A merman's tear

      Джордж развалился на одеялах в главной столовой. Здесь был угол, заполненный подушками и одеялами, потому что, боже упаси, у них есть диваны. Это было удобно, так что он не жаловался. Дрим сидел рядом с ним, а Джордж полуопирался на блондина, пока тот читал. Дрим читал Джорджу сказку, что-то про трех поросят или что-то в этом роде. Мужчина сказал, что это была одна из бесчисленных историй, которые ему рассказывали в детстве, и что он собирался рассказать Джорджу каждую из них. Это было несколько странно, учитывая, что эти истории были созданы, ну, для детей, но он все равно позволил Дриму их прочитать. Он находил утешение в том, что рассказывал Джорджу эти истории, так кто же он такой, чтобы его останавливать? Кроме того, Джордж заставил Дрима пообещать, что он расскажет ему несколько историй о своей семье.       Честно говоря, Джордж особо не слушал. Иногда он включался, чтобы услышать что-нибудь о волке (он понятия не имел, что это за чертовщина) или о сносимых домах. Что-то в успокаивающем и бархатном голосе Дрима не давало ему сосредоточиться. Он постоянно чувствовал, что немного засыпает, теряясь в мыслях. Но что действительно заставило его потерять концентрацию, так это лицо Дрима.       С момента, который произошел двумя днями ранее, когда Джордж объявил о красоте Дрима, мужчина был более открыт для того, чтобы снимать маску с лица. Он положил ее на лицо сбоку вверху, чтобы он мог быстро опустить ее, если до этого дойдет, но он изо всех сил старался этого не делать. Остальные члены экипажа, конечно, видели его лицо раньше, но они также привыкли к тому, что он постоянно носил маску даже рядом с ними. Когда Дриму становилось некомфортно или в какой-то момент от него требовалось показать больше эмоций, он снова надевал маску. Он явно привык прятать их и не научился так хорошо контролировать выражение своего лица. Джордж понял. Он был просто рад, что его слова нашли отклик у этого человека. Он тоже не врал. Дрим действительно был прекрасен.       Так что да, возможно, он обнаружил, что засыпает, любуясь лицом Дрима, пока тот рассказывал ему истории. Это не было жутко, пришлось ему напомнить себе, Дрим знал, что он смотрит, так что это не было странно. Обещаю.       Только что-то в улыбке на его лице, которая так ясно отражалась в его глазах, делало его счастливым. Он почувствовал, как что-то затрепетало у него в животе, и отвел взгляд от Дрима. Ники прошла мимо, ее взгляд на секунду задержался на лице Дрима, даже спустя два дня она все еще была удивлена, увидев, что он так открыто показывает свое лицо. Ее глаза метнулись к Джорджу, который смотрел на нее, и она одарила его самодовольной улыбкой. Его брови нахмурились в замешательстве, но у него не было времени расспрашивать ее, пока она поднималась по лестнице на палубу. Он смотрел, как она уходит, прежде чем почесать затылок и вернуться к тому, что говорил Дрим.       — …А три брата, три маленьких поросенка, глядели ему вслед и радовались, что они так ловко проучили злого разбойника. Джордж кивнул головой, делая вид, что слушает, и встретился взглядом с Дримом. С минуту они смотрели друг на друга, прежде чем Дрим откашлялся и снова посмотрел на книгу, захлопнул ее и взял в руки.       — Тебе понравилось? — спросил он, и Джордж напевал.       — Очень интересно. Дрим сделал паузу.       — Ты вообще слушал? — спросил он, и Джордж покраснел.       — Абсолютно!       — О да? О чем же я рассказывал? Джордж сделал паузу.       — Там было несколько свиней. И волк. И волк был… злым? — его заявление больше походило на вопрос, и Дрим рассмеялся, слегка толкнув его.       — Ты жук! Даже не слушал! — обвинял он, но улыбка на его лице и веселый тон в голосе выдавали тот факт, что на самом деле он не был раздражен. Джордж расхохотался, и они вместе начали хихикать в углу, услышав довольно растерянный взгляд Бэда, сидевшего за столом напротив них. Когда их смех стих, Дрим задал Джорджу вопрос.       — Почему бы тебе тогда не рассказать мне одну из своих историй? Если мои детские сказки так утомляют тебя. Джордж думал, что ему сказать.       — Хочешь узнать историю, которую я пережил, или историю, рассказанную детям? — спросил он, и Дрим сделал паузу. — И то, и другое. Джордж закатил глаза.       — Хорошо, мы начнем с детской истории. Он сидел какое-то время, пытаясь решить, что сказать блондину, прежде чем в его голову пришла идея, заставившая его улыбнуться про себя.       — Хорошо, это история о том, как появились мерфолки. Дрим заинтересованно поднял брови и прижался ближе к Джорджу, чтобы устроиться поудобнее. Джордж фыркнул на него, прежде чем продолжить.       — Луна была одинока. Видите ли, солнце, ее старый спутник, больше ее не любило. Они создали существ, называемых людьми, и проводили время, не отдыхая, ухаживая за ними, оживляя их и освещая их. Солнце светило над их прекрасными землями. Но оно отказалось от луны. Как бы оно не старалось, у солнца никогда не было времени для нее, поэтому они решили создать свои собственные версии людей. Луна, знаете ли, всегда была так связана с океаном. Они контролировали приливы и водовороты моря, но чего-то не хватало. Так что они взяли людей, рыб и соединили их, — сказал Джордж, когда люди в комнате начали придвигаться ближе, чтобы послушать его речь, — они дали нам скорость, покорение воды и приспособили наши тела, чтобы они стали душами моря. Луна увидела разрыв между солнцем и их людьми. Люди даже не знали, что солнце было их родителем, поэтому луна создала то, что мы называем лунным сердцем, то самое, что помогло мне преобразовать мое тело. Кристаллы, чтобы напомнить нам и соединить нас с нашим родителем, нашей Луной, — он держал кристалл, показывая его, пока остальные смотрели вперед, чтобы посмотреть на него. Он засмеялся.       — Однако это просто детская история. Я не знаю, правда ли это на самом деле, но это правда, что у нас есть связь с Луной. Океан питается от нее, поэтому и мы тоже. Дрим взял Джорджа за руку, и тот покраснел.       — Это определенно лучше моей истории, — Дрим пошутил, заставив Сапнапа, который в какой-то момент присоединился к группе вместе с остальными, рассмеяться.       — Просто ты дерьмовый рассказчик, Дрим. Дрим сузил глаза в притворном раздражении, прежде чем тоже рассмеяться.       — Это действительно интересно, Джордж, — прокомментировал Фил, и Джордж улыбнулся, заметив, что Уилбур записывает его предыдущие слова в книгу. Ладно. Остальные члены экипажа, которых еще не было, подошли и немного поболтали, все они нашли места на одеялах и подушках, чтобы расслабиться. Джордж взглянул на Дрима, который нежно улыбнулся ему сверху вниз.       — Теперь расскажи мне свою собственную историю. Что-то интересное, что произошло, — предложил Дрим, и Джордж вздохнул. Все прекратили свою болтовню при словах Дрима, готовые к очередной истории от водяного.       — Как что?       — Рассказы о друзьях? Если только у тебя они были, сучка, — вмешался Томми, и Джордж потянулся, чтобы толкнуть его. Мальчик заворчал, садясь обратно, но замолчал.       — У меня был друг, — прокомментировал Джордж, — до того, как он умер. Все в шоке посмотрели на него, и он покраснел, — я не хотел говорить это так прямо! — объяснил он, подняв руки вверх и потрясая ими.       — Расскажи о нем, — заявил Бэд, прежде чем добавить, — если тебе удобно, конечно. Джордж моргнул, глядя на него в поисках подтверждения, а другие люди согласно кивали. Он выдохнул, прежде чем вздохнуть.       — Да, конечно. Как начать?       — Его звали Карл, — Дрим переместился рядом с ним, очевидно, вспомнив, как Джордж говорил о нем, — он был мне как брат, наверное. Мы не были родственниками, но вполне могли быть. Мы были самыми близкими по возрасту в стае, так что мы просто держались вместе, — нежно улыбнулся Джордж, — мы отрывались от остальных, чтобы все время идти и исследовать затонувшие корабли. Я почти уверен, что каждый раз, когда мы исчезали, у старейшин были сердечные приступы, — он рассмеялся, и несколько человек, такие как Фанди, Ники и Антфрост, улыбнулись.       — Я помню, как однажды мы застали кораблекрушение и нашли целый сундук с драгоценностями. Мы часами просеивали наши находки и примеряли вещи, это было так весело. А потом появилась эта большая гребаная акула, и нам пришлось убираться оттуда. Большинство акул сосуществуют с мерфолками довольно мирно, но эта конкретная была маленькой стервой.       — Она преследовала нас до самого дома, и моей матери и остальным пришлось отбиваться от нее. Поскольку мы привели акулу к нашей стае, мы застряли на охотничьих дежурствах на несколько недель! Это был кошмар… — Джордж рассмеялся, почесав затылок, погрузившись в воспоминания.       — Джордж?! — Ранбу наигранно ахнул. — Нарушитель спокойствия? Это невозможно! Джордж показал ему язык.       — Знаешь, я был очень крут. Никогда никого не слушал. Кроме Карла. И, может быть, моей мамы, — он пожал плечами.       — Сколько вам было лет, когда это случилось? — спросил Уилбур, и Джордж нахмурился.       — Кажется, 13. Что-то в этом роде. Несколько человек засмеялись, и он почувствовал, как Дрим ободряюще сжал его руку. Дрим всегда знал, что происходит. Джордж любил говорить о Карле, но это все равно огорчало его. В конце концов, его лучший друг был жестоко убит людьми. Это была немного больная тема. Говоря об убийстве людьми…       Джордж не знал, что ему делать. Ему действительно нравилось проводить время с этими людьми, они уже так много значили для него, особенно Дрим, поэтому он не знал, как быть дальше. Эти люди бросили вызов всему, что он знал о людях раньше. Если они были другими, кто сказал, что остальные люди не были такими же? Да, технически они похитили его, но у них были свои причины. И теперь он был оставлен на свое усмотрение. Иди, отдай слезы, предай мерфолкскую культуру и, надеюсь, будешь прощен, чтобы уйти нетронутым, или отказывайся от слез, возможно, подвергнись пыткам, но пусть его предки гордятся им. Что выбрать?       У них обоих были свои плюсы и минусы, но самым большим фактором, который он принимал во внимание, был тот факт, что если он выберет первый вариант, подарит им свои слезы, пойти с ними, чтобы доставить Шлатту, он, возможно, вернется и останется с Дримом. Конечно, тогда он сможет вернуться в океан, но он всегда сможет следовать за лодкой и проводить время на борту в человеческом обличье. Тогда он сможет оставаться там, где чувствует себя в безопасности.       Конечно, это было умнейшее решение, принесшее наибольшую пользу, но он все еще чувствовал вину, пронзающую его сердце при мысли о том, что он будет лить слезы на людях, в то время как правило номер один мерфолков заключалось в том, чтобы никогда, ни при каких обстоятельствах не делать этого. Джордж вздохнул, наблюдая, как другие болтают между собой, некоторые из них бормочут что-то об историях Джорджа. Дрим переместился рядом с Джорджем, и мужчина посмотрел на него снизу вверх. Дрим улыбнулся ему, когда их взгляды встретились. Он никогда не привыкнет к этому. Смотреть в глаза Дрима. Он снова улыбнулся блондину, прислонив голову к плечу мужчины и теребя их пальцы.       — Все хорошо на планете Джорджа? — Дрим пошутил, что-то шепча ему, и Джордж тихонько рассмеялся.       — Все хорошо, — пробормотал он, принимая решение.       — Все хорошо, — повторил Дрим.