The only salvation

Долгие размышления о том, стоит ли вернуться в Австралию, не давали Феликсу покоя. Он хотел быть с сестрой, но так же хотел учиться. В Сиднее придётся начинать заново, что дастся очень тяжело. На протяжении всего времени, что Ликс провел в больнице, его постоянно навещал Хёнджин. Они почти не говорили, старший спрашивал о самочувствии, оставлял какие-то фрукты и сразу уходил. Следом за ним приходил шумный Джисон и рассказывал самые последние новости из их компашки. Так Феликс выяснил, что Юна продолжает бегать за Хваном, который этому особо не против, а Минхо скрывает свой любовный интерес. Крис снова с кем-то подрался, а Чанбин успокаивал его. " Зрелище то ещё." – Выразился Хан про лицо Чана после потасовки. Да и Ликсу не шибко то и хотелось видеть это. Остальные парни тоже пару раз навещали Феликса. Кроме Криса, которому запретили приходить к Ли с таким лицом.  Спустя две недели Ликса наконец выписывали. Поскольку в среду практически никто не смог пропустить учёбу, блондину помогала сестра.  На улице стояла тёплая погода с прохладным ветерком. Солнечные лучи ласкали лицо, но не приносили удовольствия после двух недельного отсиживания в палате без витамина д.  Вещей немного, что облегчало задачу донести их до общежития. Каково было удивление Феликса, когда около дверей больницы он увидел Хёну. Она выглядела так, словно готова в любой момент заплакать. Парень попросил сестру подождать и подошёл к уже бывшей девушке. Он знал, что она будет говорить.  – Феликс, прости… – Хёна все-таки не сдержалась и из её глаз полились слезы, – Это из-за меня, да? – Повисла тишина, девушка вытерла щёки от солёной жидкости ладонью, – Но ты никогда не проявлял интереса и мне стало невыносимо. Я…  – Это не из-за тебя, – Перебил Феликс, – Ты ни в чем не виновата.  И снова молчание. Хёна все время хотела что-то сказать, но присекала себя, пока не посмотрела за плечо Ли.  – Ты же говорил, что не общаешься с Хёнджином, – Уже более уверенным голосом произнесла она, возвращая взор на Ликса.  – Не общаюсь, – Удивлённо спросил блондин.  – Эй, Феликс! – С английским акцентом крикнул Хван. Блондин резко повернулся и увидел довольного старшего.  – Ты меня обманул! – Голос звучал громче, так, что взгляды Рэйчел и Хёнджина приковались к ним, – Пока Юна страдала из-за него, ты даже не говорил где он!  Своим поведением Хёна очень удивила Феликса. Обычно приветливая, весёлая, улыбчивая и радостная девушка, сейчас обвиняла его в том, что он не следил за своим соседом по комнате? Где логика в её действиях? Ли изначально сказал, что делать этого не будет, а сама блондинка ни разу не навестила его в больнице, даже если считала себя виноватой. Ликс усмехнулся. И из-за неё он ещё расстраивался? Теперь понял, что эта девушка точно того не стоила.  – Я не обязан этого делать, – Холодным, низким басом ответил Феликс, – И тебе ли меня обвинять? Ты ни разу не пришла ко мне за эти две недели. Удивлён, что ты узнала про этот случай. Прощай, Хёна.  Девушка что-то говорила вслед, но Ли развернулся и шёл к сестре и старшему. Либо блондину показалось, либо тот сегодня действительно ещё красивее обычного. Волосы как и всегда аккуратно уложены, на губах еле заметный вишнёвого цвета тинт, а глаза слегка подведены чёрным карандашом. И все это дополнял образ свободной майки с кожанкой и чёрные, обтягивающие штаны. Ли готов поклясться, что он идеален во всех смыслах. Даже характер не имеет значения. Этот красноволосый парень слишком прекрасен и сексуален.  – Ты же говорил, что занят сегодня, – Смутившись своих мыслей, Феликс отвёл взгляд от Хёнджина.  – Так получилось, – Пожав плечами, ответил Хван.  Путь до общежития занял всего лишь полчаса. Рэйчел весело болтала с Хёнджином, рассказывая истории из детства. Иногда красноволосый не мог что-то понять или сказать, после чего обращался за помощью к Феликсу. Так и хотелось спросить у них, не мешает ли он, но слышать голос сестры рядом так успокаивало, что блондин не заметил, как они приехали. Хван достал вещи из багажника, решив сам донести их до комнаты.  Как и говорили, в универе никто не знал о случившемся. Точнее всем сказали, что у него внезапно воспалился аппендицит и Хёнджин нашёл Феликса, загибающимся от боли. Никому дела не было, так что люди поверили. Да и кому нужен студент суицидник в таком престижном учебном заведении.  – Сюрприииииз!!!  От внезапно хлопнувших хлопушек около лица Феликс вздрогнул и на секунду в ушах зазвенело. В коридоре их маленькой общажной "квартирки" стояли все парни, а Хёнджин откуда-то уже взял торт.  – Сегодня мы отмечаем твою выписку из больницы! – Радостно протороторил Минхо.  Теперь ясно, чем они были заняты в среду. Подготавливали домашнюю вечеринку в общежитии. Купили фрукты, пиццу и принесли бутылочку вина. Феликс никогда бы не подумал, что его могут ТАК встретить. Его тронуло поведение ребят и…он заплакал. Быстро вытер слезы рукавом толстовки и слегка улыбнулся. Особенно после того, как увидел, что все ножи куда-то исчезли.  Этот вечер Феликс запомнит надолго. Парни учили Рэйчел разговорному корейскому, выпивали и весело разговаривали. В этот день Ликс улыбался больше, чем за последние пять лет. Хёнджин сидел рядом и постоянно наливал немного вина себе и младшему. Хоть ему и нельзя, но живём один раз. Особенно сейчас невозможно не выпить.  Несколько раз Хван, будто бы случайно, клал руку на колено Феликса, так, чтобы их не заметили. В такие моменты блондин вздрагивал и смотрел на невозмутимое лицо старшего.  Рэйчел ушла в половину десятого, за полчаса до отбоя. Посуду остался мыть Феликс, чтобы хоть чем-то себя занять. Парни сначала не разрешали ему, боясь, что раны могут начать кровоточить, но после того, как блондин демонстративно достал длинные резиновые перчатки, все успокоились.  "Я улетаю завтра." – Написала Рэйчел спустя пару часов. Она и так слишком сильно задержалась в Сеуле. Старшая Ли уверяла, что у неё не будет никаких проблем на работе из-за двухнедельного отпуска, который ей задолжали. Но Феликс слышал, как она не раз ругалась с начальством по этому поводу. Каждый раз просила подождать, когда поправится младший брат и она сразу вернётся к работе.  Посуды осталось после такой оравы даже слишком много. Ликс жалел, что вообще вызвался этим заняться, но сразу же мотал головой, говоря себе о том, что должен быть благодарен всем.  – Мог бы оставить посуду на нас, – Хёнджин вернул Феликса из своих мыслей в реальность. Блондин слегка подпрыгнул от неожиданности, повернувшись к старшему.  – Я хотел хоть что-то сделать для вас, – Ответил Ли и вернулся натирать тарелку. Он снова вздрогнул, когда спиной почувствовал чужое тело. Грудь, которая едва коснулась позвоночника. Сердце бешено колотилось, исполняя чёртов быстрый танец, а щеки залила краска. Блондин чувствовал дыхание старшего, который открыл шкафчик перед Ликсом и достал оттуда кружку. А затем сразу же отошёл. Слегка пошатнувшись, Феликс снова принялся ещё активнее мыть несчастную тарелку.  До конца недели Феликс ходил только на лекции, пропуская занятия в зале. Он придерживался легенды про аппендицит, которую все парни подтверждали. Хёнджин стал на совместных парах садиться рядом, чем впервые очень удивил не только Ликса, но и остальных студентов.  Это произошло на следующий день. Сначала Хван встал раньше, чтобы пойти в универ с Феликсом, решив отказаться от титула "короля, который не опаздывает, а задерживается". Когда они зашли в аудиторию, воцарила тишина на первые секунд десять. Все смотрели на Ли больше, чем на Хёнджина. Тогда блондин решил, что ему точно не нравится лишнее внимание. А если конкретнее, он испытывает жуткий дискомфорт. Когда красноволосый ещё и сел рядом, взгляды всех девушек злобно устремились в сторону Ликса.  "Напомните мне больше не ходить с ним…" – пронеслось в голове блондина. Оставшуюся лекцию он пытался не обращать внимания на все глаза, устремлённые в его сторону. И на то, как Хван слишком близко. Он постоянно "случайно" задевал колено Феликса своим, не подавая виду, что сделал это специально. Блондин каждый раз пытался отдалиться от Хёнджина, но тот неведомым образом снова незаметно приближался. Тогда Ликс окончательно решил, что больше в жизни рядом с ним не сядет. Странное чувство в груди не оставляло в покое всю лекцию, а внизу живота приятно покалывало. Именно из-за своих непонятных эмоций Феликс выбежал из аудитории после звонка ещё до того, как Хван сообразил.  Каждый раз Ли сидел в зале и запоминал все движения, избегая занятий с господином Кимом. Слишком страшно идти к нему, и при одном только воспоминании о нем, колено начинало неприятно побаливать. У Феликса все равно ещё освобождение от физических нагрузок, так что не страшно. Необходимо время, чтобы набраться смелости и посмотреть в глаза этому человеку.  – Не хочешь фильм посмотреть? – Хёнджин принёс кучу вредной еды, заранее подготовившись.  – Смотря какой, не люблю ужасы.  – Значит давай посмотрим ужасы, – Хван включил ноутбук, вбивая в поисковике название, – Тебе надо перебороть свой страх. И это будет первым шагом.  Хёнджин понял Феликса без слов. Блондин не то, чтобы не любил, он слишком боялся, был слишком впечатлительным и долго отходил после кучи скримеров.  Ноутбук стоял на маленьком столике, который старший специально пододвинул к своей кровати. Хван разложил всю еду с напитками и залез на мягкую постель. Нерешительно Феликс последовал его примеру и обнял себя за колени. – Не бойся, я рядом, – Успокаиващим тоном произнёс Хёнджин. Феликс испугался ещё в самом начале, когда внезапно с громким звуком показали чёрный экран. Хван улыбнулся и похлопал по плечу, мол, он все ещё рядом. Сюжет шёл своим чередом. Банальный фильм, в котором большая семья переехала в загородный дом. Его купили почти за полцены и думали, что обустроют, воплотят мечты в реальность, но им было не суждено сбыться. Все началось с внезапно упавшей коробки с вещами. Которой Феликс испугался больше, чем стоило.  Фильм держал в постоянном напряжении, пугая неожиданными скримерами. Каждый раз Ликс вздрагивал и каждый раз приближался к Хёнджину, чтобы не испугаться в следующий раз. Под конец хоррора, когда все вроде начало успокаиваться, Ли повернул голову к старшему, который без каких-либо эмоций смотрел фильм.  – Тебе совсем не страшно? – Спросил Феликс, не заметив того, что расположился очень близко к Хёнджину.  – Я любил в детстве ужастики и пересмотрел их, – Повернув голову, глаза обоих слегка округлились. Между их лицами осталось не больше десяти сантиметров. На фильм они уже не обращали внимания, смотря друг на друга в темноте.  На мгновение Феликсу показалось, что он слышит биение своего сердца. Вокруг все растворилось, перед глазами только его лицо, неаккуратно заплетённые красные волосы в хвост. Слегка приоткрытые пухлые губы пробуждали не самые пристойные мысли. Прошло несколько секунд, прежде чем Ликс одёрнул себя и отвернулся, продолжая смотреть фильм, который больше не пугал и не был таким интересным, как ещё минуту назад. И он радовался, что в комнате темно и Хёнджин не увидит его выражение лица: смущённое и раскрасневшееся.