Знаменитые воины современности I. Мария Иллюзор!

Я ненавижу вчерашний день! Еще ночью по комнате начали разносится ужасающего вида звуки. Они доносились откуда-то слева от меня каждые три секунды. Я считал. Считать я умею. Два плюс два, вот, равно пять. Шесть! Ну, три? Пятнадцать, Серега. Возвращаясь к ужасным звукам! Это был Михаил. Он храпит каждую ночь, уже третью неделю. Конечно, это животное, которое только и могло, что издавать подобного вида жуткие звуки, напрягало меня. Но страшно стало, когда оно вдруг замолчало. Я уже было испугался - подумал, что Михаил умер, но он закашлял вдруг с небывалой силой. Туберкулез, подумал я. "Трубекулееез! "– прохрипел Михаил. Сразу после этого я вскочил с кровати, прихватив с собой одеяло с подушкой, и выбежал из комнаты со словами: "Некоторые подотрасли пищевой промышленности ведут свою историю с конца девятнадцатого века. Не знаю уж с конца какого века ты ведешь свою историю, но точно знаю, что она закончится завтра, если не начнешь лечиться!" Оказавшись в коридоре, я подошел к коврику для ног, бросил на него подушку, потом бросил на подушку одеяло, а потом бросил себя на одеяло. После я положил себя на подушку, а на себя одеяло. Рядом с моей новой кроватью стояли ботинки, исключительно Михаила (он привез с собой целый чемодан разнообразной обуви). Утром я проснулся не от кашля Михаила - что очень радует. Утром я проснулся от того, что матушка споткнулась об меня - что не очень радует. Кто ж знал, что эта невнимательная женщина, которая меня родила, даже не заметит моего существования. Михаила, вот, она всегда замечала. – Сынок! Доброе утро! Почему ты лежишь тут? Вставай скорее, пора собираться в школу. – Но ма-а-ам! – Еще одно "мам" и твое лицо превратится в коврик для обуви! – Но матушка! После этого я поднялся с коврика, собрал все то, что принес с собой и утащил в комнату. Михаил, похоже, тогда все еще сладко спал на моей кровати. И я решил, что моему одеялу и подушке самое место на его лице. На издевательства над Михаилом я потратил не так уж и много времени, потому что вчера было первое сентября, и я должен был отправится в школу, в первый класс, или, как выражается обладатель самого серьезного легочного заболевания на районе, на первый из одиннадцати кругов ада. На самом деле Рыжая говорила, что мне предстоит всего девять кругов, что, кстати, не может не радовать, но она выглядела так, будто... В общем не важно! Я начал готовиться к школе, как и посоветовала матушка. Надел белую, точно на меня не похожую, рубашку, которую матушка всю ночь гладила, черные, прямо как я, брюки, которые матушка гладила весь вечер и стремную жилетку, которую никто и никогда не гладил. Надел пустой рюкзак, который не пойми откуда взялся в нашем доме, взял в руки букет белых цветов с желтой серединкой – название которых, уверен, узнаю в школе, которые отец купил вчера вечером, вернувшись с завода. И, конечно же обувшись, не дожидаясь Михаила, вышел из квартиры, попрощавшись с матушкой. На улице стояла типичная летняя погода. Она совсем не говорила, что сегодня осень. Ужасное допущение. Казалось, что солнце не может сиять ярче, чем сейчас, но как же я ошибался... До моего плеча вдруг дотронулся прекрасный ангел! Рыжая, если быть точнее. Вчера она, как и я, надела школьную форму, которую, как сказал один шакал, придется носить все одиннадцать лет, хотя мне кажется, что довольно странно носить одну и ту же одежду одиннадцать лет подряд. Она же может порваться, да и просто стать мала! Но главное, что Рыжая выглядела даже в этой одежде очень красиво! Ну, она же ангел. — Ну привет, идиот! — Ну привет, Рыжая, — ответил я девочке, которая уже убрала руку с моего плеча и теперь стояла напротив, а потом, не думая добавил: — А ты куда идешь? — Ты... — она на секунду то ли задумалась, то ли зависла: — Идиот? — Рыжая вопросительно смотрела на меня, — страдать очевидно! — А! Школа- это очень важно. Учеба дает знания, развивает умения, формирует навыки, воспитывает привычку к интеллектуальной работе, повышает работоспособность, прививает навыки самодисциплины и воспитывает ответственность! — принялся я цитировать ей то, что часто говорила мне матушка последний месяц. Хотя, сказать честно, я не знал значения и половины слов. — Вот как. Смотрю, ты действительно подготовился, идиот. Ладно, пошли, иначе опоздаем! — она взглядом показала в сторону дорожки. — Сегодня действительно ответственный день. Я лишь кивнул, потому что точно не знал, что еще тут можно ответить. Мы отправились в школу. Где-то впереди шли еще дети, в точно такой же форме, как и у нас с Рыжей. Только вот шли они с родителями, а мы, такие вот самостоятельные! Вообще, матушке просто нужно было бежать на работу сегодня, а отец... Ну он отец. Он всегда работает. Интересно, а почему с Рыжей никто не пошел? Собственно, именно об этом я и решил спросить у нее. — М? Ну, захотела и пошла одна, мне-то что! И вообще, я иду с тобой, — прекрасный ангел усмехнулась, смотря в мою сторону. Вот так она всё-таки созналась, что её цель здесь — это слежка за мной! Тогда я поклялся, что съем целую кастрюлю супа, но к сожалению, смог осилить лишь половину. После этого мне стало совсем плохо и, в общем… Мне было не хорошо! — Хорошо! Как скажешь, я очень рад, что ты решила пойти со мной! — ответил я так, потому что нельзя ее раскрывать. Все-таки, никто не должен знать, что она ангел. Совсем скоро мы были у врат школы, дорожки в храм знаний! Мы сделали ещё пару шагов, а вокруг вдруг резко оказалось невероятно большое количество людей: школьников, взрослых. Один взрослый мне сразу не понравился: лицо его было неухоженным, неопрятным. Выглядел, как бы сказала Рыжая, идиотом! Хотя не знаю, может она так говорит лишь про меня. Но уже в следующую секунду прямо перед моим лицом пролетела муха. Живая, самая настоящая. С прозрачными крылышками и большими, не по сравнению с моими, конечно, глазами. Она смотрела прямо на меня. Казалось, что она хочет что-то сказать, но я не слышал. Я не слышал ничего. Потому что понимал, почему она прилетела именно ко мне. Конечно. Моим подарком стала ее сестра или брат. Мертвая сестра или брат. Ее родственника больше нет в живых, и она пришла мстить мне. Даже представить не могу как. Но она собирается сделать что-то со мной. Не с Михаилом, который, вероятно, и убил ее собрата, не с матушкой, которая раздавила труп. Нет, со мной. Или, возможно, она уже что-то сделала с Михаилом! Вот почему он не пошел в школу. Наверное, это именно из-за нее он так кашлял ночью. А к утру уже скончался, конечно. А матушка? Может она уже избавилась и от нее! И теперь пришла и за мной. Вот оно что! Вы, миледи или господин, вынудили меня! Я вызываю вас на дуэль, вы оскорбили меня и честь моей семьи! А семья это самое важное! И потому я начал неистово вдыхать ртом воздух, засасывая муху по самые крылья! Победа, величайшая победа! Вскоре я начал слегка подкашливать, прямо как последний туберкулёзник по имени Михаил. С каждым разом я кашлял все сильнее и сильнее. В какой-то из разов из моего рта вылетела муха. Она полетела куда-то в сторону и села на указательный палец к какому-то очень странному — с трудом могу сказать почему — мальчику, в такой же школьной форме, как у меня и Рыжей. Рыжая же, дав мне подзатыльник, сказала: — Ну ты и тупица, — а потом побежала к тому самому странному мальчику со словами: — Привет! Рада тебя видеть... Я сразу же прикоснулся к затылку. За что это? Что я сделал не так... Я ведь следовал заповедям... Помнил день субботний, почитал матушку и отца... Не убий... Точно! Но разве убийца я? Разве я? Суп я ел, не понимаю, совсем не понимаю! О Господь, о ангел мой! Вы ошиблись, это не я грешник, нет! Это муха убила... А я даже суп, суп! Или же это зависть была? Не хотел же я муху эту себе забрать, но разве она чья-то? До сих пор понять не могу, за что мой затылок должен был пострадать. — ...сказал один человек, школа — это место, где шлифуют булыжники и губят алмазы. Так что нет, я к ней не готов, — услышал я чьи-то слова и сразу вернулся в реальность. Это говорил тот самый мальчик, к которому подбежала Рыжая. На нем была такая же школьная форма, как и на мне, но, на нем она смотрелась гораздо лучше. Она, вроде как, подчеркивала все его достоинства и скрывала все недостатки? Рыжая вдруг рассмеялась. Удивительно, но, когда я говорил что-то такое она лишь говорила свое любимое: "идиот" — и все. — Я крайне сомневаюсь, что тебя хоть кто-то может загубить. — Возможно ты и права, но это совершенно не отменяет того, что к школе я не готов! До сих пор не могу понять, почему Рыжая так весело общалась с этим... Чертом, и, если честно, не хочу понимать. — Ой, точно! — Рыжая подбежала ко мне и схватила за запястье потащив в сторону незнакомца: — Познакомься, это Сергей! Сергей, это— Она было представила меня ему, но тут к нам подошел неприятного вида мужчина. Тот самый мужчина, который показался мне очень неопрятным. — Так, ребята — он как-то тупо задумался на секунду — пойдёмте, скоро начнётся наша линейка. Она вам понравиться, пойдёмте. Что за неудачник? Я не смог дать ответа. Просто нас куда-то силой повели!!! Нас расставили в шеренги и больше получаса мы смотрели на всяких детей, выступающих на крыльце школы. В перерывах между выступлениями на край крыльца становились взрослые и рассказывали, как рады видеть нас, да и не только нас (все-таки здесь было гораздо больше детей, чем изначально казалось). А после нас заставили встать в пары и проследовать за неприятным учителем – как оказалось позже – нашим классным руководителем – в класс. Для меня пары не нашлось, потому что Рыжая решила пойти с Чертом, и именно поэтому я шел первым с учителем. Когда мы зашли в кабинет, нас распределили по местам согласно какой-то бумажке в руках Павла Сергеевича (так зовут нашего классного руководителя), и я сел за первую парту второго ряда. Со мной посадили Черта (именно так я решил его называть, потому что не расслышал имя). Рыжую же посадили за третью парту третьего рядя, рядом с ней сидела красивая – не такая, как Рыжая, конечно – девочка, чьи волосы были заплетены в две косички. Насколько я понял, они почти сразу нашли друг с другом общий язык. И, хотя изначально мне казалось, что единственной моей знакомой в классе будет ангел, оказалось, что я ошибся. Со мной в классе учился Андрей. Тот самый Андрей, который почему-то избил меня около месяца назад. Признаться честно, меня совсем не радует тот факт, что придется учится в одном классе с этим неотесанным дикарем! Надеюсь, он больше не будет приставать ко мне. Матушка сказала, что мне просто не стоит к нему приближаться, но почему-то кажется, что, если он захочет напасть на меня, его это не остановит. Отец сказал, что мне просто нужно напасть на него первым. Подкараулить его как-нибудь вечером в безлюдном переулке и избить - немного припугнуть, чтобы он знал с кем имеет дело (матушка на это начала ругаться на отца, потому что библия запрещает просто так нападать на людей. Нужно прощать их, и, если уж так случится, что Андрей все-таки нападет на меня и ударит по щеке, нужно будет повернуть голову и подставить другую щеку). Михаил же сказал, что если Андрюха (он так его назвал) все-таки решится напасть на меня, нужно будет просто рассказать об этом ему - об обо всем позаботится. Не знаю, кто уж тут прав, но я решил, что нужно просто подружится с Андреем! Наверное, это будет тяжело, кажется, что он обозлился на целый мир и вообще не хочет не с кем дружить, но уверен, на самом деле Андрюша хочет, чтобы у него были друзья! Наверняка ему просто очень тяжело общатся с другими детьми, вот он всем и грубит - и иногда даже бьет. Нужно будет приложить много усилий, но, возможно, я все-таки смогу сделать его своим другом, а себя его другом. Мы будем хорошо общаться и он научит меня, как так круто драться. Тогда я смогу постоять за себя! Я смогу избить Андрея и отомстить за все годы издевательств. Он получит по заслугам. Будет считать меня своим другом, а я просто оставлю его страдать. Когда нас рассадили, учитель представился как Павел Сергеевич, наш классный руководитель и преподаватель всех основных предметов на ближайшие четыре года. Он что-то начал заумно бубнить под нос, изредка выдавая смешки от собственных невнятных шуток. Я же смотрел на Чёрта, который что-то писал в своей тетради, но что, я не понимал. Ну точно – Чёрт! Уже очень скоро мне стало настолько скучно, насколько это вообще возможно! Признаться честно, никогда не думал, что в школе будет та-а-а-ак скучно! Черт мальчик странный, я правда пытался с ним поговорить, но он только и делал, что весь классный час писал непонятные символы в перемешку с до невозможного огромными цифрами в своем блокноте. Лишь единожды мне удалось его отвлечь от такого, само собой, важного занятия. Это было в тот момент, когда Павел Сергеевич воодушевленно рассказывал, что мы почти каждый месяц будем ходить с классом на какие-то экскурсии и в театры. Я тогда попытался узнать, как же зовут Черта, потому что, прослушал его имя в прошлый раз, на что он мне сказал: "Меня зовут Вишрвавффф Веффифский". Не то чтобы я уверен, что он сказал именно это, но Чёрт говорит настолько тихо, что разобрать, что он там говорит просто не представляется возможным! Спустя миллионы секунд Павел Сергеевич наконец сказал: "На этом мы сегодня закончим! Поднимаетесь и стройтесь в колонны по двое!" Рыжая вновь встала с одной из незнакомых мне девочек, а я стоял в паре с учителем, который все время пытался со мной заговорить и рассказать какую-то странную историю о том, что он покупает только хорошее молоко, и не где-то там, а на ферме! Но мне все это было вот совсем не интересно, а потому я что-то бубнил себе под нос, искренне пытаясь заглушить его раздумья о всяком и обо всём в том числе. И вскоре я уже оказался на улице, где нам всем радостно махал Павел Сергеевич. Большинство детей побежали к своим родителям. Я же побежал дальше от Павла Сергеевича. Только через пару секунд вспомнил, что я не одинок и со мной рядом Рыжая! Домой, ну, мне так казалось, мы должны были пойти вместе, но только я решился осмотреться, сразу заметил, что в толпе детей бегущих к родителям была и Рыжая. Она уже стояла с очень старой и на вид довольно милой женщиной. Кажется, я даже видел ее пару раз в церкви. Может это её бабушка? Да, скорее всего. Я подумал, что Рыжая окончательно бросила меня. Я просто пошёл домой, пытаясь избегать её взгляда. Я проскочил мимо неё и вроде она тогда не заметила. Просто пошёл, смотря сначала прямо, а потом уже неловко вниз, на свои ботинки, христиански избегая всех жучков и муравьёв на моём пути. Красивые создания! И муравьи вкусные! Как мне помнится. Стоп, а это православно? В общем-то это неважно. Могу написать только о том, что в тот момент я на самом деле повел себя как идиот. Подумал, что никому не нужен, особенно Рыжей, и просто ушел не попрощавшись, чем, в первую очередь, обидел своего лучшего друга! Ненавижу себя за это. Я дурак. Дурак. Дурак. Не далеко я отошел от школы, когда Рыжая нагнала меня: — Сергей! — она обратилась ко мне по имени! Я обернулся и стоял перед ней прямо, чтобы казаться более менее не по-идиотски в её глазах. Она же окончательно запыхалась от бега и скрючилась, положив руки на область чуть выше коленей, прикрытые юбкой. Рыжая пыталась отдышаться, а я лишь смотрел на неё и её слегка открытые ноги, лишь прикрываемые юбкой и длинными носками, название которых я не знал. Почему у меня таких нет? Наверное, потому что юбок я не носил. Она все еще пыталась отдышаться, когда начала что-то говорить. Я, правда, почти ничего не мог разобрать, потому что через каждый слог она прерывалась на очередной вдох или выдох. Но мне кажется она сказала что-то вроде: "Дурацкое тело глупой слабачки" - хотя, думаю, я понял все крайне неправильно... И тут я додумался предложить ей весьма привлекательную, как мне казалось идею: —Рыжая... Может погуляем третьего сентября? Раз уж ты прибежала ко... — в прочем, не успел я договорить, как она восстановила дыхание окончательно, выпрямилась и резко дала мне пощёчину: — Что ты несёшь?! Ужасный друг ты, Сергей! Кто бы мог подумать, что ты даже не подумаешь попрощаться. Я всегда подхожу. Никогда не обижаю дорогого мне человека. А ты... Ничтожество, вот ты кто. Даже не думаешь о других. Только о себе. Надеюсь ты всю свою жизнь проведешь в одиночестве! — на секунду она прервалась, но вскоре продолжила — просто знай насколько ты мне безразличен и насколько опротивел мне! Я было хотел что-то сказать. Возможно я даже сказал что-то, но Рыжая просто повернулась и ушла обратно. К бабушке, вероятно. А я так и стоял бы, с открытым ртом, ловя мух, если бы не Черт, которого я вдруг увидел. Он шел в мою сторону в окружении каких-то очень странных подростков, которые, признаться честно, выглядели чуть старше меня и держали мальчика за руки. С ним я видеться и говорить ничего не хотел. Поэтому, как Рыжая, повернулся и пошел дальше к своему дому. Дальше, по пути назад, не произошло абсолютно ничего интересного. Я только заметил, что на клумбе, на которой только вчера росли цветы ничего не было. Странно все это. Но не так странно как поведение Рыжей. Я настолько сильно ее обидел?