не менялось. С недовольным видом Блум аккуратно, чтобы не разбить склянки с зельями, убрала скрижаль в рюкзак, ощущая, как он от этого потяжелел. Спустившись с гор и разок чуть не упав, Блум пошла по направлению к Вайтрану. Она не знала, что может подстерегать ее ночью на дорогах, будут ли это просто волки или кто похуже? Но почему-то на своём пути она не встретила никого, кроме безобидных лисиц и зайцев. Это было странно, учитывая, какой этот мир жестокий. Может, новичкам просто везёт? Как бы то ни было, до города она добралась в целости и сохранности, ещё и с выполненной миссией. Когда Блум проходила в город через главные ворота, два стражника, охраняющих их в прошлый раз, когда сюда провела ее Эйла Охотница, исчезли. И в самом городе было пусто: все разбежались по домам. Фее показалось это очень странный и она поспешила к замку. Теперь, когда здесь никого не было, ее взгляд сам по себе остановился на иссохшем дереве посередине площади, вокруг которого стояли лавки. Интересно, почему оно все еще стоит здесь? В центре города, в таком-то виде. Но ломать голову долго над этим вопросом Блум не стала: у неё есть дела поважнее. Стражника перед входом в Драконий Предел тоже не было. Да куда все подевались? Она с силой толкнула дверь и снова оказалась в знакомой обстановке, только вот теперь здесь не было ни той самой эльфийки с серой кожей, ни людей, сидевших за столами вокруг очаг. И трон ярла был пуст. Один Фаренгар остался на своём месте, только вот у него были гости: — Это ещё кто? — грубо спросила женщина в капюшоне, чьего лица Блум разглядеть не смогла, а голос показался ей смутно знакомым, — у нас важные государственные дела. — Я принесла камень, — фея достала его из своего рюкзака, — но если он вам больше не нужен… — Ты достала его! — придворный маг обрадовался как ребёнок новой игрушке, — а я ведь сразу в тебя верил. Ага, верил. Сказал, что она даже до храма не доберётся. — Кстати, ярл хотел тебя видеть, если ты вернёшься, — сказал колдун, уже показывая свою новую игрушку таинственной женщине, — и спроси у него о награде. Он на втором этаже, лестница справа от трона. Не пропустишь. Что ярлу было нужно от нее? Блум заволновалась, но успокоила себя, ведь она в этом мире всего ничего, как она могла нарушить какие-то правила? Поднявшись, она застала ярла в компании пожилого мужчины. — Ярл, — на всякий случай, Блум поклонилась, — вы хотели меня видеть? — Да, я так и не имел чести представиться. Я ярл Балгруф Старший,— ответил мужчина средних лет в короне, — Фаренгар рассказал мне, что послал некую девицу на поиски его артефакта, но много надежд на тебя не возлагал. Как вижу, зря. Ты сумела вернуться. Награду можешь получить у моего управителя. Но у меня есть еще одна просьба к тебе. — Это большая честь для меня, — ответила фея, — я Блум. — На западную сторожевую башню напал дракон. Я хочу попросить тебя сражаться вместе с нашими лучшими воинами, — теперь понятно, почему все попрятались по своим домам. Они боятся дракона. А стражников, наверное, собрали для битвы. — Айрилет, какие новости? — спросил ярл, когда к ним поднялась та самая эльфийка. Теперь Блум, по крайней мере, знает ее имя. — Дракон все ещё около западной сторожевой башни. Нам нужно отправляться немедленно, если мы хотим застать эту ящерицу и прикончить ее, я уже собрала отряд лучших воинов, они ждут у главных ворот, — проинформировала Айрилет. Без сомнений, они планировали убить дракон. Но Блум не могла позволить этому случиться. Фея помнила Белую Змею из измерения Омега, которая была ее хранителем. У неё получилось войти в контакт с ней, может, получится и с этим драконом. — Я не вправе требовать от тебя помощи, друг мой, — Балгруф Старший обратился к фее, — ты имеешь полное право отказаться, помни об этом. Но если ты согласишься помочь нам, Вайтран никогда не забудет твоей доброты. Знал бы он, что Блум здесь как раз ради изучения драконов, и ему даже не нужно было уговаривать ее пойти — она бы все равно отправилась к этой башне: с войском или без. — Я помогу вам, но мне ничего не нужно. Главное, чтобы мы спасли как можно больше людей, — Блум не кривила душой, когда говорила это. Она привыкла спасать мир, ничего не прося и не ожидая взамен. Она же фея, а феи творят добро безвозмездно. — Бойцы ждут у ворот города. Нам нужно спешить, пока дракон не напал на Вайтран, наигравшись с одинокой башней, — сказала Айрилет, уже спускаясь вниз, и Блум поспешила за ней, оставляя свой рюкзак с небольшими пожитками на совесть управителя ярла, чтобы он не мешал ей в драке. Около ворот их действительно уже ждало небольшое войско из стражников Вайтрана. Лучших, как сказала Айрилет. Эльфийка вдохновила их речью, но фея не вникала в ее смысл, слишком уж ей не терпелось встретиться с драконом. Когда Айрилет закончила распинаться, они наконец-то отправились к башне. Чёрный дым, поднимающийся с места нападения дракона, был виден ещё за несколько сотен метров. Когда они подошли ближе, Блум увидела разруху: сама башня покосилась, а ее куски камнями валялись на земле. Их отряд, во главе с эльфийкой, остановился около одного из валяющихся камней, и она начала выкладывать их план, но Блум слушать не стала, просто сказала: — Все спланировать невозможно, — и она вышла из укрытия под разъяренные крики Айрилет. Дракона нигде не было видно, Блум перебежала к самой башне, в которой прятался мужчина: — Он ещё здесь, — прошептал он, будто дракон мог их услышать, а затем перешёл на крик, — он сожрал остальных! Блум пробежала два этажа по лестнице, поднимаясь на верхушку башни. Дракона не было видно, но было слышно. Казалось, от его рева сотрясалась сама башня. В первый раз Блум увидела драконов в Красном Фонтане, когда они выступали на шоу специалистов. Но те драконы были приручены, принуждены выполнять прихоти хозяев, как будто они в цирке. На Пиросе драконы были совсем другие — они были свободные. Дракон, который сейчас летел прямо на нее, не был похож ни на одного из них. Что-то в нем отличалось от драконов Волшебного Измерения, Блум не могла понять, что именно, но собиралась выяснить. Дракон приближался, и времени у неё не оставалось: — Энчантикс! — выкрикнула она и вспышка света озарила башню. За спиной Блум появились два крыла, а ее костюм превратился в голубое платье, значит, сработало! Она все ещё могла превращаться в фею. Блум взлетела, пытаясь отвлечь дракона на себя. Эти люди уже достаточно страдали, да и вряд ли драконью чешую смогут пробить их стрелы. — Йор бо? [Смертный летает?]* — прорычал дракон, кажется, в удивлении. — Я тебя не понимаю, — громко ответила фея, стараясь перекричать все какофонию звуков, что здесь образовалась: крики, взмахи крыльями, лязгание металла, — я не хочу драться. — Хи ни дова [Ты не дракон], — в дракона стреляли, но он даже не шелохнулся, — во хи? [кто ты?] — Я не понимаю, — повторила фея, — ты понимаешь, что я говорю? А дракону уже, видимо, осточертело вести светские беседы в небе, поэтому он полетел на отряд Айрилет. Блум не простит себе, если эти люди погибнут. Но здесь каждая секунда стоила жизни. И одну секунду она потеряла: дракон налету схватил стражника, разорвал его на две части, а затем выплюнул. Вся его морда была в крови. После трапезы дракон опустился на землю, чтобы зажарить ещё парочку стражников, и Блум, не придумав ничего лучше, начала кидать в дракона один за одним огненные шары, а когда ему это надоело и он развернул своё громадное тело к ней, чтобы пустить в фею струю пламени, прокричала: — Эй, ящерица! Спорим, ты не сможешь меня догнать, — она все ещё не знала, понимает ли ее дракон, но он взлетел и ринулся за ней. — Бозик йор [дерзкая смертная], — теперь же сомнений у Блум не осталось. Дракон отлично ее понимал, просто не утруждал себя разговорами на понятным обоим языке. Фея знала, что даже прирученные драконы — существа донельзя горделивые, и такой пустяковый вызов они проигнорировать не могут, и видят в нем угрозу собственному достоинству, — сараан фо хин динок [жди своей смерти]. Вот только проблема: рюкзак вместе с картой остались в Вайтране. Куда ей лететь? Подальше от Вайтрана? А если впереди ещё какое нибудь поселение, жители которого не успели спрятаться в своих домах от дракона? Решение нужно было принимать быстро, и Блум понимала, что дома здесь сделаны в основном из дерева, значит, спасения от дракона все равно не будет. И полетела в противоположную от Вайтрана сторону. Она не имеет права рисковать жизнями других, ведь там, куда они полетят, может и не оказаться никакого города. Они пролетели над каким-то зданием, похожим на форт, и Блум испугалась, что дракону перестанут быть интересны догонялки, и он бросится на людей, но дракон все еще летел за ней. Только вот небольшая загвоздка: они ведь когда-нибудь долетят до конца. И что будет дальше? Блум начала лихорадочно искать ответ на этот вопрос, а дракон был все ближе и ближе, размах его крыльев больше, чем размах крыльев Энчантикса. Наконец-то, они достаточно отлетели от Вайтрана. Долгий полёт утомил фею, и она увидела безлюдную поляну, где возвышался одинокий камень, походивший на монумент. Блум начала снижаться, и дракон за ней. Делал он это с такой проворностью, которая, казалось бы, не должна быть свойственна огромному созданию. — Я не хочу драться, — сказала Блум, когда они оказались лицом к лицу, — но если ты меня вынудишь… В руке у феи загорелось пламя, подтверждающее ее намерения. Но пока даже не пытался ее сожрать. Эмоций на морде дракона Блум разобрать не могла, а, значит, не могла и предугадать его дальнейшие действия. — Умеешь летать, но ты не дова, — изрёк он на понятном ей языке. Последнее слово, видимо, означало «дракон». — Я фея Пламени Дракона, — гордо заявила Блум, — и я пришла учиться у вас. — Йор хочет учиться у дова? — дракон издал странный звук, отдаленно похожий на смех, — йор должен подчиняться дова. — Я докажу тебе, что достойна, — заявила Блум, — тогда ты станешь меня обучать? — Наш криф [бой] закончится твоей динок, — уверенно ответил дракон, — будет жаль, если тури [повелитель] не увидит такую занятную йор. — А это мы ещё посмотрим. В голову феи вдруг пришли уроки своего маленького друга-дракончика Бадди, которые он преподал ей на Пиросе: Ты должна ходить, как дракон. Ты должна есть, как дракон. Ты должна рычать, как дракон. А теперь она должна драться, как дракон.