Отношения...

Отношения. Это так сложно, так непонятно, так горько и сладко одновременно. Отношения, любимый человек, держание за руки, первый поцелуй, первый секс — всё это так желанно. Так... так... приторно сладко, как в книгах про любовь, авторства молодых писателей. Они сами ещё не до конца понимают возможный истинный смысл романтических отношений, от этого передаются чувства и переживания подростков в взаимодействии друг с другом. Особенно сложно когда начинаются самые первые отношения у обоих. Когда оба как личинки трявянной лягушки: не могут некоторое время двигаться — боятся. Боятся что-либо сделать не так, повредить (разрушить) тело (отношения). Нужна лишь маленькая палочка (вещь) и всё личинка умирает (отношения распадаются). Особенно непонятно когда не чувствуешь взаимности, когда не понимаешь, что хочет партнёр. Очень сложно. Особенно горько когда чувствуешь разочарование и солёную воду во рту, когда настолько плохо, что хочется кричать, разодрать горло — оно жжёт. Кажется звуку мешает коша на шее, такая тонкая, но в тоже время толстая и прочная, как качественный шёлк. Больно. Бросил человек, на которого потратил столько сил, столько любви, столько времени... Особенно сладко когда обоим по восемнадцать лет. Неверно, это самое лучшее время для отношений, когда оба всё ещё дети, но не что будут стрелять сигареты у прохожих, когда они уже взрослые, но не сильно парятся о счетах за комуналку. Превосходный возраст, согласитесь? Пусть им не так уж и много, даже мало, если честно и взрослыми их едва назовёшь. В этом весь шарм таких отношений — они не знают, что такое расставания. Это чистые, скорее всего не совсем скромные отношения, но определённо они лучшие. – Кенчик, – позвал своего заместителя Майки, смотря нечитаемо, страшно, жутко; непонятно что он хочет. – Чего тебе, Майки? – спросил названный спокойно чуть грубо, почти незаметно. – Ты меня любишь? – на его лице не выражались эмоции пока он пристально смотрел на своего возлюбленного. – Что за глупые вопросы? – ответил чуть раздражённо вопросом на вопрос. Хороший ход если нет желания отвечать, увиливая от чёткого ответа. На Майки такое не действует. Дракен со звуком выдохнул, – Естественно, –. Майки насупил бровки, – Точно? – серьёзно спрашивал Сано. Вопрос из разряда: "Юбка или брюки?", юбка — " Тебя волнует только моя внешность, да?", брюки — "Я так и знала, что ты считаешь меня страшной!". Приходится увиливать, но это же сам — Сано Манджиро, не прокатит. Тяжёлый вздох и выдох. Рюгуджи отвлёкся от байка, слегка раздражённо смотрит на Майки, – Ты действительно этого хочешь, сейчас? – снова спросил Кен выделяя голосом последнее слово. Сано кивнул, сосредоточив свой взгляд на чём-то. Было не заметно, но парень был обижен, совсем немного, чуть-чуть обижен. Дракен вплотную подошёл к сидящему в позе лотоса на старой бетонной плите. Она точно не должна быть здесь, но всё так же лежит на этом месте больше чем живут оба парня, да и эта плита уже давно никого не волнует — ничего интересного, так сказать. Почему-то именно сегодня Рюгуджи очень хотел сделать как нравится Майки. Пусть никто из них не признается в этом. Пришлось наклониться очень низко, чтобы оставить расстояние в пару сантиметров между их губами. Оба оставались в прежних позах, ничего не поменялось они просто смотрели друг-другу в глаза — общались. «И чего ты ждёшь?» – единственный немой вопрос от Майки. Пульс не учащался, давление не поднимался, к горлу не подступала тошнота от волнения, тело не тряслось, ничего такого, даже румянца, они уже давно прошли этап смущения, было только ожидание. Ожидание долгожданного действа. Ожидание реакции прохожих на такое зрелище в лице двух парней. В глазах Майки еле заметно засверкали искорки на что Дракен ухмыльнулся. И вот... Глава Токийской свастики, тот самый "Непобедимый Майки", который одним коронным может уложить большинство главарей мелких банд, обвил шею своего зама руками притягивая его ближе — хочет. Но особого успехов не было. Его мучали, пытали, истязали ожиданием и вот поцелуй. Всё же немного волнительный, Майки ненадолго ослабил хватку от столько вновь и вновь будоражащих ощущений, его руки ерошили волосы зама не зная куда себя деть. Дракен положил кисти на талию парня под ним. Покусывая бледно-розовые блестящие от гигиенички губы, он слышал не громкие приглушённые стоны — провокация, и Кен поддался. Язык в действие не шёл, его просили, сильно просили, Дракен по прищуренным глазам видел насколько, но мучать не прекращал. Уж больно нравились ему такие ситуации. Манджиро никогда не скажет, что ему тоже. Но вскоре он сдался впуская язык, вылизывая верхние зубы с чуть выпирающими клыками стоны уже не были тихими и приглушёнными, оба парня жадно глотали воздух, забывая дышать. Они вели свою приятную войну за первенство. Рюгуджи не сопротивлялся особо. Этот танец вёл Майки. Устав парни закончили поцелуй. Хах, если бы. Совсем не замечая вокруг никого парни не слышали как Мицуя, Такемичи и Чифую с Баджи подошли к мастерской. – Кхм, – прервал их Чифую, ему было крайне неловко. По определённым причинам отвратительно. Остальные же предпочитали просто не смотреть, особенно Такемичи — он к такому не привык, ни к чему не привык. Такие случаи не портили их дружбу. Ни к коем случае. Просто... просто было не приятно. Первый раз когда ребята в Тосве заметили странные отношения главы и его заместителя, был когда Майки пришёл на собрание в куртке Дракена. Это всех так заинтересовало, посыпалась куча вопросов, на кои Сано холодно отвечал — «Вам какое дело, что я ношу», а Кен с раздражался смотрел на таких людей, мол «Как же вы заебали». На время все любопытные морды успокоили своё любопытство. Затем их совершенно случайно заметили целующимися в очередном богом забытом переулке неблагополучного района Токио. Оба виновника не стали оправдываться и что-то придумывать: «Думайте, что хотите» — кратко отвечали они. Так и получилось — их совету последовали. Тосве какой-то умник внушил, что они — альфы и могут позволить себе такое. Простое удовлетворение потребностей, ничего более. Эта теория помогла заткнуть всем рты и про это забыли быстро. Но мало кто знал, что секс и платонические отношения их не очень-то волновали, им просто уютно и комфортно вместе. Разве этого мало? И что, что два альфы встречаются. Подумаешь. Они редко показывали, что состоят в отношениях, обычно это мелочи, вроде разговоров: «ты выключил дома утюг?» и Майки в одежде Рюгуджи — так удобнее. Да ничего и не поменялось. Ведут они себя как обычно, если их взаимоотношения можно назвать обычными. Но редкие случаи показа того, что они намного ближе чем друзья не были приятны для окружающего общества. За этим весело наблюдать — считают оба. А если честно — им всё-равно.