Баллада о Курасане

***

      На улице стоял холодный ноябрь. Позднее утро, солнце уже давно взошло. Маленький мальчик с удивительно пепельным цветом волос сидел перед окном, наблюдая за каплями дождя, падающими на стекло и медленно стекающими вниз. Где-то на другой стороне, на прохладной улице с искрами в глазах бежал такой же малец, в синем дождевике и в резиновых жёлтых сапожках. Сразу же после этого послышался стук в дверь. Мальчик отвлёкся от своих наблюдений, на лице сразу выскочила широкая улыбка и он побежал в коридор, открывать гостю.       — Кнайф! Привееет! Пойдём гулять быстрее! — Раздался изо прохода голос кудрявого мальчишки.       — Курасан? Разве родители не наказывают тебя за гуляния под дождём? — Ответил маленький жилец дома своему другу.       — Хахах! Они уехали по каким-то делам и оставили на меня няню. Я подкупил её деньгами, который нашёл у папы в столе. Так что скоренько собирайся и пойдём.       Малыш сразу кинулся в свою комнату одеваться. Его друг остался ждать его в проходе двери.       натянув на себя дождевик и сапоги тот прибежал обратно к Курасану и…       — Блять, и чё так долго, урод? На одной ножке не удобно скакать? ХАХАХАХ, БОЖЕ, КНАЙФ, ТЫ… Кнайф?

***

      — Кнайф? Просыпайся быстро! — Знакомый голос пробудил парня изо сна.       — А? М… Мам? — Кареглазый через силу оторвался от подушки и потянулся.       — Твоя физиономия менялась с каждым моим морганием. Выглядело забавно, хех. Что-то интересное снилось?

Сон?

      Сегодня одноножке не надо было идти в школу, ведь на несколько дней всех посадили на дистант из-за недавно произошедшего инцидента… Замазыч И… И Бутылыч…       Вспомнив причину такого сладкого сна, Кнайфу стало плохо. Он прижал ногу к себе и схватился за голову руками, сев в позу креветки. Сначала Пшика, а теперь эти двое… Предчувствие было очень плохим. Казалось, что не с проста эти три потери произошли в таком близком промежутке времени.       Навязчивые мысли не давали покоя, казалось, что парень сейчас завизжит. Но зовущая завтракать мать даёт понять, что нужно уже прекращать думать о плохом. Может, стоит лучше отпустить уже ушедших… А ведь Пшика и Замазыч лишь начали новую жизнь без этого чёртовой твари Курасана.       Кнайф взял костыли, стоящие рядом с кроватью и попрыгал на кухню, есть вкуснейшую яичницу.        После аппетитного завтрака парень хотел отправиться в свою комнату, как ему пришло сообщение о том, что через 2 дня уже можно идти в школу. Это обрадовало блондина. Ведь жить за 4 стенами своей комнаты это просто невыносимо скучно. В школе есть его любимые друзья, с которыми ему весело: Лампчка, Брялок… Бутылыч… был…       Настроение поднялось, лёг обратно в кровать инвалид уже весёлым. Только вот делать всё ещё нечего… Лампчка конечно навещала его раз в несколько дней, но это не было похоже на нормальные посиделки. Скорее она просто приходила просто за ним присмотреть, когда родители Кнайфа куда-то уезжали. Эти монотонные дни так утомляют… Кажется, скоро мальчишка деградирует…

***

      Снова осень. Кажется, где-то середина Октября. В богатом, роскошном доме веселятся двое детишек, всё те же знакомые нами Курасан и Кнайф.       — Мне недавно купили приставку, прикинь! И там даже есть гонки, прикинь!!! Давай по очереди будем играть? И у кого будет меньше очков, тому мы мажем на лицо взбитые сливки! — Спросил рыжий своего дружка.       — Давай! Уже можешь готовиться к проигрышу, хихи! Я в машинках самый лучший среди класса! — Похвастался белобрысый, встав в пафосную позу.       — Не дождешься! Я выиграю, вот увидишь! — Чуть обидчиво выкрикнул Курасан.       Спустя некоторое время по всему дому начали слышаться отчаянные крики:       — ААААА НЕТТТ!!! КАК Я МОГ!!! МНЕ НЕ ХВАТИЛО ВСЕГО 120 ОЧКОВ!!! НЕ ЧЕСТНО, НАДО ПЕРЕИГРАТЬ! — Вопли были от Курасана, который походу всё-таки проиграл и теперь психует. Он катался по полу, дёргая ногами и руками в разные стороны. Тем же временем Кнайф с гордо поднятой головой смеялся и уже был готов к нападению на друга с баллончиком сливок, как вдруг раздался скрип двери…       — ААА, В НАШЕМ ДОМЕ КАКОЙ-ТО БРОДЯГА! ОН ЕЩЁ И ХОЧЕТ НАПАСТЬ НА НАШЕГО СЫНА С ПЕРЦОВЫМ БАЛЛОНОМ! ПРОЧЬ ОТСЮДА, НЕГОДЯЙ! — Теперь уже вопила мать рыжика, которая потянула за ухо бедного мальчика, как вдруг к её ноге прицепился Курасан.       — МАМ, НЕТ! ЭТО МОЙ ДРУГ! ОН НЕ БРОДЯГА! МЫ ИГРАЛИ ВМЕСТЕ В ПРИСТАВКУ И ЕЛИ ВЗБИТЫЕ СЛИВКИ, КОТОРЫЕ У НЕГО В РУКАХ! — Начал паниковать мальчик, в истерике останавливая свою мать.       — Молодой человек, я не разрешала вам повышать голос! И тем более, как такой почтенный юный господин может дружить с этим… отбросом с улицы! С этого дня ты больше не общаешься с ним! И ты наказан за повышение голоса на мать! — С этими словами женщина вышла вместе с Кнайфом, закрыв на ключ Курасана в комнате. Зелоглазый начал тихо похныкивать, сев в середину комнаты.

***

      Нет, так не пойдет! Уже час одноножка лежит и пялится в потолок. Надо бы развеяться на улице. Но его одного не пускают наружу… Твою мать, надо бы придумать как проскочить мимо матери…       Снова ухватив свои костыли, Кареглазый попытался обойти кухню максимально тихо, пока женщина дома мыла посуду, слушая музыку в наушниках. План прошёл удачно, паренёк выскочил на улицу и пошёл прогуляться по парку около дома.       Солнце светило ярко. Любимый парк всегда оставался лучшим местом, где Кнайф может побыть сам с собой, без посторонних. Гуляя по нему из раза в раз ему не надоедают выращенные в ряд деревья, в которых в давно построенных волонтёрами скворечниках поют птицы. Эта уютная обстановка очень нравится одноногому. Тут почти никто никто не ходит, ведь пик популярности парка давно уже прошёл. Здесь нет тупых подростков с громкой музыкой в колонках, нет бесячих ведущих, которые на каждый праздник устраивают какие-то никому не нужные конкурсы и ярмарки. Зато тут есть чёрные железные лавочки, на которых парень всегда принимал самые тяжёлые решения, которые ему давались. На одну из них он снова присел, подумать о жизни. О том, как несправедливо она к нему относится. Но вместо этого его снова накрыли воспоминания связанные с… Этим… Уебком…

***

      Снова ноябрь, снова холод, пустота и меланхолия… Кажется, что осенью происходит всё самое печальное.       На грязной аллее, закиданой неубранными на тратуаре листьями стояли двое юных парнишек лет так 14-ти.       — Привет, Курасан! Как-то неважно ты сегодня выглядишь. Ты говорил, что хочешь сказать что-то важное, я слушаю. — Как всегда добродушно поприветствовал паренёк, стоя перед своим лучшим другом с прямой спиной, сложив руки в карманы тёплой кофты, в надежде их согреть.       — Я… Я не х-хочу с тобой больше общаться. — Холодно ответил рыжий, злобно сверля взглядом собеседника. Голос зеленоглазого слегка дрожал. Кнайф встал в ступор.       — Ч-что?.. Всмысле?! С чего так внезапно?! Что-то случилось?! Это ведь очередной прикол да? — К мальчишке подступила тревога, тело начало трястись, руки потеть, а к горлу подступил ком. Ему стало очень страшно.       — Ты мне противен, всегда был противен. Ты меня бесишь, я никогда не считал тебя своим другом. Нет! Даже товарищем не считал! Ты мне никто! Я жалею, что был знаком с тобой! Надеюсь, мы больше никогда не увидимся! — С этими словами он дал пощечину своему собеседнику, развернулся и пошёл из парка вон. Когда Курасан произносил речь, его зрачки дрожали. Каждое слово, которое парень вымолвил заставляло сердце Кнайфа ныть и скулить. Каждое слово ранило кареглазого в самую душу. Он стоял, не моргая, не двигаясь, пока силуэт бывшего друга не пропал. После чего блондин упал на колени прям посреди дороги и начал рыдать, царапая себе лицо.

***

      — Что? Как только я зашёл в парк, что-то в груди как-то резко кольнуло. Чё за хуйня. — Произнёс Курасан, когда зашёл в парк на вечернюю прогулку.