Нам пизда дамы и господа или берегитесь раздраженного Узумаки

***

Подземелье, находящееся глубоко под горой с высеченными лицами Хокаге, состоящее из множества переходов и коридоров, секретных комнат с архивными-запретными записями, множество полигонов; общажных комнат — в которых, по два человека, живут подопечные крысы; одной большой столовой и, естественно, основного кабинета главы Корня и по совместительству одного из советников Хокаге — Шимуры Данзо. В коридорах, ведущих в тупики — в стены вмонтированны всевозможные ловушки и взрывные печати, для дополнительной защиты секретной информации, чтобы, при крайней необходимости, нейтрализовать всю информацию вместе с нарушителями и членами данной группировки (естественно, чтобы в ходе расследования инцидента никого не могли допросить, ведь как всем известно, от трупов мало что можно узнать, однако далеко не невозможно, бугагагашеньки). Хоть и у всех членов Корня на язык поставлена печать, которая, в любом случае, лишает человека возможности проговориться о каких-либо тайнах или о самом Данзо. Однако меры предосторожности никогда не бывают лишними, ведь может быть такое, что однажды объявится шиноби с потерянными знаниями Удзумаки в области фуиндзюцу и с легкостью снимет данную печать. Ведь никогда нельзя отрицать возможность развития таких событий, особенно таким параноикам как Данзо. Полностью все стены, потолки и полы сделаны из невзрачного, серого, неограненного камня, зачарованного на непробиваемость как раз таки с помощью немногих, из оставшихся, знаний фуиндзюцу из вымершего ныне клана Удзумаки. Света в этих переходах нет, так как маски Анбу сделаны мастерами так, чтобы носителям темнота в округе не была преградой, а так же все это сделано для того, чтобы в случае нападения врага, если он проберётся на эти запретные территории, без знаний и специальной подготовки, не смог ориентироваться с помощью зрительного восприятия. Единственные места, где есть малый свет, это хранилища и столовая. В остальных же комнатах, а именно, в общажных комнатах, используются камни с тускловатым сиянием, для минимального освещения. Исключения составляют только полигоны и кабинет главы штаба Корня Анбу. На полигонах и в кабинете имеются свето-камни, зачарованные фуиндзюцу, которые при надобности можно активировать. Да, этот гад обезопасил себя как только смог.

***

В кабинете главы Анбу Корня: В помещении как всегда стоял полный мрак, хоть глаз выколи, и повышенная влажность, при этом никак не мешающие работать главному пидорасу человеку этой скрытой организации. В десяти метров от места где сейчас стоял бедный анбушник, на столе, уже далеко не молодого, шиноби была уйма разных бумаг разной степени важности. Возле данного стола как раз и стоял всеми известный и никем не любимый, наверное, Шимура Данзо и вновь отчитывал нерадивого подчиненного, который никак, по его сугубо личному мнению, не мог понять, что задание, которое ему было поручено, было крайней степени важности и он просто не имел, ни моральное, ни физическое, право его проваливать. — Ну как же в твой, болвана, искалеченный алкоголем, мозг вбить, что этот сосуд, ни в коем, сука, случае не должен был оказаться на пороге главных ворот клана Учиха?! Вот как, скажи мне на милость, ты — питекантроп социально неадаптированный, не уследил за гребанным младенцем, который был в приюте блять? Панда, ты же выполнял все миссии на высшем уровне и намного более сложные, чем уследить за каким-то мелким, без инстинкта самосохранения, джинчурики. С начала данной лекции прошел уже битый час, а начальник как негодовал, так и по сию секунду негодует и при этом всем умудрился еще ни разу дать, хоть где-то, вставить слово в оправдание бедному подчиненному. — Данзо-сама, клянусь вам, я буквально на секунду оглянулся, так как услышал какой-то посторонний шум где-то поблизости, а вернув взгляд обратно, пацана как и не было, словно он просто под землю провалился. Никаких следов чакры или чужого, хоть минимального, присутствия, ничего, я вообще ничего не обнаружил. Ни мальчишки, ни похититель, их как след простыл. Ну разве я мог предугадать, что кто-то собирается его к воротам клана Учиха отнести, я и подумать не мог, что кто-то до такого додумается, каюсь. В кое-то веки удалось вставить слово Анбу Панды и как-то себя оправдать. — Довольно! Все, быстро эволюционируй до прямоходящего существа и исчезни с моих глаз долой! Мне нужно тщательно все обдумать и как-то исправить данную ситуацию. -Хай, Данзо-сама! С этими словами анбушник наконец встал с колена, на котором простоял ни дать ни взять — целых два часа, один из которых нудно, долго и со всеми нюансами пересказывал все происходящее на задании, и лёгким поклоном отсалютовав главе, Анбу исчез в ветряном шуншине, удалившись в свои апартаменты от греха и смерти подальше. Он уже достаточно наслушался за свой секундный прокол и если бы остался там хоть еще на минуту, точно бы не выдержал и что-нибудь бы такое вякнул, что он бы потом век огребал за свои слова.

***

*- Ками, как же с вами со всеми тяжело! Я же вроде не идиотов набираю и тщательно тренирую? Тогда как так блять получается, что у них силы и умения есть, а мозгов как у Хирузена в молодости?! * С этими мыслями он направился к секретному проходу, который находится за стеклянным стеллажом, полностью заполненным разными свитками, в двух метрах от рабочего стола. Отодвинув старый, уже давно требующий замены, стеллаж, он подошел к, казалось бы, совсем не приметной стене и и провел двумя указательными и безымянными пальцами по крохотным трещинкам, тем самым очерчивая сложную фигуру, напоминающую, а точнее ей и являющуюся, мандалу — круглый рисунок с центральной точкой, но со множеством линий и геометрических форм, образующих слои и сектора. Некоторые из этих элементов повторяются, а другие создают между собой не повторяемый орнамент. Завершив свою манипуляцию, он убрал руки со стены и на ней, всего на долю секунды, появился, выведенный им орнамент, который напоминал «камень Кулуша»*. Сразу после этого, стена просто исчезла, позволяя пройти в глубь потайного прохода. Как только крыса Данзо вошел внутрь и прошел буквально пару метров по коридору каменная стена вновь вернулась на свое законное место, закрывая тем самым обзор на, возможные, интересные вещи, которые будут происходить в этом таинственном месте.

***

В комнате Анбу Панды и его сокомандника Косули: Переместившись шуншином обратно в комнату, Панда наконец дал, хоть какую-то, волю своим, далеко неположительным и цензурным, эмоциям и словам. Сквозь сжатые зубы, он прошипел с лицом, на котором едва улавливался намек на, хоть какую-то, эмоцию, так как печати, поставленные на всех анбу, прекрасно справлялись со своими задачами, которые на них возложены: — Ками, как меня это все заебало. — Что, опять на тебе Данзо-сама злость выплескивал, да Панда? Усмехнулся, если это только можно было назвать усмешкой, Анбу Косули, прекрасно понимая, что его товарищ находится не в лучшем расположении духа. — Да бляха, задрало это уже! Ну вот как я, по его мнению, должен был уследить за человеком, который появился, буквально, на долю секунды и сразу исчез, когда я в это время всего на секунду повернулся чтобы проверить ебаную обстановку. Я что, должен был не моргая и вообще не заботясь об окружающем меня пространстве следить за этим демоном в детском человеческом обличии?! Анбу Косули внимательно на своего напарника, Панду, стараясь уяснить и усвоить всю серьезности данной ситуации и грамотно посочувствовать своему, наверное можно сказать другу, и не выслушивать все то, что накопилось у анбушника за все время. — Ты ведь знаешь почему Глава так одержим поимкой этого джинчурики, верно? Задал риторический вопрос Косуля, пытаясь подобрать слова: — Он считает его ключом к силе, которая позволит Корню обрести контроль над всей деревней Листа и заставит в страхе дрожать вражеские деревни. Анбу Панды кивнул, прекрасно понимая, что у Данзо-самы свои планы. Его одержимость джинчурики выходила за рамки разумного. Он хотел использовать эту силу чтобы манипулировать и подчинять даже тех, кто бы мог оказать сопротивление. Глава всегда говорил о том, что нужно брать под контроль силу, прежде чем она сможет навредить планам. — Этот демон — его возможность создать уникальное смертоносное оружие, которое не будет поддаваться контролю кому либо и только сам Глава сможет его контролировать, так как он планирует поставить на джинчурики специально разработанную для него печать подавления собственной воли. Произнес Панда Косуле, но все же в большей степени для себя лично. — Значит ты понимаешь, что он хочет превратить этого демона в свой инструмент, который сможет создавать совершенных шиноби? Панда почувствовал, как холодок прошелся по его многострадальной спине. Он вспомнил все те разговоры, в которых он непосредственно участвовал, о том, как Данзо-сама хотел использовать джинчурики девятихвостого демона лиса для создания нового вида шиноби, совершенно преданного совей деревне, не чувствующего боли, не имеющего чувств, собственных желаний, целей и мировоззрения. — Н-дааа, мне даже немного жаль стало этого демона. Все-же быть подопытной крысой у нашего Главы даже врагу не пожелаешь, не зря же они с господином Орочимару спелись. Рыбак рыбака видит аз далека, только в нашем случае два сумасшедших экспериментатора. — Тут я с тобой полностью согласен. Ну, а мне пора собираться и выдвигаться, а то миссии то никто не отменял. — Ага, только возвращайся живым, а то я не хочу снова с новичками в паре работать и за ними все дерьмо убирать. — Уж постараюсь. Ответил, выходя из апартаментов, Анбу с безэмоциональной ухмылкой под маской.