Моё спасение

«Блас (теперь я буду называть тебя так) – это мои последние слова, которые я не смогу сказать тебе, поэтому записала на бумагу. Хочу, чтобы ты знал, что я действительно люблю тебя и была счастлива, когда ты сделал мне предложение… но я не могла поступить иначе. Признаюсь честно - что когда я пришла к тебе ночью, то таким образом пыталась не просто отдаться тебе, но и спасти свой разум от мысли о суициде. Да, уже в тот момент, когда мы занимались любовью я думала о том, что мне нету места в этом мире. А когда ты сделал мне предложение и начал вслух строить планы на наше совместное будущее, то я окончательно убедилась, что это единственный выход. Я не говорила тебе, но когда жена моего второго любовника потеряла ребёнка, то она не просто стала бесплодной – она сошла с ума. На моей совести не просто ошибка или грех, а чужая разрушенная жизнь. И после этого, «начинать новую жизнь» для меня будет верхом лицемерия. Вот представь: мы с тобой живём счастливо, у нас есть дети, которых мы растим, дабы они выросли, состоялись в жизни и обзавелись своими семьями. Но где-то там живёт сломанная женщина и вечно плачет над могилой своего малыша. Поэтому я не могла по-другому. Даже просто жить для меня было бы пыткой. Поэтому я совершила расплату сама над собой. Не могу я жить счастливо, когда на моей совести непоправимое. Тебе будет больно Блас, но прошу: не ломайся снова. Не горюй вечно над моей могилой. Извлеки урок и живи дальше. Не причиняй боль другим и не позволяй причинять её тебе. Я люблю тебя, надеюсь, что в другой жизни мы встретимся при других обстоятельствах.» Я уже не помню какой раз перечитывал её предсмертную записку, но теперь решил, что это последний раз. Я стоял над могилой Катрин и держал перед лицом этот листок с письмом. - Ты прямо, как некромант читающий заклинание для воскрешения любимой, - усмехнулась Лухан, стоявшая сзади. Она уже была беременна и поглаживала свой округлившийся живот. Я не ответил, а аккуратно сложил письмо и возложил его на могилу вместе с цветами. - Блас, я вот не понимаю, почему её похоронили? – спросила Лухан – Самоубийц же не отпевают. - Если суицид совершил душевнобольной, то это не считается самоубийством. А раз Катрин сидела в дурке, то было не сложно доказать, что на момент суицида она была неадекватной. Моя жена кивнула, приняв объяснения. - Надо ехать, - сказала она – Опоздаем на свадьбу Мануэля. Я кивнул. Несмотря на общую грусть, которая посещала меня всякий раз у могилы Катрин, я почувствовал лёгкую радость за друга. Мануэль наконец-то смог освободится. Поняв, что ему не вернуть свою предыдущую семью, он завёл новую. Его Джульетта души в нём не чает. У другого моего друга – Пабло, тоже всё наладилось. А ведь ему было хуже после потери Мариссы. Настолько, что он решился на отчаянный шаг: приворот. Вот только, когда он нашёл по совету знакомых хижину той самой ведьмы, то его встретила не старая карга, а молодая и привлекательная колдунья Лола. Чисто эстетически, мне она в качестве жены Пабло нравилась. Я обожаю контрасты: Пабло бледный светловолосый блондин, а Лола смуглая цыганка. - Да, - ответил я Лухан – Едем. Мы оставили могилу Катрин, и я отметил про себя, что теперь буду навещать её с улыбкой на лице. Я отпустил прошлое и могу жить дальше.