A merman's tear

      — Оу… Вау. Джордж выдохнул, глаза расширились, когда его голос разнесся по взвывающему ветру. Над ним висели величавые просторы неба. Они казались такими необъятными, что Джордж приоткрыл рот от увиденного. Пушистые белые облака застилали небо в некоторых местах, на лазурном небе они казались бледными. Русал моргнул, у него перехватило дыхание, пока он осторожно водил руками по океанской глади, а хвост продолжал медленно шевелиться, чтобы держать владельца на воде. Волны мягко врезались в грудь, пока он смотрел на горизонт, постепенно уходящий и сжимающийся в тонкую линию.       Солнце приятно обжигало кожу, но не настолько, чтобы это стало некомфортным для мужчины. Было настолько хорошо, что хотелось раствориться в лучах. Джордж никогда не чувствовал такого тепла. Конечно, всю жизнь он согревался благодаря тому, что давала природа. В конце концов, он все же морское существо, он был рожден, чтобы искать тепло, но это было другим. Это было то тепло, которое лишь поддерживало струйки жизни в его теле. Разве это тепло? Это больше было похоже на одеяло, которое грело снаружи и от которого хотелось спать. Он чувствовал тепло, это верно… Но не только своей «оболочкой», Джордж чувствовал тепло глубоко в своем сердце, оно отлично избавляло от холода. Обзовите его поэтом, но это правда.       Джордж почувствовал себя вялым. Веки стали тяжелеть, и он мог точно сказать, что это новое тепло вызвало сонливость. Поэтому он нырнул в воду с головой, чтобы проснуться. Вода капала с волос, когда парень снова высунул голову, глядя на поверхность. Джордж стал напевать знакомую мелодию из детства, которую пела ему мать. Он оперся спиной о воду, все еще придерживаясь хвостом. Он продолжал тихо петь, прислушиваясь к шуму ветра в ушах. Джордж вспомнил сказку, которую часто рассказывала ему мама. Сказку, в которой ветер разносил истории.       Вроде бы, ему было около семи или восьми, когда Джордж впервые услышал этот рассказ. Он свернулся в объятиях матери, спрятавшись глубоко в подводной пещере. Она нежно провела руками по его каштановым волосам, напевая ту же мелодию. Джордж моргнул, подхватывая песню, тихо мямля себе под нос. Мать улыбнулась, одной из своих перепончатых рук обхватила маленькую щечку, не сильно щипая ее.       — Спи, Джорджи, — ласково шептала она, все еще поглаживая волосы своего ребенка, упираясь о камни. Джордж возмущенно фыркнул, скрещивая руки на груди.       — Мам, я не хочу спать! Я должен изучать море! — он вытянул руки вперед для большего эффекта и широко раскрыл глаза. Его мать мягко улыбнулась, ее глаза сияли любовью, когда она легонько коснулась маленького носика своим.       — Завтра, я обещаю. А теперь поспи.       — Нет! — Джордж раздраженно вскрикнул. Его мама тихо посмеялась.       — Хорошо, как насчет одной сказки, а потом спать? А завтра мы вместе пойдем исследовать море. — Предложила она в качестве компромисса. Джордж задумался на несколько секунд, прежде чем вздохнуть и устроиться поудобнее.       — Хорошо, одна сказка и спать, — он согласился.       —Хм, — подумала его мать на мгновение, прежде чем сказать. — Ага! У меня есть идеальная история для тебя.       — Скорее! — Джордж взвизгнул с нетерпения, и его золотой смех заполнил пещеру.       — Когда я успела воспитать такого нетерпеливого мальчика?       — Расскажи мне историю! — снова выругался Джордж, и старшая русалка подняла руки, защищаясь и начиная рассказ.       — Ладно, ладно. Ну, все однажды умирают. Это неизбежная часть жизни. Джордж закашлял от удивления. — Однажды, тысячи лет назад, один из членов нашей семьи очень грустил. Он грустил, потому что его сестра умерла. Джордж нахмурился. — Он долго оплакивал и так и не смог пережить кончину своей сестры. День за днем этот русал плакал. Все напоминало ему о сестре. Они так и не смогли попрощаться.       — Мама, эта история слишком грустная. Мать шикнула на него, и он закатил глаза.       — Итак, однажды этот русал пошел плавать. Он не хотел находиться рядом со своей семьей, поэтому он сделал то, на что раньше ни одна русалка не осмеливалась. Затем Джордж заинтересовался и быстро сел, чтобы посмотреть на мать.       — Что он сделал? — спросил он с предвкушением в голосе. Мама взяла его за плечи и вернула своего сына в удобное для сна положение и продолжила.       — Он выплыл на поверхность.       — Нет! — Джордж удивился, вдыхая.       — Да! — она посмеялась. — Он поднялся и услышал прекраснейшую вещь. Лучше любых песен, лучше, чем шум моря.       — Что это было?       — Ветер.       — Ветер?       — Да, потому что, если очень внимательно прислушаться к ветру, можно услышать, как он поет. Джордж прищурился. Это звучало неправильно, словно выдумка. Его мать, должно быть, увидела выражение лица ребенка, потому что ухмыльнулась и заявила.       — Пока не увидишь — не поверишь? — В любом случае, он слышал, как поет ветер. И это была та самая песня, которую они с сестрой пели вместе перед сном. Этот русал слушал и плакал, и он понял, что жизнь его сестры никогда не заканчивалась. Ее дух живет в ветре, который будет петь вечно. — Русал был вне себя от радости. Он поплыл к своей семье быстрее молнии и сообщил остальным о том, что узнал. И так каждая русалка поднялась наверх. Они услышали пение своих предков, продолжающих линию жизни на ветру. Говорят, когда русалка или русал терялись, то они выплывали на поверхность и слушали голоса своих предков, потому что их пение всегда возвращало домой.       Его мать закончила рассказ, и Джордж сидел в благоговении.       Он задумался на мгновение, решив, что история ему понравилась, прежде чем нахмурить брови и взглянуть на мать. Ее длинные темно-каштановые волосы мягко покачивались в воде.       — Но тогда почему мы не можем выйти на поверхность сейчас? Джордж знал, что поверхность не была безопасным местом и всегда нужно быть осторожным, когда выбираешься туда.       Мать закусила губу и обняла его.       — Из-за людей.       — Люди? Из-за них мы не можем подняться наверх? Но они так похожи на нас… «За исключением рыбных частей, конечно», подумал Джордж. Его мама вздохнула.       — Ну, когда-то мы жили относительно мирно с людьми. Но… всякое случается, Джорджи. И теперь это абсолютно небезопасно для русалок. Люди — вот почему мы должны быть внимательными. Будь осторожен, Джорджи, ладно? Ты обещаешь, что позаботишься о себе? — тихо спросила она, и Джордж нахмурился.       — Но ты всегда будешь рядом, чтобы позаботиться обо мне. — Коротко заявил он. Мать просто улыбнулась грустной улыбкой.       — Просто пообещай мне, хорошо?       — Хорошо, мама, обещаю. Я буду осторожен.       Она поцеловала его в лоб, подтянув его в более удобную позу для сна, и продолжила напевать спокойную мелодию, пока он засыпал.

***

      Джордж немного откашлялся, когда воспоминание закончилось, слезы вот-вот покатятся по щекам. Он быстро потер свои глаза, избавляясь от признаков печали. Он скучал по матери, очень-очень. Но, как она рассказывала, он все еще мог слышать ее пение сквозь ветер.       Джордж глубоко и протяжно вздохнул, прежде чем выпрямиться. Дельфиний крик эхом разнесся по воздуху. Он обернулся и увидел, как стая дельфинов выскакивает на поверхность, шлепаясь обратно в воду. Они приблизились к нему. Джордж рассмеялся и протянул руку, чтобы погладить одного из них по голове. Рыба с нежностью врезалась в его руку, издав еще один зов.       Дельфины снова плескались в воде, удаляясь и прыгая в небо. Джордж решил, а почему бы и нет, присоединиться к ним. Он быстро проплыл под водой, догнав их, и прыгнул вверх, его звонкий смех смешался с криками дельфинов.       Так он провел следующие несколько часов. Плавая с дельфинами, делая небольшие перерывы, смеясь и хорошо проводя время. Он даже дал имя первому дельфину, которого встретил, со странным белым пятном на носу. Ее звали Ники. Ему было так весело.       Жаль, что удача не была на его стороне.       Джордж понятия не имел как, но почему-то он не заметил довольно большой корабль, приближающийся к нему и его новым приятелям. Мужчина с судна крикнул.       — Русалка! И воцарился ад.       Джордж вскрикнул от удивления, когда на него набросили большую сеть, резко прервав странный разговор, который он пытался завести с дельфином. (Возьмите на заметку. Не разговаривайте с дельфинами! Они не смогут понять вас, и это закончится такой ситуацией.)       Ники, дельфин, перепрыгнула через него, толкнув так сильно, что русалу удалось выбраться из упомянутой сети. Он быстро поплыл вниз, хвост гнал его быстрее, чем он когда-либо плавал в своей жизни. Другие дельфины мчались за ним, испуганно пища, прежде чем они начали отчаянно визжать. Джордж обернулся и посмотрел вверх, чтобы увидеть дельфинов, оставшихся в одной небольшой группе. Он посмотрел дальше. Он увидел Ники, своего любимого дельфина, пойманного в сеть, в которой, ранее, поймали и его. Джордж застонал, страх пронзил его сердце.       — Не будь глупцом, Джордж! — сказал он себе. — Не рискуй своей жизнью, пытаясь спасти чертова дельфина! Но как только слова вылетели из его рта, он уже начал подплывать к Ники.       Когда Джордж приблизился, она завизжала и забилась в сети, в ее глазах читался ужас. Сеть медленно продвигалась выше по воде. Джордж подплыл, положив руки на нее через грубую веревку, усеянную ржавыми металлическими кусочками. Он поднял глаза, чтобы попытаться понять, как вытащить ее. Заплывая выше, он помог ей распутаться, но она так окаменела, что не сдвинулась с места.       Сеть продолжала двигаться вверх, и Джордж подумал, что его сейчас стошнит. Он помедлил, прежде чем заплыть в сеть, просунув руки и хвост под нее, чтобы подтолкнуть вверх. Этот казалось, вывело ее из замороженного состояния, и она быстро рванула под сетку.       Как только Джордж начал распутываться, чтобы выбраться, сеть поднялась из воды. Он испуганно вскрикнул и попытался вылезти, но его хвост был слишком тяжелым, а сеть слишком тугой. Он упал назад от гравитации и порезал себе бок о ржавую металлическую накладку веревки. Ники и другие дельфины лихорадочно поплыли под ним, когда он полностью вышел из воды. Ники выпрыгивала и кричала. Джордж отвел от нее взгляд, когда сеть начала двигаться в сторону, и его сердце упало в пятки. Люди. Много людей. Много людей на корабле. Корабль, полный людей.       О, черт, о, черт, о, черт, о, черт, о, черт, о, черт, о, черт.       Сеть опустилась на деревянную палубу, и Джордж стал задыхаться, его мысли кучами роились в голове, а сердце бешено колотилось. Он никогда раньше полностью не выходил из воды, не говоря уже о чертовом корабле. Пиратский корабль, кажется? Удача точно не была его стихией.       Мужчина подошел к Джорджу, запутанному в веревке, и у которого был порез, кровоточащий на его боку. Солнечный свет был прямо позади этого человека, и Джордж не мог разобрать его в деталях. Мужчина потянулся к Джорджу, и русала затошнило. В голове стучало и трещало, прежде чем он потерял сознание от страха, ударившись головой о деревянный пол корабля.