Вояж

      — Игорёк, кажется, у нас сломался телевизор! — кричит Артём в другую комнату.       — Мы купили его в июне, он не мог сломаться!       — Приди и убедись!       — Напомните, почему мы вообще тут собрались в такую жару? — устало спрашивает Денис, подпирая щёку кулаком.       Лето в этом году действительно выдалось жарким. И к августу ни одного намёка на похолодание не намечается. Как показывает прогноз, жара продержится до двадцатых чисел, но Головин, проверяющий погоду чуть ли не каждую секунду, не советует загадывать так далеко.       Третьего августа в квартире Игоря и Артёма небывалое оживление. Во-первых, они купили новый телевизор, который почему-то обязательно надо увидеть всем их приятелям. Во-вторых, только сегодня у них есть возможность, наконец-то разобрать миллион фотографий, сделанных в отпуске этим летом.       Лето по всем параметрам уникальное. Оно начинается с Кубка конфедераций, как репетиции будущего Чемпионата мира. Почти на месяц Москва, Санкт-Петербург, Сочи и Казань окунаются в атмосферу большого спортивного праздника, на который съезжаются лучшие игроки со всех уголков планеты. Правда, сборная России даже не выходит из группы, но это вполне привычно. На носу домашний Чемпионат, а веры в сборную всё меньше и меньше.       С 2014-го года близнецы играют в основной команде «Локомотива», правда, по большей части сидят на скамейке в ожидании своего часа. Лёшу выпускают чаще, он постепенно становится одним из ключевых игроков на поле. А Антон... Его снова видят лишь в качестве замены брату. После школьного чемпионата он был уверен, что наконец-то смог разрушить это мнение, смог доказать всем вокруг, что он тоже сильный футболист и в некоторых моментах посильнее Лёши. Однако вдвоём на поле они буквально непобедимы, у них потрясающее взаимопонимание на каком-то ментальном уровне, которое могло бы существенно помочь команде. Видимо, так считает только Антон.       Лёшу впервые вызывают в сборную как раз на Кубок конфедераций. Он выходит на замену в матче-открытии с Новой Зеландией, а после лишь смотрит на то, как команда проигрывает оставшиеся две игры с Португалией и Мексикой. Как часто они говорили, что группа сложная? Сколько раз заранее предполагали, что не выйдут? Всё сбылось.       Антон смотрит на брата по телевизору, думая о том, что было бы, если бы сейчас он был вместе с ним на поле. Или хотя бы на скамейке. Антон не верит, что его когда-нибудь позовут в сборную, что бы там ни говорили ему друзья и даже сам Лëша каждый раз.       — Сегодня будут объявлять списки на сентябрьские матчи? — спрашивает Саша, обмахиваясь каким-то журналом.       — Нет, сегодня Саламыч позвонит только, — отрицательно мотает головой Лёша и краем глаза замечает, как Антон поджимает губы. Он уверен, что и в этот раз мимо сборной. — А может, и не позвонит. Кто его знает. Он делает это, когда хочет.       Попасть в клуб и закрепиться в нём — это одно. Но вот получить вызов в сборную — это уже совсем другой уровень. Антон мечтает о сборной, хочет в неё едва ли не сильнее, чем хотел в команду, когда в школе учился. Он всё ещё стремится доказать отцу, что не зря выбрал футбол.       Предсказуемо, медаль за первое место в школьном чемпионате и статуэтка за звание лучшего бомбардира ничего отцу не сказали. Он даже не захотел слушать Антона, поэтому узнал о контракте с «Локомотивом» от матери, с которой до этого беседовал Лёша. Впрочем, контракт отца тоже не убедил: «Ещё неизвестно, как скоро их снова выгонят из команды».       Выше сборной ничего нет, и Антон намеревается попасть в неё. Он верит, что однажды отец увидит его по телевизору и скажет: «Это мой сын. Он стал хорошим футболистом». Но пока надежды слишком призрачные.       — Где чёртов Кокорин? — интересуется Денис. — Только за смертью посылать.       Около получаса назад Кокорин был отправлен в магазин за чем-нибудь холодным, потому что у Игоря с Артёмом кончились запасы воды. За то время, пока Саша будет отсутствовать, планировалось включить телевизор. Вот только ни того, ни другого пока никому не светит.       В 2014-м году коммуналку, в которой жили Игорь с Артёмом, начали расселять. Разумеется, делалось это постепенно и очень не быстро. Лишь спустя полгода после сообщения о расселении квартиру покинула Валерия. Как мать с маленьким ребёнком, она стояла первой в очереди. Артём помнит, что проводы Валерии были одним из самых грустных событий в коммуналке, слишком уж все привыкли к женщине и еë дочке. Это было только началом, дальше квартира становилась всё пустей.       Второй съехала Женя. Съехала не по программе расселения, а потому что ей предложил жить вместе очередной парень. Судя по тому, что обратно Женя не вернулась, с тем парнем у неё наконец-то сложилось. Потом коллектив коммуналки потерял Геннадия Петровича. Он умер. Последним добился отдельного жилья Владимир Иванович. Это случилось в декабре 2016-го, перед самым Новым годом.       И теперь в опустевшей коммуналке живут только Игорь с Артёмом. В их распоряжении три комнаты, одну из которых они переделали под гостиную. Именно в ней сейчас и собрались вокруг телевизора все остальные. В мыслях Игоря есть идея выкупить целиком коммуналку, потому что пока им даже не звонили, чтобы сообщить о скором выселении.       — Ура! — восклицает Артëм, победно вскидывая кулаки. На телевизоре появляется изображение с экрана ноутбука. — Игорëк, у тебя как всегда золотые руки.       Акинфеев подставляет щëку для поцелуя и снова уходит в сторону кухни, где не закончил мыть посуду.       В этот момент за окном раздаëтся громкий раскат грома. Головин даже вскакивает с кресла со словами: «А я говорил, что нельзя верить прогнозу!»       — Пизда Кокорину, — произносит Федя. — Готов поспорить, что он именно сейчас выходит из магазина.       — Пизда нашей воде, потому что, если Кокорин только вышел из магазина, он легко может забить идти сюда под дождём. И тогда мы будем помирать ещë хер пойми сколько, — Денис запрокидывает голову, но тут Артëм возвращает его внимание хлопком в ладоши.       Он смог добиться того, чтобы экран телевизора показывал фотографии с ноутбука. Сейчас во весь экран лицо Головина из аэропорта.       — Когда дойдëте до сотни фоток Миранчуков, можете смело проматывать, — советует Денис.       — Удачи, — хмыкает Федя. — Я посмотрю потом, что с тобой сделают.       — Удалите вот это, — тем временем, влезает Саша, тыкая пальцем в телевизор. — У меня тут лицо укуренное какое-то.       — Как и всегда, — добавляет Лëша и вдруг дёргается от неожиданности, когда телефон в кармане начинает вибрировать.       Антон стремительно поворачивает голову к брату, надеясь, что это звонят из сборной. Вдруг всë-таки в этот раз вспомнят и о нëм? Ходили слухи, будто после очередного провала на Кубке конфедераций тренер хочет поменять большую часть состава сборной. Попробовать создать команду заново из более мотивированных игроков, которым есть что доказывать, у которых горят глаза и далее по списку.       — Это Бара, — разрушает все надежды Лëша. — Чë случилось? Ого, поздравляю... — Лëша уходит в другую комнату, и, судя по всему, речь идëт о бариновском бизнесе.       С 2016-го, то есть почти год, Дима владеет собственным баром, который назвал символично: «Гараж». Идея превратить некогда просто место для сборов с друзьями в нечто прибыльное возникла в голове Димы, как только Маша родила ему сына. Теперь в Москве есть заведение, спроектированное лично Бариновым, где можно не только выпить, но и посмотреть на игры «Локомотива». Остальные команды Дима презирает, ведь он обещал болеть только за тот клуб, за который будут играть близнецы, и теперь выполняет своë обещание.       Однако, как и следовало ожидать, не всë так хорошо в Димином баре. Он там появляется практически каждый день, чтобы постоянно контролировать ситуацию, но даже это не всегда помогает. Например, в июне бар затопили живущие сверху люди. К слову, до этого они топили аптеку, которая раньше располагалась в помещении, где Дима после построил свой бар. Возможно, у этих людей какая-то личная неприязнь к любому бизнесу под ними, или они просто не очень внимательны, когда дело касается выключенной в ванной воды.       Ещё у Димы проблемы с поиском барменов. Желающие поработать будто бы не понимают, в какое место приходят. Одни с удивлением обнаруживают, что речь идёт о спорт-баре, где по определённым числам собирается вполне определённая публика с конкретными целями. Другие начинают жаловаться на объём работы, словно собирались только протирать стаканы пару раз в день и больше ничего. Третьи едут на работу не пойми откуда и вечно опаздывают, рассыпаясь потом в извинениях, прося понять и простить. Дима понял бы. Понял бы, если бы опоздания не становились потом систематическими и не увеличивались по времени.       — Хоть самому за стойку становись! — возмущается Дима в трубку телефона, поскольку сегодня подписал очередное заявление об увольнении. — Какого чёрта Кучай сейчас в Германии? Он бы идеально вписался в мой бар.       С августа 2014-го года Костя вместе со своим парнем Федей живёт в Германии. Пока Федя учится, Костя пытается интегрироваться в немецкую культуру и зарабатывает им вдвоём на жизнь. Какое-то время Костя работал в кафешке посудомойщиком, поскольку это не требовало знания языка, с которым Кучаев тогда только знакомился. Потом Костя продавал хот-доги в парке. Ему там, кстати, очень нравилось. Природа, погода, все дела. От дома недалеко. Однако теперь Костя работает в баре. Он научился делать не только разнообразные коктейли, но и поддерживать беседы практически на любые темы.       Отрывки разговора Лёши и Димы доносятся в гостиную. Антон расфокусировано смотрит в экран телевизора, где уже несколько минут висит одна и та же фотография Головина, потому что Саша спорит с Александром на тему того, стоит оставлять этот снимок на память или нет. Саша считает, что он ужасно получился, Александр утверждает, что Саша красивый всегда. Антону, если честно, плевать на то, получился Саша или нет, потому что он пытается расслышать в разговоре брата что-нибудь про сборную. Дима ведь тоже знает про эту проблему, наверняка спросит. У Антона сегодня настолько сильно развито чувство подозрительности, что ему кажется, будто Лёше уже давным-давно позвонили и всё сказали, но он просто не хочет снова расстраивать брата, а потому молчит, придумывая всякие отмазки.       — Не выдумывай, — говорит Федя, накрывая ладонью руки Антона. — Тебя обязательно вызовут в сборную. Они просто не могут не сделать этого сейчас.       — Да больно я там нужен. И без меня игроков хватает. Я даже в «Локо» вечно со скамейки выхожу.       — И что теперь? Это разве отменяет твой талант?       — Федь, какой талант? — цокает языком Антон и хочет вытащить свои руки, но Смолов сжимает ладонь сильнее.       — Я в тебя верю.       «Толку от твоей веры», — вертится на языке, но Антон решает промолчать. А то ещё обидит Федю, который действительно считает его самым лучшим. Это, по идее, должно радовать, однако Антону всё чаще кажется, что он недостоин Фединого восхищения. Ну, правда, что он такого сделал в своей жизни, чтобы им можно было гордиться?       Когда Лёша возвращается, на экране сменяют друг друга те самые тысяча и одна фотография их с Антоном. По сути, куча одинаковых фотографий, сделанных для того, чтобы потом понять, какая вышла лучше. На всех близнецы улыбаются, смеются, кое-где пытаются изобразить загадочные лица. Фотографируются с билетами, на фоне списка рейсов, около чемоданов.       — А сами чемоданы нахуя фоткать-то? — не понимает Денис. — Вы бы ещё отдельно сняли свои ноги, например.       — А мы сняли, Артём, промотай дальше, — говорит Лёша, и на экране действительно появляются три одинаковые фотографии ног в кроссовках.       Федя вздыхает, потому что кроссовки — это больная тема. У Антона их десять пар, и он не намерен останавливаться. Он хочет, чтобы было двадцать. В чём суть коллекционировать кроссовки, Федя так и не знает, зато, если нет никаких идей насчёт подарка, то Антону всегда можно купить кроссовки. Другое дело, что абы какие он носить не хочет, а те, которые ему нужны, стоят далеко не копейки. Хотя когда коллекционирование было дешёвым удовольствием?       — Кто? — снова спрашивает Антон, стоит Лёше потянуться к телефону.       — Бля, это из магазина. Вот чё им опять надо? — Антон кусает щёку изнутри, ощущая на себе поддерживающий взгляд Феди. — Что-что? Я не просил доставить этажерку завтра! Я же вам три раза сказал, что завтра никто её принять не сможет. Господи...       Лёша и магазин — это ещё одна легендарная история, длящаяся с 2014-го. Когда близнецы только переезжали в новую квартиру, то решили, что им нужна новая мебель. Во-первых, не всё можно было забрать из дома. Во-вторых, лично Антон заявил, что ему никогда особо не нравится свой диван, поэтому он хочет новый. По сути, надо было менять всё, включая полотенца. Лёша решил, что возьмёт это занятие на себя. В конце концов, надо привыкать к самостоятельности и тому, что никто за тебя ничего делать не будет. Особенно Антон, который даже не в состоянии, по мнению Лёши, выбрать нормальную краску для стен. Вот кто сказал, что кремовый цвет — это красиво? Бледно-голубой куда лучше!       Магазин, в котором Лёша когда-то выбирал обои, торговал ещё и мебелью. Чтобы не тратить время на поиски, Лёша остановился на том, что именно этот магазин мог предложить. Он ещё не знал, на что подписывается, ведь каждый раз потом что-то шло не так. То заказ не в тот день доставят, то что-то сломается, спустя пару недель, хотя никогда прежде такого не бывало. Лёша звонит в магазин чуть ли не ежедневно, чтобы с ними поругаться. Там, наверное, тоже передают из уст в уста легендарные истории про то, как с ними ругается какой-то относительно известный футболист. Но Лёша принципиально продолжает покупать вещи только в этом месте. Возможно, он пытается таким образом улучшить их сервис.       — Хорошо, давайте самовывоз, — сердито произносит Лёша. — Сколько она будет у вас? Очень удобный срок, спасибо. Федь, ты сможешь до пятницы забрать этажерку?       — Пятница — это завтра.       — Твою мать! Я им перезвоню.       — Может, продолжим без него? — предлагает Денис, растёкшись от жары во втором кресле. — Там дальше, кажется, мои фотографии неба.       Артём практически соглашается, но именно в этот момент кто-то начинает нервно звонить в дверь. На пороге стоит мокрый Кокорин с мокрыми пакетами.       — Господи, я не умру от жажды! — радостно восклицает Денис, тут же вытаскивая себе бутылку воды и, не отходя от кассы, принимается пить из неё.       — И это всё? Я даже спасибо не дождусь? — возмущённо произносит Кокорин. — Я, блядь, зачем бежал, скрываясь под деревьями? Кстати, там до сих пор поливает.       — Мы слышим, — Игорь, вытирая руки полотенцем, выходит из кухни. — Артём, положи это всё в холодильник. И у меня родилась отличная идея насчёт жары. Если хотите немного охладиться, пока ждёте воду, то можете домыть посуду, из которой вы неплохо так поели перед тем, как сесть к телевизору.       — Да в такую жару жрать невозможно, — отмахивается Денис. — Ничего мы там не наели.       — Я помою, Игорь, — спокойно соглашается Марио, который действительно воспринимает предложение Акинфеева, как совет в борьбе с жарой, а не недовольство поведением гостей.       — А Паша не приедет? — интересуется Федя, когда Кокорин падает на диван в гостиной, не взирая на мокрые джинсы. Артём неприязненно морщится и просит Сашу немедленно встать и не прислоняться ни к чему, пока не обсохнет. Потому что диван, вообще-то, можно и испортить такими темпами, а он относительно новый.       — Паша работает. У него сегодня объезд всех точек на предмет проверки.       — Бара так сегодня очередного человека уволил, — хмыкает Лёша.       — Паша тоже поувольняет. Его вечно кто-то не устраивает. Мне даже иногда жаль этих несчастных сотрудников.       Артём снова хлопает в ладоши, предлагая вернуться к теме сбора. На экране, наконец-то, сменяются фотографии с участием близнецов на общее селфи, сделанное перед самой посадкой в самолёт. Впереди у них ещё целых две недели лучших моментов лета...