Знаменитые воины современности I. Мария Иллюзор!

Сегодняшнее день рождения было хорошим, но не таким, как хотелось бы. Думаю, всё началось еще ночью. Мой сегодняшний сон уже был довольно неприятным. — Шакал, дорогой Шакал! Ты самый лучший брат! Я так люблю тебя! — кричит кто-то очень похожий на меня. Я бы никогда так не сказал. — Бывает, — говорит мне брат, а кто-то, но точно не я снова кричит: — Да как ты можешь?! Все твои слова были ложью? — Какие слова? — спрашивает он, отрываясь от книжки, которую все время читал. — Все твои слова! Все! И тут, в место Михаила появляется Рыжая, которая отвечает: — Нет! Не все, — а потом на ее месте появляется собака. Стены начинают тяжёлую драку, съедая меня, оставляя собаку в одиночестве. Смех начинает вырываться из моего желудка, оставляя лишь пустоту внутри, меня сворачивает, и я начинаю нервно и прерывисто смеяться. Я просыпаюсь и сразу начинаю кричать, прерываясь смехом. — Перестань! Перестань! Перестань ! — Пытаюсь говорить я, постоянно прерываясь на смех: — Ха-ха! Прекрати! Этот ужасный монстр, который не мог меня оставить даже такой важный день продолжал щекотать меня. Это было просто отвратительно. Он не собирался останавливаться, вот совсем. Шакал просто издевался надо мной! В мой же день рождения. Я это, кстати, очень хорошо запомнил, как вы можете заметить и, знайте, я обязательно отомщу этому гаду. — Моли меня о пощаде дорогой друг, всё равно не спасёшься, слышишь? — Он смеялся со мной в унисон, заставляя чувствовать себя ещё более ущербным, чем есть на самом деле: — Ну так? Будешь молить меня о пощаде, а? Как бы это не звучало скверно, мне все-таки пришлось начать умолять это о пощаде, хотя, сказать по правде это все было довольно бесполезно, потому что он продолжал меня щекотать, наверное, он тогда уже совсем вошел во вкус. Он стал зависим от моих страданий и смеха, как поганый наркоман помешанный на своем мете, который варят на кафедре фармацевтов. — Не хочешь повторить это ещё раз? Ты ведь уже совсем взрослый и говорить можешь больше, чем два слова в год, — пора признать, что он просто использовал меня. — Прошу, пощади, пощади меня! — я продолжал смеяться и смеяться, казалось, будто мой смех был слышен даже Ангелу или какому-нибудь Чёрту. Я как будто только и мог, что умолять его. Просто так. Без какого-либо результата. А он продолжал получать удовольствие от моих стонов. И все-таки, через какое-то время Шакал перестал смеяться, а через пару секунд и щекотать меня. Он слез с меня, а потом и с кровати, потянулся и устремил свой взгляд на меня: — Сергею! Ну ось і настав той день, коли тобі виповнилося цілих сім років! Відчуваєш себе дорослим? Відчуваєш себе школярем, а? Та навіть якщо ні, завтра відчуєш! — воскликнул он, достав из кармана какую-то мелкую коробку и бросив прямо в моё лицо: — Подарок, — он выбегает из комнаты и я слышу крик: — Тетя Мария! Тетя Мария! Сергей проснулся. Чёртов Шакал! Я потер лицо от удара коробки и принялся рассматривать её. Что же там такое? Ну, по началу я подумал о том, что это мог бы быть плеер. - О, это было бы замечательно! Или там… Розовая пижама с коротенькими шортиками с какой-нибудь глупой девочкой из Винкс, как у моего «брата»? Гадость. Хотя потом, конечно же, я понял, что туда определённо не поместятся шортики, да и любая одежда. Что же там? Ну. Точно не то, чего я ожидал. Это было ужасно. Просто отвратительно. Мой брат жестокий убийца! И я знал это, чёрт возьми, он точно сгорит в аду, чтобы там матушка не говорила – В этом я убедился только сильнее, когда открыл коробку, хотя, она почти сразу выпала их моих рук на пол. И это не удивительно! В этой коробке лежал труп мухи. Труп мухи, который вывалился из коробочки на пол. Признаться, честно, меня поразила эта немая сцена. Быть может это намёк, что он убьёт меня, что я следующий? Или мой ангел следующий? О Господи! Это бедное существо. Я спустился на пол и посмотрел на него. Безжизненный труп. Своими стеклянными, наполнившимися смертью глазами, она посмотрела на меня, хоть уже и ничего не видела. Я начал молиться за неё. Я даже думал съесть её, мало ли… Это же тоже еда? Но вдруг моя мать вошла в комнату. — Сергей! Сынок мой, с днём рожденья тебя, — она наступила прямо на труп предо мной. Хруст. Я услышал хруст, который заставил меня вздрогнуть. Меня схватили сзади, заставляя подняться с пола и предстать перед матерью в более приличном виде: — Что ж ты на полу сидишь! Ех, совсем взрослый! Господи, спасибо тебе за такого сына! Муха. Она прилепилась к тапочке матери. За что же ей такие страдания?! Почему не я?! Хотя, кажется, Андрей в нашу встречу был моей матерью, а я этой мухой. Андрей, матушка, почему ты меня не убил, не раздавил, как же я выжил?! За что! Мои глаза чуть ли не наполнялись слезами в тот момент. И мне совершенно не стыдно! Я ведь даже не успел съесть ее. Я не похоронил ее как следует. Мать обняла меня: — Что же ты плачешь, Сережа? Так рад своему дню рождения?! Или расстраиваешься, что я не собираюсь отпускать тебя гулять сегодня? Ну, полно, я разрешаю. С Михаилом только, он тебя защитит, если что. В одиночку уж тебя не пущу, прости. — Д…да, спасибо, матушка. — я поблагодарил её, хотя проклинал за это ужасное деяние… Как она смеет?! Да и ещё придётся с этим Шакалом: — Но Матушка, ты же знаешь! У меня есть брат, другой брат, намного лучше. Мне не нужен он! Я говорил это, когда мать продолжала обнимать меня. Она на это тяжело вздохнула: — Нет, нет у тебя братьев, кроме Миши и никогда не было. А если ты нашел друга какого-то, не нужно врать мне, называя мальчика братом, ты знаешь, что Бог подобное не прощает, — она говорила это гораздо спокойнее, тише, чем в прошлый раз, когда кричала на меня. Но стоит ли мне этому радоваться? Да и что значит Бог подобное не прощает? А смерть, убийство он прощает?! Гадость. Однако я просто сказал: —Да. Прости, матушка. Я просто пойду со своим братом гулять, да! Я его так люблю, так люблю. Спасибо, матушка! — Пойдёшь, только после завтрака! Пойдём — пойдём. Пора отправится на кухню и попробовать пирог Мишучелки, он сам вызывался тебе его готовить! И как же хорошо он умеет готовить! Ой сынок, даже представить не можешь наверняка.

***

Мы держались с Мишулечкой за ручки и шли из дому. Во рту в тот момент стоял яркий привкус яблочного пирога с корицей, который мой любезный брат приготовил прямо для меня. А на шее, в тот день, у меня висел труп Мухи, которую мой драгоценный братишка убил заблаговременно, а после, уже тогда, когда я открыл подарок привязал к веревочке, которую самостоятельно одел на меня. Потом мы долго гуляли по улице, над нашими головами пели Моцарта птички, а где-то вдалеке, в небе, виднелась чудесная радуга, хотя и состояла та всего из шести цветов. В конце, уже под вечер мы вернулись домой, вкусно по ужинали и легли спать в обниму в предвкушении первого сентября. Как бы то ни было, чтобы все-таки выбраться на улицу, мне пришлось идти гулять с Шакалом, но, как только мы вышли из дома Шакал остановился: — Сергей, я пойду осмотр район, сегодня я патрулирую, так что ты давай, осторожней будь. —Да, хорошо, — я был только рад, что этот Шакал ушёл патрулировать. Я не особо понимаю, что это значит вообще, да и не хочу понимать. Я просто шёл и пытался найти кого-то из своих друзей, быть может, своего брата, или, возможно, и вовсе кого-то ещё? Но впереди я видел лишь клумбу полную белых цветочков с желтой серединкой. Качели- это самое вероятное место, в котором я мог найти хоть кого-то, так что, именно в их сторону я направился. Удивительно, но я и вправду увидел мальчика в черной шляпе и белой рубашке. — Виктор! — произнес я это так громко, как только мог. Не передать, как я был счастлив, что встретился именно с ним, моим любимым, по истине любимым братом, а не этим Шакалом, который убивает мух. Как я рад, что я не рядом с матерью, которая давит мой подарки! Мальчик-в-черной-шляпе вздрогнул, закрыл книгу, которую только что читал и устремил свой взгляд на меня: — Ой! Сергей? Привет, — он молчал всего пару секунд, а после продолжил: — С днем рождения тебя! —Спасибо! — я подбежал к нему совсем близко и обнял его, прижимаясь лицом к его щеке и своим телом к нему, чувствуя его тепло. Как будто я передаю ему свою энергию: — ха-ха, я так рад, Виктор, ты не забыл! Я так рад! Мальчик, чуть погодя, обнял меня в ответ: — Да, как же иначе. Я с трудом бы забыл об этом, конечно, — он кивнул. Ну а сразу спросил его о самом главном: — Ну что? Где мой подарок? Он моргнул и полез в карман своих черных брюк-штанов, откуда достал несколько конфет: — Могу предложить вот это. —Ух ты! — я взял эти конфеты в свои руки и принялся разглядывать их. (Фантики приклею на следующей странице). Казалось, что там было огромное множество самых разнообразных, начиная от банальных ирисок до чего-то более интересного, конфет. Хотя, учитывая что конфет было буквально примерно три: — А ты будешь? Будешь же? — Да нет, это же твой подарок. — Даже так! На, бери-бери, если это мой подарок, то я точно с тобой поделюсь. — Хорошо, — он неуверенно кивнул и взял одну ириску себе, а уже через пару секунд убрал её к себе в карман. Уверен, у него бездонные карманы – покопаешься там еще пару минут и найдешь целый клад (наверняка там даже совок прячется). — А ты не будешь есть? Ну попробуй, Виктор, попробуй! А-то что это? Я взял в рот одну из конфеток и принялся ею трапезничать — очевидно шакальным пирогом я не наелся, потому что он был истинно тошнотворным. А все лишь потому, что этот пирог был с щавелем! Это дурачье как будто бы не знает, что я не какая-нибудь корова, чтобы травку есть. — Да нет, я до этого много съел. Потом, вечером может, когда домой ехать буду. К тому времени уж точно проголодаться успею, — Виктор Азиза пожалА плечами и кивнулА, вероятно, сама себе. —А куда ты будешь ехать? В школу так рано собираешься? Классно! А возьмёшь меня с собой? И Рыжую! — в тот момент я, конечно, очень воодушевился. — В школу, да, в каком-то смысле. Хотя не совсем, я уезжаю домой. Знаешь, лето закончилось, и мне пора обратно к себе. Так что и взять я вас с Рыжей с собой не смогу, вот так. — Куда домой? Разве не тут твой дом? Ты же тут живёшь, да ведь, Виктор? — я смотрел на него и вопросительно и тупо моргал, чтобы тот хоть что-то мне ответил и пояснил. Зачем же ему уезжать из своего дома отсюда? Не хочет же он бросить меня? — Я сюда. К бабушке приехал, на лето. На время. Тут её дом, а не мой. Я из другого города вообщем. Так что, не здесь я живу, — он пожал плечами и вздохнул: — И школа у меня там же. Я бы остался тут, если бы можно было в школу не ходить, но невозможно это. — Ой! Ну вот! Как же так, Виктор? Это мы что, больше не увидимся? А как это? А что же делать? — я cмотрел на него, мне так хотелось его снова обнять, да и сейчас хочется. Все-таки вот сейчас мой брат уезжает куда-то в другой город, а увидимся мы так не скоро! — Виктор! Виктор, не уезжай! — Не могу я не уехать. Но что же это ты сразу так расстраиваешься? Я ещё приеду. На осенние каникулы, на зимние. Я каждые каникулы здесь бываю. Все-таки бабушку нужно навещать. Мало ли что с ней случится. — Ой, ну! Но я хочу быть с тобой, Виктор, постоянно! Всегда. Абсолютно всегда! Будем втроём жить с тобой и Рыжей. Ты с ней не знаком, но я познакомлю! Обязательно, она тебе очень понравиться. И ты ей. Вот бы она сейчас была здесь. Я бы вас точно познакомил! Ну, ты должен знать, что я вас точно познакомлю, потому что хочу, чтобы мой брат и моя лучшая подруга были знакомы, а еще дружили. — Возможно она еще придёт. Сегодня же твоё день рождения, а если уж вы с ней такие друзья, то как же она может не поздравить тебя? Наверняка придёт, куда ж она денется? — Да, конечно! Она обязательно придёт, уверен прямо сейчас! Вот-вот сейчас! Да ведь? Да? Я уже чувствую её, ну знаешь, такое чувство странное. Интересно, что же она мне подарит? — я задумался и посмотрел на Виктора. — Что-то обязательно по… В ту же самую секунду моя голова наклонилась. Я как будто собирался кивнуть, но на деле-то, меня просто Рыжая ударилА. — Иллюзор! Ты идиот! Гад! Я искала тебя несколько дней, а ты только сейчас здесь появился? И не просто ко мне вышел. Меня и не собирался искать, так ведь? — Ой-ой-ой, — я прикоснулся к голове от боли. Рыжая довольно сильно бьет, она, наверное, занимается где-то боксом или еще чем-то, нужно будет спросить! В общем, я просто прошу у Рыжей прощения. — Да ни за что! Сидишь, болтаешь тут с девочкой какой-то, а обо мне и не вспоминаешь, пока я не прихожу, так ведь? Ох, ну конечно, друг ещё называется. — Девочкой? — Конечно девочкой. Мальчиком, что ли? — Мальчиком, да. Его зовут Виктор. — Ты идиот? — Нет, с чего бы, это ты что-то путаешь! — воскликнул я. А Азиза только и делала, что молчала. — Ты смеешься что-ли надо мной? Думаешь, девочку от мальчика не отличу? — сказала сначала она мне, а потом обратилась к Азизе: — А ты что молчишь? Даже не пыталась доказать ему, что не мальчишка вовсе! Тебе вот нормально? Не считаешь ли, что это всё просто оскорбление в твою сторону? — Нет, не считаю. Пусть считает меня кем хочет, мне то что. И почему мне нужно доказывать что-то? Не думаешь ли ты, что это оскорбляет мои чувства? — Ах так?! Да как ты смеешь, глупая девочка! Идиотка! — Рыжая ругалась и ругалась на моего брата мою сестру, а я просто тупо моргал: — а ты что молчишь, идиот?! Да вы просто издеваетесь! — Кто над тобой издевается? Ты тут только и жалуешься не пойми на что, — Азиза – удивительный человек, ага! – поднялась с качелей и подошла чуть ближе к Рыжей. — Даже так… — Рыжая повторяет, — Даже так... — Даже так! Ты как мне доказывать предлагаешь? Штаны снять или что? — моргнув она замолкает. Жестоко, наверное. Довольно грубо, если так подумать, но не знаю! Рыжая нахмурилась: — Я не... Ладно, не важно. Но ты уж точно не Виктор на самом деле, ведь так? Ну и как тебя зовут-то на самом деле? Даже если собираешься так и быть для Иллюзора мальчиком – пожалуйста, но имя то ты не поменяешь сейчас. Виктория ты выходит? — Виктория – совсем не звучит. Если уж так хочется знать, моё имя Азиза. О, а твоё имя правда Рыжая? Давай, представься и ты тогда! Девочки оживленно разговаривали, а я только и мог, что тупо моргать. — Меня никак не зовут! — Ты сама приходишь? — Нет. Я просто Рыжая, вот и всё! — Как скажешь, — Виктор-Азиза пожала плечами и просто улыбнулась: — пожалуй, Сергей, с Рыжей мы скорее не подружимся. Я продолжал тупо моргать и пытаться улыбаться, но все-таки решил проронить хотя бы жалкую парочку слов, хотя наверное и зря: — Да ладно! Вы подружитесь. Уверен! Когда-нибудь да точно. — Ну нет, прости Азиза, но друзьями мы не станем. Ты слишком взрослая. Сколько тебе вообще? Лет десять? Или даже одиннадцать? — Не совсем. И именно в этот момент на мое плечо легла огромная толстая лапа медведя, который только и может, что на балалайке играть: — Сергей! Патруль закончен! — говорит Шакал: — Здравствуйте, девочки. Эти самые "девочки" смотрят на остолопа, который подошёл ко мне сзади и начал общаться с ними как-то странно. Я вылезаю из-под руки и подхожу ближе к Рыжей и Азизе, которые, ну точно, явно приятнее шакала. — Ну здравствуй, мальчик, — как-то слишком недовольно говорит Рыжая. — Я Михаил, а не просто какой-то мальчик! А Сергея я вынужден домой забрать. По времени пора. Тётя Мария не будет рада, если мы опоздаем, — не так уж и недовольно, как должно быть на деле говорит Шакал, а потом обращается ко мне: — Сам знаешь, она ведь потом вообще может перестать тебя гулять отпускать. Так и будешь, сидеть дома и учиться. — Ладно! здравствуй какой-то мальчик Михаил, — язвит Рыжая. А я и Азиза просто смотрят на диалог этих двоих - кажется это выглядело мило? — Да, рад познакомиться, рыжая девочка, рад познакомиться, девочка в шляпе! — проигнорировав язвительные слова отвечает Шакал, а потом подходит ко мне и, подхватив меня под руку громко говорит: — Всё, нам пора домой! Прощайся давай и пойдём, брат дорогой. Я предпринимал много очень нелёгких попыток вырваться, которые оказывались провальными. — Ну пока, идиот, — сказала Рыжая и развернулась, махнула головой и встряхнула своими длинными прекрасными волосами, уходя. Даже не поздравила. А я ей вообще говорил о своём дне рождении? А вот Азиза грустно посмотрела на меня: — Пока, Сергей, на каникулах увидимся, — она кивнула мне, а я кивнул ей в ответ и отвернулся. Почему-то мне показалось, что с Азизой я не увижусь на осенних каникулах. Может она не сможет приехать? Ну, надеюсь, что, хотя бы зимой она нас навестит. Новый год отметим, может она мне конфеты снова подарит. — Ну и как зовут эту веселую Рыжую девочку? — Её зовут Рыжая. — ответил тихо я, опустив свой взгляд, но после отведя его куда-то в сторону. — В смысле? Что это значит? — То и значит, Шакал. Ты всё испортил. Пришёл тут! Я бы подольше с ними поговорил! — Тю.. Сергей, ты шо? Если бы я сейчас вас не прервал, ты бы, может, вообще с ними погулять больше не смог бы.