Я никогда не…

Часть I. Катя

Пить кофе в буфете в разгар рабочего дня было как никогда приятно. Пока другие сотрудники ФЭС шныряли по коридорам, корпели над экспертизами и разбирали бумаги, Костя довольно жевал бутерброд, время от времени делая глоток из большой серой чашки с логотипом конторы. На сегодня, как ему казалось, был выполнен план «максимум», и он имел полное право на передышку, пусть и короткую. Они с Котовым полдня рыскали по лесопарку в поисках улик, замёрзли, устали, традиционно крыли матом и преступников, и жертв, и друг друга, и вообще всю эту поганую работу, однако вернулись довольные, с небольшим пакетиком, полным доказательств вины одного противного человечка. Котову повезло меньше - Галина Николаевна вцепилась в него мертвой хваткой после того, как на задержании он оставил фингал под глазом того самого противного человечка - и они вместе отправились в допросную расписывать неутешительные перспективы его ближайших лет жизни. А мысли Лисицына были далеко от мест не столь отдаленных. Сегодня утром он проснулся с острым чувством пустоты где-то в районе сердца. Сердце, конечно, было на месте, и даже билось, в чем майор поспешил убедиться, приложив ладонь к груди. Но легче от этого почему-то не стало. После утренних процедур, на которые сегодня удивительным образом хватило времени, тревога отступила, к тому же, у подъезда его уже ждал джип с Котовым за рулем. Не вести же с ним по дороге на объект разговоры о муках одиночества. Но сейчас, в буфете, оставшись наедине с собой, Костя все глубже и глубже погружался в невеселые размышления, и довольная ухмылка успела сползти с его лица. Ему уже тридцать лет. Он ясно помнил себя, лежащим в окопе где-то на Кавказе, размышляющим о том, удастся ли ему еще раз отметить день рождения. Отметил, не раз и не два, повезло, называется. Помнил, как приехав домой после Второй Чеченской, подумал, что надо бы дать себе передышку от всей этой служебно-рабочей канители, остепениться, обзавестись семьей и… Но, видимо, не было суждено ему «построить дом, посадить дерево и вырастить сына» в эти семь лет. А теперь, согласившись стать сотрудником молодого формирующегося подразделения, он, кажется, вообще перечеркнул мечты о семейной жизни. Да ладно, семейной, хотя бы о жизни не в гордом одиночестве в пустующей целыми днями квартире. Конечно, такие размышления посещали его не каждый день: больше голову молодого майора заполняли рабочие задачи и посиделки с товарищами, которые он старался организовывать каждый раз, когда появлялась возможность. Но сегодня почему-то стало совсем туго от того, как тихо было в комнате, когда он просыпался, в ванной, когда брился, на кухне, пока завтракал вчерашними макаронами… или позавчерашними? - Лисицын, чего хмуришься? - появление Шустова заставило Костю вздрогнуть и едва не опрокинуть кружку. - У нас, вообще-то, плюс одно закрытое дело вашими с Котовым усилиями! - Закрытое дело - это хорошо… - Костя продолжал смотреть куда-то вдаль, не до конца выйдя из мыслительного потока. - Костя, я вообще-то здесь, - Шустов ухватил Костю за подбородок и медленно повернул его голову так, что теперь они смотрели друг другу в глаза. - О чем задумался, друг ты мой ситный? Не иначе, как о смысле жизни. - В чем-то ты прав, - Лисицын залпом допил кофе и, грустно вздохнув, отодвинул кружку. - Игорек, вот ты во сколько лет женился? - А тебя который из разов интересует? - усмехнулся Игорь, размазывая плавленный сыр по куску хлеба. - Вот! Вот об этом я и говорю! - Костя с возмущением развел руками. - Почему кто-то уже дважды успел жениться, а кто-то - ни разу? - Ты сейчас серьезно? - Игорь подпер голову локтем и с усмешкой посмотрел на товарища. - Костя, что за бабские размышления? Или тебе серьезно надо объяснить? Тогда начнем с возраста: я тебя старше на пять лет… - Ладно, ты прав, фигню говорю, - Костя замахал руками, скорчив кислую мину. - Не знаю, что на меня нашло. - Зато я знаю, - Шустов жадно откусил бутерброд и прожевал его несколькими движениями челюсти. - Сколько ты уже без женщины? - Да не своди все к этому! - Я, между прочим, серьезно, - для пущей убедительности Шустов высоко поднял брови и назидательно покачал головой. - Я тебе как эксперт говорю - отсутствие партнерши губительно влияет на мужчину, не столько физически, сколько морально! Посмотри на себя, в кого ты превращаешься? Где твоя уверенность, где харизма? Найди себе кого-нибудь, а то вообще растаешь у нас на глазах! Он театрально потряс руками над головой. - Где искать-то, скажи на милость? Здесь, что ли? - Костя обвел взглядом буфет. - С нашей работой даже в люди нормально не выйдешь, а на работе - одни… - Кто? - То! - Костя снова вздохнул. - Сам подумай: кто у нас тут из женщин? - Кто? - Да что ты заладил «кто, кто»! - майор начал закипать. - Конь в пальто! Одни сопливые лаборантки, какой от них толк! Мне тридцать лет, Игорь, мне не нужна девчонка для развлечения, мне нужна равная, понимаешь, равная, если не выше! - Кабинет Рогозиной за стенкой, - кажется, стереть улыбку с лица Игоря не могло даже нескрываемое раздражение майора. - Да хватит уже, я не шутки шучу! - зло отозвался Костя, припечатывая колбасу к хлебу. - Я тебе могу расписать популярно, почему ни одна из наших мне не подходит! - Я внимательно слушаю. - Ну хорошо, - Костя отложил бутерброд и приготовился загибать пальцы. - Рогозину отметаем сразу: во-первых, начальница, во-вторых, старше меня лет на… - Всего девять, - с улыбкой вставил Игорь. - Не всего, а целых! - огрызнулся Лисицын. - Таня - маленькая еще, ей о таком думать рано, да и ей без меня ухажеров хватает. У Дашки - жених-моряк, не сегодня-завтра свадьбу сыграют, а Антонова вообще замужем с тремя детьми. А лаборанток с референтками я даже не рассматриваю, я их поименно-то не знаю. Вот и остается… - Вот и остается никого, - подытожил Игорь, согласно кивая. - Да, тяжелая ситуация, это ты, конечно, прав. Одного не пойму: раз тебя так остро волнует эта тема, ну плюнь ты на возраст, ей Богу! Все все поймут, а то, что ты там чьих-то имен не знаешь - это же только повод узнать. - Ох, Игорек, помяни мое слово, - вздохнул Костя, покачивая головой, - никогда, слышишь? Никогда не будет у меня ничего серьезного, если у нас разница больше трех лет. Ну вот так! У меня как будто внутренний блок какой-то, причем в обе стороны! Что старше, что младше… я их уже тупо не пойму! Да и они меня. Так что все эти варианты можно сразу вычеркивать. - Ну с такими установками ты еще долго искать будешь, - Игорь поставил посуду в раковину и включил воду. - А вообще, Костик, никогда не говори «никогда». А если вдруг влюбишься, что тогда делать будешь? - Не влюблюсь - не смогу, - развел руками Костя. - У меня на это дело глаз наметан, как почувствую, что разница большая - все, отворачиваюсь. Понимаешь, Игорь, у тех, кому сильно меньше, совсем другие интересы, хотя бы на Танечку посмотри: ну совсем еще девчонка! А те, кто старше, тоже уже на другое ориентированы… - Короче, ты сам создаешь себе препятствия и преодолеваешь их, - стряхнув воду с рук, Игорь вернулся за стол и внимательно посмотрел Косте в лицо. - Мой тебе совет: меньше думай обо всем об этом, и оно само подтянется. Ну и насчет «никогда» тоже не забывай, а то мало ли… - О чем так увлеченно беседуете? - в буфет уверенно вошла Рогозина. Вопреки обычному, после раскрытия она не выглядела облегченной, что могло говорить только об одном. - У нас новое дело: труп нашли в лесополосе… - Опять лес! - сокрушенно воскликнул Лисицын. - Я не договорила, - осекла его Рогозина. - Признаки насильственной смерти и какие-то странные следы вокруг, надо съездить посмотреть… - Есть, - пробурчал Костя, слезая со стула. - Опять ты не дослушал! - Галина Николаевна хлопнула ладонью по столу. - Поедут Майский и Игорь. Ты остаешься здесь ждать родственников, сводишь на опознание, побеседуешь. А потом заполните с Котовым бумаги по прошлому делу и конвоируете обвиняемого. Все ясно? - Ясно, - хором ответили Шустов и Лисицын. - Тогда выполнять. И найдите Алену, пусть приберется здесь. Я буду у себя.