Falling in Love in a Coffee Shop

Это странно и как-то неловко, когда они прогуливаются по Цитадели после обеда. Джон не уверен, насколько близко ему следует идти. Подходит ли он ближе, чем раньше? Должен ли он отойти? Должны ли их руки соприкоснутся? Должны ли они вообще держаться за руки? Кайден продолжает смотреть на него, бросая быстрые взгляды, которые, стоит только поймать их, превращаются в застенчивые улыбки, прежде чем он снова отводит взгляд. Джон ещё никогда в жизни не чувствовал себя так неловко. Он бы убил за то, чтобы Удина предпринял очередную попытку государственного переворота прямо сейчас. По крайней мере, у них было бы чем заняться, кроме обмена быстрыми взглядами и смущёнными улыбками. Джон никогда в жизни не был застенчивым, и за это он был готов надрать самому себе задницу. С другой стороны, он никогда не был на таком свидании, как это. Раньше он и не хотел ничего подобного. С тех пор, как он увидел, как его семью и друзей убивали батарианцы на Мендуаре, Джон был слишком занят тем, чтобы загладить свою вину. Психологи Альянса провели с ним день работы в поле для оценки, рассказывая о том, как его потребность в управлении для минимизации потерь, была как-то связана с тем, что его родители спрятали его на сеновале на ферме, а он вынужден был слушать, как его друзья и семья умирали, пока он выжил, и как это привело к спасению стольких людей на Элизиуме от батарианцев. Они, кажется, всегда рады указать на то, что именно поэтому он ставит людей на первое место, а себя на второе, что он якобы стремится искупить вину, возместить ущерб или любое другое причудливое психологическое слово, которое они могли использовать. Так что, да, у него были проблемы с поиском чего-то только для себя. Вот почему он не знает, что делать. Он никогда раньше по-настоящему ни с кем не встречался, да и не хотел этого. Всегда были миссии и сражения. Кайден не первый, кто ему нравится, хотя Джон хотел этого с ним больше всех. Всякий раз, когда он хотел кончить, в клубе всегда можно было найти желаемое — дрочка, минет и весьма редко трах. Всегда только гражданские и никогда его команда. Он не хотел нарушать правила, Шепард был капитаном так долго, что ему казалось, будто он воспользуется положением, и что член экипажа будет спать с ним только потому, что он капитан. И даже если бы это было не так, ему бы казалось, что они думают о продвижении по службе, основываясь на своих стараниях в постели. Вплоть до самой смерти он будет золотым мальчиком Альянса, и знает это. Теперь лейтенант Аленко, его подчинённый, стал майором Аленко и его старшим офицером, по крайней мере, по званию. Они оба Спектры и это уже гораздо меньше похоже на ситуацию, где он пользуется своим положением или же, пользуются им самим. Впервые с тех пор, как ему исполнилось шестнадцать, он может свободно встречаться с кем-то, но не знает, как. Не похоже, что существуют справочники или методички, которые научат его, как организовать свидание, собирая все его части вместе, будто хорошую винтовку. Это даже не похоже на миссию, потому что врага нет, а желаемый конечный результат неизвестен. Люди оказываются в постели на первом же неожиданном свидании? Он снова смотрит на Кайдена и, застигнутый на месте преступления, быстро улыбается, а затем смотрит вперёд. Кроме того, куда, чёрт возьми, они вообще идут? Они просто бесцельно бродят или в том, что они делают, есть какая-то цель? Джон решает, что должна быть какая-то цель, потому что в противном случае они тратят понапрасну время, предназначенное для спасения Земли, и эта идея не слишком ему по душе. — Расслабься, я не укушу, — сказал Кайден, останавливаясь посреди мостика в Президиум и касаясь тыльной стороны руки Джона кончиками пальцев. Джон вырвался из своих мыслей и посмотрел на Кайдена, в то время как толпа вокруг них расступилась. — Если ты не… если ты не хочешь… — Кайден посмотрел через плечо Джона, а затем опустил взгляд в пол, спотыкаясь на своих словах, прежде чем снова поднять глаза на него и коснуться руки. — Если это не совсем то, чего ты хочешь, я пойму. Мы можем просто продолжить служить вместе, как и раньше, никаких обид. — Дело не в этом. — Тогда в чём? — Кайден посмотрел на него, и тогда, впервые за три года, Джон понял, что Кайден немного выше его, ровно настолько, чтобы Джону пришлось слегка запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Как он раньше этого не замечал? — Куда мы направляемся? — спросил Джон, не готовый сознаться, что просто никогда раньше не был на свидании. — Я думал, ты знаешь. — А я думал ты ведёшь, — они снова обменялись неловкими улыбками, а затем засмеялись. — Так куда ты хочешь пойти? — Вышел новый фильм о Бласто, — Кайден ухмыльнулся, на этот раз уже многообещающе. — Мы могли бы снова почувствовать себя детьми. Держаться за руки в темноте и драться за попкорн. — В детстве мне никогда не приходилось этого делать. — Правда? — Кайден вскинул бровь, глядя на него, и Джон кивнул. — Тогда, похоже, нам стоит это сделать. Я плачу. Теперь, когда у них появилась конкретная цель, Джон почувствовал себя лучше, а Кайден повёл их в сторону кинотеатра. Его походка была пружинистой, и на этот раз улыбки Кайдена вместе с этими быстрыми короткими взглядами таят в себе немного горячего обещания, как будто они не просто собираются посмотреть ужасный фильм и поесть попкорн. — Значит, ты никогда не ходил в кино на Мендуаре? — спросил Кайден, когда они приблизились к кинотеатру. — С моими родителями да, когда мы выбирались с фермы, но на свиданиях? Не совсем. К тому времени, когда мои родители позволили бы мне ходить на свидания, пришли батарианцы. Кайден застыл на месте так внезапно, что Джону потребовалась пара шагов, чтобы понять, что Кайден больше не шёл рядом. Когда он повернулся, то увидел, как тот смотрит на него с выражением полнейшего ужаса. — Я сказал что-то не то? — Нет, Джон, прости, я забыл. Я бы не спрашивал, если бы помнил, — Кайден казался поражённым. Джон сделал пару шагов назад к нему и обхватил чужую руку, сжимая её. То, что он может вот так свободно прикасаться к Кайдену, немного странно, учитывая, что раньше он мог только мечтать об этом и желать. — Не за что извиняться, — решив, что раз заварил кашу, так не жалей масла, Джон переплёл их пальцы и притянул Кайдена ближе. — Разве ты не обещал заплатить за фильм? Я хочу увидеть, как Бласто найдёт себе напарника. Довольно скоро они купили билеты, обещанное ведро попкорна и нашли свои места. Пока они смотрели трейлеры в практически пустом кинотеатре, Джон попытался завязать другой разговор, прежде чем между ними снова возникнет неловкость. — Итак, а что ты делал, когда был подростком? Ты когда-нибудь пробовал то движение с зевком и закидыванием руки на плечи? — Никогда не приходилось такого делать. Мозговой лагерь, — Кайден пожал плечами, и снова возникла неловкость. Точно. У них обоих было тяжёлое детство. Тогда до Джона дошло, что ни у одного из них нет большого опыта в свиданиях. Он думал, что, возможно, Кайден задаст направление, но теперь стало ясно, что ему придётся вести эту миссию в неизвестность. И первым шагом, когда они вернутся на «Нормандию» — станет исследование. Ему придётся опросить команду и попросить СУЗИ поискать для него кое-какую информацию. А до тех пор он будет навёрстывать упущенное по ходу дела. — Так ты никогда такого не делал? — Джон посмотрел на Кайдена, улыбаясь, а затем притворно зевнул, потягиваясь и обнимая Кайдена за плечи, пока в зале не погас свет. — Не было возможности, — ответил Кайден, соскальзывая с подлокотника между ними, чтобы положить голову на плечо Джона. — Хорошо, что ты меня поймал. Джону понравится фильм, хотя это удовольствие имело мало общего с выходками Бласто на экранах, а больше было связано с тем фактом, что Кайден касался его руки, когда они одновременно тянулись за попкорном. Или даже то, как запах естественный Кайдена перемешался с ароматом попкорна, выдавая странное сочетание попкорна, одеколона и озона. Это определённо имело какое-то отношение к тому, как рука Кайдена лежала на его бедре, и к тому, как Кайден смеялся рядом с ним, и этот счастливый звук проникал прямо во внутренности Джона, заставляя его член наполовину напрячься в штанах, когда тот придвигался ближе. А затем Кайден наклонился, и его дыхание защекотало ухо Джона, когда он сделал ехидный комментарий о выходках Бласто. Он хочет, чтобы это никогда не заканчивалось, но, к сожалению, даже Бласто в конце концов должен подойти к концу. Когда они вышли из кинотеатра, инструметрон Джона зазвонил, и он ругнулся себе под нос. Он и забыл, что должен был встретиться с Лиарой. — Что случилось? — спросил Кайден, когда они вышли в ярко освещённый холл Президиума. — Забыл встретиться с Лиарой. Наверное, мне стоит отправиться туда. — Тогда увидимся на корабле. — Да. — Хорошо. — Да. Они посмотрели друг на друга, и неловкость всё нарастала, пока Джон пытался понять, что должен делать. Ясно, что Кайден чего-то ждёт от него, но будь он проклят, если мог это понять. А затем губы Кайдена коснулись его губ, и мысли замерли от этого прикосновения, переваривая полученную информацию. Они намного мягче, чем он думал, и намного полнее. Джон приоткрыл губы, задыхаясь от неожиданного удовольствия, когда язык Кайдена проскользнул в его рот. Руки Джона обхватили чужую талию, притягивая его ближе. Когда воздух стал необходимостью, он отстранился и прислонился своим лбом к его, тяжело дыша. — Вау. — Ага. Инструметрон снова зазвонил, и Кайден издал смешок. — Лиара звонит. — Тогда увидимся на корабле, — Джону следовало бы отступить, но он не мог заставить себя, пока руки Кайдена находились на его теле. — Разве у нас уже не было такого разговора? — Да, — они снова засмеялись, прежде чем Кайден наклонился и снова коснулся губами губ Джона. — Тогда увидимся на корабле, капитан, — Кайден сжал его талию, а затем отступил назад, быстро отсалютовав, и ушёл. Джон смотрел ему вслед, когда тот уходит, оценивая его покачивающуюся задницу. После чего Кайден повернулся и подмигнул ему, ловя на месте преступления. Он сообщил Лиаре, что уже в пути, а затем поспешил на место встречи. Выражение лица Лиары поменялось, стоило ему приблизиться, но возможности расспросить её об этом не было, когда она приступила к рассказу о своём детстве. Она убаюкала его ложным чувством спокойствия и, закончив обсуждение своей матери, спросила то, к чему он совсем не был готов: — Так что же вызвало такую улыбку на твоём лице? — Какую именно? — Ту, что приклеилась к твоим губам. И поскольку ты никогда не опаздываешь, я полагаю, произошло что-то важное? — воспоминания об обеде с Кайденом и последующем сеансе в кинотеатре, а после о том умопомрачительном поцелуе заставили его снова улыбнуться. — А вот эта мне нравится больше. — Ничего не произошло. Я просто обедал кое с кем. — Оу? Может, у Джона и не было большого опыта по части свиданий, он знал наверняка, что о своих похождениях рассказывать не стоит. — Ага. — Храни свои секреты до поры до времени, но не забывай кто я, — поддразнила она, пихнув его бедром, прежде чем облокотиться на перила. — В конце концов, я всё узнаю. — Уверен, что так и будет, — они замолчали, глядя на бегущую воду и пышные сады. Здесь так спокойно. Цитадель совсем не напоминает ему о Мендуаре, но заставляет думать о колышущихся посевных полях и аромате цветущих растений. Его мозг выдал фантазию о растущими между ним и Кайденом отношениях, о том, как они утопают в зелени вокруг, что пережила столько невзгод и вторжений лишь для того, чтобы расцвести благоухающими цветами, и несмотря на пережитое, всё это давало ему надежду на будущее. Они вдвоём столько пережили вместе, так много взлётов, падений и снова взлётов, и всё же несмотря на атаки, которые происходили в прошлом и будут происходить в будущем, расцветают заново. В этот момент Джон думает, что они смогут пережить всё, что угодно. — Хах, — сказала Лиара возле него. — Что? Она протянула руку, прикасаясь своими пальцами к его губам и прослеживая кончиками путь, пройденный губами и языком Кайдена. — У тебя небольшое раздражение прямо здесь. — Это из-за обеда. — А что, этот обед забыл побриться? — Джон покраснел, но не присоединиться к её задорному смеху было выше его сил. — Я рада за тебя, кем бы ни был этот «обед». Идём, самое время сдать отчёт.