Преодолевая Судьбу

А в обед Мэдисон сказала отцу, что её новая горничная поделилась с ней своей бедой. МакДауэл внимательно выслушал и нахмурившись, покачал головой. - Я думал, что наш конюх, наконец, остепенился. Но я ошибался. А то, что он поднимает руку на свою жену…, - девушка увидела, как Найджел сжал кулак, - я считаю, это недостойным мужчины. Я поговорю с пастором Джоном, дочка. Я считаю, что этот брак должен быть аннулирован. Одри не вмешивалась в разговор мужа и дочери, хотя Мэдисон видела лёгкое недовольство на лице матери. Миссис МакДауэл считала, что её муж не должен так сильно вмешиваться в жизнь плебеев. Но с другой стороны, не за его ли благородность и доброту она его полюбила? Его брат Джеймс был совершенно другим. Войдя в свою комнату, Мэдисон обнаружила Элинору на коленях и с щёткой в руках. Она с недоумением уставилась на девушку. Та подняла глаза на свою хозяйку и вытерла капельки пота у себя со лба тыльной стороной ладони. - Это не входит в твои обязанности, - возмутилась МакДауэл. – И… - девушка заметила свежую царапину на щеке брюнетки. – Что это у тебя? – девушка указала на рану, а во взгляде начал просыпаться гнев. Перси поднялась на ноги и усмехнувшись, провела по щеке. - Ничего страшного, Мэдисон. Грязная ирландка смогла за себя постоять. Блондинка резко повернулась и вышла из комнаты, так быстро, что Элинора даже не смогла её остановить. А Мэдисон со всех ног шла на кухню. Она застала служанок, попивающими дешёвый виски. При виде госпожи они вскочили на ноги и виновато посмотрели на неё, потупив взгляд. - Простите, мисс МакДауэл, - пробормотала одна из них. Гейл, - у меня сегодня день рождения… И я подумала… Блондинка прервала молодую женщину взмахом руки. - Можете праздновать. Я хочу знать, кто посмел… кто из вас… - Мэдисон медленно посмотрела в глаза каждой служанки, а её руки сжались в кулаки, - кто прикоснулся к Элиноре Перси? – все молчали. Но если девушки были напуганы, но во взгляде Марджери Гейл МакДауэл заметила недовольство. А ещё Мэдисон заметила, что у той разбита губа. – У меня ещё один вопрос: кто отвечает за чистоту полов в замке? - Я, мисс, - последовал ответ Марджери. - Ты должна знать, что Элинора – моя личная горничная и мытьё полов не входит в её обязанности, - губы Марджери были плотно сжаты. Мэдисон видела, что та с трудом сдерживала себя от выплеска гнева. – Так почему я обнаружила её моющей полы в моей спальне? - Я не знаю, мисс. Это была её собственная инициатива. - Да? Поцарапала она себя тоже сама? - Мисс, Перси всего лишь ирландка, - усмехнулась Марджери. – Чего с ней носиться? Мэдисон отвесила Гейл на отмах звонкую оплеуху: - Не забывай, что в крови твоей госпожи есть тоже ирландская кровь. Оскорбляя Перси, ты оскорбляешь меня. Ты меня поняла? - Да, мисс. Простите, мисс, - пробормотала молодая женщина. – А теперь пошла и забрала из моей комнаты ведро и щётку. Займёшься уборкой позже. Ты меня поняла? - Да, мисс. Мэдисон видела недовольство и гнев старшей служанки, но ей было на это плевать. А если Гейл ещё раз посмеет что-то выкинуть подобное, она её накажет по всей строгости. Уволить женщину было не в её силах, но вот всыпать по первое число блондинка могла в полном праве. Когда она вышла из кухни, услышала возмущённые чертыхания служанки, но решила пока её не трогать. Но если кто-то из прислуги посмеет что-то сделать её Элиноре… Тут Мэдисон ухмыльнулась, она знала, что Перси не даст себя в обиду. Скорее всего она дала Марджери сдачу, иначе почему у той была рассечена губа? Мэдисон пропустила вперёд шедшую за ней Гейл и вошла следом. Элинора сидела в кресле и что-то читала. При виде Марджери и МакДауэл, девушка вскочила на ноги и положила дневник тётушки Би, а это был именно он, на туалетный столик. Служанка с ненавистью посмотрела на Перси, на что получила презрительную ухмылку. МакДауэл не вмешивалась, она просто наблюдала со стороны за противостоянием Гейл и той, которую полюбила. Ей нравился характер девушки и то, что она могла за себя постоять. Она понимала, что, будучи ирландкой, пусть и наполовину, Элиноре пришлось наверняка многое испытать в своей жизни. Но теперь ей ничего не угрожает. Да и Гейл, впрочем, и другая прислуга, вряд ли посмеет что-либо сделать. Им придётся просто молча ненавидеть Элинору. Когда Гейл ушла, Мэдисон подошла к туалетному столику и увидела, что Перси читала дневник. МакДауэл встретилась взглядом с карими глазами. В них не было сожаления, лишь немой вопрос. Блондинка думала лишь несколько секунд, потом сказала: - Помоги мне переодеться, и я тебе кое-что покажу. Они поднимались по узкой винтовой лестнице в башню. На Мэдисон был мужской костюм, а в руках небольшой котелок, куда она положила несколько углей из камина. Вокруг был полумрак, свет едва просачивался в узкие бойницы. Кое-где была паутина, где-то стены заросли мхом. Было немного жутко. Но Элинора не спрашивала, куда ведёт её Мэдисон. И страха, что её ждёт наказание за чтение дневника не было. Она знала, что с ней так МакДауэл не поступит. К тому же Девушке было скорее любопытно, чем страшно от того, куда ведёт её блондинка. Она доверяла Мэдисон. И дело даже не в том, что между ними была сексуальная связь. Она верила, она чувствовала, что в словах блондинки про её чувства была правда. Любила ли она ту, что являлась её госпожой? Элинора пока не знала. Ей сложно было разобраться в своих чувствах к МакДауэл. У неё же никогда ни с кем не было отношений. Первый поцелуй и первый секс неё случился именно с ней. Потом был Даниэль, но там было всё ужасно и кроме ненависти и отвращения к своему мужу Перси ничего не испытывала. Как ни пыталась она себя убедить, что мужа она обязана уважать, ничего не выходило. Мало того, что её заставили принять протестантство. Её родители жили в гражданском браке, и отец позволил дочку крестить в Шотландии в католической церкви, так как сам был не слишком верующим. Так ещё и не спросили, хочет ли она замуж. Тётя поставила её перед выбором: либо она выметается вон из дома, либо выходит замуж за её брата. Ей пришлось согласиться на брак. Она была рада, что сумела благодаря Мэдисон вырваться из дома Моргана. Но надолго ли? Не предъявит ли он права на свою жену, потребовав вернуть её себе? Мэдисон потянула чуть покосившуюся, но всё же тяжёлую дверь на себя и пропустила вперёд Элинору. Девушка уже начала зябнуть, но вошедшая следом Мэдисон подошла к небольшому камину и с помощью принесённых углей и ветоши ловко разожгла огонь, бросив туда несколько полешек, которые были в дровнице, накрытой шкурой, спасающей поленья от сырости. Пока МакДауэл всё это делала, Элинора осмотрелась. Комната была небольшой, но достаточно уютной. Было видно, что тут поддерживался порядок. Даже узкая кованая кровать была аккуратно заправлена. Небольшой богатый сундук стоял возле камина. Стол и стул были грубыми, а в шкафу Перси увидела бутылку с виски, которую Мэдисон умудрилась стащить из погреба. Так же на подставке стояла трубка, видимо девушка забрала её из дома Китти. Похоже, МакДауэл часто тут проводила время. Блондинка поднялась и посмотрев на Элинору, улыбнулась. Она подошла к шкафу и достав бутылку немного плеснула в кружку. Протянув Перси, тихо сказала: - Согрейся, ты замёрзла, - когда девушка сделала пару небольших глотков, МакДауэл взяла кружку и допила виски. – Это комната моей бабушки. Би Льюис. Открой сундук. Элинора встала на колени и открыла крышку. Мэдисон, наблюдая за девушкой, налила ещё немного виски в кружку и, закрыв бутылку, поставила её в шкаф. Она села на табурет и закинув ногу на ногу, смотрела, как девушка перебирает вещи Беатрис. Она взяла в руки стопку писем и посмотрела на блондинку, та кивнула: - Ты можешь их почитать. Перси взяла письма и сев на кровать, взяла первое из стопки. Читая, она периодически кидала взгляд на Мэдисон. Та, раскурив трубку, молчала. Через какое-то время она встала и подошла к окну, отвернувшись от своей горничной. Небольшая комнатка начала прогреваться и Элинора перестала зябко поводить плечами. Она уже почти не смотрела на Мэдисон, всё более и более углубляясь в чтение. - Беатрис была старшей сестрой матери моего отца, - услышала Перси. – Молодые годы, судя по её дневнику, она провела во Франции и Голландии. А в одном из путешествий познакомилась с Клариссой, которая стала её последней любовью. Но они так и не смогли быть счастливы. - Да, я … я вижу, - тихо сказала Элинора. – Кларисса испугалась. Мэдисон повернулась и кивнула головой. - Да, она испугалась. А после этого Би заточила себя в этой башне, где провела свои последние годы и умерла. Мэдисон вытряхнула уже потухшую трубку и поставила её на место. Потом подойдя к Элиноре, забрала письма и положила их на стол. Она присела рядом к ней на кровать и взяла за руку. - Надеюсь, ты не испугаешься? – улыбнулась МакДауэл. - Ты выходишь замуж, Мэдисон. Да и я несвободна. - Вопрос с твоим браком отец решит. Что делать с моим, я подумаю. Я не могу отказать родителям, они на грани разорения, если я не выйду замуж. Но Эрскин – он моряк. Он будет пропадать в плавании долгое время. А там, сама знаешь, много может случиться: шторм, кораблекрушение, пираты. Пожалуйста, доверься мне, Нора… Я тебя люблю… Мэдисон наклонилась и коснулась очень трепетным поцелуем губ Перси. Когда поцелуй прервался, Элинора посмотрела в зелёные глаза и прошептала: - Свон. Ты будешь моим лебедем. Тут блондинка расплылась в улыбке. Она услышала ответ. Да, Элинора ей доверилась.