Rex non potest peccare

Этой ночью у Гарри никак не получалось заснуть. В голове одна мысль постоянно сменяла другую, однако почти все они были о Гермионе. О том, как расширились её прекрасные карие глаза, когда Гарри произнёс заклинание, как рот раскрылся, будто готовясь издать предсмертный крик, однако Гермиона так и не вымолвила ни звука. Юное девичье тело упало на землю, безвозвратно и так неумолимо. К сожалению, Авада была одним из тех немногих заклинаний, эффект которых нельзя было обратить. — Почему, Том? Чем она тебе мешала? — Гарри не смел плакать. Нельзя ведь проливать слёзы над смертью обычной грязнокровки, чья жизнь и ломаного кната не стоит. Если бы Гарри только знал… Гарри не плакал. Конечно, нет. Не произошло ничего страшного или из ряда вон выходящего. Однако дрожащие пальцы утирали мокрые щёки. Что это?.. Слёзы?.. Нет, не может быть… — Том, объясни мне… Почему глаза жжёт, а в груди что-то тянет и болит? Подскажи, Том… — Гарри звал Лорда, но знал, что это бесполезно. Он не услышит, ведь Гарри не плачет. А даже если и да… то он не посмеет тревожить покой Тёмного Лорда. Ведь Гермиона чем-то потревожила его, и ему нужно отдохнуть… Чем мешала Лорду обычная грязнокровка?.. Разве не мог он позволить ей жить? Что же всё-таки в ней такого, что в груди так больно? Но Лорд ведь так улыбался. Он был увлечён подарком Гарри, он был счастлив… Неужели смерть Гермионы действительно была важна? Быть может, она была частью Ордена Феникса, который угрожал Тёмному Лорду? Гермиона ведь умная, начитанная, талантливая… Красивая, а ещё её глаза навеки застыли открытыми. Гарри не посмел закрыть их, как обычно делали с мёртвыми — он хотел хотя бы ещё раз полюбоваться на их прекрасный чайный цвет. Шмыгнув носом, он откинул одеяло. На улице стояла прохладная погода, поэтому Гарри накинул на пижаму свою любимую чёрную мантию, которую всегда надевал, чтобы отнести завтрак Лорду, сунул ноги в кроссовки и поспешил к двери. В таком состоянии он всё равно не заснёт, поэтому стоит проветриться, пока в душной, тесной комнате он не сошёл с ума. И плевать, что на самом деле в комнате стояла приятная прохлада, а сама она была величиной почти с бальный зал в Малфой-мэноре. Толкнув тяжёлую кованую дверь, Гарри наконец оказался на свежем воздухе. Ему всегда нравился запах ночи, нравилось смотреть на звёздное небо. Эта тихая прохлада, спокойная атмосфера дарила покой измученной душе, и Гарри позволил себе прикрыть глаза, наслаждаясь ночным ветерком. Внезапно послышался странный звук. Гарри резко обернулся, однако никого не увидел. В саду было пусто, но он же слышал!.. Быть может, ему показалось? Гарри сделал пару шагов назад, опасаясь неизвестного гостя. Лорд держал у себя около дома всяких опасных существ, и далеко не все из них признавали даже Лорда, не говоря уже о Гарри. Встретиться с ними под покровом ночи не было пределом его мечтаний, поэтому Гарри поспешил отступить, однако звук повторился вновь. В этот раз Гарри мог с уверенностью сказать, что ему не показалось. Было такое впечатление, будто что-то рвётся, а затем пытается воссоединиться. Гарри бы решил, что кто-то режет ткань, однако треск явственно слышался из воздуха, а значит… «Чары», догадался он. Кто-то целенаправленно рушит магическую защиту поместья! Да, сделать это невероятно сложно, ведь Тёмный Лорд собственной персоной накладывал защитные чары. Однако искусному магу это может быть и под силу. Среди Рыцарей нашёлся предатель, и Гарри, чёрт возьми, выяснит, кто это, даже если погибнет в процессе! Он должен защитить Лорда! Меж деревьев мелькнула фигура в чёрном, и Гарри бросился следом. Ему уже было плевать, что он выскочил на улицу без палочки, что ему нечего будет противопоставить предателю. Но он должен узнать. Иначе как он сможет смотреть Тёмному Лорду в глаза? Фигура двигалась медленно, видимо, выискивая место, где чары слабее всего, и Гарри легко нагнал неизвестного. Собрав всю свою храбрость в кулак, он схватил предателя за плечо, судорожно соображая, что делать дальше — он почти поимённо знал всех Рыцарей, особенно Внутренний Круг. Значит, это кто-то знакомый… Что он будет делать, что скажет, когда увидит знакомое с детства лицо под капюшоном?.. Если это Руквуд, игравший с ним в догонялки и прятки? Антонин Долохов, подаривший ему первый в жизни подарок? Белла… его Белла, которая была ему уже, как старшая сестра? Человек обернулся, и капюшон слетел с головы. Гарри с лёгким удивлением — он должен был это предвидеть! — и злостью сжимал челюсти, смотря на набившее оскомину бесстрастное лицо Северуса Снейпа. — Вы, — прошипел Гарри. Странно, но вся боль улетучилась — теперь в голове не осталось и единой мысли о Гермионе. Сейчас единственное, о чём он мог думать, было то, насколько мало осталось времени. Что, если двойной агент, который якобы шпионил для Тёмного Лорда, на самом деле был предан Дамблдору? Что, если прямо сейчас за барьером стоит весь Орден, готовый мстить? — Я, Поттер, — кивнул Снейп. Отпираться ему уже, естественно, было бесполезно, однако Гарри не ожидал, что он так быстро признается. — Не смейте меня так называть, — процедил сквозь зубы Гарри. — Для вас я по-прежнему Принц. Предатель. — Мальчишка! — у Снейпа всегда было мало терпения. — Ты вообще понимаешь, где находишься? Во что тебя превратил Тёмный Лорд? — А вы сами-то? — разъярился Гарри. Лорда не смел оскорблять никто! Никто! — Вы его предали! Он дал вам возможность служить ему, подарил почётную должность директора Хогвартса! А вы так просто продали его Дамблдору! Я ведь прав? Снейп побледнел, буквально самую малость, однако Гарри этого было достаточно. Все его подозрения подтвердились — мрачный зельевар действительно служил Дамблдору все эти годы. Тёмный Лорд пригрел у себя на груди змею. — Что он вам пообещал? — Гарри чуть не перешёл на парселтанг, язык змей, на котором могли говорить только он и Тёмный Лорд. — Чем он лучше? Почему вы переметнулись? — Я всегда служил только Дамблдору, однако вам, Поттер, наглый, беспардонный мальчишка, не понять этого, — тёмные глаза Снейпа налились кровью. — Люди боятся геноцида! Ваш обожаемый Лорд закручивает гайки всё туже, в стране царит тирания, а вы счастливо живёте и горя не знаете! — Вы неправы! — закричал Гарри. — Том не такой! Я же видел!.. Гермиона… — Ах да, ваша обожаемая Гермиона, — процедил Снейп, а потом вдруг на его лице промелькнуло странное выражение. — Вы же хотите её спасти? Чтобы девчонка жила? Гарри открыл рот, да так и не издал ни звука. Снейп что… не знает? Видимо, да. Он не знал, как сказать ему, что он убил Гермиону по приказу Тёмного Лорда. Да и как в таком признаться отвратительному предателю? — Послушайте меня внимательно, Поттер, — Снейп наклонился так близко к Гарри, как только мог. — Ваши родители отдали свои жизни, чтобы спасти Британию от тирана, а вы так неразумно растрачиваете эту жертву. Одумайтесь, и Гермиона будет жить. Иначе, боюсь, Тёмный Лорд не оставит её в живых надолго. — Мои родители погибли в результате несчастного случая! — окончательно разозлился Гарри. — Их смерть была случайностью! — в его груди кипела ярость. Как смеет Снейп говорить о том, чего не знает?! — Том спас меня и дал семью, как я пойду против него?! Думаете, я предам Тома ради ваших идеалов?! Размечтались! Из глаз брызнули злые слёзы, но Гарри продолжал кричать, обвинять Снейпа во всех грехах, почти не задумываясь о том, что говорит. Он посмел замахнуться на святое! Как он может вообще говорить Гарри такие вещи, когда сам всю жизнь только и ждал, когда же ему выпадет шанс сдать Лорда своему дорогому Дамблдору! И как смеет он использовать милую, милую Гермиону для того, чтобы купить Гарри?! Неужели Дамблдор поступил точно так же? — Ты вообще соображаешь, что говоришь, мальчишка?! — Снейп схватил Гарри за воротник пижамной курточки и резко встряхнул. — Да чтобы ты знал… Внезапно зельевар согнулся пополам, взвыв от боли, и его рука разжалась. От неожиданности Гарри зашатался и повалился назад. Его подхватили заботливые нежные руки, и он выдохнул, расслабляясь — здесь Белла. Белла защитит его. Скорее всего, она уже сообщила Лорду, что происходит, и он уже идёт сюда. — Руки прочь от моего птенчика! — прошипела она, вставая перед Гарри и закрывая его собой. — И ни слова, предатель! Тёмный Лорд вскоре разделается с тобой, и ты никогда ничего больше не доложишь своему птичьему ордену! Снейп из последних сил поднял палочку, и в Беллу врезалось какое-то незнакомое Гарри заклинание. На её груди появилась огромная кровоточащая рана, и вот этого Гарри не смог вынести. Он подскочил, отталкивая названную сестру в сторону, и встал перед Снейпом. — Как смеешь ты трогать её? — прошипел он. — Что ты с ней сделал, предатель?! — Ты защищаешь Беллу, Поттер? — слабым, тихим голосом вопросил Снейп. Он уже не мог встать, однако в Гарри бурлила ярость. Он предал Лорда. Он ранил Беллу. Он готов их всех продать. — Знала бы об этом твоя мать… — Моя мать умерла! — заорал Гарри, окончательно доведённый до ручки. — И не смейте разевать свой поганый рот, особенно чтобы говорить о ней что-то! Её нет, ясно?! Зато есть вы! И ваше предательство! И не смейте нападать на Беллу! В этот момент Белла поднялась с земли, однако было видно, что ей это тяжело даётся. Кое-как зажимая рваную рану одной рукой, второй она подняла палочку и прошипела: — Авада Кедавра! Гарри увидел, как зелёный луч несётся в сторону Снейпа, но в этот момент он резко откатился в сторону и элегантно поднялся на ноги. Гарри едва успел сообразить, что этот предатель просто отлично симулировал отсутствие сил, когда Авада Беллы попала в пробегавшего мимо маленького зверька, а Снейп ловко бросил в неё то же самое заклинание, которое в этот раз попало точно в сердце. Белла упала на землю, захлёбываясь кровью. Теперь уже точно мёртвая. Гарри взвыл. Это было слишком. Сначала Гермиона, теперь Белла… Его Белла. Его любимая старшая сестра, которая всё детство с ним сидела, и пусть она была немного не в себе, пусть… Она была своей, она была частью его семьи. И Снейп убил её. Гарри слабо понимал, что он делал потом. Помнил только, как поднялся с колен и отошёл от погибшей Беллы, которая даже с раной, разорвавшей ей грудь, стремилась защитить его, как пытал Снейпа Круциатусом, как смотрел, как тот корчится на земле от боли. — Этой чокнутой садистке туда и дорога, — бросил Снейп равнодушно, и Гарри вновь наслал на него пыточное. Никто, особенно Снейп, не смел так говорить о Беллатриссе. В этот момент полыхнуло зелёным, и измученное пытками тело безвольно распласталось по траве. Гарри даже не слышал шагов — он просто понял, что рядом Тёмный Лорд. И он решил проблему так, как умел только он — легко и изящно. — Что произошло? — спросил он у Гарри, поймав его, дрожащего и плачущего, в объятия. — Почему ты не спишь? — Снейп… предатель, — выдавил Гарри сквозь рыдания, прижимаясь к груди Лорда и размазывая слёзы по его мантии. — Он всегда был предан Дамблдору, а не тебе. Попался мне, когда распутывал чары… Он убил Беллу, — Гарри чувствовал, как всё его тело сотрясается от рыданий. — Нашу Беллу… Похоже, что Тёмный Лорд уже знал всё, поскольку даже не удивился тому, что сказал Гарри. — Я видел, — тихо шепнул он, ласково обнимая Гарри, однако в воздухе витала ярость. Гнев Лорда был ощутим почти физически. — И слышал, что ты ему кричал. Я хотел бы его пытать за то, что он говорил тебе, но ты, я вижу, справился и без меня. Беллу жаль, она была ценной сторонницей. Гарри вновь разревелся. Ценной сторонницей?.. Да, наверное, но для Гарри она была ещё и семьёй. Он не мог понять, как Лорд так спокойной переносит её смерть. Неужели ему всё равно? С другой стороны, Лорд бы двинулся, если бы страдал от потери каждого из своих Рыцарей… — Ну тише, — заворковал он. — Пойдём отсюда. Тебе нужно всё-таки немного поспать, а уже скоро рассвет. Давай, поспишь у меня в комнате. Хорошо? Гарри мог лишь кивнуть. Сейчас ему хотелось только прижаться к Лорду и не отпускать. Гермиона была давно забыта, и сейчас, когда весь его мир перевернулся, было важно только одно — что Лорд здесь, что его единственный якорь никуда не делся. В груди что-то теплилось, что-то яркое и пушистое, и Гарри не выдержал — он схватил руку Лорда и начал покрывать её поцелуями, не зная, как он мог даже помыслить о том, что кто-то для него важнее его. Из головы разом вымело все мысли о глазах цвета чая, когда Гарри ощутил губами прохладную, бледную кожу Лорда, когда он исступлённо целовал костяшки пальцев, небольшие мозоли на ладони, наполовину скрытое под рукавом мантии запястье. Он не знал, сколько времени они так простояли, просто в один момент Гарри осознал, что они аппарировали к Лорду в спальню и повалились на кровать, где силы внезапно покинули его. После всех потрясений Гарри просто свернулся калачиком под боком у Лорда и вдруг ощутил поцелуй в макушку. Тогда, в саду, Лорд никак не отвечал на его действия, а просто стоял, позволяя целовать свою руку. Теперь же он сам коснулся губами волос Гарри, и этого нежного, заботливого движения хватило, чтобы Гарри уснул. Этой ночью ему ничего не снилось.

***

Утром были организованы похороны Беллы. Все Рыцари, даже самые занятые, оторвались от дел, чтобы проводить самую верную из них в последний путь. В честь такого события Лорд оставил Гарри спать в комнате и даже разрешил не ходить на похороны. Он и не пошёл бы — не было абсолютно никаких сил стоять там и слушать речи о Белле, какой преданной Тёмному Лорду она была и как героически погибла. Однако остаться в комнате Гарри не позволяло чувство, которое вело его всю его жизнь — любовь. Он любил Беллатриссу всем своим сердцем и просто не мог не прийти. Гарри стоял рядом с рекой, куда они аппарировали всей компанией, и прижимался к боку Лорда. Тот обнимал его одной рукой и нежно гладил по плечу, успокаивая. Непривычно строгий и серьёзный Антонин положил тело Беллы в лодку и вложил в её ладони палочку, складывая их на груди. — Это старый ритуал, который раньше использовали, чтобы провожать воинов, — объяснил Долохов. Вся эта идея с рекой принадлежала ему, поэтому никто ничего не спрашивал; все только смотрели на него и позволяли проводить неизвестные ритуалы. — Беллатрисса была лучшей из всех нас, — скорбно произнёс Люциус Малфой. Гарри бросил на него сердитый взгляд, однако ничего не сказал. Он прекрасно знал, что как раз-таки Малфой ни капли не жалеет о смерти Беллы, ведь сам уже давно метит на её место. Тёмный Лорд взмахнул рукой, и лодка с телом Беллы поплыла по течению. Гарри, смаргивая непрошеные слёзы, смотрел, как она постепенно уменьшается, а затем и полностью исчезает из виду. Остальные Рыцари тоже выглядели подавленными — все они потеряли близкого человека. Даже непробиваемый Антонин украдкой утёр слезу, что уж говорить об остальных… В поместье вернулись не все. Одни получили задания от Лорда прямо у реки, по которой они отправили лодку с Беллой, другим нужно было идти на работу. Но те, кто вернулся, явно были не настроены на общение и в основном закрылись каждый в своей комнате. Гарри растерянно взглянул на Лорда, будто спрашивая, что ему делать — тот и сам стоял посреди зала для собраний, будто не зная, что теперь делать. — Гарри, иди сюда, — Лорд сел на трон, раскрывая объятия, и Гарри привычно сел ему на колени. — Мне нужно с тобой кое о чём поговорить. Гарри кивнул, вопросительно смотря на Лорда. Он, в принципе, догадывался, о чём пойдёт разговор — вероятнее всего, о Снейпе, о том, что Гарри делал на улице ночью и почему Снейп напал. Что он говорил. Почему так смотрел… Однако он ошибался. — Ты ведь изучаешь тёмную магию? — вопросил Лорд, и Гарри осторожно кивнул, не понимая, к чему тот ведёт. Конечно, Гарри изучал тёмную магию. Книги в их библиотеке в основном были именно о тёмных заклятиях в любом случае. Да и вообще, Лорд придерживался мнения, что нужно знать все отрасли магии, а не только какую-то одну, и привил эту же точку зрения Гарри. — Конечно, Том, — сказал Гарри, когда увидел, что Лорд ждёт более развёрнутого ответа, чем кивок. — Я прочитал уже довольно много книг о магии разума, например. — Это хорошо, — Лорд кивнул. — А что насчёт магии души? Гарри растерялся. Нет, от него никогда не прятали книги о магии души, но Белла просила туда не лезть. На вопрос почему она лишь неопределённо пожимала плечами и задумчиво смотрела куда-то вдаль. Такая же реакция была и у Антонина Долохова. Лорд же никогда не просил его читать именно этот раздел, поэтому Гарри особо никогда и не попадали в руки такие книги. Один раз он из чистого любопытства — если честно, скорее назло Белле, которая запрещала туда лазить — открыл одну из книг по магии души, но там описывались такие леденящие душу ритуалы, что у Гарри напрочь отбило желание такое читать. — Не особо, — признался он наконец. Тёмный Лорд чуть нахмурился, но вроде ругать его не собирался. — А что, мне нужно что-то прочитать? Я могу хоть сейчас, — Гарри вскинулся, готовясь идти в библиотеку, хотя изучать что-то сейчас не хотелось совершенно. Да и не понимал он, почему Тёмный Лорд именно сейчас завёл этот разговор. — Да, я бы хотел, чтобы ты прочитал кое-что, — ответил Лорд, поглаживая Гарри по волосам. — Сегодняшнее происшествие кое о чём мне напомнило… Я очень не хочу тебя потерять, — едва слышно прошептал он, но Гарри услышал. Он обхватил Лорда за шею и приник своим лбом к его. — Не потеряешь, — тихо уверял его Гарри, прижимаясь к своему Тёмному Лорду. — Я здесь и всегда буду с тобой. Позже зарядил дождь. На улице было прохладно, но внутрь заходить не хотелось. Смурные, недовольные лица Рыцарей напоминали Гарри о смерти Беллы — две погибшие за день слишком сильно ударили по нему. А ещё он слышал определённые разговоры, инициатором которых стал, как он понял, Малфой — вроде как Рыцари были несколько недовольны отношением к погибшей своего хозяина. Гарри и сам не понимал, как можно оставаться таким спокойным, однако признавал — Лорд является лидером, и если он будет горевать о каждом убитом или умершем, то сойдёт с ума. Гарри даже представить не мог, сколько смертей тот видел за свою жизнь. Поэтому Гарри сидел на улице, наложив на себя специальные чары, отталкивающие дождь. Сидя под таким куполом, Гарри не промокал, зато приятный звук ударяющихся о землю капель успокаивал, а прекрасные розы казались ещё красивее, когда их лепестки были украшены каплями воды — те выглядели, будто бриллианты. У него на коленях лежала та самая книга по магии души, которую Лорд просил его прочитать. Название у неё было весьма пугающим — «Тайны наитемнейшего искусства». Гарри почему-то сначала казалось, что он её где-то видел, пока он не вспомнил, что именно её тогда схватил, когда пытался почитать про магию души назло Беллатриссе. Однако теперь Гарри был уже далеко не маленьким мальчиком, поэтому написанное не могло повергнуть его в такой шок, как тогда. Глава, которую он читал, была посвящена крестражам. Само это слово вызывало то ли священный трепет, то ли холодный ужас. В книге говорилось, что при убийстве душа раскалывается надвое, и с помощью ритуала, описанного в книге, можно поместить одну из этих частей в некий предмет, который и называется крестражем. Крестраж будет, как якорь, держать душу на земле, даже если тело мага будет уничтожено — иначе говоря, Гарри дали прочитать рецепт бессмертия. Если бы это было возможно, Гарри бы, не задумываясь, создал крестраж для Беллатриссы и вернул бы её. Однако это было невозможно — воскрешать мёртвых невозможно было даже с помощью крестражей. Гарри безумно хотелось вернуться в прошлое, не страдать так о Гермионе, позаботиться о Белле, попросить её создать крестраж… Ведь тогда даже заклинание Снейпа не смогло бы убить её. Но, к сожалению, этого сделать было нельзя. Если человек умирает, то его уже не вернуть. Но тогда зачем Тёмный Лорд захотел, чтобы Гарри прочитал о крестражах?.. Вот что было непонятно. Неужели он хочет, чтобы Гарри усовершенствовал ритуал? Или… Внезапная догадка пронзила его, и Гарри почувствовал, как руки начинают подрагивать. Тёмный Лорд хочет, чтобы Гарри… расколол душу? Сделал себя бессмертным… «Я очень не хочу тебя потерять», — вспомнились едва слышные слова Лорда. Это была правда, он не лгал, не притворялся. Неужели смерть Беллы так внезапно напомнила Лорду, что Гарри тоже смертен?.. И поэтому он хочет защитить Гарри от самой Смерти, ведь он, как мог, ограждал Гарри от любых опасностей… — Добрый день, Гарри, — послышался внезапный голос. Гарри резко поднял голову, потому что говорил с ним чужак. Он стиснул зубы — неужели предателю-Снейпу удалось всё-таки сломать защиту? Он этого и добивался? Скорее всего, подумал Гарри, с затаённым страхом и кипящей ненавистью взирая на непрошеного гостя, поднимаясь на ноги. Ведь перед ним стоял сам Альбус Дамблдор собственной персоной. Не без удовольствия Гарри подметил, что проклятье сильно подкосило его. Снейп, видимо, не лгал — старик выглядел гораздо хуже, чем на колдографии, сделанной всего несколько лет назад. Тогда Дамблдора пытались подловить на создании Ордена, но так и не смогли. Он выглядел очень уставшим, лицо его было сероватого оттенка, а правая рука была будто изъедена чем-то. Его ладонь почернела и иссохла, а рука безвольно висела вдоль тела. Гарри даже заинтересовался — что за проклятье могло так сработать на, вроде как, могущественном маге? Или Дамблдор на самом деле был слабее, чем пытался показать другим? — Дамблдор, — прошипел Гарри, сжимая пальцы на рукояти палочки. — Лучше бы вам уйти. Тёмный Лорд очень не любит незваных гостей. — Боюсь, смерть мне не страшна, — мягко ответил старик. — Всё равно мне осталось недолго, Гарри. За то время, пока Том будет спускаться, я успею тебе рассказать. — Не называйте его так! — вокруг Гарри полыхнула магия, и он затрясся от злости. — Какое право вы имеете так обращаться к Лорду?! — Я учил его много лет назад, — Дамблдор развёл руками, и Гарри заметил, что тот стоит без палочки. Да, он знал о беспалочковой магии, знал, насколько силён и опасен может быть Дамблдор, однако вытаскивать свою палочку не решился — нападать на безоружного казалось кощунством. — Разве я не могу обращаться по имени к бывшему ученику? — Он больше не ребёнок, — ярость так и кипела в Гарри — старик смеет заикаться о его Лорде! Смеет так пренебрежительно о нём отзываться, когда сам скоро умрёт от проклятья! Да он на коленях должен валяться, умоляя Тёмного Лорда излечить его! — О, конечно, нет, — старик лишь пожал плечами. Его борода и волосы намокли от дождя, и он бесцеремонно вошёл под купол, который создал себе Гарри. — Не возражаешь? А то холодновато. — Пошли вон! Тёмный Лорд уже наверняка идёт сюда! — рявкнул Гарри. — О, мальчик мой, я с радостью пойду вон, — с Дамблдором было невероятно сложно разговаривать. Гарри не понимал, как ему общаться с человеком, который не только не воспринимает всерьёз все его угрозы, но и продолжает гнуть свою линию, несмотря ни на что. Такой враг вызывал удивление и немного смех, но никак не желание убить. — Но вначале я должен кое-что рассказать тебе, ведь я пообещал. Гарри нахмурился. Пообещал? Кому? Они даже не виделись ни разу, Гарри и знал-то Дамблдора исключительно из книг, со слов Лорда и его Рыцарей да с портретов, висевших на улицах пару лет назад. Может, Дамблдор сошёл с ума? — Я пообещал твоей матери заботиться о тебе, но не смог исполнить это обещание, — глаза старика как-то потухли, и Гарри затих. Матери?.. — Так что позволь хотя бы поведать тебе правду. — Вы знали мою мать? — прошептал Гарри. Он так давно в последний раз слышал о ней… Тёмный Лорд совсем ничего о ней не знал, а больше никто и не мог ничего рассказать Гарри о его родителях. — Правда? Дамблдор кивнул, и в его глазах вдруг зажёгся лукавый огонёк. — Я учил Лили, — он мечтательно уставился в затянутое тучами дождливое небо. — Она была прекрасной девушкой с необычайно добрым сердцем. Она умела видеть свет даже в тех, кто сам в себе его не находил. Гарри улыбнулся, чувствуя, как что-то ёкает в груди. Сколько лет он мечтал узнать что-то о маме… Сейчас ему было даже наплевать, что об этом ему говорит злейший враг. Было просто важно узнать хоть крупицы информации. — А твой отец со своими друзьями принёс мне за семь лет учёбы в Хогвартсе немало проблем, — продолжил рассказывать Дамблдор. — Никто не ожидал этого, но они начали встречаться на седьмом курсе, хоть и были такими разными. Сразу после школы они поженились. Гарри опустил голову, пряча грустную улыбку. Он не хотел, чтобы Дамблдор понял его слабость, ведь впоследствии он сможет на это надавить. Однако заставить его замолчать у Гарри просто не было моральных сил. — Но именно в то время Том начал собирать себе сторонников, — Дамблдор нахмурился и положил руку Гарри на плечо. Тот, однако, стряхнул её, не понимая, чем вызван такой почти отеческий жест. Они враги — и даже тот факт, что Дамблдор знал его родителей, это не изменит. — Твой отец, его друзья и ещё несколько его однокурсников вступили в Орден Феникса, который пытался защитить страну от Тома. — И вы, конечно, основали его, — жёстко перебил его Гарри. — Как вы посмели втягивать в это детей? Дамблдор помолчал. Он внимательно смотрел на Гарри, будто пытаясь что-то найти в нём, а затем покачал головой. — И он всё ещё действует, — догадался Гарри. Вот и ответ на вопрос, который мучал Лорда столько времени — хоть сейчас беги и оповещай его. Но что-то удерживало Гарри, не давало бросить здесь Дамблдора. В конце концов, сказать Лорду он успеет и потом. — Некоторым людям не нравится политика Тёмного Лорда, — произнёс наконец Дамблдор после длительного молчания. — Он жесток, иногда не совсем справедлив по отношению к магглорождённым, властен, — перечислял он. — Он готов убить любого, в ком течёт маггловская кровь, за малейшую провинность. Наверное, ты знаешь о смерти Гермионы Грейнджер? Гарри вздрогнул. В пронизывающем взгляде старика ясно читалось, что ему прекрасно известно, кто её убил и зачем. В желудке что-то ухнуло, и Гарри сделал пару шагов назад, отходя от Дамблдора. Он чувствовал себя маленьким зверьком, который не знает, чего хочет от него дрессировщик. По сути, Дамблдор мог убить Гарри хоть сейчас. Загадкой оставалось, почему он до сих пор этого не сделал. — Невилл Долгопупс, один из её лучших друзей, был влюблён в неё, — мягко продолжил Дамблдор. — Он очень долго плакал, когда узнал, что она мертва, а потом поклялся отомстить за неё и за родителей. Ты ведь знаешь, что случилось с родителями Невилла? Гарри покачал головой. Если честно, звучало это смешно — Невилл? Отомстить? Да он тени своей боится! — Его родители тоже были членами Ордена Феникса, — пояснил Дамблдор. — Их запытала до сумасшествия Беллатрисса Лестрейндж. Гарри беззвучно открыл рот. Кричать не получалось, да и зачем? Белла… его почти что сестра Белла… Он так её любил… — Однажды, когда Лили уже была беременна, Том случайно узнал о пророчестве, которое было произнесено о нём, — вдруг сказал старик. Гарри нахмурился, всё ещё не отходя от шока — какое пророчество? Причём оно к родителям Невилла? — В нём говорилось, что ребёнок, родившийся на исходе седьмого месяца, будет владеть силой, неподвластной Тёмному Лорду, и сможет убить его, так как Тёмный Лорд отметит его, как равного себе. Одним из таких детей был Невилл Долгопупс. — А вторым был я, — прошептал Гарри. Из глаз покатились слёзы, а в голове было пусто. Он уже догадывался, что Дамблдор скажет дальше. Ох, как же ему хотелось верить, что он лжёт! Но что-то подсказывало ему, что старик говорил чистую правду. — Том решил, что именно ты герой пророчества, — продолжил Дамблдор, с жалостью смотря на Гарри. Тот загнанно и зло смотрел в ответ влажными глазами, но не произнёс ни слова. — Он послал Беллу к Невиллу на всякий случай, а сам пошёл к твоим родителям. Был поблизости, да? Гарри сжал зубы. Неужели… неужели это правда? Неужели Лорд собственноручно убил его отца и мать? Почему он лгал ему все эти годы? Почему… почему оставил в живых, почему не убил? Гарри закрыл лицо руками, не зная, что вообще сказать и как дальше быть. На его глазах рушился его мир. Он вдруг закричал, колотя Дамблдора в грудь, из него градом сыпались обвинения, он выл, доказывал Дамблдору, что тот лжёт… Но сердце знало правду. — Я не знаю, почему Том оставил тебя в живых, — тихо произнёс Дамблдор, аккуратно отстраняя заплаканного, несчастного Гарри и заглядывая ему в глаза. — Но есть ещё кое-что, что ты должен знать. Его взгляд упал на землю, и Гарри посмотрел туда, куда смотрел Дамблдор — оказалось, там лежала забытая всеми книга. «Тайны наитемнейшего искусства»… Крестражи. — Том больше всего на свете боялся смерти и создал пять крестражей, — Дамблдор с сожалением кивнул, видя неверие, шок и злость Гарри. — Мне удалось найти их все… но только после их уничтожения я понял, что Том создал ещё один крестраж, о котором, скорее всего, не знает сам. Он дотронулся морщинистым пальцем до лба Гарри, и тот всё понял. Душа Лорда была настолько нестабильной в ту ночь, когда он… убил… его родителей… и… — Кусочек души Тома отлетел в тебя, Гарри, — закончил Дамблдор, и Гарри внезапно, сквозь слёзы, увидел, что тому тоже больно. Что он тоже страдает. Гарри открыл рот, чтобы хоть что-нибудь сказать, но не смог. Слова будто покинули его, и он мог лишь смотреть на Дамблдора и утирать катящиеся по щекам слёзы. Его маленького мира больше не существовало. Тёмный Лорд безжалостно уничтожил его родителей, зачем-то оставил у себя, Белла мучила родителей маленького мальчика, и всё это из-за какого-то пророчества… — Теперь ты понимаешь, почему я собрал Орден? Тома необходимо убрать, — начал увещевать Дамблдор. — Мне осталось жить совсем немного, однако Невилл будет мне достойной заменой. Он отомстит за родителей. Гарри, я могу надеяться, что ты сделаешь то же самое? — Почему вы вообще пришли? — выдавил из себя Гарри. — Что такого вам сказал Снейп, что вы вдруг решили, что я вам помогу? — Ты познал любовь, — просто ответил Дамблдор. — Вот та сила, неизвестная Тёмному Лорду. Ты полюбил Гермиону Грейнджер, и он оказался неспособен это понять. Позволь этой силе вести тебя и дальше. Она ещё никогда никого не подводила. Гарри помотал головой. Что на это ответить, он не знал, да и не хотелось ничего говорить. Хотелось одного — свернуться калачиком и лежать одному до скончания времён. — Кстати, Снейп! — осенило его. — Почему… почему он предал нас? Почему работал на вас? Дамблдор вздохнул. Было видно, что эта тема давалась ему нелегко. — Всё то же, Гарри, является причиной — любовь, — сказал он тихо, смотря на небо. — Северус очень любил твою маму, Гарри. Когда он узнал, что Том планирует убить Поттеров, то переметнулся на нашу сторону ради неё. Так вот оно что. Гарри сжал зубы — ему очень хотелось бы вернуться в то время и стереть Снейпу воспоминания о матери, как бы цинично это ни звучало… Любовь. Она принесла ему одни лишь проблемы, похоже. Гарри прикрыл глаза буквально на пару секунд, а когда открыл, то Дамблдора рядом уже не было. Дождь постепенно заканчивался, из-за туч выглянуло солнце. А он так и сидел на траве под своим куполом, хотя никак не мог вспомнить, когда опустился на колени. Гарри казалось, что его купол защищает его от всех невзгод и позволяет просто спрятаться, притвориться, что ничего не изменилось, что Дамблдор никогда не приходил к нему со своей никому не нужной правдой… Внезапно Гарри увидел Лорда. Он стоял рядом со своей любимой клумбой, держа в руках алую розу, и смотрел вдаль. Он не двигался, и Гарри невольно ощутил что-то в сердце, чего не должно там быть после того, что он узнал. Ноги сами понесли его по направлению к Лорду, и Гарри встал рядом с ним. — Ты расстроен, — заметил Лорд. — Ты плакал? Что-то случилось? — он заботливо утёр слёзы со щёк, однако, несмотря на всё, в груди теплилось то самое что-то. — Нет, Том, — Гарри покачал головой, шмыгнув носом. — Ничего не случилось. Они вместе обратили взгляд на небо, где солнце начинало садиться за горизонт. Вновь запахло дождём, и Гарри почти захотел, чтобы хлынул ливень и смыл все события, произошедшие в этот день. — Я чувствую, что что-то начинается, — прошептал Тёмный Лорд, обнимая Гарри за плечи. — Будто сама природа шепчет мне, что грядёт что-то… Он неосознанно сжал пальцы, и роза, которую он до сих пор держал, осыпалась на землю.