Нежный бандит

— Ну и что мне с тобой делать? Где я тебя спрячу?       Когда во время одной из сумасшедших вечеринок Танкхуна ты ненадолго покидаешь бар и, зачем-то ностальгируя, приходишь на пирс, из травы на тебя выпрыгивает грязно-белый пушистый комочек. Жалобно пищащий и пытающийся забраться на носок твоего ботинка. — Иди-ка сюда, — поднимаешь котенка на руки, а его крохотный сопливый носик, напоминающий логотип Tesla, тычется в изгиб твоего локтя. — Меня вышвырнут вместе с тобой, понимаешь?       Но малыш только продолжает пищать, а вскоре на смену писку приходит размеренное мурчание. — Ладно. Пока спрячу под рубашкой. Там увидим.       На руку тебе лишь то, что все сегодня пьяны до упаду, а Питу на месяц дали отпуск, так что он проводит его у любимой бабушки. По пути до особняка, на твое счастье, малыш ведёт себя тихо, уснув в теплом гнёздышке из твоей рубашки и прижавшись к твоему животу. Ты уже размышляешь, каким образом сможешь — если очень повезёт — отправить котёнка Чею. В комнате телохранителей все равно долго не утаишь. Это живое существо, растущее и любопытное.       Оказавшись у себя, первым делом моешь малыша, который, как выяснилось, оказался малышкой месяцев двух-трёх. А затем любезно просишь у тётушки молочка на ночь, а также захватываешь из медицинского зала аптечку. Промываешь котёнку глазки и ушки, попутно умиляясь их голубизне. Чистая шерстка блестит в свете ночных ламп. — Да ты же настоящая Снежинка!       Малышка довольно причмокивает молоком, новое имя ей явно по душе. — Хм. Надо организовать тебе туалет.       Конечно, ни лотка, ни наполнителя ты сейчас не найдешь, так что просто берешь коробку из-под новых кроссовок, плотно застилаешь дно бумагой и сажаешь туда Снежинку. Малышка принюхивается, настороженно озирается и, наконец, усаживается и делает все свои делишки. Переносишь котёнка на кровать, а сам убираешь её временный туалет. — Так. Теперь спать. А то не вырастешь.       Едва произносишь это, как дверь твоей комнаты открывается нараспашку. Впопыхах не соображая, как быть, пихаешь котёнка за пояс спортивных штанов и разворачиваешься к дверному проёму, в котором — кто бы сомневался — стоит сердито хмурящийся Кинн, очевидно только что прибывший с каким-то разборок. — Я ведь, кажется, предупреждал тебя, — начинает он своим менторским тоном, — больше не таскать моего старшего брата в свою забегаловку! И уж тем более не выпаивать ему весь ассортимент бара! — И вам добрый вечер, Кхун Кинн. Кто ещё кого потащил туда и напоил. Вы же знаете, Кхуна Танкхуна. — Поговори ещё тут мне. — Да я же… Чёрт!       До сего момента притихшая Снежинка начинает ёрзать прямо на том самом месте. — Э-э, — всё заметивший Кинн в полнейшем недоумении таращится на движении между твоих ног, — у тебя там все в порядке?       Готовый провалиться сквозь землю, гулко сглатываешь и киваешь, весь красный, как помидорка черри. — А мне так не кажется, — Кинн кривит рот и брови, — и часто он у тебя так шевелится? — Чёрт! — Не сдержавшись, выругиваешься. Снежинка задевает когтями твой пах, а затем, под ещё больше округлившиеся глаза Кинна, скатывается под левой штатной и оказывается на полу. — Кинн… я все могу объяснить. — Правда? — Кинн, усмехаясь, — нервничая, не можешь разобраться, по-доброму или нет, — откашливается и добавляет, — правила для телохранителей тебе известны. Верно? — Да… Кинн, — набираешь воздуха в грудь и говоришь, — дай мне завтра два часа. Можешь даже одного не отпускать, но я клянусь, что не сбегу, просто отвезу Снежинку Чею и вернусь. Даже меньше, чем за два часа. Обещаю. Или можешь пристрелить меня.       Ожидаешь ответа: «ещё успею», но вместо этого Кинн садится на корточки и осторожно гладит любопытную малышку между ушей. Снежинка хватает его за палец. — Ладно. Ложись спать, — Кинн встаёт во весь рост, — завтра решу, что с твоей Пушинкой делать. — Со Снежинкой, — тихо поправляешь босса. — Окей, — Кинн разворачивается к выходу. — Со Снежинкой.       Выдыхаешь. И, подняв озорную малышку на руки, укладываешься вместе с ней на кровать. Снежинка засыпает не сразу. Вылизывается и умывается, затем кусает и тебя за палец, пока ты другой рукой чешешь ей животик. Уютно устраивается, прильнув к твоему животу, и, всё ещё мурлыча, начинает дремать.       Утром тебя будит не звук будильника, а возня и тихий смех на соседней кровати. Спросонья тебе кажется, что раньше времени вернулся Пит. Но открыв глаза, видишь там Кинна, на коленях которого сидит Снежинка, уплетающая какое-то лакомство с ладони Кинна. — У тебя есть десять минут, чтобы умыться и одеться, — говорит тебе Кинн. — Какая-то встреча?.. — Ну, — Кинн потягивается, — Снежинке же нужны еда, туалет, игрушки. — Ты… ты серьёзно, Кинн? — Серьезнее некуда. Твоё время, между прочим, уже пошло. — Ага! — Подрываешься соскочить с кровати, быстро оправляя задравшуюся футболку. — Я сейчас, Кинн!       Конечно, действуете в тайне от всех. Отвозите котёнка на осмотр к частному ветеринару, после заезжаете в отдаленный торговый центр, где имеется зоомагазин. Кинн, не скупясь, покупает всё самое лучшее — закрытый туалет с качественным наполнителем, отличный корм для котят по рекомендации ветеринара, кучу мышек, шариков, удочек-дразнилок и целый игровой комплекс с домиками, когтеточкой и гамаком. — Зачем так много… У нас с Питом, как бы, не такие большие апартаменты. — Комплекс можно поставить мне в комнату. — Пфф, ты ведь шутишь, — хихикаешь, поднимая повыше упакованные покупки. — Отнюдь. Что такого? Я не могу, — Кинн гладит Снежинку, сидящую у него на руках, — поиграть с моей маленькой дочкой у себя? — Чего? — Чуть не хрюкаешь со смеху, — вообще-то это я ее нашёл. Уж на то пошло, Снежинка — моя дочка. — Хорошо, — Кинн деловито вскидывает подбородок, — согласен на роль крёстного. По рукам?       Киваешь. Довольный и с лёгким сердцем. Если Кинн в этом деле на твоей стороне — всё будет хорошо. И очаровательная малышка не только под твоей, но и под его защитой.       Как вы возвращаетесь с покупками, заслуживает отдельного внимания. Естественно, все приданное Снежинки несёшь ты, а Кинн лишь снисходительно придерживает двери одной рукой, а в другой — переноску с котёнком.       Кинн явно не пошутил. Через день он забирает Снежинку к себе. Ты давно не обращаешь внимания на перешептывания других телохранителей в твою сторону, но Кинну хватает одного строгого взгляда, чтобы все заткнулись. А ещё Кинн всё чаще и чаще заходит к тебе. Помимо приятной возни с котёнком, много болтаете о важных мелочах, подкалываете друг друга и искренне смеётесь. Тебе так нравится видеть улыбку Кинна. Беззаботную. Необременённую условностями. Эта малышка — будто зеркало правды, через общение с ней Кинн проявляет себя настоящего.       Через неделю прямо в комплексе проходит действительно важная встреча. Обстановка напряжённая. Телохранители с обеих сторон выстроились по периметру, а также за спинами боссов. По голосам обоих понимаешь, что руку пора держать на пушке. Сделка не клеится. Как и весь разговор. Оба начинают выходить из себя. До роковой точки невозврата буквально считанные секунды.       Бля…       Прямо к столу в переговорной, ковыляя на ещё кривоватых лапках, идёт белоснежная малышка.       Дверь!.. Дверь не запер… Вот я придурок!       В переговорной повисает тишина. Никто не понимает, как реагировать. Между тем шустрая девчуля по дорогим брюкам Кинна заползает к нему на колени. Кинн с укором смотрит на тебя, а затем пытается ссадить Снежинку на пол, но та упрямо цепляется коготками за его роскошную мужскую сорочку и начинает громко мурлыкать. Кинн виновато улыбается, а его визави смягчает выражение лица и улыбается в ответ, говоря: — Что ж. Человек, который любит животных, не может быть плохим. Давайте ещё раз обсудим условия сделки. — Окей. Минуту, — Кинн манит тебя пальцем и наконец отдает малышку, кивая в сторону выхода.       Без слов понимаешь его и быстро относишь Снежинку к себе в комнату.       Вечером Кинн не появляется, хотя сегодня его очередь нянчиться с крестницей.       Значит… не договорились. Мне конец. — Надеюсь, только тебя не выбросят на улицу…       Следующим утром тебя встречает знакомая картина: Кинн со Снежинкой на коленях. Протираешь глаза и замечаешь на шее у котёнка медальон с такой же эмблемой, как на семейной печатке Тирапаньякунов. — Хм. То есть она теперь… — Официально член нашей семьи, — Кинн поднимает Снежинку к лицу и легонько целует в розовый носик. — Ну ничего себе! — А что тебя удивляет? Благодаря ей мы провернули очень крутую сделку. Так что — все справедливо. Заслужила.       Хихикаешь и киваешь. А Кинн предлагает: — Позавтракаем вместе?       Прикусываешь нижнюю губу и пожимаешь плечами. Кинн встаёт вместе с котёнком, подходит к твоей постели и, наклонившись, целует тебя в щёку. Но ты случайно двигаешь головой так, что ваши губы на миг соприкасаются. Кинн прихватывает губами твою верхнюю губу, но затем сам отстраняется и, чуть смутившись, произносит: — Через десять минут жду тебя у себя.       Они уже ушли. А ты всё ещё сидишь и глупо улыбаешься стене напротив: и всё-таки… какой судьбоносный пирс.