Куст в моём шкафу

      Этот день выдался тёплым. Солнце то и дело скрывалось за облаками, поэтому освещение в Кустовской время от времени менялось, мягко переходя от тени к яркому свету. Рома и Сусло шли по окраинам города, где растительность всё больше захватывала здания. Часто на пути попадались дома, держащиеся лишь на плюще и честном слове. Люди, конечно же, редко в них заходили, ведь понимали, что домики могут обвалиться буквально от касания.       Со временем пейзаж менялся. Высокие деревья сменились кустарниками и травой, доходившей до пояса. Раньше в этом месте были небольшие огороды. Если поискать, можно было найти немного овощей, правда с каждым разом их было всё меньше. Еду на этих землях искали не только наши знакомые.       Поднялся ветер и травяные поля начали переливаться. Рома уже не помнил, когда он просто смотрел на природу вокруг и отметил, что колыхание травы выглядит завораживающе.       Парни всё ближе подходили к реке. Вокруг не было ни души, в камышах чирикали птицы. На берегу стояли два полумостика. Они были относительно новые, крепкие, сделанные на совесть. Их соорудил Рома. Между этими полумостиками и располагалась местная очистительная станция. Она выглядела как большой деревянный ступенчатый ящик, погружённый в воду. Внутри практически ничего не было, лишь отсек с фильтрами, отверстие с трубой и бортики чуть выше уровня дна. Они нужны были для того, чтобы не замочить ноги в случае неисправности системы. Такое иногда случалось.       Те, кто хотел добыть чистой воды, должен был зайти на первый мостик. Рядом со станцией был рычажок, который надо было потянуть вверх. Это действие давало воде путь внутрь, теперь нужно было встать на ящик и потянуть вверх ещё один рычаг, находящийся с другой стороны. Вода, уже очищенная от грязи и мусора, поступала в трубу длиной два с половиной метра. Эта труба была зафиксирована на соседнем полумостике и к ней был приделан кран. Человеку оставалось лишь взять свою тару и наполнить её. Жители района были научены сразу закрывать все шлюзы станции после того, как набрали воды. Это правило было быстро усвоено, так как если кто-то этого не делал, сооружение засорялось и приходилось ждать целую неделю, пока придут Рома и Сусло и починят единственный источник питьевой воды.       Парни приблизились к своей постройке. Сусло поставил три пятилитровые бутылки на полумостик, придирчиво оглядел станцию со всех сторон и сказал:       — Внешних повреждений, слава богу, нет. Дай-ка мне сумку, я слазаю вниз, осмотрю фильтры. Они сто процентов грязные.       В качестве фильтров было решено использовать уголь, песок и плотную ткань. Конечно, это было не самое совершенное приспособление, но в данных условиях радовались и этому.       Рома снял с себя рюкзак и дал его Сусло. Парень-волк сел на полумостик и стал ждать, пока его друг закончит. Каждую неделю они проверяли эту станцию по очереди: один проверяет, другой охраняет. Люди в округе ходили разные, иногда они представляли опасность. Однажды, когда Рома пошёл сюда один, какой-то шутник закрыл его внутри станции и пооткрывал шлюзы. Видимо, он был слишком глуп, чтобы не открывать второй, выпускающий воду, или решил сжалиться. Но поток холодной воды, заполнившей ящик наполовину, заставил Рому поволноваться.       И всё-таки Рома любил ходить сюда. Он гордился тем, что он и его лучший друг сумели соорудить приспособление первой необходимости. Люди ежедневно приходили к реке с бутылками, вёдрами, даже с кастрюлями. Через день сюда ходили и члены команды Ромы, по очереди. Станция дарила им всем чистую воду, была полезной, нужной.       Рома сидел и вспоминал, каких трудов им стоило построить этот механизм. Тогда они были вдвоём, кое-как сумели обустроить новое жилище, так как старое было разрушено лианами, растеревшими дом в крошку. Им буквально приходилось пить дождевую воду, собирать то, что оставалось в магазинах и драться за бутылки воды с большими группировками людей. Именно в этот момент Сусло предложил Роме создать очистительную станцию. Они провели множество дней и ночей, обдумывая механизм действия, как всё будет держаться на месте, будет ли строение безопасным. Первые две попытки провалились. Одну станцию унёс поток, другая просто развалилась на части. Но парни не сдавались. Ведь речь шла о чистой воде, таком редком ресурсе в Кустовской. Тем более, теперь они старались уже не только ради себя. За это время они сдружились с Ализабет и Уляшинелль, а местные жители, прознавшие об их задумке, смотрели на парней с восхищением и надеждой. Рома и Сусло стали для них своего рода героями. В итоге появилась новая улучшенная модель очистительной станции, которая сейчас стойко стояла на подводных сваях прямо перед носом у Ромы. Ей было уже два года.       Сусло вылез из ящика с широкой рамкой фильтра в руках. Со стороны течения она вся была покрыта илом.       — Держи! — парень-суслик подал Роме фильтр и полез за другим. Затем Сусло вылез наружу и сел справа от друга. Вместе они начали промывать фильтры с помощью воды и щёток из рюкзака.       — Знаешь, странно всё это,— вдруг сказал Сусло.       — Ты о чём? — Рома вопросительно посмотрел на него.       — Грузюша взялся буквально из ниоткуда. Он вроде хороший, но можем ли мы ему доверять?       — Может это один из немногих, кого не коснулась мутация? — предположил Рома и вильнул хвостом.       — Быть того не может, ты и сам знаешь! — фыркнул Сусло. — Мы ходим по городу пять лет, тут абсолютно все мутировали — что на окраинах, что в центре. Что если он пришёл из леса? Никто не знает, что там.       — Не думаю, там возможно мутации ещё сильнее. Нил по крайней мере не говорил о том, есть ли там люди, — парень задумчиво посмотрел на небо. — Мы совсем забыли спросить у Грузюши, как он тут оказался, что делал, что видел. А это наверное был первый вопрос, который должен был прийти нам в головы.       — Может он и не дал бы нам адекватного ответа. Он скорее всего мог быть в шоке. Надо будет сегодня его спросить, когда он вернётся, — тут Сусло улыбнулся, — конечно если девочки его не угробят!       Рома прыснул со смеху. Он знал, на что способны эти «садовницы». Он когда-то ходил с ними на прогулку —еле дошёл до дома. Возможно они раньше занимались туризмом.       — Может его появление как-то связано с тем кулоном, что дала тебе Уляшинелль? — спросил Сусло.       — С чего бы вдруг? — Рома озадаченно повёл своими чёрными волчьими ушами.       — Камень в нём был какой-то странный, — парень-суслик перестал чистить фильтр и уставился в воду, — в тот вечер, когда девочки принесли этот кулон, они были какие-то нервные, помнишь? А потом всю ночь гремел гром. Я вижу тут некое подозрительное совпадение, не находишь?       — Обычный малахит это был, — Рома встретил непонимающий взгляд друга и объяснил. — Камень так называется. У меня на полке с книгами лежит энциклопедия с названиями минералов, можешь потом почитать её. Там много интересного. Ну а девчонки у нас всегда ищут приключения на одно место, сам же знаешь. Я думаю, в тот день они просто столкнулись с кем-то сердитым.       — С хозяином кулона? — хмыкнул Сусло.       — Нет, я так не думаю. Они вряд ли бы украли вещь у кого-то, они же берут всё бесхозное. Ализа и Уляша могли нарваться на собак, их в тот день было много, я помню. — продолжил предполагать Рома.       — Возможно, ты прав, — легко согласился Сусло, но парень-волк понял, что друг всё равно остался при своём мнении. Он в чём-то был прав, внезапному незнакомцу, свалившемуся как снег на голову, полностью доверять нельзя. Но насчёт девочек Сусло, по мнению Ромы, погорячился. Они не могли так поступить, парень-волк верил, что не могли. Ализабет и Уляшинелль не были замечены в кражах. С другой стороны, на добычу ресурсов шли только они и кто знает, что происходило там, в заросших двориках… От этой мысли Рома помрачнел.       — Ну, как и все люди, я могу и ошибаться, — примиряющим тоном сказал Сусло, заметив реакцию друга на его слова, — главное, что Уляшинелль понравился тот кулон.       — Да, я заметил, она одела его сегодня, перед уходом, — сказал Рома, заканчивая чистить фильтр. Теперь рамка вновь была чистой, на ткани, обтягивающей её, стал виден рисунок — чёрный горошек.       — С самого утра начала пищать перед зеркалом, — недовольно сказал парень. Затем он выразительно посмотрел на воду и, делая вид, что примеряет кулон, изобразил голос Уляшинелль, — «Ромашечка такой хороший! Ромашечка то-сё, бла, бла, бла…»       — Ну радуется человек, в конце концов она же не каждый день тебя будит, —улыбнулся парень-волк.       — Да пусть радуется, — воскликнул Сусло и махнул рукой, брызгая каплями воды на полумостик, — но тогда уж для всех одинаково! Когда я починил её садовые ножницы, она сказала «спасибо, Сусло» и ушла. Когда ты починил её кулон, она с визгами кинулась душить тебя в объятиях! Что за неравное отношение!       — Я не знаю, — ответил Рома, — но я, в принципе, привык, что она меня душит.       Воцарилась тишина. Сусло о чём-то задумался, Рома разглядывал водоросли на дне реки. Вдруг Сусло поднял голову, кажется на него снизашло озарение.       — Слушай… Она походу в тебя влюбилась!       — Почему?       — В смысле почему?! — воскликнул Сусло.       — Почему ты так решил? — закончил мысль Рома.       — Она только тебя душит в объятиях, периодически пищит и визжит при общении с тобой. Всё сходится! — сказал парень-суслик таким тоном, будто сделал научное открытие. Потом он достал из кармана свою маленькую записную книжку и что-то там настрочил.       — А почему в меня? Я чем-то выделяюсь? — Рома с сомнением стал разглядывать своё отражение в водной глади.       Сусло посмотрел на друга, как на глупого и сказал:       — Да ты посмотри на себя! Ты ж просто мечта любой девушки. Ну, по крайней мере такой, как Уляшинелль.       Рома пристальнее вгляделся в воду. Чёрная кожаная куртка с серебряными молниями, чёрные волчьи уши и чёрные с красными кончиками волосы, длинная чёлка вправо, худое лицо с прямым тонким носом, высокий рост. Ну и чем же он ей приглянулся?       — Назовите своего ребёнка Любовь.       — Чего?! — парень-волк чуть не упал в реку, так сильно он наклонился вниз. Сусло беззвучно засмеялся. — Нет, мне эта ситуация решительно не нравится! Как мне быть?       — А Уляшинелль тебе разве не нравится? — спросил Сусло. Он убрал свою книжку и стал жевать карандаш.       — Нравится, но как человек, — неуверенно ответил Рома, — она хорошая подруга, сильная, смешная и интересная. Но я никогда не испытывал к ней более высоких чувств! Она меня вообще не привлекает!       — Вот оно что, — серьёзно сказал Сусло, — я думаю, оставить всё, как есть, не получится. Если ты и дальше будешь вести себя с ней, как друг, она будет страдать.       — Мне бы не хотелось, чтобы она ушла из нашей компании из-за меня, — испуганно пискнул парень-волк, — а ведь такое может произойти. А если она поступит, как Бедная Лиза?       — Сплюнь… Да я образно! — воскликнул Сусло, после чего его друг медленно втянул слюну обратно. — Она не настолько цветанутая, чтобы так сделать… Боже, я начал говорить, как девочки…       — Тогда, наверное, я ей скажу, что не люблю её, но хочу остаться добрыми друзьями. — более уверенно заявил Рома.       — Это самый разумный вариант, — Сусло похлопал друга по плечу, — только ты поосторожнее со словами, а то мало ли.       Рома в ужасе посмотрел на парня. Сусло закрыл лицо рукой.       — Если хочешь, мы можем отрепетировать твой монолог перед ней, когда вернёмся. А сейчас, нам пора ставить фильтры на место. А то вон, люди уже идут за водой. Со стороны домов тянулась толпа людей. Женщины, мужчины, дети. У всех были вёдра, взрослые несли железные, а дети пластиковые. Как только они приблизились, на парней посыпались слова благодарности. Для Ромы они были самой ценной наградой за их труды. Хотя и от других видов поощрений он не отказался: мужчина с кроличьими ушами вытащил из своих больших карманов по яблоку и вручил обоим парням.       Друзья смущённо улыбались и наблюдали, как жители Кустовской набирают воду. Они старались присутствовать при первом после чистки использовании, чтобы убедиться в том, что всё работает, как надо. К тому же, им тоже нужно было принести воды домой.       Взрослые выстраивались в очередь, помогали друг другу наливать воду, а дети сновали рядом и делали куличики из песка. Было понятно, что они воду набирать и не думали.       Один из ребятишек привлёк внимание Ромы. Это был светловолосый мальчик лет пяти, с волнистыми волосами и чёрными бараньими рогами. Они были маленькие и имели плавный заворот, только-только начали клониться вниз. Рома вспомнил о Ниле, который уже долго не появлялся в их мастерской. Примерно пять дней назад он ушёл в Барьерный лес на охоту и до сих пор не появился. Хорошо, когда твой друг может ходить в лес за пищей, но плохо, когда это единственный человек, который может ходить в лес. Что если с ним что-то случилось?       Сусло перехватил взгляд Ромы и понял его. Он обнял друга одной рукой за плечи и участливо сказал:       — Не волнуйся, он вернётся, обязательно! Ты же знаешь нашего Нила — этого парня ничто не убьёт! Он многое умеет и выживать в дикой местности в том числе. В конце концов не первый раз туда ходит!       — Ты прав, — печально вздохнул Рома, — но в последний раз, когда мы виделись, он вёл себя странно, будто чтото случилось. Будто он хотел что-то сказать и не сказал.       — Я тоже это заметил, — задумался Сусло, — но у всех есть свои тайны. Когда Нил будет готов, то сам всё расскажет, если нужно. — парень открыл рюкзак Ромы и положил туда гаечный ключ, которым прикручивал фильтры на место. — Мы с тобой можем пойти к его гостинице и проверить, может он вернулся. Заодно убедимся, что всё в порядке.       — Давай. — согласился Рома и чуть улыбнулся.       Очередь за водой постепенно таяла. Парни сами набрали воды и уже собирались идти, как вдруг парень-волк хлопнул себя по лбу и сказал:       — Чуть не забыл! Мы же хотели людей поспрашивать! — он посмотрел на народ около крана с водой, выискивая кого-то. Сусло указал другу на мужчину-лиса, оживлённо говорящего с соседом в очереди. У этого человека лисьи черты были даже в лице: острый нос, хитрые чуть суженные глаза, острые клыки. На голове шевелились, стараясь уловить каждое слово, аккуратные лисьи ушки. Руки были больше похожи на лапы — они были покрыты тёмно-рыжей шерстью, на пальцах блестели чёрные крепкие когти. Его мутация коснулась сильнее. Парни направились к лису.       — Здравствуй, Юра, — обратился к нему Рома.       — Привет, — бросил мужчина и вопросительно посмотрел на друзей, — вы что-то хотите?       Юра был тем самым человеком, который собирал по всей Кустовской слухи. Он всё про всех знал. Когда-то Уляшинелль спросила его, зачем он это делает, на что получила ответ: » это моё хобби». Если кто и знает о том, могли ли остаться обычные люди, то только он.       — Вчера вечером к нам в мастерскую пришёл человек. Абсолютно нормальный. — при этих словах окружающие резко прекратили болтовню и стали слушать. Кто-то в толпе фыркнул, что это небылица, но на него шикнули, чтобы дал дослушать до конца. Жители слушали, но продолжали набирать воду. — Это необычно. Ты не врёшь? — удивлённо улыбнулся Юра и после того, как Сусло отрицательно покачал головой, продолжил, — даже если это правда, причём тут я? Или вы просто решили поделиться со мной самой свежей и интересной историей? — он огляделся на толпу, — точнее, с нами.       — Отчасти, — пожал плечами Рома, — Не видел ли ты в последнее время ничего необычного?       — Ну или наоборот, обычного. Обычных людей, животных? — добавил Сусло.       — Нет, такого точно не видел. Если бы видел, то вся Кустовская узнала об этом в тот же день. Такая уж у меня натура. — хихикнул мужчина-лис. Смех его был смесью лисьих тяфканий и человеческого хохота. Необычный звук. — Зато я видел вашего друга, который вроде как должен быть в лесу.       — Нила? — спросил Рома и несколько раз радостно вильнул пушистым хвостом.       — Ты уверен? — спросил Сусло и нахмурился.       — Да. Он был с ведьмой Маисой. Второй день их вижу, — при этих словах люди начали как-то странно перешёптываться. Юра оглянулся к воде и дёрнул ушами, — это всё, что я знаю. Можно я пойду, там скоро моя очередь?       — Иди, спасибо тебе. — бросил Рома и, поманив за собой Сусло, пошёл прочь.       — Это странно, — сказал он другу, — почему Нил не пришёл к нам? Мы же волнуемся.       — Сам не знаю, — задумчиво ответил Сусло, — ещё и с ведьмой тусуется. С чего бы это?       — Возможно, на то есть причина, — Рома поудобнее взял бутылку с водой. — Если мы хотим наведаться к нашему барашку, нужно где-то спрятать воду. Вон там хорошее место.       Парни отошли от реки достаточно далеко, поэтому никто не видел их. Бутылки были наскоро закопаны в небольшой яме с прелой прошлогодней листвой.       Друзья вышли на пустырь недалеко от зданий. Рома поднялся на высокий холм и поглядел в ту сторону, где была гостиница Нила. Из-за деревьев и домов её не было видно, да и находилась она неблизко.       — Может, Нилу просто захотелось с ней поговорить? — наивно предположил парень-волк.       — Не думаю, Маиса не из разговорчивых, — заметил Сусло и встал рядом. — Поговаривают, что она того, — он покрутил пальцем у виска.       — Нам нужно сейчас же пойти к Нилу и всё выяснить. — твёрдо сказал Рома и начал спускаться вниз. — Время ещё есть?       Сусло достал из кармана красивые старые часы без ремешка и посмотрел на них.       — Да. Заказчик придёт примерно в семь. Успеем.       — Тогда вперёд! — воскликнул Рома и хлопнул друга по плечу. — У нас будет больше времени, если мы пробежимся! Догоняй!       Впервые за всю историю природы суслик бежал за волком. Такое можно увидеть только в Кустовской!