Я никогда не…

Быть за главного в конторе вызывало у Кости противоречивые чувства. С одной стороны, это безумно тешило его самолюбие: он любил и умел руководить, делал это без лишнего эгоизма и с похвальным рвением к достижению общей цели. С другой стороны, как же чертовски тяжело было в такие дни! Если возрастающий вдвое (а то и втрое) объем бумажной работы можно было еще как-то пережить, то постоянные звонки из всех возможных инстанций к концу дня просто сводили с ума. С «нижестоящими» общий язык с переменным успехом находился: местные сыскари неохотно, но выполняли поручения и просьбы, вневедомственные службы так и вообще при слове «ФЭС» готовы были почти на что угодно, лишь бы многоуважаемые сотрудники поскорее убрались восвояси. Но то, каких нервов стоило ему общение с кем-нибудь «сверху»… Костя разве что не выл, выслушивая от какого-нибудь вечно недовольного ходом расследования генерала, как ему правильно работать и в какое место на этот раз засунуть свою никчемную голову. С Рогозиной так, конечно, никто не разговаривает… Наверное. Ну или она не подает виду. Привыкла. Сегодня, в день планового совещания у Министра, он снова сидел в кресле начальника с кислой миной. Только что, оторвавшись от этого самого совещания, очередной высокий чин распекал его, как нашкодившего мальчишку, за то, что Лисицын не стал общаться с подъехавшими по нынешнему делу журналистами. А на оправдание, что ему общаться с ними было некогда да и не очень приятно, Костя услышал, что в следующий его визит в Министерство его тоже не пустят на порог, потому что с ним работать тоже не самое большое удовольствие. Глубоко дыша и чуть ли не шевеля бордовыми от ярости ушами, Костя сидел, черкая что-то невнятное в блокноте, представляя себе противно-довольную рожи писак, когда те таки заявятся к нему за комментариями. Будут чувствовать себя тут даже не жданными гостями - а настоящими хозяевами, черт! - Константин Львович, можно? - в дверь постучали, и Костя оторвал взгляд от бумаги. - Юля, ну что ты как не родная, - появление Соколовой подняло ему настроение. Сама она, однако, выглядела не такой уж и радостной. - Садись. Случилось что-то? Юля села в кресло, нервно теребя пальцами ленту на поясе блузки. Она уставилась куда-то в стол и коротко вздохнула. - Юлька, ну правда, от того, что я сижу в Рогозинском кресле, я не становлюсь кусачим и сердитым, - Костя ободряюще улыбнулся, пытаясь заглянуть ей в глаза. - Просто стараюсь соблюдать субординацию, - говорила она все так же тихо, но взгляд подняла. В глазах ее читалась тревога. Субординация, ишь! - И еще… у меня очень личная просьба. - Так, - Костя выпрямился в кресле и пододвинулся поближе к столу. - А это уже интересно. Он осмотрел ее изучающе, но так и не понял, что заставило ее так переживать. Никаких признаков недомогания он, вроде бы, не заметил. С другой стороны, он никогда и не видел ее такой: как будто загнанной в угол чем-то очень серьезным - так что о причинах этого состояния мог только догадываться. - Я знаю, что не положено… И Галина Николаевна бы не разрешила… Но сегодня же ты за нее, так что… - Юлин голос стал, кажется, еще тише, почти превратившись в шепот, а глаза снова уставились в светящуюся поверхность стола, словно умоляя его о поддержке. - Что? - Мне нужно пару дней отгула, - она резко развернулась в Костину сторону и накрыла ладонью его руку. По всему его телу пронеслась теплая колышущаяся волна. - Это личное, но очень важное личное… Да, не положено… - Я понял, понял, - Костя отмахнулся и понял, что сделал это, выдернув руку из-под Юлиной ладони. Она тут же ее убрала, прижав к второй руке. И снова он внимательно ее оглядел. Что же могло ее настолько встревожить, что она пришла с такой пустяковой просьбой с видом, будто от этого зависит чья-то жизнь? А вдруг… - У тебя кто-то умер? - аккуратно спросил он, всматриваясь в ее бледное лицо. Она удивленно вздернула брови и облегченно улыбнулась. - Нет, слава Богу, нет, - она рассмеялась, прикрывая лицо ладонью. - Представляю, что ты себе навыдумывал… - Ну уж ладно, ничего такого, - Косте и самому стало легче на душе при виде ее улыбающейся. Значит, все не так плохо. - Давай так: я подпишу отгулы, а ты расскажешь, зачем. Если это, конечно, не свадьба с богатым красавчиком. Юля снова рассмеялась: - Блин, ты меня раскусил! - она сделала нарочито несчастное лицо. - Но для тебя я всегда останусь незамужней! - Спасибо, - Костя хмыкнул. - Ну? - Ну квартиру я покупаю, - Юля всплеснула руками, виновато потупив глаза. - Плачу наличными, придется просить двоюродную сестру приехать из Циолковска на машине, не в метро же мне свои миллионы волочить… - Теперь ты меня удивляешь, - он искренне улыбнулся, радуясь тому, какой мелкой оказалась проблема, которая привела Юлю в такое встревоженное состояние. Радовался он, естественно, не тому, как она переживает, а тому, что все оказалось более чем решаемо. - Юля, скажи пожалуйста, ты где работаешь? - В Федеральной экспертной службе, - она, кажется, не поняла сути вопроса, поэтому ответила немножко ошарашено. - А знаешь, кто твои коллеги? - Кто? - Менты, Юлечка, менты, - он расхохотался, откидываясь на спинку кресла, не замечая Юлиного удивленного лица. - И почти все мужики. И почти все, ты не поверишь, с личными автомобилями. Да и со служебными. Хочешь, я тебя лично с мигалкой на сделку довезу? - Нет, с мигалками не надо, - Юля смутилась. - Я, наоборот, не хочу афишировать своего рода занятий… Мало ли что у человека в голове… А вдруг он милиционероненавистник? - Да даже в таком случае я могу предложить свои услуги, - Костя посерьезнел и выпрямился. - Во-первых, у меня есть машина. Во-вторых, я всегда могу подстраховать - вдруг продавец твой не только милиционеро-, а еще и женоненавистник? И если тебя он кое-как терпит ради денег, то на вас двоих его терпения не хватит? Да и вообще… Не в центре города, небось, жить-то будешь. А где-нибудь в Выхино… - В Бутово… - Тем более! Решено! - он резко встал и прошел вдоль стола так, чтобы оказаться напротив Юли. - Когда и во сколько сделка? - Послезавтра, в пять, - она смотрела на него снизу вверх, отчего взгляд ее делался еще более робким. - Нужно будет забрать деньги из банка и привезти в другой… Ну, как это обычно делается. - Понял. Не проблема, - он развел руками с довольно-благосклонным видом. - Я думаю, выкроить для этого время мы сумеем без особого труда. И сестру не придется гонять, встречать, селить… - Ты сейчас серьезно все вот это говоришь? - она прищурилась, изогнув бровь. - Абсолютно, - Костя опустился на кресло напротив и посмотрел прямо в ее светлые глаза. - Юль, это совершенный пустяк, и я тебе с удовольствием помогу. И вообще, проси о помощи, не стесняйся, мы же не чужие люди все-таки. - Да ладно? - она усмехнулась, глядя на него уже ехидно. - И кто же мы? - Мы, Юлечка, напарники, - он философски поднял палец и потряс им в воздухе. - А это, между прочим, ближе, чем муж и жена. - Ну, раз так, товарищ майор… - она поднялась и, обойдя стол, нагнулась и чмокнула его в щеку. Костю снова окатило будоражащее согревающее чувство. Место, которого только что коснулись Юлины губы, одновременно пылало и холодело. Он не мог никак это объяснить, но его с головой накрыло ощущение, что он куда-то проваливается, потому что под ногами не было уже ни пола, ни земли… - Спасибо! - прошептала она Косте на ухо, сжимая его обмякшие плечи своими тонкими пальцами. - Ты лучший! Он повернул голову в ее сторону и улыбнулся, мол, ничего такого, всегда пожалуйста. Она улыбнулась в ответ и выскользнула из кабинета довольной походкой. - Ваши ключи, Юлечка, - бывший хозяин квартиры оказался не жено- и даже не милиционероненавистником, а милого вида старичком, собравшимся уехать на ПМЖ в Чехию доживать счастливую жизнь в обществе многочисленных детей и внуков. Обменявшись с ним рукопожатиями, Костя и Юля вышли из банка в промозглый осенний вечер, довольно улыбаясь. - Подбросить до дома, хозяйка? - спросил Костя, открывая брелком машину. - Костя, ну мы же обещали Галине Николаевне вернуться сразу после сделки, - Юля рассмеялась, садясь на переднее пассажирское. - Да я помню, - он устроился за рулем и пристегнулся. - Просто уж больно любопытно посмотреть, где ты теперь будешь обитать. - Тебе понравится, - заверила его Юля, вертя в руках связку ключей. - Как ты понимаешь, ты приглашен на новоселье. - Надеюсь, не в качестве водителя, - рассмеялся Костя, выруливая на проспект. - Хочется выпить за твое счастливое будущее! - Это я тебе гарантирую, - с улыбкой ответила Юля. - И не забудь перед сном три раза сказать «На новом месте приснись жених невесте», - сказал Костя с деланной серьезностью. - Ну, я уже знаю, кто мне сегодня приснится, - Юля посмотрела на него с хитрым блеском в глазах. - Не хочу накладывать на тебя лишние обязательства. - Кто знает, Юленька, кто знает… - протянул Костя задумчиво, и снова в его голове проскользнула согревающая мысль, которую он не успел прочувствовать и разглядеть.