Я никогда не…

Появление Кати было до смешного неожиданным. Еще неделю назад Рогозина утвердила кандидатуру нового оперативника, какого-то Ельского, и вот, в день, когда его должны были представить коллективу, вместо Ельского рядом с начальницей стояла майор Екатерина Гордеева, крепкая, уверенная, с каким-то холодным блеском в глазах. - Прошу любить и жаловать, - Рогозина села в кресло, указав Гордеевой на соседнее, и та плавно в него опустилась, поправила волосы и устремила взгляд в лежащие на столе бумаги. - Неплоха, - шепнул Шустов Белозерову, а тот еле заметно усмехнулся в ответ. - Катерина, отправляйтесь на место, вас там встретит майор Лисицын, - Галина Николаевна захлопнула папку с делом и поднялась, загончив летучку. - Игорь, Сергей - займитесь личностью убитого и заберите у Ромашина его одежду. Увидев подъезжающий служебный джип, Костя мысленно усмехнулся: анонсированное ранее появление нового опера его заинтересовало, и ему не терпелось посмотреть, как ему понравится копаться в клумбе, где нашли труп, и опрашивать жителей дома, не видели ли они чего подозрительного. На улице стояла противная осенняя слякоть, вся земля была усыпана жухлой листвой, которая чавкала под ногами вперемешку с грязью. Машины то и дело поднимали брызги луж, орошающие серо-коричневой жижей всю округу, и Лисицыну постоянно приходилось отскакивать, чтобы не получить за шиворот грязной воды. Гаркали птицы, шумели зеваки, участковый курил как паровоз, но Косте было на это все равно: такие мелочи - дело привычки, а он и не к такому привык. Но вот как к этому отнесется этот Сосновский?.. Листвицкий? Ельский! Да, наверное, будет возмущаться и проноет весь оставшийся день. Своеобразное, но все-таки развлечение для более опытных коллег. Ухмылка из мысленной переросла в действительную, когда джип заглушил мотор. Приготовившись увидеть лицо недовольного опера, Костя оторвал взгляд от земли, и, увидев выходящую из машины Катерину, рассмеялся в голос. Она и бровью не повела, и, как ни в чем ни бывало, достала из багажника чемоданчик с оборудованием и подошла к клумбе. - Разрешите представиться… - Майор? - все так же улыбаясь, спросил Костя, вскакивая с корточек с ловкостью танцора. - Майор, Гордеева, Екатерина Олеговна, - тут уже Катя не смогла скрыть удивления, но оно почти мгновенно исчезло с лица. - Майор, Лисицын, Константин Львович, - Костя чуть дернулся в попытке поцеловать руку, но тут же остановился и обменялся с Катей рукопожатиями. - Скажите, каков фронт работ? Чем вы занимаетесь и что еще предстоит выполнить? - деловито осведомилась Катерина, чуть поежившись от порыва ветра. - Или мне лучше узнать у участкового? Стараясь не подавать виду, что удивлен, и пытаясь не давать вернуться на лицо дурацкой улыбке, Костя попросил поговорить со старушками, нашедшими тело, и парочкой студентов архитектурного, которые с раннего утра клеили макет с открытым настежь балконом и могли что-то слышать. - Хороша чертовка, а, товарищ майор? - спросил у Лисицына участковый, когда Катерина скрылась в подъезде. - Ты иди лучше, отгони этих, - прикрикнул тот, кивая на собравшуюся за лентой кучку подростков, а про себя подумал: «Еще как!» В контору возвращались на разных машинах, поэтому следующая встреча с майором Гордеевой должна была состояться в кабинете Рогозиной, куда оба оперативника направлялись отчитаться о проделанной работе. По дороге Костя умудрился проткнуть колесо, благо это было уже на подъезде к ФЭС, а в гараже обнаружилось, что какая-то машина все-таки умудрилась его обрызгать, и ворот рубашки покрылся коричневыми пятнами. Не хотелось ни перед Рогозиной, ни перед Гордеевой представать в таком виде, и пришлось срочно застирывать и долго сушить еле работающим феном. Он столкнулся с Катей в дверях, когда та все с таким же невозмутимым лицом выходила от начальницы. - Опаздываете, Константин Львович, - она покачала головой и мягко зашагала в сторону буфета. - Галина Николаевна, и откуда она такая взялась? - спросил Костя, присаживаясь в кресло. - Я давно ее знаю, толковая девчонка, пересекались пару раз по службе, предложила ей перейти к нам, - Рогозина пожала плечами. - Ельский этот сорвался, его срочно откомандировали куда-то, ну, сам понимаешь, с министром спорить я не стала. А о Кате я давно думала, вот и шанс подвернулся. Что у тебя по делу? - По делу - пока не густо, на месте преступления я нашел следы, мужские… - доклад об осмотре клумбы занимал сейчас Лисицына куда меньше этой Кати, поэтому он зачитывал начальнице пометки из блокнота, думаю о том, успеет ли застать майора в буфете… - Скажите, а вас что, совсем не заинтересовало, как я понял, что вы - именно майор? - спросил Костя, ставя на стол две чашки с кофе. Катя пододвинула ту, что поменьше, к себе и окинула его с ног до головы оценивающим взглядом. - Честно говоря, нет, а вы, что, очень хотите поделиться? - Хотелось бы. - Я вас слушаю. - Ну… - тут Костя почему-то замялся. Может, это пристальное Катино внимание на него так влияло. Удивительное дело, она ведь совсем не хочет его слушать, но делает это с таким видом, будто она всю жизнь ждала этого рассказа. Черт подери! - По вашей выправке сразу видно, что звание у вас приличное, капитаны, а тем более, лейтенанты так солидно не выглядят. Он очаровательно улыбнулся, вызвав у Кати легкий кивок. - Допустим. - Но и старше майора по званию вы быть не можете, потому что будь вы уже хотя бы подполковником, вы бы подвинули с должности Круглова, об этом нас бы уже точно предупредили. Тут Катя впервые с их встречи улыбнулась. - Интересные размышления, - она глотнула кофе, продолжая улыбаться. - Да, не хватило мне звездочек на погонах, чтобы не шокировать вас своим появлением. Что вы качаете головой? Я же видела, как вы смеялись, когда я вышла из машины. Сомневаюсь, что у меня был такой уж забавный вид. Так что, скорее всего, вы просто ожидали увидеть кого-то другого. К тому же, я в курсе, что меня взяли на место другого сотрудника, который еще у вас не появлялся. Константин Львович, аккуратнее, тарелка! Подвинь он локоть еще немного, и тарелка вместе с печеньем на ней оказалась бы на полу. Слушать ее можно было бесконечно: мягкий голос обволакивал и вводил в какое-то удивительное состояние повышенного внимания. Да и смотреть на нее можно было столько же: блестящие глаза, гладкие, чуть волнистые темные волосы, и эта улыбка, редкая, как показалось Косте, на ее лице, но такая нежная и легкая… Если бы его прямо сейчас попросили бы описать Гордееву одним словом, то это было бы слово «мягкая», хотя даже на расстоянии от нее веяло алмазной твердостью. - Если вам не сложно, проводите меня потом в морг, я еще не знакома с покойником, - помыв посуду, Катя остановилась у дверей. - Боюсь, что побеседовать с ним по душам вам уже не удастся, - усмехнулся Костя, и Катя снова улыбнулась. - Ну, как вам наша новая майорша? - Игорь вел машину, то и дело поглядывая то направо, то назад. Рядом с ним, на переднем сидении, устроился Белозеров: он развернул дорожную карту и сверялся с ней на каждом повороте, хотя Игорь и без того прекрасно знал, как ехать к себе на дачу. - Жестковата, - отозвался сзади Котов, потягиваясь. - Константин Сергеевич, Екатерина Олеговна… Что за формальности, нам еще вместе в грязном белье копаться, могли бы и сразу без этого… - Соглашусь, - кивнул Белозеров, шурша картой. - Но, может, она с непривычки. Да и вообще, дама серьезная, сразу видно. Эх ты, интеллигент в третьем поколении… В Сергея тут же прилетело шапкой. - Так, не мешайте мне вести машину! Приедем, там и покидаетесь! Лисицын, ты что думаешь? - Игорь тормознул перед светофором и повернулся к Косте. - Вы же с ней на земле вместе работали, как она тебе? - Да знаешь, мы как-то не особо пересекались, она - со свидетелями, я - на клумбе, - пробормотал Лисицын, глядя в окно на голый лес. - Ну вот опять этот взгляд в бесконечность и тихий голос, - Шустов закатил глаза. - На этот раз на какую тему? - Да размазала она меня сегодня, в переносном, конечно, смысле, - Костя оторвал взгляд от пейзажа и посмотрел на Игоря. - Знаешь, когда она сегодня первый раз улыбнулась? Когда мы после осмотра места происшествия и доклада Рогозиной кофе в буфете пили! - И что в этом такого? Я вот на работе тоже не каждую минуту улыбаюсь, - Котов непонимающе нахмурился. - А то, Костя, что она еще не успела мне звания своего назвать, а я уже сказал ей «вы - майор», а она - ноль реакции! - Ну раз так, то все, сжечь ведьму! - нарочито грозно сказал Белозеров. - Кость, ну ей же не двадцать лет, чтобы от такого таять на глазах, - пожал плечами Игорь. - Сначала ты говоришь, что тебе хочется равную партнершу, а потом удивляешься, почему это на таких дешевенькие фокусы не работают. Ты бы ей еще монетку из-за уха достал, ей Богу! - В этом ты прав, Игорек, - вздохнул Лисицын. - Разбалован я молодым поколением, совсем не умею общаться с серьезными женщинами. - Вот и учись, пока она жива, - Белозеров философски поднял указательный палец и тут же дернулся. - Игорь, поворот проехал! - Да ничего я не проехал, это на деревню Родники, а моя - Роднички! Уж в этом я разбираюсь! Но топографические споры Лисицына совершенно не интересовали. Он прильнул лбом к холодному стеклу, по внешней стороне которого начали стекать редкие капли - начинался дождь. Местами еще рыжеватый лес сменялся серыми полями, изредка их разрезали узкие речушки. Небо постепенно темнело, не столько от наступления сумерек, сколько от приближения грозы: тучи наливались влагой и становились почти синего цвета, вот-вот должна была ударить первая молния, и равнина замерла в ожидании ливня. Машин было немного - днем в воскресенье большинство наоборот возвращается в Москву. Встречка действительно сияла десятками фар, видневшимися размытыми пятнами через покрывшееся каплями окно. Что-то такое было в этой Гордеевой, что его зацепило, но что именно? И почему вообще он в последнее время такой расхлябанный? Отпуск еще не скоро, выходные нерегулярные, а все отгулы он потратил на сегодняшне-завтрашние посиделки с мужиками на даче у Шустова. Да нет, физическая усталость никогда так странно не отражалась на его душевном равновесии. Тогда что? Неужели и правда ощущение, что «часики тикают», что «уже пора»? Нет, прав все-таки Игорь: не мужское это дело - торопиться в ЗАГС. Но в ЗАГСе ли дело? Или в этих пустых вечерах в компании телевизора, который давно уже был зачислен в ранг его самых частых собеседников?